# Письма. 1906 г.

Толстой Л.Н.

## Лев Николаевич Толстой. Письма. 1906


Государственное издательство

художественной литературы

Москва — 1956


Электронное издание осуществлено

компаниями ABBYY и WEXLER

в рамках краудсорсингового проекта

«Весь Толстой в один клик»


Организаторы проекта:

Государственный музей Л. Н. Толстого

Музей-усадьба «Ясная Поляна»

Компания ABBYY


Подготовлено на основе электронных копий томов 75 и 76

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого, предоставленных

Российской государственной библиотекой


Электронное издание

90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого

доступно на портале

www.tolstoy.ru


Предисловие и редакционные пояснения к томам 75 и 76

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого можно прочитать

в настоящем издании


Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам

report@tolstoy.ru

## Предисловие к электронному изданию

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л. Н. Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л. Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером – компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого.


Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая

Перепечатка разрешается безвозмездно.

## ПИСЬМА. 1906

ПОДГОТОВКА ТЕКСТА И КОММЕНТАРИИ Т. Н. ВОЛКОВОЙ

### 1906

#### * 103. А. И. Архангельскому.

1906 г. Января 1. Я. П.


Очень рад был получить от вас словечко, милый Ал[ександр] Ив[анович], написанное вашим твердым, хорошим почерком, но, к сожалению, ничего не могу сделать для жалкого юноши.[1] Даже не знаю, к кому бы мог обратиться. Жалею, что не пишете о своем телесном состоянии. Что душевное состояние ваше не подвержено изменениям и ухудшениям, а напротив, всё улучшается от болезни (я это по себе знаю по мере телесного ослабления), в этом я вполне уверен.

Прощайте.

Любящий вас

Лев Толстой.

1 янв. 1906.


Александр Иванович Архангельский (1855—1906) — бывший ветеринарный фельдшер, сочувствовал взглядам Толстого, в 1895 г. жил в г. Бронницы Московской губ.; был часовым мастером. Ответ на письмо от 28 декабря 1905 г., в котором Архангельский просил Толстого похлопотать об освобождении арестованного во время декабрьского восстания 1905 г. студента П. В. Всесвятского.


1 Петр Васильевич Всесвятский (р. 1884), член ВКП(б) с 1905 г. В 1905 г. студент юридического факультета Московского университета, секретарь группы агитаторов и пропагандистов с.-д. (большевиков) в Замоскворецком районе. Был арестован за участие в вооруженном восстании. После Великой Октябрьской революции 1917 г. юрист, дипломат и экономист.

#### 104. A. M. Бодянскому.

1906 г. Января 1. Я. П.


Вчера получил ваше письмо и статьи,[1] любезный Александр Михайлович. Я согласен с вами, что желательно бы было, чтоб в печати раздавался голос, обсуживающий события нашего времени не с партийной точки зрения, но с высшей христианской, примиряющей. И голоса такие раздаются в разных органах. Устройство же для этой цели специального органа — журнала, газеты я думаю не достигнет цели. Периодичность, обязательство выходить в известные сроки, избави бог ежедневно, несовместимо с серьезностью, искренностью и обдуманностью.

Пишите, что думаете (ваша о клятве прекрасная статья), и помещайте где попало, и голос ваш будет раздаваться и будет услышан теми, кому он родственен.

А не поместят в газеты, печатайте в отдельных листках. А нет средств — оставляйте в рукописи. Для мысли нет спеха. Она возьмет свое. —

Так я думаю. Жалею, что вы не заехали. Прощайте.

Всего истинно хорош[его] желаю вам.

Лев Толстой.

1 янв. 1906.


Впервые опубликовано, без последних трех фраз, в ПТС, II, № 481.

Ответ на письмо от 25 декабря 1905 г., в котором Бодянский высказывал мысль о необходимости ежедневной газеты христианского направления.


1 Вместе с письмом Бодянский послал Толстому две свои статьи: «О присяге», напечатанную в «Харьковском листке» в конце ноября 1905 г., и неопубликованную статью «Ответ на предложение дать разъяснение», написанную Бодянским по предложению редакции «Харьковского листка» и являвшуюся изложением взглядов Бодянского на происходящие в России события и на роль прессы.

#### * 105. Е. В. Молоствовой.

1906 г. Января 1. Я. П.


Очень рад был получить от вас письмо, милая Лизавета Владимировна. Думаю, что болезнь ваша прошла; если же не прошла, то и в этом нет ничего худого для человека, живущего духовной жизнью,[1] каким я считаю вас. Болезнь только помогает нам сделать то, что мы неизбежно для нашего истинного блага [должны] сделать сами: перенести свои желания из телесной области в духовную, в приближении к тому совершенству, которое мы сознаем.

Помогай вам бог сознательно и бессознательно подвигаться на этом пути.

Совершающиеся события не дают мне спокойно заниматься теми работами, к[оторые] более свойственны моему возрасту, а заставляют отзываться на совершающееся. Что и сделал в последних двух статьях: «Конец века», вышедшей, и другой, к[оторую] только что окончил.[2]

Прощайте, желаю вам всего такого хорошего, к[отор]ое никогда не перестает быть хорошим.

Лев Толстой.

1 янв. 1906.


Ответ на письмо Молоствовой от 12 ноября 1905 г.


1 В автографе: жизни

2 Статья «Обращение к русским людям. К правительству, революционерам и народу».

#### * 106. А. В. Толстой.

1905 г. Декабря 25? и 1906 г. января 1. Я. П.


Получил твое хорошее письмо, милая Лина, и очень бы хотелось бы ответить тебе получше.

Слова эти были написаны почти неделю тому назад, и я все собирался и нынче только собрался ответить. Не оттого, чтобы затруднялся ответом, напротив, слишком многое хочется сказать, но отчасти некогда было, отчасти чувствовал себя ленивым и старым. Некогда было п[отому], ч[то] хотелось поскорее кончить статью: обращение к правительству, к революционерам и к народу, к[отор]ая собственно составляет ответ на твое письмо. Скажу же тебе то, чего там нет и что тоже отвечает на твой ужас и удивление перед зверством людей. Не скажу, чтобы я не испытывал теперь мучительного чувства негодования, сострадания и отвращения от того, что делается, но я не испытываю ни малейшего ни удивления, ни ужаса. Удивление и ужас перед зверством людей я испытал 25 лет тому назад, когда во мне произошел тот душевный переворот, к[отор]ый открыл мне смысл и назначение нашей истинной жизни и всю преступность, жестокость, мерзость той жизни, к[отор]ую мы ведем, люди богатых классов, строя наше глупое матерьяльное внешнее благополучие на страданиях, забитости, унижении наших братий. И это не фраза, что я ужаснулся тогда. Чувство, к[отор]ое я испытал тогда, было так сильно, что я чуть не сошел с ума, глядя на спокойствие и уверенность людей вокруг меня, живущих без всякой религии, без всякой заботы о чем-нибудь другом, кроме своих удобств и приятностей жизни. Я тогда писал, говорил людям, что нельзя жить без религии, без понимания смысла и назначения своей жизни, к[отор]ое для всех людей одно и потому исключает возможность пользования, в виде рабочих, лакеев, мужиков, жизнями других людей, своих братий. Я тогда ужаснулся на это состояние людей без религии, уподобляющее их зверям, и удивлялся и тому, что они могут так жить, и тому, что не грызут, не убивают друг друга. Теперь они делают более резко и открыто то, что они делали постоянно, что делаем мы постоянно; и потому мне жалко, мне жутко, но я не удивляюсь и не ужасаюсь. Всё это не может быть иначе среди людей, к[отор]ые живут, как животные, не подчиняясь никаким абсолютным[1] законам, кроме своей выгоды и приятности.

Человек, у которого нет такого обоснованного, признания высшего начала, закона, которому он всегда при каких бы то ни было условиях, хотя бы и под угрозой величайших страданий и смерти повинуется, такой человек — знай он все науки в мире — только животное. Крестьянская старуха, к[отор]ая ни за что не оскоромится постом и, как бы это трудно ни было, будет говеть, считая это требованием высшего существа, — человек. Самый же ученый профессор, к[оторый] считает, что в мире нет другого закона, кроме борьбы за существование, и самый утонченный художник, считающий высшим идеалом человечества красоту, — оба животные.

Впрочем, я пишу то, что я 20 раз высказывал. Я не удержался высказать это тебе особенно п[отому], ч[то] ты мать семейства и что на тебе лежит обязанность первого воспитания детей, и поэтому тебе более, чем кому другому, и особенно п[отому], ч[то] вопросы эти существуют для тебя, нужно во что бы то ни стало установить в себе ясное и твердое религиозное мировоззрение и не столько словами и книгами, сколько всей жизнью передать его детям.

Поздравляю тебя и с новым годом и новыми детьми[2] и благодарю тебя за твое доверчивое, хорошее письмо ко мне.

Лев Толстой.

1 янв. 1906.


Александра Владимировна Толстая (р. 1880), рожд. Глебова — с 1901 г. жена Михаила Львовича Толстого. В 1903 г. она сделала по просьбе Толстого перевод статьи Э. Кросби «Отношение Шекспира к рабочему народу». См. о ней неоднократные упоминания в «Дневнике С. А. Толстой. 1897—1909», изд. «Север», М. 1932.

Ответ на письмо А. В. Толстой от 20 декабря 1905 г.


1 Зачеркнуто: духовным

2 11 декабря 1905 г. у А. В. Толстой родились близнецы (Александра и Владимир).

#### 107. Альберту Шкарвану (Albert Skarvan).

1906 г. Января 1. Я. П.


Письмо ваше, милый Шкарван, очень огорчило меня. Я вполне понимаю, как вам неприятно и тяжело, живя своим трудом, лишиться заработка, главное же, я уверен, что вам так же, как и мне, больно лишиться добрых отношений вам1 с Чертковым. Я решительно не понимаю, почему вам нельзя печатать днем после Гейнема[на],[2] как это условлено, но не могу исполнить вашего желания дать вам какое-либо исключительное разрешение. Я раз навсегда отдал всё дело Черткову с тем, чтобы он издавал без авторского права, но как он этого желал, чтобы не было изуродованных переводов.[3] Дело это, как я думаю, очень сложное и трудное, и я думаю, что мне, особенно зная и заботливость Ч[ерткова], и правильность изданий, и его отрицание прав собственности на сочинение и перевод, я считаю невозможным вмешиваться в это дело. Простите меня, если я этим огорчаю вас, и верьте, что я не могу поступить иначе. Я пишу с этой же почтой Черткову,[4] прося его уладить это дело с вами так, чтобы вы не теряли своей дружбы.

Так вот, милый Шкарван, пожалуйста, не5 осудите меня.

Я очень рад был из конца вашего письма увидать, что вы всё так же радикальны в своих христианских взглядах и в применении их к жизни. Пожалуйста, пришлите мне ваши заметки о податях.[6] Мне это очень интересно.

Неужели же ваш труд перевода Круга чтения пропадет даром? Неужели нельзя так устроить, чтоб этого не было. Прощайте. Целую вас, вашу жену и детей.

Лев Толстой.

1 янв. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 457—458. Впервые опубликовано в «Летописях», 2, стр. 194—195.

Об Альберте Альбертовиче Шкарване (Albert Skarvan, 1870—1926) см. т. 67.

Ответ на письмо от 9 января н. с. 1906 г., в котором Шкарван просил прислать ему разрешение на издание отдельной книгой переведенных им рассказов из «Круга чтения». См. прим. 2.


1 Так в подлиннике.

