Лев Николаевич
Толстой

Письма
1871

Государственное издательство

художественной литературы

Москва — 1953

Электронное издание осуществлено

компаниями ABBYY и WEXLER

в рамках краудсорсингового проекта

«Весь Толстой в один клик»

Организаторы проекта:

Государственный музей Л. Н. Толстого

Музей-усадьба «Ясная Поляна»

Компания ABBYY

Подготовлено на основе электронной копии 61-го тома

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого, предоставленной

Российской государственной библиотекой

Электронное издание

90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого

доступно на портале

www.tolstoy.ru

Предисловие и редакционные пояснения к 61-му тому

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого можно прочитать

в настоящем издании

Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам

report@tolstoy.ru

Предисловие к электронному изданию

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л. Н. Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л. Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером – компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого.

Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая

Перепечатка разрешается безвозмездно.

ПИСЬМА
1871

ПОДГОТОВКА ТЕКСТА И КОММЕНТАРИИ

М. А. ЦЯВЛОВСКОГО И

Н. Д. ПОКРОВСКОЙ

1871

* 321. A. A. Фету.

1871 г. Января 1…6? Я. П.

Получил ваше письмо^1 уже с неделю, но не отвечал, потому что с утра до ночи учусь по-гречески. — Письмо с стихами хорошими, не прекрасными, потому что мотив слишком случайный, и картина воображаемого недостаточно ясна. Радуюсь же тому, что вы пишете твердо и легко, и жду еще.

Я ничего не пишу, а только учусь. И, судя по сведеньям, дошедшим до меня от Борисова, ваша кожа, отдаваемая на пергамент для моего диплома греческого — находится в опасности. Невероятно и ни на что не похоже, но я прочел Ксенофонта и теперь à livre ouvert читаю его. Для Гомера же нужен только лексикон и немного напряжения.

Жду с нетерпением случая показать кому-нибудь этот фокус. Но как я счастлив, что на меня бог наслал эту дурь. Во-первых, я наслаждаюсь, во-вторых, убедился, что из всего истинно прекрасного и простого прекрасного, что произвело слово человеческое, я до сих пор ничего не знал, как и все (исключая профес[соров], к[оторые], хоть и знают, не понимают), в-третьих, тому, что я не пишу и писать дребедени многословной вроде Войн[ы] я больше никогда не стану. И виноват и ей-богу никогда не буду.

Ради бога объясните мне, почему никто не знает басен Эзопа,2 ни даже прелестного Ксенофонта, не говорю уже о Платоне, Гомере, кот[орые] мне предстоят. Сколько я теперь уж могу судить, Гомер только изгажен нашими, взятыми с немецкого образца, переводами. Пошлое, но невольное сравнение — отварная и дистиллированная теплая вода и вода из ключа, ломящая зубы — с блеском и солнцем и даже со щепками и соринками, от которых она еще чище и свежее. Все эти Фосы^3 и Жуковские^4 поют каким-то медово-паточным, горловым подлым и подлизывающимся голосом, а тот чорт и поет, и орет во всю грудь, и никогда ему в голову не приходило, что кто-нибудь его будет слушать.

Можете торжествовать — без знания греческого нет образования. Но какое знание? Как его приобретать? Для чего оно нужно? На это у меня есть ясные, как день, доводы. —

Вы не пишете ничего о Мар[ье] Петр[овне]. Из чего с радостью заключаем, что ее выздоровленье хорошо подвигается. Мои все здоровы и вам кланяются.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с пропуском двух фраз и датой: «декабрь 1870 г.», в «Русском обозрении», 1890, 7, стр. 15—18. Датируется предположительно сопоставлением с письмом № 319 и с неопубликованным письмом И. П. Борисова к Фету от 17 января 1871 г.

1 Письмо неизвестно.

2 В «Азбуке», составленной впоследствии Толстым, много места уделено басням древнегреческого баснописца Эзопа.

3 Иоган Фридрих Фосс (1751—1826) — немецкий поэт и переводчик, главным образом античных писателей.

4 Василий Андреевич Жуковский (1783—1852). В 1849 г. перевел с немецкого «Одиссею».

* 322. С. Н. Толстому.

1871 г. Февраля 1? Я. П.

Я всю зиму ждал, что ты пришлешь или приедешь, и сам всё сбирался послать или приехать. И вот до сих пор. Я болен всю зиму. То было и так и сяк; а теперь недели три не выхожу даже из дома. Род лихорадки и боль зубов и коленки. Страшная ревматическая боль, не дающая спать. Если ты здоров, приезжай, пожалуйста. Мне прислано объявленье из Курска на 250 р.1 Не твое ли это? Я не получал. Я ничего не пишу, потому что уверен, что ты приедешь. Если по железной дороге, то вели, когда выслать. —

Уже давно Дьяков говорил, что Николинька^2 у тебя. Разумеется, и он приедет, если он у тебя.

Л. Толстой.

Наши кланяются вашим. Если бы ты не приехал, то напиши подлиннее, всё ли у тебя благополучно и как?

Цитата, с датой: «зима 1870—1871», опубликована в Г, II, стр. 122. Датируется предположительно на основании слов: «...недели три не выхожу из дома». Ср. с письмом № 323.

1 У С. Н. Толстого в Курской губ. было имение Щербачевка.

2 Николай Валерианович Толстой.

* 323. А. А. Фету.

1871 г. Февраля 6. Я. П.

Любезный друг!

Что давно не слышно про вас? Что М[арья] П[етровна]? что вы? — У нас всё по-старому. Жена еще ходит, хотя ждет с часу на час. Я был очень болен — две недели лежал, а уж месяц не выхожу. Живу весь в Афинах. По ночам во сне говорю по-гречески. Что 13 февраля не приедете ли? Перепишемтесь к тому времени.

Ваш Л. Толстой.

Цитата опубликована в Г, II, стр. 121. Дата определяется пометкой Фета на письме: «6 февраля» и содержанием.

324. С. С. Урусову.

1871 г. Февраля 13. Я. П.

Любезный друг!

Поздравляю вас с будущей крестницей. Вчера всё благополучно совершилось.

Теперь дело за вами. Мои имянины 18-го, и жена мечтает, чтобы крестить на этот день, но, в сущности, всё равно. Пусть будут крестины, когда вам и куме всего удобнее. Хорошо бы было, если бы вы зашли к Дьякову (Конюшки, дом Ладыженского) и, уговорившись с ним, уже написали мне, когда вас ждать.

Ваш Л. Толстой.

Пожалейте меня, я всё болен.

Впервые опубликовано в «Вестнике Европы», 1915, I, стр. 11. Датируется содержанием: 12 февраля 1871 г. у Толстых родилась дочь Мария. Крестили ее С. С. Урусов и М. Н. Толстая.