2 Вильям Гейнеман (William Heinemann, p. 1863), английский издатель. См. т. 67. В октябре 1905 г. Чертков, с целью получить средства на печатание произведений Толстого на иностранных языках и продажу их по самым минимальным ценам, продал Гейнеману право первого издания произведений Толстого за границей, но без права литературной собственности. Право перепечатки осталось свободным. См. письма к Черткову 1905 г., т. 89. Гейнеман, однако, требовал от Шкарвана плату за право напечатать его перевод рассказов Толстого.

3 В феврале 1898 г. Толстой официально уполномочил Черткова вести все дела по печатанию своих произведений за границей. См. письма к Черткову 1898 г., т. 88.

4 См. т. 89, письмо к Черткову от 1 января 1906 г.

5 Слово: не в подлиннике повторено два раза.

6 В письме от 22 января н. с. 1906 г. Шкарван прислал Толстому выписку из своего дневника от 19 декабря 1905 г. об отказе платить подати на том основании, что правительство собирает налоги для поддержания своего господства.

#### 108—109. В. Г. Черткову от 1 и 5 января.

#### 110. Б. Р. Беме.

1906 г. Января 6. Я. П.


Милостивый государь Б[орис] Р[ихардович],

Получил присланные вами 94 р. 50 к., и хотя я сам лично не занимаюсь помощью пострадавшим от неурожая, надеюсь употребить ваше пожертвование с пользой, передав ваши деньги моему сыну Михаилу, который занят раздачей и продажей дешевого хлеба в местности, особенно потерпевшей от неурожая, именно в дальнем углу Крапивенского уезда, примыкающем к Богородицкому.

С совершенным уважением готовый к услугам

Лев Толстой.

6 янв. 1906 г.


Впервые опубликовано адресатом по автографу в его статье «Еще одно из неизданных писем Л. Н. Толстого» — «Кавказ и Л. Толстой. 1828—1928», Ингушский научно-исследовательский институт краеведения, Владикавказ, 1928, стр. 34.

Борис Рихардович Беме (р. 1871) — присяжный поверенный, живший в г. Владикавказе. После Октябрьской революции работал консультантом при Рабоче-крестьянской инспекции в Народном комиссариате юстиции и членом коллегии защитников.

#### * 111. Снерутинскому.

1906 г. Января 7. Я. П.


Милостивый Государь,

Я получил пожертвованные служащими в центральном лесном управлении деньги 277 р.[1] для пострадавших от неурожая крестьян Тульской губернии и постараюсь, хотя я сам не занимаюсь этим делом, передать их известным мне людям, помогающим на местах беднейшим крестьянам.[2]

Лев Толстой.

7 янв. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, л. 463.

Ответ на письмо Снерутинского от 23 декабря 1905 г. из Петербурга.


1 Зачеркнуто: 50 к.

2 В ЯЗ 6 и 17 января 1906 г. записано: «Лев Николаевич сказал, что он не знает, кому отдать 600 рублей, которые он получил от разных лиц для голодающих. Михаил Сергеевич [Сухотин] советовал передать эти деньги его сыну Льву. Но он оказывает помощь деньгами, а Лев Николаевич лучшей формой помощи считает устройство столовых». «Лев Николаевич... хочет послать Львову [председателю Тульской губернской земской управы] 600 рублей, которые он получил от разных лиц для помощи голодающим. Он поручил Иосифу Константиновичу [Дитерихсу] попросить Львова, чтобы в отчете были приведены имена жертвователей. Впоследствии Лев Николаевич решил послать их гр. Бобринской в Ефремов».

#### 112. В. Г. Черткову от 10/23 января.

#### * 113. Т. А. Кузминской.

1906 г. Января 11. Я. П.


Соня дала мне это письмецо, чтобы снести его вниз, а я нашел, что неприятно посылать открытую карт[очку] с портретом. Вложил в конверт, а кстати пишу тебе, что по-старому тебя помню и люблю.

Лев Толстой.

1906. 11 янв.


Приписка к письму С. А. Толстой, написанному на открытке с ее портретом (домашняя фотография).

О Татьяне Андреевне Кузминской (1846—1925) см. т. 83, стр. 15—16.

#### * 114. Н. П. Депрейс.

1906 г. Января 12. Я. П.


Мне неудобно приглашать вашего батюшку, но если вы можете это сделать, то передайте ему, что я сожалею о том, что огорчил его, и рад буду с ним видеться.

Лев Толстой.

12 янв.

1906 года.


Печатается по копии, написанной рукою Ю. И. Игумновой в копировальной книге № 6, л. 465.

Надежда Петровна Депрейс (р. 1875?) — дочь Петра Николаевича Депрейса (см. письмо № 14).

Ответ на письмо от 4 января 1906 г., в котором Н. П. Депрейс просила позволения приехать в Ясную Поляну ее отцу, огорченному отказом Толстого принять его.

#### * 115. С. В. Егорову.

1906 г. Января 14. Я. П.


Я не помню, получал ли от вас письма.[1] Если и получил, то не отвечал, п[отому] ч[то] считаю ваше посещение меня совершенно излишним и неудобным как для вас, так и для меня. Всё, что я знаю, я высказал в своих писаниях. Напишите, что вас интересует, и, если мои статьи отвечают на ваши вопросы, я вышлю их вам.

Пока высылаю вам собрание Мыслей.[2] Ежедневное чтение этой книги я считаю полезным.

Лев Толстой.

14 янв. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 465—466.

Сергей Васильевич Егоров — сын крестьянина-плотника д. Лузгарино, в 1906 г. учился в 3-м классе прогимназии г. Егорьевска Рязанской губ.

Ответ на письмо Егорова от 12 января 1906 г.


1 В ГМТ хранится восемь писем С. В. Егорова к Толстому.

2 Сборник «Мысли мудрых людей на каждый день». См. т. 39.

#### 116. В редакции газет «Новое время» и «Русские ведомости».

1906 г. Января 14. Я. П.


М. Г. Прошу вас дать место в вашей газете следующему моему заявлению.

В последнее время стали появляться в печати объявления о предстоящем выпуске в России тех моих писаний, которые до сих пор печатались только за границей. Так как многие из этих писаний изданы неточно (с пропусками, ошибками и изменениями), есть даже такие, которые написаны не мною, но приписываются мне, то я просил бы всех тех, кто желает издавать не напечатанные в России мои произведения, обращаться за оригиналами таковых в Англию Christchurch, Hants, к другу моему Владимиру Григорьевичу Черткову, у которого находится самое полное собрание всех моих писаний последних 25 лет в самом точном изложении. Ему одному я посылал и посылаю теперь для печатания за границей по-русски и в переводах все мои новые писания. Занимаясь этим делом уже много лет единственно в интересах самого дела, он писал мне, что охотно будет сообщать всем тем, кому это нужно, необходимые указания и справки для наиболее точного издания моих произведений.

Лев Толстой.


Печатается по публикации в газете «Новое время» 1906, № 10721 от 18 января. Датируется на основании записи в ЯЗ от 13 января 1906 г. и по Ежедневнику С. А. Толстой, которая 14 января 1906 г. отвезла публикуемое письмо из Ясной Поляны в Москву. Одновременно с публикацией в «Новом времени» напечатано в «Русских ведомостях» 1906, № 17 от 18 января. Перепечатано многими другими газетами.

Письмо написано Толстым по совету В. Г. Черткова. Под давлением развертывавшихся революционных событий 24 ноября 1905 г. были опубликованы «Временные правила о печати» об отмене предварительной общей и духовной цензуры повременных изданий. Многие издатели на этом основании начали публикацию в периодических органах и в приложениях ранее запрещенных произведений Толстого и других авторов.

#### 116а. В. Г. Черткову от 14 января.

#### * 117. Д. В. Никитину.

1906 г. Января 15. Я. П.


Спасибо, что написали, милый Дм[итрий] Вас[ильевич]. Хотя и мы знали по газетам всё, что делалось в Звенигор[оде],[1] рады были вашему письму. Вы сами говорите, что нехорошо сердиться, особенно на камень, к[оторый] упал на голову. А нехорошо, главное, п[отому], ч[то] ваше даже такое короткое пребывание в тюрьме, я уверен, оставит добрый след в вашей душе. У нас всё по-старому. Все вас помнят и любят.

Л. Толстой.


Печатается по копировальной книге № 6, л. 468. Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 15 янв.».

Дмитрий Васильевич Никитин (р. 1874) — врач, автор ряда научных печатных работ по медицине.

В 1902 г. Д. В. Никитин был приглашен лечить Толстого во время его болезни в Гаспре, где также лечил и М. Горького. С 1902 по 1904 г. был домашним врачом у Толстого в Ясной Поляне. В это время выполнял и секретарские обязанности при Толстом. В последующие годы неоднократно приглашался для лечения Толстого и членов его семьи в Ясную Поляну. С 3 по 7 ноября 1910 г. находился в Астапове во время болезни и смерти Толстого. Вместе с докторами Д. П. Маковицким и Г. М. Беркенгеймом написал статью «Болезнь и смерть Л. Н. Толстого» — «Русские ведомости» 1910, № 260 от 11 ноября. Автор статей: «Последние дни Толстого» — «Русские ведомости» 1911, № 256 от 6 ноября, «Яснополянская больница» — «Русские ведомости» 1911, № 257, и неопубликованных воспоминаний о Толстом.

Ответ на письмо от 7 января 1906 г., в котором Никитин писал о своем аресте без объяснения причины (через двое суток он был освобожден).


1 В газете «Русское слово» 1905 г. от 29 декабря, в заметках «Земские дела», сообщалось об аресте в Звенигородском уезде двух врачей, а 30 декабря — об аресте земского страхового агента Егорова.

#### * 118. И. Глебову.

1906 г. Января 16. Я. П.


Стихи ваши не дурны, не то что хороши, но только не дурны. Такими стихами запружены все редакции. И заниматься тем, чтобы писать такие стихи, недостойно разумного человека. Простите, что резко говорю вам, что думаю. Делаю это, уважая человека, а в вас человека способного.

Л. Толстой.

16 янв. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, л. 470.

Ответ на письмо от начала января 1906 г. (из г. Серпухова), в котором Глебов просил Толстого высказать свое мнение о трех его стихотворениях: «В царстве леса и долин», «Ночью» и «К...».

#### 118а. В. Г. Черткову от 16 января.

#### * 119. В. А. Шейерману.

1906 г. Января 16. Я. П.


Письмо ваше прекрасно и еще лучше ваш поступок. Дай вам бог не поддаться никаким соблазнам и удержаться в том счастливом, свойственном человеку, состоянии, в кот[ором] вы писали ваше письмо. Сделаю всё возможное, чтобы напечатать его и в Москве, и в Петербурге. Очень рад буду общению с вами.

Лев Толстой.

16 янв. 1906.


Вы, вероятно, молодой человек, и поступок ваш вызван порывом, в кот[ором] побудительные причины: и требования совести и желания славы — любви людской. Берегитесь этого второго побуждения. Дела, вызванные этим побуждением, непрочны. Бывает то, что в добрых делах, вызванных одним этим побуждением, человек раскаивается. Это бывает ужасно жалко. Спросите себя: то ли же бы вы сделали, если бы наверно знали, что никто никогда не узнает о вашем поступке?

Если то, что я пишу, лишнее, то простите меня.

Л. Т.


Печатается по копировальной книге № 6, л. 469. Отрывок опубликован в ПТС, II, № 482.

Владимир Александрович Шейерман (р. 1862) — сын врача, разделял взгляды Толстого. В октябре 1905 г. отдал принадлежавшую ему землю крестьянам, оставив себе лишь небольшой участок, равный крестьянскому наделу. О своем знакомстве с Толстым Шейерман рассказал в автобиографическом очерке «Нечто о Толстом в связи с моими исканиями», написанном в октябре 1928 г. (рукопись, ГМТ).

Ответ на письмо Шейермана от 10 января 1906 г., присланное Толстому вместе с предназначенными для печати «Открытым письмом к землевладельцам». В «Открытом письме» Шейерман призывал помещиков добровольно отказаться от частной собственности на землю.

#### 120. В редакцию газеты «Новости дня».

1906 г. Января 16. Я. П.


Г[осподи]н редактор!

Я получил сегодня очень замечательное и по мысли и по содержанию письмо от неизвестного мне г. Шейермана[1] с просьбой содействовать помещению этого письма в газетах, Г. Шейерман пишет мне, что2 две газеты,[3] в которые он посылал письмо, отказались напечатать его. Мне же кажется, что письмо это, кроме того, что представляет знаменательное явление времени, подобное тем, которые происходили при освобождении крестьян, письмо это, мне кажется, может и даже должно иметь самое благотворное влияние как на землевладельцев, служа им указанием на ту серьезную и прекрасную деятельность, которая предстоит и возможна им, так и на крестьян, — показывая им то, что несправедливость исключительного землевладения сознается не ими одними, но и землевладельцами.

Полагая, что вы, милостивый государь, не откажете дать место письму г. Ш[ейермана] в вашей газете, остаюсь с совершенным уважением, готовый к услугам

Лев Толстой.

16-го января 1906 г.


Печатается по публикации в газете «Новости дня» 1906, № 8102 от 20 января. Черновик письма хранится в ГМТ.


1 «Открытое письмо гг. землевладельцам» Владимира Александровича Шейермана опубликовано вместе с письмом Толстого в газете «Новости дня» с пропуском двух абзацев.

2 В черновике: либеральные

3 «Русское слово» и «Русские ведомости».

#### * 121. В редакцию газеты «Reynold’s Newspaper». Телеграмма.

1906 г. Января 19. Я. П.


I have no opinion whatever on the general election in England.


Я не имею никакого мнения о всеобщих выборах в Англии.


Печатается по тексту, приведенному в ЯЗ. Датируется на основании ЯЗ.

Ответ на телеграмму от «Reynold's Newspaper» из Лондона, запрашивавшего мнение Толстого о результатах выборов в английский парламент.

#### * 122. А. Л. Толстой.

1906 г. Января 22. Я. П.


Вчера еще хотел тебе писать, Саша (не пишу милая и дорогая, потому что так часто неправдиво писал эти слова), п[отому] ч[то] думал о тебе, а нынче письмо от Маши о тебе и от тебя Наташе.

Думал я о тебе вот что: думал то, что ты находишься до сих пор в том счастливом положении, что можешь (т[ак] к[ак] пока еще никакие соблазны, кроме немалого соблазна роскоши, не покупаемой трудом, еще не захватили тебя), можешь поставить свою жизнь на твердые религиозные основы, такие, при к[отор]ых не может быть несчастия и при которых всякий час и день и год, приближающий нас к смерти, всё увеличивает наше благо. Не пугайся моей философии; она очень проста, я только не умею ее выразить просто. Мне хочется сказать яснее то, что я сказал тебе перед отъездом: как беречь себя нравственно. Для этого есть только одно средство: положить себе главную цель, главное дело в жизни: становиться лучше, вырывать из себя то, что мешает любви ко всем, непременно со всеми людьми. Поставить себе эту цель значит жить по течению жизни: года от первого детства и до самой глубокой старости (я знаю это) невольно ведут к этому. Но отдаваться страстям, похотям идет против течения, задерживает этот ход. И от этой деятельности против течения все, все наши страдания. Ведь это не шутка, не разговор для разговора, а такая ясная, несомненная и практическая правда. Всё, чем бы ты ни занималась, на что бы ни положила жизнь — даже на семью — все это и в продолжение жизни уходит, теряет свою прелесть, значение и при смерти ты волей-неволей отрываешься от того, чем жил. Только внутренняя работа над собой, приближение к богу (к совершенству) никогда не уходит, не может уйти от тебя, всё это всё больше и больше притягивает и получает значение и при смерти уходит не от тебя, а с тобой вместе. Пишу тебе это, Сашенька, не рассуждения, а радостный опыт моей жизни, пишу то, что я чувствовал смутно всегда и особенно живо и радостно чувствую теперь. Пробовала ли ты когда-нибудь, с утра, как проснешься, сказать себе: «ну, давай, сегодня, сейчас смотреть за собой строго, чтобы не сделать гадкого». И при первой встрече с человеком, при первой мысли дурной, тщеславной или недобром чувстве поймать себя и поправить. Разумеется, этого нельзя делать всю жизнь, невольно ты в 20 лет, а я в 80 сорвусь и буду говорить, делать то, что потом осужу. Но дело в том, чтобы осудить, чтобы свое дурное не прошло без осуждения. Дело в том, чтобы эта работа над собой признавалась бы главной, главной, главнее в 100 000 раз всех других целей жизни. И так жить не скучно, а, напротив, радостно. Радостно, во-первых, тем, что всегда во всех условиях жизни есть работа важная, серьезная, плодотворная, и, во-вторых, потому что — не думай, что я скажу, что работа эта радостна потому, что видишь в ней успех — не то радостно, а, напротив, то, что всегда видишь, как ты еще плох, а видя это, делаешься смиренен, не осуждаешь других и легче живется с людьми. Все же обыкновенные, невинные радости жизни остаются те же и при такой жизни. Так вот я тебе, Саша, очень советую начать такую жизнь, начать вроде как ты начала учиться на фортепиано, и практиковать сначала хоть два раза в неделю, как с учителем, но не бросать, как с учителем. Впрочем, если серьезно начнешь, ни за что не бросишь. Ну, теперь шабаш. Мы живем очень тихо. Таня спокойнее, Таничка здоровее, мама всё пишет, но, кажется, менее завлекаясь.[1] Наташа[2] очень тиха, мила, разумна. Я ее больше узнал и оценил. С Дориком[3] читаю «Мыс[ли] м[удрых] л[юдей]» ежедневно, и он внимательно слушает и понимает. Ю[лия] И[вановна] также добродушно и усердно мне помогает. Душан также тих и [1 неразобр.]. Я поправляю корректуры для «Круга чтения». И как всегда, это очень поддерживает меня во всем добром. Еще не продолжал то, что ты переписывала (но не оставив),[4] написал маленький рассказ,[5] который Ю[лия] И[вановна] переписывает и я, вероятно, буду еще много поправлять. Очень приятно мне было письмо от одного харьк[овского] помещика, который отдал свои 840 дес[ятин] крестьянам и написал по этому случаю письмо к землевладельцам, которое я послал в газеты: в «Нов[ое] вр[емя]», «Русь» и еще куда-то с моим маленьким письмом.[6] Ну, теперь, как мама говорит про англичанок, к[оторые] пишут в письмах I hope,[7] что вы то-то и то-то. Так и я I hope, что ты бодра, здорова, открыта для впечатлений, и в вопросах о том, как и куда ехать, и как и где жить, будешь руководствоваться желанием удовольствия и пользой других больше, чем своими. Советую тебе пользоваться случаем учиться, приобретать знания и в языках, и в устройстве жизни других народов. Всегда хорошо, поучительно общение с людьми из народа. Тебе это трудно, но возможно с помощью. Пиши мне, не стесняясь тем, какие выйдут письма. Если они будут очень глупы, или очень умны, я не изменю о тебе мнения. Целую тебя. Маше, Коле не кланяюсь, хочу написать Маше.[8] Мих[аила] Сер[геевича] очень благодарю за тебя и прошу помогать тебе. Я его люблю и в присутствии и в отсутствии.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 471—474. В ГМТ хранится также машинописная копия письма. Датируется по записи Толстого в Дневнике (т. 55, стр. 182).


1 С. А. Толстая писала автобиографию «Моя жизнь», начатую ею в 1904 г. Рукопись хранится в ГМТ.

2 Наталья Леонидовна Оболенская.

8 Федор Михайлович Сухотин (1896—1920), младший сын М. С. Сухотина от первого брака.

4 Очевидно, «Посмертные записки старца Федора Кузмича». В декабре 1905 г. Толстой прекратил работу над повестью и больше к ней не возвращался. А. Л. Толстая переписывала на машинке рукопись повести.

5 Рассказ «За что?».

6 См. письмо № 120.

7 [надеюсь,]

8 Мария Львовна и Николай Леонидович Оболенские поехали в Рим для поправления здоровья Марин Львовны.

#### * 123. Г. М. Беркенгейму.

1906 г. Января 23? Я. П.


Очень вам благодарен, милый Гр[игорий] Моис[еевич], за ваш большой и мне очень нужный и для меня полезный и приятный труд. Мне надо многое обдумать и вспомнить, чтобы воспользоваться им.

Что же это вы нехорошо себя чувствуете? У вас всё есть, чтобы этого не было. Стоит только захотеть. У нас всё хорошо от самых старых до самых малых. Все помнят и любят вас.

Лев Толстой.


Датируется по местоположению в копировальной книге.

Григорий Моисеевич Беркенгейм (1876?—1919), детский врач, в течение полутора лет был домашним врачом Толстого. После ухода Толстого из Ясной Поляны во время его последней болезни был вызван в Астапово и присутствовал при смерти Толстого. Автор статьи «Из воспоминаний о Л. Н. Толстом и его последних днях» — «Русские ведомости» 1911, № 256.

Письмо Толстого написано в ответ на присылку Беркенгеймом списка книг, нужных Толстому для работы над задуманным художественным произведением из эпохи Александра I.

#### * 124. В. Д. Фролову.

1906 г. Января 23. Я. П.


Любезный Фролов,

Очень пожалел я, увидав по вашему письму, как вы далеко заблудились в своем самомнении. Вы хотите очистить понятия религиозные народа! Того народа, всю высоту религиозного мировоззрения к[отор]ого вы не понимаете, п[отому] ч[то] не в силах понять, того народа, к[оторый] воспитал, кормит всех нас. Это очень нехорошо. Если пойдете в университет, то еще дальше заблудитесь. Лучший университет для вас в каждой крестьянской рабочей семье. Предпочитают же университет столичный и п[отому], ч[то] то, что там преподают понятнее, и потому, что тот городской универс[итет] воздымает, а этот смиряет. Любя вас, очень жалею о вашем заблуждении. Беседа со мной не мож[ет] помочь вам, помочь вам может только строгое нравственное обращение к самому себе, что и советую вам.

Л. Толстой.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 475—476.

Датируется на основании пометы на конверте письма Фролова от 16 января 1906 г.: «Отв. 23 янв.».

О Василии Дмитриевиче Фролове см. т. 75, прим. к письму № 283.

#### * 125. М. А. Бодянскому.

1906 г. Января 29. Я. П.


Для того, чтобы передать вам то, что говорила вам та несчастная девушка, к к[оторой] вы питаете любовные чувства, не нужно было слов и тем менее разума. Для того, чтобы передать это, нужно б[ыло] делать только то, что делают для этой цели животные самки. Я же думаю, что человек одарен разумом и словами не для того, чтобы придумывать оправдания своим животным похотям, а для того, чтобы бороться с ними и усиливать, уяснять требования разума и подчиняться им. Требования же разума в деле половых отношений давным-давно уже показали людям, что половые отношения среди людей, последствием кот[орых] есть рождение детей, должны быть регулированы, чтобы не быть источником величайших бедствий. Самое простое и понятное определение обязанностей человека относительно этих отношений есть то, чтобы двум людям разных полов, соединясь в акте, последствием к[оторого] есть рождение детей, признавать себя навсегда связанными друг с другом, не допуская для себя уже никогда отношений с другими лицами, — то, что называется браком. Нужно это и для избежания величайших бедствий всякого рода для соединяющихся, а главное, для возможности воспитания детей. Отвечая же на ваш вопрос, что вам делать? советую вам употребить все ваши душевные силы на освобождение себя от захватившей вас страсти. Знаю, что это очень трудно и что наиболее легкое средство — разлука — едва ли возможна вам. Во всяком случае знайте, чтò дурно, и старайтесь избавиться от этого зла.