* 325. Т. А. Кузминской.

1871 г. Марта 3. Я. П.

Милый друг Таня,

Соне всё нехорошо, но доктор несколько успокоивает меня. Притом день и Ханне, и Сереже, и Максимовне лучше. Пароксизма не было нового; но до сих пор всё нет полного облегчения от старого. —

Жар и пот и опять жар и пот. Я нынче ночью пошлю Алексея^1 в Москву с письмом к Захарьину.2 Это будет скорее и обстоятельнее телеграммы. Я и прежде хотел тебе писать, чтобы ты не ездила; но теперь, при болях в пояснице и на 7-м месяце, это безумие, и я не вышлю за тобой лошадей. — Кнерцер^3 извинялся, что не пригласил Преображенского^4 и завтра обещал это сделать.

Л. Т.

Я тебя буду извещать обо всем верно и часто. —

Соня сама решилась отнять и совсем отдать кормилице.

Датируется сопоставлением с письмом № 326.

1 А. С. Орехов.

2 Проф. А. Г. Захарьин.

3 Кнерцер — врач-терапевт.

4 В. Г. Преображенский — врач-акушер.

* 326. Д. А. Дьякову.

1871 г. Марта 3—4. Я. П.

Любезный друг! После тебя в ночь сделалась лихорадка, продолжавшаяся 36 часов, и опять три дня свободных и нынче, 3-е марта, опять лихорадка, и теперь лежит в жару. В прошлый пароксизм у меня готова была телеграмма Захарьину через тебя с описанием болезни, составленным доктором, но не послал, потому что опять подмануло облегчение. Теперь же перепишу это описание доктора, прибавив свое, и попрошу тебя посоветоваться с Захарьиным, прося его, если болезнь ясна ему, дать совет.

На другой день после родов появился пароксизм лихорадки с знобом, жаром и потом. На 3-й день такой же пароксизм с болями внизу живота, имеющими характер схваток. (Очищение хорошее, светлое, молоко было.) На 4-й день лихорадка без боли, на 5 день с болями. Осматривавшие доктора не нашли воспалительного состояния и предписали хинин и холодный компресс. Боли прекратились, но лихорадка продолжалась. Приостановилась на один день после приема до 30 гран хинина и опять возобновилась. Хинин продолжали в промежуточные часы (от 8 до 12) и, после 86 гран хинина, лихорадка прекратилась на два дня, и опять явился пароксизм, продолжавшийся 36 часов с менее определенным знобом, т. е. зноб был слабее и повторялся несколько раз. Жар был сильный — как и в прежние пароксизмы, пульс доходил до 100 ударов в минуту. —

После сильного пота, пароксизм прошел, и 3 дня было свободных от лихорадки. Хинин продолжали давать по 4 порошка в три грана сернокислого хинина в продолжение дня и один такой же порошок в 5 гран на ночь. Нынче пароксизм возвратился в 3 часа дня. Зноб был менее определенный, чем в прежние пароксизмы, но повторялся несколько раз, и жар продолжается до сих пор, 2 часа ночи. В 8 утра опять зноб, жар и пот. В 6 часов вечера всё прошло. Ясного местного страдания как в прежние пароксизмы, так и теперь нигде незаметно. —

Написал всё это тебе, а потом решил, что я пошлю Алексея в Москву с письмом к Захарьину. Но тебя прошу съездить к Захарьину и добиться от него ответа и прислать мне с Алексеем или телеграммой. Кстати Алексей свезет тебе деньги.

Твой Л. Т.

Письмо это пролежало до 4-го марта вечера. Стало лучше. И теперь совсем хорошо. Но все-таки посылаю его тебе. Если захочешь посоветоваться с Захарьиным, то сделай. А то и не нужно. Если повторится пароксизм, я сам приеду.

Дата определяется содержанием.

* 327. Д. А. Дьякову.

1871 г. Марта 10? Я. П.

Любезный друг!

Я, кажется, злоупотребляю твоим участием, написав тебе последнее бестолковое письмо. Здоровье Сони теперь, кажется, вне опасности. Она встала и еле ходит по комнатам, но следов болезни, кроме худобы и чрезвычайной слабости, никаких нет. Посылаю тебе деньги 1000 р. и 1000 раз благодарю тебя за них. Поцелуй за нас Машу.1 До свиданья. Не заедешь ли взглянуть на нас и на себя дать взглянуть, как поедешь в Чермошню? Книги, если взял, пришли с Алексеем.2 Да если есть Геродот с переводом, то еще возьми.

Твой Л. Толстой

Четьи Минеи,3 если не взял, возьми у или через Соловьева.

Датируется предположительно сопоставлением с письмом № 326.

1 Дочь Д. А. Дьякова.

2 А. С. Орехов. См. письмо № 326.

3 О чтении Толстым в марте 1871 г. Четьих-Миней см. в дневнике С. А. Толстой запись от 28 марта.

* 328. С. Н. Толстому.

1871 г. Март — апрель. Я. П.

Если ты жив и здоров, то, пожалуйста, напиши словечко, что ты и все твои, а равно и блудный Николинька. За что ты к нам не заедешь, не зашлешь, не понимаю. Если можно к тебе проехать, и ты дома, то я, может быть, приеду к тебе с Лизой и ее мужем, и, главное, если не буду нездоров. Я никогда так не хворал, как эту зиму. Зато Соня и дети теперь здоровы.

Л. Толстой.

Основание датировки: 1) Толстой хворал зиму 1870/71 г. и в марте еще был болен; 2) Е. В. Толстая, упомянутая в письме, вышла замуж за Л. Д. Оболенского 19 января 1871 г.; 3) слова: «если можно к тебе проехать» указывают на раннюю весну.

329. С. С. Урусову.

1871 г. Апрель — май? Я. П.

У нас, слава богу, всё благополучно. Жена ходит и понемножку кормит — между кормлением кормилицы — надеясь, что c прибавлением молока отпустит кормилицу. Благодарю вас, милый друг, за вашу дружбу, которую вижу во всем. Я очень огорчен, что не увижу вас. Мне так хотелось поговорить с вами по душе и на спокое. А боюсь, письмо и не застанет вас в Москве. Если бы почему-нибудь вы остались бы долее, напишите, я приеду к вам. Мое здоровье всё скверно. Никогда в жизни не испытывал такой тоски. Жить не хочется. —

Поэтому и хочется особенно вас увидать. Ничего не делаю, кроме греческого чтения, и ничего не хочется делать. Прочел раз статью Елагина и написал целую статью о военной реформе.1 И потом совестно стало, что такими глупостями занимаюсь, как будто наши мысли для чего-нибудь нужны, кроме собственного увеселения. Как проблема коня? — Вы мельком пишете о законе смертности царей. Мне это очень интересно. Я верю в это. Для царей закон этот должен быть очевиднее всех других, хотя и для них должно быть это дело завешено, так что можно догадываться, а знать нельзя. Если [бы] всё было известно, для бога не было бы ничего интересного смотреть на нашу комедию. Да и мы бы перестали играть так серьезно свои роли. —

Если можете, напишите мне, в чем дело. Это меня очень интересует. Геометрию^2 вы свою продешевили. Я ее начал раз читать из второй части и часа три радовался, всё понимая. Статья, к[оторую] я разорвал, о военн[ой] реформе была отчасти математическая. Вот что я говорил:

1) Войско есть сила, составленная из а) количества людей и времени, к[оторым] человек упражняется в военном деле. Отсюда:

2) чем больше времени, тем меньше людей. И наоборот, чтобы сила не изменялась. И сила увеличивается и временем и количеством.