Есть составленная из моих мыслей Чертковым книжечка о половом вопросе.[1] Если вы думаете, что она может пригодиться вам, приобретите ее. Если не достанете, я вам пришлю.

Лев Толстой.


Датируется на основании пометы на конверте письма М. А. Бодянского от 24 января 1906 г.: «Отв. 29 янв.».

Михаил Александрович Бодянский (р. 1889?) — сын А. М. Бодянского, в 1906 г. ученик 6-го класса реального училища А. Ф. Шрекника в Петербурге.


1 «О половом вопросе. Мысли Л. Н. Толстого, собранные Владимиром Чертковым», изд. «Свободного слова», Christchurch, Hants, England, 1901.

#### 126. Вел. кн. Николаю Михайловичу.

1906 г. Января 29. Я. П.


Дорогой Николай Михайлович,

Только что кончил рассматриванье и чтение текстов вашего издания портретов[1] и не могу достаточно благодарить вас за присылку мне этого превосходного издания. В особенности меня пленили тексты: они так прекрасно, умно, талантливо составлены.[2] Вообще всё это издание есть драгоценный матерьял истории, не только de la petite histoire,[3] но настоящей истории того времени. Я испытал это, п[отому] ч[то] занят теперь временем с 1780-х до 1820-х годов.[4] По этой же причине я теперь только прочел и Долгоруких[5] и Строганова[6] и тоже радовался и благодарил вас. Особенно Строганов неоценен для истории Алек[сандра] I. Желаю вам продолжать с таким же успехом ваши прекрасные и полезные исследования и издания и еще раз благодарю за то, чем я до сих пор из них воспользовался.

Думаю, что вы пережили и переживаете много тяжелого за это последнее время; думаю тоже, что эти тяжелые условия, если мы отнесемся к ним, как должно, без раздражения, а с сожалением к заблуждению людей, могут быть не так тяжелы, могут даже быть полезны для нашей внутренней, духовной жизни, чего от души желаю вам.

Любящий вас Лев Толстой.

1906, 29 января.


Впервые опубликовано в переводе на немецкий язык в немецком журнале «Velhagen und Klasings Monatsheften» в июле или августе 1906 г. В обратном переводе на русский язык почти полностью, но с многими сравнительно с автографом неточностями, опубликовано Адольфом Гессом в его статье «В. кн. Николай Михайлович в Мариенбаде» — «Русское слово» 1911, № 189 от 18 августа. Впервые полностью, с датой: «1906 г. янв. 26», опубликовано в ПТС, II, № 483.


1 В яснополянской библиотеке сохранился экземпляр этой книги Николая Михайловича: «Русские портреты XVIII и XIX столетий», тт. 1—6, Спб. 1905—1909.

2 Тексты биографических очерков к портретам 1 т. издания «Русские портреты» составлены К. А. Военским, А. А. Голомбиевским, С. Н. Казнаковым, Б. Л. Модзалевским, Н. П. Чулковым и Е. С. Шумигорским.

3 [истории частной жизни,]

4 Толстой занимался изучением эпохи Павла I, Екатерины II и Александра I в связи с работой над «Посмертными записками старца Федора Кузмича». См. т. 36.

5 В яснополянской библиотеке сохранился экземпляр этой книги: с дарственной надписью автора, вел. кн. Николая Михайловича: «Князья Долгорукие, сподвижники императора Александра I в первые годы его царствования», Спб. 1901.

6 В яснополянской библиотеке сохранился экземпляр этой книги Николая Михайловича: «Граф Павел Александрович Строганов (1774—1807). Исторические исследования эпохи императора Александра I», тт. I—III, Спб. 1903.

#### 127. М. Л. Оболенской.

1906 г. Января 29. Я. П.


Я придрался к письму П[авла] А[лександровича], чтобы хоть что-нибудь написать тебе, Машенька милая. Собираюсь давно написать длинно, да всё не соберусь, главное оттого, что мне вас очень жалко. И знаю, что не следует жалеть и что всё как должно быть, но всё никак не могу найти тон. Хочется и упрекать вас, и ласкать, и жалеть. Мне кажется, что никуда не надо было ездить, а тем менее в Рим. В Риме с твоей слабостью это Танталово мученье. Надо бы в тихое место оздоровляющее, если верить в оздоровляющие места.

Неделание почти всегда наилучшее, а для больных тем больше. Но всё это хорошо говорить мне, здоровому, счастливому, но тебе трудно, я это понимаю, и мне очень тебя жалко. Вот и упрекнул и пожалел, а ласкать мешает мне pudeur.[1] Кроме того, мешает мне разумно и хорошо писать это письмо еще то, что после прекрасной тишины, в которой мы последнее время жили, вдруг нава[ли]лись гости: Сережа,[2] Буланже, англичанин-кореспондент[3] и сейчас еще Булыгин[4] с какой-то девицей,[5] и все они сидят в зале, и я слышу крик Булыгина и раздраженный голос мама. А то было очень хорошо. Сейчас до обеда б[ыл] у Мар[ии] Ал[ександровны].[6] У нее молока нет, сидит одна, хрипит в своей избушке и на вопрос: хорошо ли ей, не скучно ли? всплескивает руками. Хорош тоже Дорик, объявивший мне нынче при чтении дня Муд[рых] Л[юдей], что он, когда вырастет, будет жить один без прислуги. Хороша тоже была Маша Толстая-Оболенская, да уехала лечиться, когда она заходила ко мне. Да нет ее.

Хотел писать еще, да боюсь напишу нехорошо, еще хуже, чем это. Жалко мне очень и тебя, милый Коля. Знаю, что больше болен тот, кто над болью сидит, и особенно так терпеливо и любовно, как ты. И посоветовать ничего не могу кроме того, что теперь, я думаю, очень далеко от вас, но что одно только может помочь, несмотря на то, что покажется, боюсь, вам пошло и смешно, думать о душе. Прощайте. Целую вас. Не осудите.


Датируется по письму П. А. Буланже от 30 января 1906 г. к М. Л. Оболенской: Толстой сначала хотел сделать приписку в письме Буланже, но, раздумав, написал отдельное письмо. По копии опубликовано с датой: «30 янв. 1906 г.» в «Современных записках» (Париж) 1926, XXVII, стр. 286—287. По автографу публикуется впервые.


1 [стыдливость.]

2 Сергей Львович Толстой.

3 Кённард (Cunnard), доктор медицины, манчжурский корреспондент лондонской газеты «Tribune», провел в Ясной Поляне один день, 29 января 1906 г.

4 Михаил Васильевич Булыгин (1863—1942), знакомый Толстого, бывший одно время последователем его учения.

5 Вера Михайловна Зубрилова (р. 1889), дочь директора Богородицкого среднего земледельческого училища в Тульской губ., близкая знакомая семьи Булыгиных.

6 Мария Александровна Шмидт (1843—1911). См. т. 64, стр. 55.

#### * 128. О. К. Толстой.

1906 г. Января 31. Я. П.


Получил сейчас твое письмо, милая Оля, и отвечаю вместе тебе, Гале[1] и Диме.[2]

Я знаю чуткость и чрезмерную любовь ко мне Димы, и потому мне очень больно быть хотя невольным, но поводом его огорчения. Жозя[3] совершенно напрасно написал про меня, что я огорчен и, что самое невероятное, могу на мгновение сомневаться в Диме, в том, что всё, что он делает, он делает только для общего нам дела. Знаю я, как он должен быть занят теперь, и воображаю с болью, как это всё его расстраивает. Жалко и Шкарвана[4] и еще больше его, не за его стесненное матерьяльное положение, а за то его чувство, которое побудило его начать всё это. Не буду говорить. Если бы я увидел Ш[карвана], я бы ему сказал.

Больно в этом то, что, получая письмо из Christchurch, я жду духовного любовного общения, подробностей жизни, чувств любимых людей, а тут разъяснения, которые не могут быть нужны между нами.

Сейчас тут С. А. Стахович[5] и говорит, что Дима в феврале будет в России.[6] Вот это важно и радостно, коли приведется еще увидеться.

Целую вас и детей.

Любящий вас Л. Толстой.

31 января 1906 г.


Ольга Константиновна Толстая (1872—1951) — сестра А. К. Чертковой, с 1899 г. жена Андрея Львовича Толстого.

Ответ на письмо О. К. Толстой от 30 января — 7 февраля н. с. 1906 г.


1 Анна Константиновна Черткова (1859—1927), жена В. Г. Черткова.

2 Димой называли В. Г. Черткова его семейные и близкие.

3 Иосиф Константинович Дитерихс (1868—1931), брат О. К. Толстой и А. К. Чертковой. См. т. 71.

4 Альберт Альбертович Шкарван. См. письмо № 107.

5 Софья Александровна Стахович была в Ясной Поляне с 30 января по 3 февраля 1906 г.

6 В. Г. Чертков, высланный за границу в 1897 г. и живший в Англии, смог приехать в Россию лишь после революции 1905 г. — летом 1906 г.

#### 129. M. Л. Оболенской и A. Л. Толстой.

1906 г. Февраля 1? Я. П.


Ну, милые мои дочери Маша и Саша (как приятно иметь дочерей), пишу вам вместе, надеюсь, что вы вместе, и желаю этого. А если врозь, то та, кто получит, передай другой. Тебе, Маша голубушка, я написал нехорошее письмо.[1] Был не в духе. И оно осталось у меня на совести, как заноза. Нынче получил радостное известие, что тебе лучше и ты ходишь по Риму. Знаю, как ты, за то, что часто лишена возможности бегать, как другие, умеешь, как никто, и наслаждаться, и понимать, и рассказывать. Ожидаю этого. Главное же радуюсь за тебя. И про тебя, Саша милая, хорошие известия. М[ихаил] С[ергеевич]2 жалуется, что ты не любишь читать. Кто же это любит, когда есть глаза, ноги и восприимчивость. Жалко и даже страшно было за тебя, что ты по вечерам сидишь одна и не пошла к Горб[овым].[3] Как хорошо, что ты слушаешься Машу и Мишу.[4] Теперь вы верно в Швейцарии. И там много хорошего для тех, кто умеет его брать. Постарайся. У нас всё хорошо, не с моей, но с самой мирской точки зрения. Мне же почти так же хорошо, как Марии Александровне.[5] Ну, прощайте пока, целую вас и Мих[аила] Серг[еевича] и Колю, хотя немножко боюсь его.

Л. Т.


По копии опубликовано в журнале «Современные записки» (Париж) 1926, XXVII, стр. 290, с неверной датой: «Май 1906 г.». По автографу публикуется впервые. Датируется содержанием. Письмо написано после письма Толстого к М. Л. Оболенской от 29 января 1906 г., но до получения в Ясной Поляне ее письма от 1 февраля 1906 г.


1 См. письмо № 127.

2 Михаил Сергеевич Сухотин.

3 Николай Михайлович Горбов с женой и дочерью Софьей Николаевной, соседи Т. Л. и М. С. Сухотиных по имению.

4 Михаил Сергеевич Сухотин.

5 Мария Александровна Шмидт. См. письмо № 127.

#### * 130. С. К. Волошкевичу.

1906 г. Февраля 2. Я. П.


Прилагаю два письма, одно к Ник[олаю] Вас[ильевичу] Давыдову, другое Ив[ану] Ив[ановичу] Горбунову, изд[ателю] Посредника. Очень бы рад был, если бы они могли исполнить ваше желание. Передайте, пожалуйста, мой привет Наталье Николаевне.

Готовый к услугам

Лев Толстой.

2 февр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, л. 480.

Сергей Ксенофонтович Волошкевич (1872?—1919) — журналист, член партии РСДРП(б), а затем член РКП(б). Некролог его см. в «Известиях ВЦИК» от 6 мая 1919 г. См. также В. Невский, «Материалы для биографического словаря социал-демократов, вступивших в российское рабочее движение в период от 1880 до 1905 г.», Гиз, 1923, стр. 153—154.

Ответ на письмо Волошкевича от 30? января 1906 г., в котором он, ссылаясь на рекомендацию своей тещи, H. Н. Грот (жены Н. Я. Грота), просил Толстого подыскать ему какой-нибудь заработок.

#### * 131. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Февраля 2. Я. П.


Милый Иван Иванович,

Письмо это передаст вам зять покойного Ник[олая] Як[овлевича] Грота[1] Он и его жена,[2] хорошо знающие языки, ищут заработка. Не можете ли вы или П[авел] А[лександрович] Бул[анже] помочь им.

Я всё поджидаю вас. Но ради бога не стесняйте себя.

Ваш Лев Толстой.

2 февр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, л. 482.


1 Сергей Ксенофонтович Волошкевич (см. письмо № 130).

2 Евгения Николаевна Волошкевич.

#### * 132. Н. В. Давыдову.

1906 г. Февраля 2. Я. П.


Дорогой Николай Васильевич,

Письмо это передаст вам Волошкевич, зять Ник[олая] Яков[левича] Грота (покойного). Он [и] его жена, знающие языки, ищут заработка. Не можете ли помочь ему. Простите, что по старой дурной привычке утруждаю вас. Дружески жму руку.

Лев Толстой.

2 февр. 1906.

#### * 133. Начальнику почты.

1906 г. Февраля 2. Я. П.


Прошу, если пришла посылка с нал[оженным] плат[ежом] от Феррейна[1] и если это для вас не составит затруднения, выдать ее нашему кучеру.

Подписанную повестку пришлю в самом скором времени.

Лев Толстой.

2 февр. 1906


Все письмо и дата — рукой T. Л. Сухотиной. Подпись — рукой Толстого.


1 Феррейн — аптекарская фирма в Москве.

#### * 134. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Февраля 10? Я. П.


Посылаю вам, милый друг Ив[ан] Ив[анович], корректуры,[1] но в связи с вами не могу думать ни о чем другом, как о вашей жене, о вас и вашей милой девочке.

Известите, в каком положении дело.[2]

Ваш Л. Толстой.


Датируется на основании письма И. И. Горбунова-Посадова от 5...7 февраля 1906 г., на которое Толстой отвечал.


1 Толстой посылал Горбунову-Посадову корректуры второго тома «Круга чтения», издававшегося «Посредником».

2 Имеется в виду болезнь дочери И. И. и Е. Е. Горбуновых-Посадовых, Ольги Ивановны.

#### * 135. Г. Е. Бычкову.

1906 г. Февраля 13. Я. П.


Григорий Егорович,

Так как я считаю всякое насильническое правительство с войсками, тюрьмами, податями, одинаковым злом, при кот[ором] не может быть осуществлена справедливость, то для себя полагал бы дурным делом всякое участие в выборе членов какого бы то ни было правительства: монархического, конституционного или республиканского. Что же касается до выбора той или иной партии, то я считаю, что участие в какой бы то ни было из них одинаково вредно, как, простите меня за сравнение, одинаково вредно и дурно напиться водкой, вином или пивом.

Разъяснение моих взглядов на этот предмет и о том, как нужно относиться к теперешнему движению самому главному элементу русского народа — крестьянству, я высказал в последней моей книге: Конец века.

Лев Толстой.

13 фев. 1906.


Григорий Егорович Бычков (р. 1867) — крестьянин д. Федорино Калужской губ., в 1906 г. конторский служащий.

Ответ на письмо Бычкова от 10? февраля 1906 г.: «Будьте добры ответить, следует ли участвовать в выборах представителей в Государственную думу и в какую лучше записаться партию: конституционно-демократическую, Союз 17 октября или Союз русского народа».

#### * 136. Решид Саффет Бею (Réchid Saffet Bey).

1906 г. Февраля 13/26. Я. П.


Cher Monsieur,

Je v[ou]s envoie un de mes livres en Français,[1] je désire qu’il soit nouveau pour v[ou]s et puisse v[ou]s être utile. Vous me demandez ce que je pense de votre patrie. Tout ce que je puis répondre à cette question est que je v[ou]s conseille de penser plus à vos devoirs envers Dieu et l’humanité en général qu’à ceux que vous croyez avoir envers votre gouvernement et votre patrie, et de tâcher de sacrifier les derniers aux premiers.

Turc, Russe, Français, Japonais avant d’être sujet de son gouvernement est sujet de Dieu et a les mêmes devoirs à remplir, devoirs qui consistent dans l’unique loi d’agir envers son prochain comme on voudrait qu’il agisse envers v[ou]s. Et cela sans difference de râce, de religion, de caste, de nation.

Léon Tolstoy.

26 Février

1906.


Милостивый государь,

Посылаю вам одну из моих книг на французском языке[1] и желаю, чтобы она была вам еще неизвестна и могла бы быть вам полезной. Вы спрашиваете, что я думаю о вашей родине. Всё, что я могу ответить на этот вопрос, — это посоветовать вам больше думать о ваших обязанностях перед богом и человечеством, чем об обязанностях, которые, как вы думаете, лежат на вас по отношению к вашему правительству и родине, и стараться жертвовать последними для первых.

Турок, русский, француз, японец, прежде чем подчиняться своему правительству, подчинен богу, и обязанности их одни и те же, заключаются в едином законе — поступать с ближним, как желаешь, чтобы поступали с тобой. И это без различия расы, религии, касты и национальности.

Лев Толстой.

26 февраля

1906.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 485—486.

Решид Саффет Бей Кара-Шемси (Réchid Saffet Bey Kara-Chemsi, p. 1884) — турецкий журналист, автор ряда статей о Толстом, позднее дипломат.

Ответ на письмо Решид Саффет Бея от 26 февраля н. с. 1906 г.


1 Книги, посланные Толстым Решид Саффет Бею: L. Tolstoï, «Le salut est en vous» («Царство божие внутри вас») и «Carnet du soldat» («Солдатская памятка»).

#### 137. П. А. Сергеенко.

1906 г. Февраля 13. Я. П.


Спасибо, милый Петр Алексеевич, за ваше письмо и за ваши прекрасные выписки. Рамакришну[1] я знаю. И много есть из не[го] выписок.

Недавно думал про вас и, желая помочь вашему делу,[2] вспомнил о том, что у меня было два (кроме А. А. Толстой,[3] это третье) лица, к к[оторым] я много написал писем, и, сколько я вспоминаю, интересных для тех, кому может быть интересна моя личность. Это: Страхов[4] и кн. Серг[ей] Сем[енович] Урусов.[5] Может быть, вы бы могли найти эти письма для своей работы.

Я тоже читаю «Кр[уг] чт[ения]» и готовлю много изменений, исправлений для второго издания. Вижу много недостатк[ов].

Поклон всем вашим.

Лев Толстой.


Я знаю Рамакришну по теозофич[еским] журналам. Тех прекрасных мыслей, к[оторые] вы выписали, нет там. Откуда вы брали?

13 фев. 1906.


Опубликовано в ПТС, II, № 484.

О Петре Алексеевиче Сергеенко (1854—1930) см. т. 68. Ответ на письмо Сергеенко от 11 февраля 1906 г.


1 Шри Рамакришна Парамагамза (1833—1886), индусский проповедник ведантийского учения, утверждавший, что в основе всех вероисповеданий лежит одна и та же религия, общая всему человечеству. В первом издании «Круга чтения» Толстым помещено одно изречение Рамакришны. Присланные Сергеенко Толстому выписки из книги М. Миллера «Рамакришна» были Толстым утеряны.

2 Дело, которым был занят Сергеенко, — собирание им писем Толстого для издания, которое было осуществлено позднее: «Письма Л. Н. Толстого 1848—1910 гг., собранные и редактированные П. А. Сергеенко», изд. «Книга», М. 1910; «Письма Л. Н. Толстого 1855—1910 гг., собранные и редактированные П. А. Сергеенко», изд. «Книга», т. II, М. 1911, и «Новый сборник писем Л. Н. Толстого. Собр. П. А. Сергеенко», М. 1912.

3 Александра Андреевна Толстая (1817—1904), двоюродная тетка Толстого. См. т. 46, стр. 490.

4 Николай Николаевич Страхов (1828—1896), философ, друг Толстого. См. т. 61, стр. 234.

5 Кн. Сергей Семенович Урусов (1827—1897), сослуживец Толстого по севастопольской обороне 1855 г., с которым Толстой поддерживал отношения после окончания войны. См. т. 61, стр. 238. Пятнадцать писем Толстого к Урусову были опубликованы А. Е. Грузинским в «Вестнике Европы» 1915, 1.

#### 138. В. Г. Черткову от 13 февраля.

#### * 139. А. Л. Толстой.

1906 г. Февраля 13. Я. П.


Спасибо, милая моя дочь, за письмо. Пиши чаще. Ты, верно, про нас всё знаешь. У нас всё вполне благополучно. Я часто чувствую твое отсутствие и с любовью вспоминаю о тебе не тогда, когда ты мрачна и рассеянна, а внимательна, и весела, и добродушно серьезна. Не теряй детскую серьезность, ту, к[оторую] я вижу в Дорике, когда читаю с ним «М[ысли] м[удрых] л[юдей]» и объясняю.

Пишу я это письмо не только для того, чтобы поговорить с тобой и тебя вызвать, но и затем, чтобы тебе сказать, чтоб ты не торопилась возвращаться, заехав так далеко. Как хорошо, н[а]п[ример], было бы, чтобы ты съездила к Чертковым. Я и В[ладимиру] Г[ригорьевичу] писал об этом.

Я написал маленький рассказ «За что», кажется, без тебя. Нехорошо. Но зато в дневник многое записал хорошо. Тебе надо набирать впечатлений всяких (только бы не таких, какие соблазняют), а мне делать выводы из пережитого. И одинаково хорошо и то и другое.

Прощай, голубушка. Целую тебя.

Л. Т.

13 февр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, стр. 487—488. В ГМТ хранится также машинописная копия письма.

#### 140. П. И. Бирюкову.

1906 г. Февраля 18. Я. П.


Вы, очевидно, правы, милый друг Поша. Такие ошибки происходят оттого, что сам скажешь или услышишь от кого недостоверное, поверишь, повторишь и уверишься, что именно так.[1] О духовном рождении всегда думал по словам евангелия; о том же, когда это будет, не знает никто, кроме Отца. Я думаю, что рождение духовное, как и всё великое, в нашей жизни происходит ростом незаметным, диференциалами. И что такое относительное рожден[ие] (различное по месту, занимаемому на лестнице приближения к богу) совершается во всяком человеке в продолжение всей жизни и окончательное при смерти и что такое же рождение происходит в обществе (совокупнос[ти] людей) и что наше влияние передается не избранным нами лицам (это невозможно), а передается как вклад в сознание всего общества, посредством к[отор]ого влияет и на других.

Что касается до моего отношения тогда к возбужденному состоянию всего общества,[2] то должен сказать (и эта моя особенная хорошая или дурная черта, но всегда мне бывшая свойственной), что я всегда противился невольно влияниям извне, эпидемическим, и что если тогда я б[ыл] возбужден и радостен, то своими особенными, личными внутренними мотивами, теми, кот[орые] привели меня к школе и общению с народом.