3) В России денежные интересы государства и народа тожественны. Доказательством тому служит то, что государство может заставить всех мущин идти в солдаты. Если оно может заставить всех идти в солдаты, то оно может вместо солдатства [на] всех наложить лишний налог деньгами.

4) Сила войска не увеличивается и не уменьшается просто по времени, которое люди проводят в военном упражнении, а увеличивается и уменьшается в какой-то прогресии. Т. е. что 1.200 солдат, из к[оторых] каждый пробудет три дня в службе, не будут равны одному 10-летнему солдату, а будут в 1.000 слабее его. Или что 100 старых, 5-летних солдат будут не равны 1.000—1/2-годовым солдатам, а много сильнее и т. п. И что, стало быть, если сила войска увеличивается в прогресии времени, то, чем дольше срок службы, тем выгоднее.

Если эти 4 положения справедливы, то вопрос воен[ной] реф[ормы], суть к[оторого] есть вопрос о том, каким образом с наименьшими расходами иметь наисильнейшее войско, разрешается просто и совершенно противоположно Прусскому решению. — Выгода этого решения состоит в том, что надо только ничего не делать, не уничтожать тип старого русского солдата, давшего столько славы русск[ому] войску, и не пробовать нового, неизвестного.

А то выходит так, что славная на веки защита Севастополя именно она-то показала нам, что русский солдат старый не годится и надо выдумать нового получше, на манер прусского. Выходило так, как бы вышло у глупого хозяина, который, раз допьяна угостив гостей хорошим старым вином, в следующий раз, пригласив гостей, разбавил бы это вино квасом, чтобы казалось побольше вина.

Прощайте, обнимаю вас. Пишите почаще.

Впервые опубликовано, с датой: «1871 г.», в «Вестнике Европы», 1915, I, стр. 11—13. Год определяется упоминанием об опубликовании проекта введения всеобщей воинской повинности (см. прим. 1), месяц — сопоставлением сведений о здоровье С. А. Толстой в этом письме и в письме № 327.

1 25 декабря 1870 г. был опубликован предложенный военным министром проект введения всеобщей воинской повинности. После этого в периодических изданиях печатались статьи, обсуждающие вопрос предстоящей военной реформы (введена в 1874 г.). Статья Толстого неизвестна (была уничтожена им самим).

2 См. прим. 2 к письму № 319.

* 330. С. Н. Толстому.

1871 г. Апрель — май. Я. П.

Мы от Пел[агеи] Ильин[ичны] получили известие, что у тебя умер Юша. И хотя верного известия не имеем, боимся надеяться, что это неправда. Напиши, пожалуйста, что и как? Здоровы ли другие дети? и Марья Михайловна? Соображаясь со всем этим, я решу, ехать ли к тебе или нет. У нас всё по-старому.

Дата определяется временем смерти сына С. Н. Толстого Юрия.

331. A. A. Фету.

1871 г. Июня 9. Я. П.

Любезный друг!

Не писал вам давно и не был у вас оттого, что был и есть болен, сам не знаю чем, но похоже что-то на дурное или хорошее — смотря по тому, как называть конец. —

Упадок сил, и ничего не нужно и не хочется, кроме спокойствия, которого нет. Жена посылает меня на кумыс в Самару или Саратов на два месяца. Нынче еду в Москву и там узнаю, куда.

Очень хотелось написать жаль о Борисове,1 но это совсем неверно, и завидно неверно, а тронуло меня это очень. Радуюсь, что мальчик у вас.

Я, может, напишу вам с места.

Ваш Толстой.

10^2 июня.

Впервые опубликовано, с датой: «1871 г. 10 июня», в «Русском обозрении», 1890, 7, стр. 18. Датируется днем отъезда Толстого в Москву.

9 июня Толстой уехал в Москву, а оттуда числа 11—12 — в Самарскую губернию, где поселился в деревне Каралык, близ Бузулука. Здесь он прожил шесть недель и 2 августа вернулся в Ясную Поляну.

О пребывании Толстого на кумысе см. С. А. Берс, «Воспоминания о гр. Л. Н. Толстом», Смоленск 1894.

1 И. П. Борисов умер в мае 1871 г. Воспитание его тринадцатилетнего сына Петра взял на себя Фет. См. С. М. Сухотин, «Воспоминания» — «Русский архив», 1894, 8, стр. 583.

2 Видимо, ошибка: 10 июня Толстой был уже в Москве, о чем свидетельствует письмо к нему С. А. Толстой от 10 июня. (См. С. А. Толстая, «Письма к Л. Н. Толстому», изд. «Academia», 1936, стр. 89.)

332—343. С. А. Толстой от 10, 11—12, 14, 15, 18, 23, 26, 27, 29 июня и 3, 8—9, 16—17 июля 1871 г.

344. А. А. Фету.

1871 г. Июля 16...17. Каралык.

Благодарю вас за ваше письмо, любезный друг. Кажется, что жена сделала фальшивую тревогу, отослав меня на кумыс и убедив меня, что я болен. Как бы то ни было, теперь, после 4-х недель, мне кажется, совсем справился. И как следует при кумысном лечении, с утра до вечера пьян, потею и нахожу в этом удовольствие.

Совет ваш исполняю и подпустил не только офицерского и помещичьего сока, но скифского. И хорошо.

Здесь очень хорошо и значительно всё. Если бы не тоска по семье, я бы был совершенно счастлив здесь. —

Если бы начать описывать, то я исписал бы 100 листов, описывая здешний край и мои занятия. Читаю и Геродота, который с подробностью и большой верностью описывает тех самых галакто-фагов-скифов, среди которых я живу.

Вчера начал писать это письмо и писал, что я здоров. Нынче опять болит бок. Сам не знаю, насколько я нездоров, но нехорошо уж то, что принужден и не могу не думать о моем боку и груди. И прислушиваюсь. Жара третий день стоит страшная. В кибитке накалено, как на полке, но мне это приятно. Край здесь прекрасный, по своему возрасту только что выходящий из девственности, по богатству, здоровью и в особенности по простоте и неиспорченности народа.