Вообще я теперь узнаю в себе то же чувство отпора против всеобщего увлечения, кот[орое] б[ыло] и тогда, но проявлялось в робких формах. Кажется, я не так отвечаю на ваш вопрос. Если не так, то не взыщите. Я хочу сказать, что во мне всегда шла такая внутренняя, не скажу работа, а тревога, волнение, борьба, что я не замечал внешнего современного настроения и был равнодушен к нему. Нынче приезжает М. С. Сухотин и Саша. Они расскажут мне про вас. Привет Паше,[3] Ан[не] Ни[колаевне]4 и детям.

Я живу по своим грехам незаслуженно хорошо. Прощайте, голубчик.

Л. Толстой.

1906. 18 февраля.


Нынче вспомнил, как в этот день 53 г[ода] тому назад б[ыл] в сраженьи и ядро попало в колесо пушки, к[оторую] я наводил.[5] И подумал: надо писать отдельные эпизоды из своей жизни, о к[оторых] живо вспомн[ил], а то по порядку не идет.


Впервые отрывок опубликован Б, I, стр. 397—398. Неполностью опубликовано в ПТС, II, № 485.

Ответ на письмо Бирюкова от начала февраля 1906 г.


1 См. прим. 4 к письму № 97.

2 Бирюков спрашивал Толстого, как он, «живя и действуя в полной силе в шестидесятых годах», относился к этой эпохе.

3 Павла Николаевна Бирюкова.

4 Анна Николаевна Шарапова (1863—1923), сестра П. Н. Бирюковой.

5 Эпизод, о котором пишет Толстой, произошел 17 февраля 1853 г., во время его службы на Кавказе фейерверкером 4-й батареи 20-й полевой артиллерийской бригады. Об этом случае Толстой впоследствии вспоминал неоднократно.

#### * 141. Н. В. Давыдову.

1906 г. Февраля 18. Я. П.


Николай Васильевич,

Будьте так добры передать мою рукопись Прав[ительству], револ[юционерам], нар[оду] моему приятелю С. Д. Николаеву, кот[орый] передаст вам эту записку.

Дружески жму руку.

Л. Толстой.

1906. 18 февр.


Ответ на письмо С. Д. Николаева с предложением отдать в печать только что законченную Толстым статью: «Обращение к русским людям. К правительству, революционерам и народу». Историю печатания статьи см. т. 36, стр. 700—714.

#### * 142. С. Ф. Ожиганову.

1906 г. Февраля 18. Я. П.


Книг таких, о кот[орых] вы спрашиваете, нет, да и не может быть. Заниматься чтением пустых романов Тургенева, Л. Толстого, Гончарова и др. я вам не советую. Читайте лучше евангелие и книги мудрецов. Есть собранные мною Мысли мудр[ых] людей. Чтение таких книг может навести вас на полезные для жизни мысли. Вообще же чтение только тогда хорошо, когда оно содействует хорошей, нравственной, чистой, доброй жизни, п[отому] ч[то] в этом (в доброй жизни) не только главное, но единственное дело всякого человека.

Лев Толстой.

18 февр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 491—492.

Стефан Фокич Ожиганов — в 1906 г. рабочий на Нижне-Тагильском заводе.

Ответ на письмо Ожиганова от 9 февраля 1906 г., в котором он просил прислать книги — «руководства пишущим».

#### 143. Г. А. Русанову.

1906 г. Февраля 18. Я. П.


Простите, что пишу только несколько слов, дорогой Гавр[ила] Андр[еевич]. Всё лучше, чем ничего. Спасибо за ваше письмо, что вы уведомляете о себе. О том, чем кончится всё теперь совершающееся, в каких конкретных формах выразится, нельзя ничего предвидеть. La seule chose à laquelle il faut s’attendre toujours c’est l’innatendu.[1] В настоящем же значении жизни, в совершающемся теперь нет ничего особенного: как в нашей с вами личной, отдельной жизни постоянно происходит всё большее и большее просветление, освобождение от времени (понятие времени доступно нам, нашим внешним чувствам, а они постепенно умирают), к[оторое] совершится вполне при смерти, так и в обществе, в совокупности людей происходит тот же процесс. И как в нашей жизни процесс просветления шел не прямолинейно, а зигзагами или спирально, так и в обществен[ной] жизни. И теперешняя революция много духовно подвинет человечество, к[оторое] становится всё более и более солидарно. Общение теперь с Китаем, Японией, африканскими народами даже, много содействует взаимному уничтожению суеверий.

Думаю, что знаете всё про меня через Пав[ла] Ал[ександровича]2 и потому о своих работах[3] не пишу. Сил всё меньше и меньше становится, но зато всё лучше и лучше умеешь их утилизировать и всё больше и больше чувствуешь помощь извне, состоящую в притуплении животности. Я думаю, что вы чувствуете то же. Ваши сожаления о недостаточно выраженной любви Нине,[4] я думаю, очень хороши. Эти сожаления та же любовь. А любовь вне времени и личности. Она теперь есть в вас, и это главное.

Передайте мою любовь вашим детям, включая Лиду[5] и внук[ов]. Я радуюсь на ваше счастие в них.

Ваш верный старый друг

Лев Толстой.

18 февр. 1906.


Сегодня 53 года, как неприятельское ядро ударило в колесо той пушки, к[оторую] я наводил. Если бы дуло пушки, из к[оторого] вылетело ядро, на 1/1000 линии б[ыло] отклонено в ту или другую сторону, я бы б[ыл] убит, меня бы не было. Какой вздор, я бы был, но в недоступной мне теперь форме.


Впервые опубликовано в «Вестнике Европы» 1915, № 4, стр. 17—18*


1 [Единственное, к чему мы должны быть всегда готовы, — это к неожиданности.]

2 Павел Александрович Буланже.

3 В январе—феврале 1906 г. Толстой был занят работой над «Кругом чтения», кончал статью «Обращение к русским людям», начал писать рассказ «За что?».

4 Антонина Алексеевна Русанова, жена Русанова, умершая 6 августа 1905 г.

5 Лидия Александровна Русанова, жена Андрея Гавриловича Русанова.

#### 144. В. А. Шейерману.

1906 г. Февраля 18. Я. П.


Владимир Александрович,

Я вас вполне понимаю; не только понимаю, но сливаюсь с вами в одно и то же сознание бога — основы нашей жизни. На этой глубине сознания мы все соединяемся воедино. И такое сознание есть великое благо. Но мы не можем оставаться постоянно на этой глубине сознания. И главная задача людей, испытавших это состояние, в том, чтобы во-1-х, как можно большую часть своей жизни оставаться в нем, а во-2-х, остальную жизнь, происходящую вне этого сознания, как можно больше приблизить к нему, все поступки пропитать этим сознанием единства со всеми людьми, со всем живым. И это приводит меня к тем мыслям, к[отор]ые вызвало во мне это ваше второе письмо. Вы семейный человек, у вас дети, жена, к[отор]ая, как это и не может быть иначе, не может сочувствовать поступкам, вызванным вашим душевным состоянием; не может сочувствовать п[отому], ч[то] кто не со мной, тот против меня. Сочувствовать изменению миросозерцания, замене мирского миросозе[рцания] христианским — нельзя. Можно разделять или не разделять его. А не разделяя, не только нельзя сочувствовать, но нельзя не относиться к нему враждебно. И таково должно быть отношение вашей жены и ваших (по мирскому) близких вам. Но вопрос в том, каково должно быть отношение ваше к ним? Само собой разумеется, что вы должны всеми силами стараться поступать так, чтобы ваши поступки не производили бы раздражения или как можно меньше раздражения, но есть поступки, к[отор]ые вы не можете не делать по требовани[ям] своей совести, к[оторые], как ваша отдача земли, должны вызывать раздражение, не только семейных, но и посторонних, и вот тут-то надо быть внимательным к себе, чтобы не заразиться их раздражением, а, понимая их положение, хотя и неизбежно раздражая их, не переставать любить их. Пребывающий в любви пребывает в боге и бог в нем. Вот этому-то пребыванию в любви надо стараться не изменять, несмотря ни на какие против тебя поступки и чувства других людей. Обыкновенно и самые добрые люди считают, что главное не раздражить людей, сделать им приятное, вызвать их любовь к себе. Но это большая ошибка: поступать надо независимо от того, приятно или неприятно это будет людям, а только потому, насколько поступки приятны богу. По отношению же людей главное дело в том, чтобы пребывать в любви к ним, т. е. не испытывать к ним недоброжелательства, хотя бы они и ненавидели и оскорбляли. И главное, что нужно для этого, это, любя, понимать их и, понимая, любить их. А то часто бывает, что для того, чтобы не раздражить людей, угодить им, не делаешь того, чего требует от тебя бог, и вместе с тем чувствуешь недоброе чувство к тем людям, ради к[оторых] ты отступил от требований бога. И выходит двойной грех: и тот, что ты не исполнил того, что хотел бог, и не любишь тех людей, ради к[оторых] ты сделал это. А надо б[ыло] напротив: сделать то, чего требует совесть, и, понимая их положение, не переставая любить тех, кому неприятен твой поступок. Тогда ты наверное сделал бы то, что должно для себя, и по всем вероятиям добро тем, с кем имел дело. Я горьким опытом узнал эту ошибку и очень желаю вам не делать ее. Посылаю вам несколько книг. Пишите мне о том, как сложится дальше ваша жизнь.

Любящий вас Лев Толстой.

18 февр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 489—492. Впервые отрывок опубликован в «Русских ведомостях» 1910, № 262 от 13 ноября. Почти полностью опубликовано в ПТС, 1, № 243, с неверной датой: «10 февраля 1906 г.».

Ответ на письмо Шейермана от 31 января 1906 г.

#### 145. Альберту Шкарвану (Albert Škarvan).

1906 г. Февраля 18. Я. П.


Любезный Шкарван,

Как жалко, что вы так раздражаетесь. Я приписываю это вашему нездоровью, но думаю, что все-таки во власти каждого человека воздерживать себя и не причинять зла людям (и близким), а главное не питать в душе зла против них. — Если вы в спокойном, здравом состоянии обсудите дело, то не можете не понять и не знать, что как я отказался раз навсегда от права на свои писания и никак не могу вдруг изменить это решение, так и Черт[ков], строго держась этого принципа за себя и меня, не мог изменить этого.

Если же вследствие того, что он для усиления своего дела издания решил с нынешнего года, не отступая от правила свободы перепечатания, воспользоваться в денежном отношении через Heineman’a правом первого печатания,[1] то от этого дело не изменяется, и если есть путаница, то она произведена или жадностью издателей, или вашим недобрым отношением к нему, вследствие к[оторого] возникшие недоразумения не распутывались, а запутывались.

Ужасно грустно и тяжело мне было читать такое письмо именно от вас. Только подумайте о том, как мы отнесемся ко всем такого рода столкновениям, не только к близости смерти, но в хорошую минуту религиозного сознания, кот[орое] вы так способны испытывать. Только положите на весы с одной стороны любовь к людям, особенно таким, как Ч[ертков], и с другой какие-то интересы изданий, чтобы смешно стало, что можно это сравнивать. Разъяснять и вникать в разъяснения по этому предмету я не только не хочу, но и не могу и потому, пожалуйста, если хоть немного любите меня, не пишите мне об этих делах, как будто этого никогда не было, а мы с вами будем жить попрежнему, любя друг друга.

Лев Толстой.

18 февр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 498—500. Впервые опубликовано в «Летописях», 2, стр. 195—196.

Ответ на письмо Шкарвана от 23 января 1906 г.


1 См. прим. 2 к письму № 107. В письме от 30 января — 7 февраля н. с. 1906 г. О. К. Толстая сообщала Толстому, что В. Г. Чертков и В. Гейнеман отказались от гонорара с издания переведенных Шкарваном рассказов Толстого.

#### 146. М. Л. Оболенской.

1906 г. Февраля 20. Я. П.