Я — как и везде, примериваюсь, — не купить ли имение.1 Это мне занятие и лучший предлог для узнания настоящего положения края.

Теперь остается 10 дней до 6 недель, тогда напишу вам и устроимся, чтобы увидеться. Душевный поклон Марье Петровне.

Л. Толстой.

Помогай вам бог с вашими трудами. Хомутов на вас много; и труднее и интереснее всех Петя.2 Поцелуйте его за меня.

17 июля.

Впервые опубликовано, с пропуском одной фразы и с датой: «18 июля 1871», в «Русском обозрении», 1890, 7, стр. 19.

Ответ на письмо Фета, полученное Толстым 16 июля (см. т. 83, письмо № 97).

1 Возвратясь с кумыса, Толстой окончательно решил купить в Самарской губернии, Бузулукском уезде 2500 десятин земли, принадлежавшей флигель-адъютанту Н. П. Тучкову. Для совершения купчей крепости он 25 августа ездил в Москву, откуда возвратился 29 августа.

Купчая крепость была утверждена самарским нотариусом 29 сентября.

2 См. прим. 1 к письму № 331.

345—346. С. А. Толстой от 20 июля и 6 августа 1871 г.

* 347. A. A. Фету.

1871 г. Августа 10? Тула.

Пишу два слова из монастыря, от тетушки.1 Я дома уж три дня, кажется, поправившись.

Сгораю желанием вас видеть и 12 вечером, т. е. ночью, буду вас ждать в Ясенках. —

До свиданья

5 августа.

Ваш Л. Толстой.

12-го в ночь значит по почтовому поезду в час ночи.2

Датируется на основании слов: «Я дома уж три дня, кажется, поправившись». Речь идет о возвращении из Самарской губернии, откуда Толстой приехал в Ясную Поляну 7 августа (см. т. 83, письмо № 99). Дата Толстого «5 августа» — ошибочна.

1 Пелагея Ильинична Юшкова жила в тульском Успенском женском монастыре.

2 Приписка рукой С. А. Толстой.

* 348. В. П. Мещерскому. Неотправленное.

1871 г. Августа 22. Я. П.

Еще прежде получения приятного письма вашего, любезный князь, я отвечал кн. Дмитрию Оболенскому,1 что очень, очень сожалею, что не могу быть полезен вам и вашему изданию; сожаление это было только усилено вашим письмом. Я ничего не пишу, надеюсь и желаю ничего не писать, в особенности не печатать; но если бы даже я по человеческой слабости поддался опять дурной страсти писать и печатать, то я во всех отношениях предпочитаю печатать книгой. Если бы даже я вздумал печатать в журнале, то я обещал прежде Заре потом Беседе.2 Из этого вы видите, что я не могу быть вам полезен, и, вероятно, согласитесь, что и ваше издание в этом ничего не потеряет. —

Если же вы подумаете, почему бы ему не написать так что-нибудь для нашей газеты и для Зари и Беседы, то я уверен, судя по тому лестному мнению, которое вы выражаете о моем писании, что вы догадываетесь, что я так писать не могу — так, т. е. для каких-нибудь других целей, кроме удовлетворения внутренней потребности.

По правде же вам сказать, я ненавижу газеты и журналы — давно их не читаю и считаю их вредными заведениями для произведения махровых цветов, никогда не дающих плода, заведениями, непроизводительно истощающими умственную и даже художественную почву. Мысль о направлении газеты или журнала мне кажется тоже самою ложною. Умственный и художественный труд есть высшее проявление духовной силы человека и потому он направляет всю человеческую деятельность, а его направлять никто не может. Если же газета или журнал избирает своей целью интерес минуты и — практический — то такая деятельность, по-моему, отстоит на миллионы верст от настоящей умственной и художественной деятельности и относится к делу поэзии и мысли, как писание вывесок относится к живописи.

Я бы не написал вам всего этого, если бы ваша личность, по вашему письму, по статье в Р[усском] в[естнике],3 кот[орую] я пробежал, и в особенности по вашей породе,4 не была бы мне в высшей степени симпатична. По этой-то причине я прибавляю еще одно — совет лично вам — не сердитесь за него, а, пожалуйста, подумайте над ним. Газетная и журнальная деятельность есть умственный бардель, из которого возврата не бывает. Я видел и вижу на своем веку много людей, погубивших себя безвозвратно, и людей горячих, благородных и умственно здоровых, каким я вас считаю.

Как ваше письмо вылилось от сердца, так и мое, поэтому не взыщите, если оно вас покоробит. Жму вашу руку и очень желаю сойтись с вами.

22 августа.

Ваш Л. Толстой.

Отрывок опубликован в Г, II, стр. 125—126. Год определяется началом выхода газеты «Гражданин» (1872), к участию в которой Мещерский хотел привлечь Толстого. Письмо Мещерского неизвестно.

Владимир Петрович Мещерский (1839—1914) — реакционный публицист, автор сатирических повестей и романов, издатель газеты «Гражданин». С 1870 г. до конца жизни работал в Министерстве народного просвещения. Печатался в журналах «Русский инвалид», «Русский вестник», в газете «Московские ведомости» и др.

1 Дмитрий Дмитриевич Оболенский. См. о нем прим. к письму № 350.

2 См. письма №№ 314 и 358.

3 В. П. Мещерский, «Россия под пером замечательного человека» — «Русский вестник», 1871, 4, стр. 551—609. Статья представляет собою ряд очерков (в виде писем) о пореформенной России.

4 В. П. Мещерский был родным внуком по матери писателя Н. М. Карамзина. В бытность свою в 1856 г. в Швейцарии Толстой познакомился с родителями Мещерского. См. тт. 47 и 60.

* 349. А. А. Фету.

1871 г. Августа 24...26. Я. П.

Обдумав всё здраво и вполне, т. е. с женой, мы решили, что, как ни жалко и страшно лишиться Ф[едора] Ф[едоровича],1 мы нынешний год не должны его брать. Летом — в июне будущего года мы бы взяли его, и он прожил бы у нас до конца своих дней. Одним словом, мы его не берем; но, так как он мне ужасно нравится, я рискую заявить, что в июне будущего года мы, наверно, возьмем его. Может быть, ему пригодится иметь это в виду. —

В Никольском у меня обошлось всё хорошо. Дрепчук^2 водворен конторщиком. Дома всё хорошо также. Сейчас еду в Москву для отправки денег за Самарскую землю.

Последняя поездка моя к вам^3 была самая приятная из всех, кот[орые] я делал. Желаю только, чтобы ваши поездки к нам оставляли вам такое же воспоминание, приятное и легкое и серьезное. Оттуда встретил Тютчева^4 в Черни и 4 станции говорил и слушал и теперь, что ни час, вспоминаю этого величественного и простого и такого глубокого, настояще умного старика.

Прощайте. Соня и я посылаем поклон М[арье] П[етровне] и ждем зим[ой](?).

Ваш Л. Толстой.

Датируется временем поездки Толстого в Москву в августе 1871 г.

1 Федор Федорович Кауфман с 1863 г. был воспитателем сына И. П. Борисова, Пети. После поступления последнего в московский Катковский лицей Кауфман остался без места, и Фет предлагал Толстым взять его к детям.

2 Никаких сведений о Дрепчуке не найдено.

3 Толстой был у Фета около 10—15 августа.

4 Федор Иванович Тютчев (1803—1873) — поэт. Ф. И. Тютчев в августе 1871 г. ездил во Вщиж, Брянского уезда Орловской губ. Его стихотворение «От жизни той, что бушевала здесь...» имеет дату: «По дороге во Вщиж августа 17-го 1871 г.».

Об этой встрече с Ф. И. Тютчевым Толстой 13 сентября писал Н. Н. Страхову, см. письмо № 351.

350. Д. Д. Оболенскому?

1871? Сентября начало?

Благодарю, любезный князь, за присылку пальто. Или вам очень некогда, что вы сами не заехали, или вы сомневались, дома ли мы? Желаю очень, чтобы было последнее и чтобы вы приехали к нам. Мы давно уж не видались. — У меня остался патронташ Самарина,1 не знаю, как переслать ему.

Ваш Л. Толстой.

Впервые опубликовано, с датой: «1860—1870 гг.», в «Летописях Государственного литературного музея», кн. 2, М. 1938, стр. 62.

Дмитрий Дмитриевич Оболенский (р. в 1844 г.) — тульский помещик, часто бывавший у Толстого (см. т. 63, стр. 454, и т. 83, стр. 53) и вместе с ним охотившийся. См. Д. Д. Оболенский, «Отрывки (Из личных воспоминаний)» — «О Толстом. Международный толстовский альманах», составленный П. А. Сергеенко, изд. «Книга», М. 1909, стр. 239—246.

Публикуемое письмо не имеет ни даты, ни имени адресата. Судя по письму С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 15 сентября 1871 г., Толстой около 3 сентября участвовал в большой охоте с Д. Д. Оболенским и рядом других соседей, среди которых мог быть и П. Ф. Самарин. Имя Д. Д. Оболенского упоминается в письме этого периода к В. П. Мещерскому (№ 348). См. также упоминание об охоте в письме к С. Н. Толстому от 25...28 ноября, № 354.

1 Петр Федорович Самарин (1830—1901) — участник Крымской кампании, старый знакомый Толстого, помещик Епифанского уезда Тульской губ. См. т. 49, стр. 198.

351. Н. Н. Страхову.

1871 г. Сентября 13. Я. П.

Отвечаю вам, любезный Николай Николаевич, в том же порядке, в каком и вы пишете мне, т. е. сначала о так наз[ываемых] делах, т. е. о пустяках, а потом о не делах, т. е. о существенном. Прочтя первую часть вашего письма, я хотел отвечать, что согласен на предложение Перог.,1 и теперь был бы согласен на подобное предложение, главное — потому, что издать надо будет самому, а хлопот много, и мне не до них. Вот и всё о делах. Одно только, что я не рассчитывал на то, что вы так будете хлопотать о моем деле, и если бы рассчитывал, то не решился бы вас просить. Очень вам благодарен за всё, что вы сделали по этому делу, и прошу вас больше этими пустяками не заниматься. Я дорожу другого рода беседой с вами. — Вы напрасно меня так хвалите. Во-первых, я буду (особенно, если бы это было года два тому назад) ломаться перед вами, буду ненатурален, стараясь соблюсти в ваших глазах тот вид, в котором я представляюсь вам; во-вторых, похвалы действуют на меня вредно (я слишком склонен верить справедливости их), и я с великим трудом только недавно успел искоренить в себе ту дурь, которую произвел во мне успех моей книги.2 Вы сами так тонко это понимаете. Как А. Григорьев,3 чтобы купаться в атмосфере похвалы, всех по ранжиру производил в гениев. — А обмануть меня не трудно в значении моей деятельности, я сам обманываться рад.4 На выражение же вашего сочувствия отвечу только тем, что оно мне радостно в высшей степени; потому что ту же радость, к[оторую] вы испытали, встретив одни и те же взгляды на жизнь во мне, я испытал, встретив вас. В одном только мы не равны: я не могу отделаться от мысли, что я подкуплен вашими похвалами. Скоро после вас я на желез[ной] дороге встретил Тютчева, и мы 4 часа проговорили. Я больше слушал. Знаете ли вы его? Это гениальный, величавый и дитя старик. Из живых я не знаю никого, кроме вас и его, с кем бы я так одинаково чувствовал и мыслил. Но на известной высоте душевной единство воззрений на жизнь не соединяет, как это бывает в низших сферах деятельности, для земных целей, а оставляет каждого независимым и свободным. Я это испытал с вами и с ним. Мы одинаково видим то, что внизу и рядом с нами; но кто мы такие и зачем и чем мы живем и куда мы пойдем, мы не знаем и сказать друг другу не можем, и мы чуждее друг другу, чем мне или даже вам мои дети. Но радостно по этой пустынной дороге встречать этих чуждых путешественников. И такую радость я испытал, встретясь с вами и с Тютчевым. Знаете ли, что меня в вас поразило более всего? Это — выражение вашего лица, когда вы раз, не зная, что я в кабинете, вошли из сада в балконную дверь. Это выражение чуждое, сосредоточенное и строгое объяснило мне вас (разумеется, с помощью того, что вы писали и говорили). Я уверен, что вы предназначены к чисто философской деятельности. Я говорю чисто в смысле отрешенности от современности; но не говорю чисто в смысле отрешения от поэтического, религиозного объяснения вещей. Ибо философия чисто умственная есть уродливое западное произведение; а ни греки — Платон, ни Шопен[гауэр], ни русские мыслители не понимали ее так. У вас есть одно качество, которого я не встречал ни у кого из русских, это, при ясности и краткости изложения — мягкость, соединенная с силой: вы не зубами рвете, а мягкими сильными лапами. Я не знаю содержания вашего предполагаемого труда, но заглавие мне очень нравится, если оно определяет содержание в общем смысле. Но да не будет это статья, но, пожалуйста, сочинение. Но бросьте развратную журнальную деятельность. Я вам про себя скажу: Вы, верно, испытываете то, что я испытывал тогда, как жил, как вы (в суете), что изредка выпадают в месяцы часы досуга и тишины, во время которых вокруг тебя устанавливается понемногу ничем не нарушимая своя собственная атмосфера, и в этой атмосфере все жизненные явления начинают размещаться так, как они должны быть и суть для тебя; и чувствуешь себя и свои силы, как измученный человек после бани. И в эти-то минуты для себя (не для других) истинно хочется работать, и бываешь счастлив одним сознанием себя и своих сил, иногда и работы. Это-то чувство вы, я думаю, испытываете, изредка и я прежде, теперь же это — мое нормальное положение, и только изредка я испытываю ту суету, в к[оторой] и вы меня застали и которая только изредка перерывает это состояние. Вот этого-то я бы желал вам. Про себя же скажу, что я или потому, что слишком отдаюсь этому чувству, или от нездоровья (мне нехорошо всё это время) ничего не пишу и не хочется душой писать.