Спасибо тебе, милая Машенька, за твое хорошее письмо. Ты так же хорошо пишешь, как и рассказываешь. Хорошо и твое описание Монте-Карло,[1] и описание сна — очень хорошо. Сейчас оторвался от письма, чтобы проводить мама, к[оторая] едет в Москву, а потом разговорился с Сашей. Они вчера приехали, и я еще не говорил с ней один на один. Хотя нам тайно нечего говорить, но приятнее говорить вдвоем. — Да, Маша милая, наш грех великий это — наше положение роскоши и праздности среди трудящихся. Надо стараться поправить, а не в силах поправить совсем, то хоть сколько-нибудь, то хоть чувствовать и стыдиться, как и ты пишешь, описывая Мо[нте]-Кар[ло], и я знаю — искренне.

Я чем ближе приближаюсь к концу, тем всё тверже и яснее чувствую всю правду того, с чего я начал и в чем ослабел.

О том, что делается у нас, тебе, верно, пишет Юл[ия] Ив[ановна]. О своей внутренней жизни, кот[орая] идет во мне более напряженно, чем когда-нибудь, я не пишу. Пишу в дневнике. Бывают минуты слабости, когда грустно от отделенности от всех, несмотря на физич[ескую] близость. Но это минуты слабости. Когда опомнишься, то, напротив, чувствуешь, что если то, что испытываешь и думаешь, то, что должно, то есть тот, кто слышит тебя, и так или иначе то, что переживаешь, не пропадет. Писал я пустяки: рассказ,[2] но главное вписывал то, что думал, в дневник. Теперь же занимает меня особенно — хотелось бы не умереть, не сделав этого — курс закона божья, в виде ежедневных мыслей, как в Мысл[ях] мудр[ых] людей, только упрощенных, доступных ребенку, и в последовательности по степени важности: о боге, о душе, о жизни и т. д. Я теперь читаю ежедневно с Дориком,[3] и это идет очень хорошо. Саша в восхищеньи от Cannes,[4] и я радуюсь за вас, п[отому] ч[то] Коля[5] радуется за тебя. Целую вас обоих.

Л. Толстой.

1906. 20 февр.


Впервые по копии опубликовано в «Современных записках» (Париж) 1926, XXVII, стр. 287—288, с датой: «1906 г. февраль». По автографу публикуется впервые.

Ответ на несохранившееся письмо М. Л. Оболенской из-за границы.


1 Монте-Карло — курорт на берегу Средиземного моря.

2 В январе — феврале 1906 г. Толстой писал рассказ «За что?», впервые напечатанный в «Круге чтения», М. 1906.

3 Федор Михайлович Сухотин.

4 Канны — курорт на юге Франции на берегу Средиземного моря.

5 Николай Леонидович Оболенский.

#### * 147. И. Д. Гальперину-Каминскому.

1906 г. Февраля 21. Я. П.


Любезный Илья Данилыч, заявление Биншток неверно.[1] Право перевода и всякого рода изданий, как и было, остается свободным. Пожалуйста, за подробностями обратитесь к Черткову, Christchurch, Hants, V. Tchertkoff, кот[орый] заведует всеми изданиями и переводами за границей и особенно строго настаивает на свободе переводов и перепечатаний.

Я писал ему о вашем вопросе.

Книги ваши получил и благодарю вас и за работу и за книги.[2]

Л. Толстой.

21 фев. 1906.


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 498—499.

Илья Данилович Гальперин-Каминский (1858—1936) — переводчик произведений русских писателей на французский язык. См. т. 67.

Ответ на письмо Гальперина-Каминского от 16 февраля 1906 г.


1 Владимир Львович Биншток, переводчик сочинений Толстого на французский язык. См. т. 73. Гальперин-Каминский писал, что Биншток рекламирует себя как друга Толстого, единственного представителя Толстого во Франции, и заявляет, что «все права перевода и перепечатки для всех стран за переводчиком сохраняются».

2 И. Д. Гальперин-Каминский посылал Толстому свои переводы его произведений: L. Tolstoï, «Guerre et Révolution. La fin d’un monde», изд. E. Fasquelle, Paris, 1906; «Le Grand Crime. La constitution et le partage des Terres. Précédé d’une lettre au Tzar», изд. E. Fasquelle, Paris, 1905; «Conseils aux Dirigés», изд. E. Fasquelle, Paris, 1903.

#### 148. В. Г. Черткову от 21 февраля.

#### * 149. Л. Эпштейну.

1906 г. Февраля 21. Я. П.


Милостивый Государь,

Всё, что я могу сделать, это то, что просить моего друга Александра Никифоровича Дунаева (адрес его: Москва, Торговый банк на Ильинке), о том, чтобы он постарался поместить вас в клинике для нервных больных. Я писал ему об этом. Потрудитесь обратиться к нему за ответом.

Л. Толстой.

1906. 21 февр.


Печатается по копировальной книге № 6, л. 497.

Л. Эпштейн (р. 1886) — столяр, в 1906 г. жил в Смоленске.

Ответ на письмо Эпштейна от 5 февраля 1906 г.

Л. Эпштейн обращался к Толстому за помощью еще несколько раз. См. «Список писем, написанных по поручению Толстого».

#### * 150. А. Н. Дунаеву.

1906 г. Февраля 23. Я. П.


Дорогой Алекс[андр] Никиф[орович],

Вами облагодетельствованный крестьянин Панов просит опять вашей помощи, чтобы его положили в клинику. Ему велели приезжать через три месяца.

Целую вас.

Лев Толстой.

23 февр. 1906.


На обороте письма: Александру Никифоровичу Дунаеву.

#### * 151. П. А. Буланже.

1906 г. Февраля 26. Я. П.


Милый Павел Александрович, сын нашего Ильи Васильевича[1] (лакея), смирный и умный малый 20 лет, от болезни глаз не мог продолжать учиться граверству и без места. Не можете ли вы пристроить его. Очень бы хорошо и был вам благодарен. Целую вас. Когда же увидимся?

Л. Толстой.

26 февр. 1906.


1 Сергей Сидорков (1886—1910) — старший сын Ильи Васильевича Сидоркова (1858—1940), прослужившего в доме Толстых семнадцать лет, до 1910 г. После Октябрьской революции И. В. Сидорков работал в музее-усадьбе Ясная Поляна.

#### * 152. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Февраля 26. Я. П.


Милый Иван Иванович,

Записку эту передаст вам Крупский.[1] Я не знаю его, но он знает много наших друзей, жил в Якутске с духоборами. — Если ничего нельзя для него сделать, то он хотя познакомится с вами, Гусевым....[2]

Что Олюшка? Не переставая думаю о ней.

Ваш Л. Толстой.

26 фев. 1906.


1 Александр Никанорович Крупский. См. т. 75, письмо № 201.

2 Николай Николаевич Гусев (р. 1882). См. т. 74, стр. 175.

#### * 153. А. М. Томилиной.

1906 г. Февраля 27. Я. П.


Александра Михайловна,

Ваше письмо одно из тех, на к[оторые] я всегда чувствую потребность ответить, во-1-х, п[отому], ч[то] слышу в нем искренность, и, во-2-х, п[отому], ч[то] мне очень жалко людей, находящихся в том несчастном и — простите меня — извращенном душевном состоянии, в к[отором] вы находитесь. — Ваш первый вопрос: есть ли бог? и можно ли доказывать его существование тем, что было бы хорошо, если бы он был, подобен вопросу, к[оторый] сделал бы человек: есть ли у человека тело? и можно ли доказывать то, что есть тело, тем, что было бы хорошо, если бы оно было. То, что есть бог, не только так же, но без сравнения более несомненно, чем то, что есть тело. Вопрос о том, есть ли бог? мог возникнуть только в той — опять простите меня — развращенной и невежественной, в истинном смысле этого слова, среде, к[оторая] у нас называется интеллигенцией и квинт-эссенция к[отор]ой проявляется в том учреждении высших курсов, в к[оторых] вы думали найти ответы на ваши самые законные вопросы. Вся организация того, что у нас, я разумею не одних русских, называется просвещением, есть организация одурения, достигаемая чрезвычайно искусно посредством умолчания о том, что важно, и приписывание наивысшего значения тому, что не важно и даже ложно и ничтожно, и доводящ[ая] людей до величайшего самомнения, соединенно[го] с величайшим невежеством.

Всякая безграмотная старушка знает, что есть бог и есть его закон и что в исполнении этого закона смысл жизни, и в глубине души, несмотря на внешние суеверия, знает и то, в чем состоит главное дело человека для исполнения этого закона, знает, что главное в том, чтобы жить в любви и согласии и любви. И потому такая старушка человек просвещенный, а женщина, знающая все подробности крестовых походов, интегральн[ое] счисление, спектральный анализ и т. п., но не знающая бога, его закона и смысла жизни, человек очень жалкий по своему невежеству. И такому человеку надо прежде всего понять свое положение и постараться освободиться от того гипноза, в кот[ором] он воспитывался и находится. Для познания бога нужно не какое-либо положительное усилие мысли, а нужно только отрицательное усилие освобождения от обмана, путаницы, тумана, в к[оторых] находятся так называемые интеллигенты. Понять прежде всего то, что опровержение всего того, что приписывает богу тот организованный обман, к[оторый] называется церковью, никак не доказывает того, чтобы не было бога. Так же, как всякие небылицы, кот[орые] говорили бы вам о ваших родителях, никак не доказывали бы того, что их не существует. Ложь церкви очень много содействовала ослаблению сознания человеком бога; но ложь эта только для людей очень поверхностных и легкомысленных, или только для людей безнравственных, желающих освободиться от всякого стеснения, могла быть поводом утверждать, что не существует того, о чем проповедуется ложь. Бога нельзя определять именно п[отому], ч[то] мы знаем и можем знать его не рассуждением, а внутренним сознанием. И всякий человек знает бога, хотя в своем заблуждении может на словах и отрицать его. Только откинь человек то, что заслоняет от него бога, и он познает то, что он никогда и не переставал знать бога. Я составил книгу, называемую Круг чтения (она везде продается). Там на 22 февр[аля] и 24 марта, да и в других местах, есть мысли об этом предмете, кот[орые], думаю, ответят вам на ваш первый да и второй и третий вопросы.

Для себя я на ваши вопросы отвечаю так: себя, свое духовное я, неизвестно откуда появившееся в этот мир и очень скоро долженствующее из него исчезнуть или уйти куда-то, я понимаю как орудие чьей-то недоступной моему ограниченному уму воли. Эту волю я называю богом. Смысл моей жизни я полагаю в том, чтобы соблюсти, развить, усовершенствовать это орудие воли божией, т. е. свое духовное «я». Полагаю я в этом смысл моей жизни, так как это одно из всего совершающегося в мире находится в моей власти [и только это одно содействует моему истинному благу и благу других людей].[1] Как же наилучшим образом жить, что считать главным, наиболее важным и что менее, — вытекает само собою из приписываемого мною смысла жизни. Самое важное и главное состоит в увеличении в себе любви, в пребывании в любви, в воспитании и возращении в себе чувства доброжелательства ко всем людям, ко всему живому, ко всему миру. Руководством же для проявления любви должно служить правило, общее всем религиям: поступать с другими, как хочешь, чтобы поступали с тобой, или, по крайней [мере], не делать другим того, чего не хочешь, чтобы тебе делали.

Советую вам испытать такую жизнь, и вы опытом еще сильнее, чем разумом, убедитесь в истинности ее основ.

От души желаю вам истинного блага, достигаемого только внутренней работой над собою.

Лев Толстой.

1906. 27 февр.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 1—4. В ГМТ хранится также автограф-черновик части письма — со слов: «Для себя я на ваши вопросы...», кончая словами: «...находится в моей власти», написанный на обороте листа 31-го 12-й рукописи рассказа «За что?».