Хотел многое еще написать, но перервалось настроение, и посылаю письмо, какое есть. —

Еще раз благодарю вас и за ваше письмо и за ваши хлопоты по моему делу.

Ваш Л. Толстой.

13 сентября.

На письме пометка H. Н. Страхова: «13 сент. 1871».

Отрывок из второй половины письма впервые опубликован без даты в Б, II, стр. 241—242; полностью в ТТ, 2, стр. 27—29.

Первое письмо после личного знакомства (H. H. Страхов был впервые в Ясной Поляне в середине августа 1871 г.). Ответ на неизвестное письмо H. Н. Страхова, в котором он писал о своих поисках издателя сочинений Толстого. Вторично об этом же он писал 13 сентября. См. ПС, № 2.

1 Расшифровать это слово не удалось.

2 «Война и мир».

3 Аполлон Александрович Григорьев (1822—1864). См. о нем т. 47, стр. 324, и т. 60, стр. 149.

4 «Ах, обмануть меня не трудно!..

Я сам обманываться рад!» — последние строки стихотворения Пушкина «Признание».

* 352. А. А. Фету.

1871 г. Сентября 17. Я. П.

Слышал, что вы пишете «пупки», очень радуюсь и решительно не знаю, что будет. — У нас всё по-старому. — Пишу с просьбой, безнадежной, о Федоре Федоровиче. Если он не взял еще места, то сосед мой Бибиков (хороший человек) просит его к себе к единственному сыну, мальчику 10 лет^1 до июня. А в июне я прошу его, и Бибиков с тем берет. —

Поклоны наши Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

17 сентября.

Год определяется сопоставлением с письмом № 349.

1 У А. Н. Бибикова был сын Николай (1861—1919).

* 353. Т. А. и А. М. Кузминским.

1871 г. Октября 29. Я. П.

Любезные друзья Таня и Саша!

Давно уже я собираюсь писать вам, но вы меня знаете, и потому нечего распространяться, отчего я до сих пор сбирался. Теперь уж испорчено, во-первых, тем, что я как будто вызван письмом Саши, а испорчено еще потому, что, чтó бы я ни писал, мне кажется, всё уже написала Соня. Нынче твое рожденье, Таня. Раз 10 уже, верно, все поминали про это. Ты завидуешь нашей жизни, а я тебе завидую. Ты без запятых, но пишешь так, что я бы желал, чтобы все так писали. От каждого твоего письма так и запахнет Кавказом. «Старик печет тыкву, Бичо не понимает, что ему кричат». И меня это так и переносит на Кавказ и в мои 22 года, когда я был там. У вас, видно, всё идет отлично. Боюсь за вас только двух вещей: за Сашу, чтобы он не рассердился за что-нибудь на кого-нибудь из сослуживцев или начальников, а за Таню, чтобы она не нарожала по двойне много детей, а за обоих вместе, чтобы вам не жить сверх средств. Завидовать нам можно за тишину нашей семейной жизни и даже за Сашу,1 к[оторый] очень приятен в жизни, но не за Конст[антина] Алек[сандровича],2 как пишет Таня. Правда твоя, Саша, что пустее, противнее и гаже этого человека трудно найти. Ненатуральные слова, звуки, движения. Он мне противен ужасно. — Жизнь наша, впрочем, еще не стала на зимнюю ногу. Я пишу книжку^3 (и, кажется, будет толк), но это не работа. Больше же езжу на охоту с Сашей. На днях Саша стрелял и промахнулся в стоячую лисицу. Я убил двух. Соня жалуется на тошноту и всё — именно понос Левочки — принимает слишком к сердцу. Вообще — как ты хорошо знаешь, Таня, — находится в тяжелом состоянии первого периода беременности.4 Но всё это ничего и даже хорошо. Я привык к этому, и, если б этого не было, мне как будто чего-то недоставало бы. Тула для нас после вас совсем заглохла; я недавно ездил провожать в Москву Вариньку^5 (я посадил ее и поручил В. П. Минину^6) и удивлялся, что по улице ходят, кланяются друг другу. И мы решили с Варенькой, что это Копылов и Иванов^7 притворяются, что и без вас они могут всё то же сделать. — Соня делает планы на лето, но я, как вы знаете, не делаю никаких и всё жду, что велит судьба. — Да и как загадывать? И беременность Сони, и целая зима впереди со всем, что может случиться и хорошего и дурного — и вы — что важнее всего. Прочтя твой план, Таня, приехать на лето к нам — все сказали, что это не может быть, — но я сказал, что, если Таня рассудила, верно, так выходит. А если это для вас выходит, то для нас выходит — счастье и, разумеется, все Самары и все дома и краски не могут быть препятствиями.

Не понимаю, как делать планы. У меня никогда не выходят. А посмотрю на вас, всё так точно. Но удивляюсь, как так жить, как Люб[овь] Ал[ександровна],8 которая, как только приедет куда-нибудь, так живет одной мыслью и приготовлениями, как отсюда уехать. —

В книжке моей будет много хорошего. И я радуюсь, как я пришлю ее вам. А на что вам книг — у вас горы и виноград и горы. Неужели Саша всё так же добросовестно читает свой «Голос» в горах, а Таня зажигает лампы и блюдет тетерева? Ты написал мне о землях, о ценах их. Это меня всегда интересует. И если тебе не скучно, напиши мне еще поподробнее. Лучше бы всего случай какой-нибудь продажи — цену, доход.

Что ты, Саша, не написал подробности обеда у государя и бала? Это всегда интересно. Вас[енька] Перфильев, так тот после проезда государя говорит, что ему неловко садиться обедать без государя — так он привык. Тоже интересно бы знать подробности твоего представления вел[икому] кн[язю].9 Прощайте, любезные друзья, целую детей и вас.

Я бы чаще писал вам, да всё мешает супруга. Точно так же как, когда я рассказываю и подготавливаю к самому важному, а она вдруг ляпнет, точно так же и расписаться боюсь о чем-нибудь — думаю, она уже это написала.

Год определяется переездом Кузминских из Тулы в Кутаис, месяц и число — днем рождения Т. А. Кузминской (29 октября).

1 Александр Андреевич Берс, брат С. А. Толстой и Т. А. Кузминской, гостил в Ясной Поляне.

2 Константин Александрович Иславин.

3 В середине сентября 1871 г. Толстой начал работу над «Азбукой».

4 13 июня 1872 г. у Толстых родился сын Петр.

5 В. В. Толстая.

6 Василий Петрович Минин (1805—1874) — тульский губернский предводитель дворянства (в 1852—1861 и 1864—1874 гг.).

7 Копылов и Иванов — тульские купцы.

8 Л. А. Берс.

9 Вел. князь Михаил Николаевич, наместник Кавказа.

* 354. С. Н. Толстому.

1871 г. Ноября 25...28? Я. П.

Ты не поверишь, что я каждый день — три месяца собираюсь к тебе и всё сбираюсь. Но ты знаешь, как бывает: нынче, завтра и т. д. Правда, когда я приехал с кумыса, были дела, хлопоты, потом охота, постройка,1 бездорожье. Нынче и зима, охоты не будет после пороши, а главное дело, две ночи сряду вижу тебя и всё твое семейство во сне. Напиши, что ты и твои.

Да или приезжай сам, или напиши, когда, до какого времени ты будешь дома, а то я тоже, когда вздумаю поехать, думаю, не застану. — У нас всё благополучно. Гостили Костинька и Саша Берс, но теперь никого нет. Все здоровы и в доме стройка.

Твой Л. Толстой.

На четвертой странице:

Е. С. графу Сергею Николаевичу Толстому.

Датируется упоминанием о пристройке.

1 Под руководством тульского архитектора Гурьева к яснополянскому дому были пристроены с правой стороны зал в верхнем этаже, а под ним нижний кабинет с передней. Тогда же была построена большая деревянная летняя терраса.

* 355. А. М. Кузминскому.

1871 г. Декабря 25...31? Я. П.

Ты не можешь себе представить, любезный друг Саша, как мне весело было заботиться о твоем деле и думать, что я могу быть тебе полезен. Соня пишет обстоятельно и справедливо, в чем дело. Я надеюсь, что мы найдем лучше помещение, только бы знать, когда нужно. Лучше я называю то, чтобы деньги могли оставаться дольше. И Перевозчиков — нотариус говорит, что найдет такое.

Ваши описания Кавказа me font venir l’eau à la bouche.1 Ехавши из М[осквы],2 я встретил грузинского князя в костюме и подсел к нему с разговорами. Он ехал с помещиком молодым полупьяным, сам же красив, как Аполлон, нежен и глуп, как только можно. Оказывается, что этот князь приехал наслаждаться цивилизацией, т. е. Александрынкой после жены грузинки, шампанским работы какого-нибудь Перлова после кахетинского и канканом после лезгинки; и что же оказывается? Накануне они напились с помещиком у Дюссо,3 ездили... их рвало — всё как следует, и в пьяном виде такую любовь почувствовали друг к другу, что решились вместе ехать, и помещик велел уложить и свезти вещи князя на железную дорогу. Утром князь очнулся и хотел на попятный, но вещи сданы. Князь умолял отдать вещи — не отдали. И на самые праздники князя с похмелья везут в Конотоп. Так и проехали. Как не сказать, что пути сообщения много способствуют просвещению. —

Что ты, ни Таня ничего не пишете про охоту?

Этого недостает для полноты картины — для меня, по крайней мере.

Так решено — летом мы опять вместе. Мне так это радостно, что не верится.

Костинька^4 живет у нас уж давно, и мне стыдно вспомнить про то, что я писал вам.5 Когда привыкнешь к нему, он очень и очень приятен для жизни. Я уверен, что в городе было бы другое, но в деревне он не обуза, а украшение в жизни, несмотря на плачевное состояние панталон. Главное, без шуток, у него сердце доброе. — По последнему письму кавказского женщины-поэта — Тани, ваша жизнь идет отлично. Только бы так и было. Что пенье Танино?

Прощайте, поцелуйте детей.

Год определяется временем переезда Кузминских на Кавказ (сентябрь 1871 г.); месяц и число — упоминанием о «праздниках» (25 декабря) и о поездке в Москву (22—23 декабря).

1 [у меня потекли слюнки.]

2 Толстой ездил в Москву сдать в набор первую часть «Азбуки» (в типографию Ф. Ф. Риса).

3 Ресторан в Петербурге.

4 Константин Александрович Иславин.

5 См. письмо № 353.

СПИСОК ПИСЕМ Л. Н. ТОЛСТОГО, НЕ ИМЕЮЩИХСЯ В РАСПОРЯЖЕНИИ РЕДАКЦИИ

1871

113. Г. А. Захарьину. Марта 3. Я. П. Упоминается в письме Толстого к Д. А. Дьякову от 3 марта.

114. Н. В. Толстому. Май — июня начало. Я. П. Упоминается в письме С. А. Толстой к Толстому от 13 июня: «Мама говорила, что твое письмо ужасно подействовало на Николеньку, и он, кажется, решился поступить [в полк]».

115. Прошение в Тульский окружной суд. Июня начало. Я. П. Упоминается в письме С. А. Толстой к Толстому от 13 июня: «Леонид [Л. Д. Оболенский] возил твое прошение в Сергиевское; его не приняли и тебя оштрафовали» [за неявку в качестве присяжного заседателя на заседание выездной сессии Тульского окружного суда].

116. С. С. Урусову. Июня начало. С. С. Урусов писал С. А. Толстой: «Графиня! Лев Николаевич меня встревожил своим письмом, я поскакал сейчас же в Москву, именно 12 июня. Приезжаю прямо к Перфильеву, и что ж! мне говорят, что друг мой ускакал...»

117. Г. А. Захарьину. Июня 10. Москва. Телеграмма. Упоминается в письме к С. А. Толстой от 11 июня (т. 83, № 87).

118. Поверенному Н. П. Тучкова в Самару. Июнь. Каралык. Упоминается в письме к С. А. Толстой от 27 июня (т. 83, № 93).

119. А. А. Берсу. Июля до 15. Каралык. Упоминается в письме к С. А. Толстой от 16 июля (т. 83, № 97).

120. Поверенному Н. П. Тучкова в Самару. Июля до 15. Каралык. Упоминается там же.

121. Ф. И. Оффенбергу. Июля до 20. Каралык. Упоминается в письме к С. А. Толстой от 20 июля (т. 83, № 98).

ПРЕДИСЛОВИЕ К ШЕСТЬДЕСЯТ ПЕРВОМУ ТОМУ.

В шестьдесят первом томе Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого печатаются письма за 1863—1872 годы.

Письма представляют большой историко-литературный и биографический интерес. Они широко освещают литературную деятельность Толстого, его отношение к социальным и политическим вопросам, выдвинутым эпохой шестидесятых годов.

Тематически письма настоящего тома могут быть разбиты на две основные группы. Одна группа — письма семейно-бытовые, являющиеся ценным биографическим материалом. К этой группе нужно отнести и деловые бумаги Толстого, среди которых впервые публикуются его договоры с крестьянами о разверстании угодий и выкупе земли после реформы 1861 года.

Другую и наиболее значительную группу составляют письма, связанные с литературной деятельностью Толстого. Центральное место среди них занимают письма, относящиеся к истории писания и печатания «Войны и мира» и «Азбуки». Письма 1863—1869 годов ярко характеризуют огромный труд, вложенный Толстым в создание «Войны и мира»; они свидетельствуют о кропотливой, настойчивой и неутомимой работе художника. Особый интерес представляют письма этих лет к П. И. Бартеневу, к которому Толстой многократно обращался с просьбой присылать нужные ему исторические исследования и материалы. Письма к П. И. Бартеневу и М. С. Башилову являются вместе с тем почти единственным источником при установлении дат создания отдельных частей романа. Кроме того, письма к художнику М. С. Башилову, полностью публикуемые впервые в настоящем томе, содержат чрезвычайно интересные и ценные указания Толстого по поводу иллюстраций к «Войне и миру».

Письма, относящиеся к периоду создания «Азбуки» (1871—1872 годы), вскрывают упорные искания Толстым «новых приемов» художественного мастерства, его стремление к созданию таких произведений, которые были бы доступны народу.

Ряд писем содержит интересные высказывания Толстого о литературе, о произведениях И. С. Тургенева, А. Ф. Писемского, П. Д. Боборыкина. Эти письма дают богатый материал для характеристики литературно-эстетических взглядов писателя в шестидесятые годы и в начале семидесятых годов.

————

Том включает 348 писем Л. Н. Толстого. За 1863 г. — 27 писем, за 1864 г. — 33 письма, за 1865 г. — 55 писем, за 1866 г. — 22 письма, за 1867 г. — 40 писем, за 1868 г. — 19 писем, за 1869 г. — 22 письма, за 1870 г. — 21 письмо, за 1871 г. — 21 письмо, за 1872 г. — 69 писем. 101 письмо за эти годы к С. А. Толстой напечатано в восемьдесят третьем томе. В разделе «Деловые бумаги и официальные документы» публикуется 12 документов. В разделе «Дополнения» — письма за 1855—1861 годы, не вошедшие в пятьдесят девятый и шестидесятый томы: за 1855 г. — 2 письма, за 1856 г. — 2 письма, за 1857 г. — 1 письмо, за 1858—1859 гг. — 1 письмо, за 1861 г. — 1 письмо.

Из них 170 писем публикуется впервые, 43 письма были опубликованы лишь в выдержках и цитатах; текст писем, опубликованных ранее в различных книгах, сборниках и статьях, заново сверен с рукописями. 327 писем печатаются по автографам, 12 писем — по копиям, 8 писем — по печатным источникам, 1 письмо — по фотокопии.

РЕДАКЦИОННЫЕ ПОЯСНЕНИЯ К ШЕСТЬДЕСЯТ ПЕРВОМУ ТОМУ.

При воспроизведении текста писем Л. Н. Толстого соблюдаются следующие правила.

Текст воспроизводится по новой орфографии, но с соблюдением всех особенностей правописания Толстого, которое не унифицируется.

Ударения в «что» и других словах, поставленные самим Толстым, воспроизводятся и оговариваются в сноске.

Условные сокращения типа «к-ый», вместо «который», раскрываются, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках. Слова, написанные неполностью, воспроизводятся полностью, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках. Не дополняются общепринятые сокращения: и т. п., и пр., и др.

Описки не воспроизводятся и не оговариваются в сносках, кроме тех случаев, когда есть сомнение, является ли данное написание опиской.

Слова, написанные явно по рассеянности дважды, воспроизводятся один раз, но это оговаривается в сноске.

На месте не поддающихся прочтению слов ставится: [1 неразбор.] или [2 неразобр.], где цифры обозначают количество неразобранных слов.

Из зачеркнутого воспроизводится в сноске лишь то, что необходимо для понимания текста.

Написанное в скобках воспроизводится в круглых скобках.

Подчеркнутое воспроизводится курсивом.

В отношении пунктуации: 1) воспроизводятся все точки, знаки восклицательные и вопросительные, тире, двоеточия и многоточия, кроме случаев явно ошибочного написания; 2) из запятых воспроизводятся лишь поставленные согласно с общепринятой пунктуацией; 3) ставятся все знаки в тех местах, где они отсутствуют с точки зрения общепринятой пунктуации, причем отсутствующие тире, двоеточия, кавычки и точки ставятся в самых редких случаях.

При воспроизведении многоточий Толстого ставится столько же точек, сколько стоит их у Толстого.

Воспроизводятся все абзацы. Делаются отсутствующие абзацы в тех местах, где начинается разительно отличный по теме и характеру от предыдущего текст, причем каждый раз делается оговорка в сноске: Абзац редактора. Знак сноски ставится перед первым словом сделанного редактором абзаца.

Письма, публикуемые впервые, или те, из которых печатались лишь отрывки или переводы, обозначены звездочкой *.

В примечаниях указание на то, что письмо печатается по автографу, не делается. Публикация по другим источникам каждый раз оговаривается.

Все даты по 31 декабря 1917 г. приводятся по старому стилю, а с января 1918 г. — по новому стилю.

В примечаниях приняты условные сокращения:

Б, II — П. И. Бирюков, «Лев Николаевич Толстой. Биография», т. III, изд. «Посредник», М. 1908.

БЛ — Государственная Публичная библиотека им. В. И. Ленина.

Г, II — Н. Н. Гусев, «Жизнь Л. Н. Толстого. Л. Н. Толстой в расцвете художественного гения», М. 1928.

ГМТ — Государственный музей Л. Н. Толстого Академии наук СССР.

ПС — «Переписка Л. Н. Толстого с H. Н. Страховым», изд. Общества Толстовского музея, СПб. 1914.

ПТ — «Переписка Л. Н. Толстого с гр. А. А. Толстой», СПб. 1911.

ПТС, I, II — «Письма Л. Н. Толстого», собранные и редактированные П. А. Сергеенко, изд. «Книга», I — 1910; II — 1911.

ТПТ, 1—4 — «Толстой. Памятники творчества и жизни», 1—4, 1917—1924.

TT, 1—4 — «Толстой и о Толстом», вып. 1—4, изд. Толстовского музея, М. 1924—1927.