Александра Михайловна Томилина (1887?) — в 1906 г. слушательница исторического отделения Высших женских курсов в Петербурге.

Ответ на письмо Томилиной от 21 февраля 1906 г.


1 Текст, взятый в квадратные скобки, вписан рукой Ю. И. Игумновой между строк.

#### 154. Г. Е. Бычкову.

1906 г. Марта 1. Я. П.


Ответ мой на оба ваши вопроса такой: надо поступать всегда, а особенно в делах, от к[оторых] могут пострадать люди, по собственному рассуждению и совести, а не поддаваться внушению (гипнозу), как всегда совершаются забастовки.

Сотни же, как красная, так и черная, допуская насилия и убийства, одинаково гадки.

Лев Толстой.

1 марта 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 6. Впервые опубликовано в газете «Русское государство» 1906, № 33 от 11 марта.

Ответ на письмо Бычкова от 27 февраля 1906 г.: «Скажите, пожалуйста, следует ли бастовать и принуждать товарищей к забастовке или же работать? II какая сотня лучше, красная или черная?»

#### * 155. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Марта 1. Я. П.


Посылаю письмо Ч[ерткова]. Я думаю, что вам ничто не помешает исполнить его желание.[1] Я же, разумеется, согласен со всем тем, что может удовлетворить вас обоих, т. е. ваши дела. Вам обоим я знаю, что все эти пустяки не интересны. Целую вас. Сейчас получил коректуры.

Л. Т.

1 марта.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 5.


1 Письмо Черткова неизвестно. Как видно из ответного письма Горбунова-Посадова, он намерен был напечатать рассказ Толстого «Божеское и человеческое» в издательстве «Посредник», во втором томе «Крута чтения». Чертков же настаивал на первоначальной публикации рассказа в его издательстве «Свободное слово». Недоразумение разрешилось соглашением печатать рассказ одновременно.

#### 156. В. Г. Черткову от 1 марта.

#### 157. П. И. Бирюкову.

1906 г. Марта 3. Я. П.


Получил сегодня ваше письмо, милый Поша, и посылаю завтра телеграмму[1] и это письмо. Вчера я получил письмо от Пругавина с желанием напечатать письмо мое А[лександру] III2 и письмо ко мне Побед[оносцева].[3] Я хотел отказать ему, т[ак] к[ак] мне неприятно б[ыло] от себя посылать письмо, да его у меня и нет, но против того, чтоб поместить у вас в статье, я ничего не имею и очень рад хоть этим услужить вам. Победоносцевское же письмо, я думаю, не следует печатать без его разрешения, а надо и можно спросить его об этом. Если он забыл, то можно напомнить ему: письмо от 15 июня 1881 г. (можно и списать его).

О том, как на меня подействовало 1-е марта, не могу ничего сказать определенного, особенного. Но суд над убийцами и готовящаяся казнь произвели на меня одно из самых сильных впечатлений моей жизни. Я не мог перестать думать о них, но не столько о них, сколько о тех, кто готовился участвовать в их убийстве и особенна А[лександре] III. Мне так ясно было, какое радостное чувство он мог испытать, простив их. Я не мог верить, что их казнят, и вместе с тем боялся и мучался за них и за их убийц. Помню, с этой мыслью я после обеда лег внизу на кожаный диван и неожиданно задремал и во сне, в полусне подумал о них, о готовящемся убийстве и почувствовал так ясно, как будто это всё б[ыло] наяву, что не их, а меня казнят, и казнят не Ал[ександр] III с палачами и судьями, а я же и казню их, и я с кошмарным ужасом проснулся. И тут написал письмо. Первое письмо б[ыло] гораздо лучше. Потом я стал переделывать, и стало холоднее. Помню, я тогда прочел уже последнюю версию Бестужеву,[4] оружейного завода генералу, и он деловитым тоном объявил, что за такое письмо: «места отдаленные». Судя по тому, как Победон[осцев] относился к Маликову[5] и его знакомству с Страховым, я решил послать письмо через него. Он прочел или не прочел письмо и возвратил, кажется, Страхову, и тогда Страхов через Бестужева Констант[ина] профес[сора]6 передал письмо Сергею Александр[овичу], и он передал А[лександру] III. О том, прочтено ли оно б[ыло] и как принято, ничего не знаю.

Не скажу, чтобы это отношение к письму имело влияние на мое отрицат[ельное] отношение к государству и власти. Началось это и установилось в душе давно, при писании «Война и Мир», и было так сильно, что не могло усилиться, а только уяснялось. Когда казнь совершилась, я только получил еще большее отвращение к властям и к Алек[сандру] III.

Пишу вечером, усталый, и потому скверно. Может быть, что-нибудь пригодится. А то можно поправить, что не ладно, если будете печатать. Прощайте, милый друг.

Лев Толстой.


Впервые отрывок опубликован П. И. Бирюковым в его статье «Событие 1 марта и Л. Н. Толстой» — «Голос» 1906, № 1 от 27 апреля. Датируется на основании пометы в инвентарной книге.

Ответ на письмо от 10 марта н. с. 1906 г., в котором Бирюков, сообщая о своем плане опубликовать в журнале «Былое» статью «Событие 1 марта и Л. Н. Толстой», просил разрешения поместить в ней письмо Толстого к Александру III и ответ на это письмо К. П. Победоносцева.


1 Телеграмма неизвестна.

2 Окончательная редакция письма Толстого к Александру III от 8—15 марта 1881 г. неизвестна. Черновую редакцию см. в т. 63, стр. 44—52.

3 Письмо К. П. Победоносцева к Толстому от 15 июня 1881 г. см. т. 63, стр. 58—59.

4 Василий Николаевич Бестужев-Рюмин (1835—1910), генерал-лейтенант. В 1876—1889 гг. был начальником оружейного завода в Туле.

5 Об Александре Капитоновиче Маликове см. т. 63, стр. 66.

6 Константин Николаевич Бестужев-Рюмин (1829—1897), историк. В 1864—1882 гг. Бестужев преподавал историю великим князьям, в частности будущему царю Александру III и вел. кн. Сергею Александровичу.

#### 158. А. С. Пругавину.

1906 г. Марта 3. Я. П.


Вчера получил ваше письмо, милый Александр Степанович, а нынче о том же от Бирюкова. Мне было бы неприятно посылать от себя письмо,[1] да у меня его и нет, а Пав[лу] Ив[ановичу] это подобает, как эпизод из биографии, к[оторую] он пишет. И я сейчас пишу ему, что даю ему carte blanche[2] распоряжаться с письмом к А[лександру] III, как он хочет. О письме же Победоносцева пишу ему, что для напечатания его нужно получить на то согласие Поб[едоносцева]. Я думаю, можно бы вам или Пав[лу] Ив[ановичу] обратиться об этом к нему.

Желаю вам успеха в вашем издании и вам лично всего хорошего.

Ваш Л. Толстой.

1906. 3 марта.


Впервые опубликовано в статье А. С. Пругавина «Письма и записочки Л. Н. Толстого» — «Вестник Европы» 1911, № 2, стр. 285.

Об Александре Степановиче Пругавине (1850—1920) см. т. 64, стр. 215. В 1906 г. Пругавин был сотрудником исторического журнала «Былое», издававшегося в 1906—1907 гг. в Петербурге под ред. В. Я. Богучарского и П. Е. Щеголева.

Ответ на письмо от 23 февраля 1906 г., в котором Пругавин писал о желании редакции «Былого» посвятить мартовский номер журнала событию 1 марта 1881 г., отношению к нему и его участникам выдающихся русских писателей того времени. В связи с этим Пругавин просил Толстого предоставить журналу для публикации копию его письма к Александру III и ответа К. П. Победоносцева на просьбу Толстого передать письмо царю. См. т. 63, стр. 44—59.


1 Письмо Александру III от 8—15 марта 1881 г.

2 [полную свободу]

#### 159. В. В. Стасову.

1906 г. Марта 3. Я. П.


Очень порадовали меня вашим письмом, милый Влад[имир] Вас[ильевич]. Известие в газетах о вашем нездоровье очень встревожило меня. Потом узнал, что это б[ыло] ложное известие; просил Сухот[ина] зайти к вам и написать подробно, а он ничего не сделал. Я всё ждал и вот дождался такого же, как всегда, энергичного письма, с тем же старым недостатком переоценивания во мне того, что гроша не стоит, и игнорированья того, что хоть сколько-нибудь имеет значенье. Ну да споры это вбивание гвоздей по шляпке.[1] Пишите, пишите свой разгром условного, господского искусства.[2] Нельзя быть к нему достаточно строгим. Я стараюсь подражать вам — быть здоровым, и пока с успехом. Хорошо бы увидаться, но шансов всё меньше и меньше.

Л. Толстой.

3 марта.


Впервые опубликовано в ТС, № 243.

Ответ на письмо Стасова от 15 февраля 1906 г., опубликованное в ТС, № 242.


1 Имеется в виду афоризм Ювенала: «Мнения, как гвозди: чем больше по ним колотишь, тем больше они влезают».

2 Имеется в виду книга В. В. Стасова «Разгром» («Carnage»). См. об этом т. 75, письмо № 196.

#### 160. М. С. Дудченко.

1906 г. Марта 4. Я. П.


4 марта 1906 г. Ясная Поляна.

Милый Митрофан Семенович,

Хочется сказать вам несколько слов о вашем письме к Дитерихсу.[1]

Ваша жизнь такая хорошая, что страшно за всякое нарушение ее. Очень опасна и незаметна та стрелка, по которой переходят люди с христианских рельсов на революционные. При всякой внешней общественной деятельности почти невозможно не стать с одними людьми в исключительно близкие, а с другими в почти враждебные отношения. Забота христианина, мне кажется, только в том, чтобы соблюсти свою душу в том состоянии чистоты и покорности воле божьей, которая ей предназначена. И для этого нет никакой нужды соединяться с другими людьми и внешним образом проявлять себя. Я думаю, что вы, строго держась христианской жизни и не сбиваясь на чуждую ей революционную или общественную деятельность, больше будете содействовать делу распространения христианства, чем какими бы то ни было, обществами или внешними проявлениями. Пишу ремингтоном п[отому], ч[то] дочь пишет скоро под диктовку.

Любящий и уважающий вас очень

Лев Толстой.


Впервые опубликовано в ПТС, II, № 487.

Митрофан Семенович Дудченко (1867—193...) — последователь религиозно-нравственных взглядов Толстого.


1 Письмо Дудченко к И. К. Дитерихсу неизвестно.

#### * 161. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Марта начало. Я. П.


Очень жалею и люблю вас, милый Ив[ан] Ив[анович].

Если у вас в душе хорошо, то и во внешнем всё будет хорошо, особенно с таким другом, как ваша жена.

Я поправил коректуры, но не просмотрел рассказ Лескова.[1] Его надо бы сократить. Вообще, если напечатаете эти листы в теперешнем виде, будет хорошо. Если пришлете еще раз ко мне, будет хорошо. Целую вас.

Л. Толстой.


Датируется содержанием и по сопоставлению с письмом № 155.


1 Рассказ Н. С. Лескова «Воров сын» помещен «Недельным чтением» в «Круге чтения» между 21 и 22 июля под заглавием «Под праздник обидели».

#### * 162. П. И. Бирюкову.

1906 г. Марта 10. Я. П.


Милый Пав[ел] Ив[анович],

Получил сейчас февр[альский] № журнала Былое[1] и ужаснулся при мысли, что вы и я можем прямо или косвенно участвовать в этом журнале, возводящем убийство в подвиг и добродетель.

Прямо больно и жалко людей. Больно и то, что я, не получая еще письма Ч[ерткова], должен взять назад свое согласие на печатание моего письма.[2] Простите, если этим огорчу вас.

Л. Т.

10 марта 1906.


Написал сгоряча утром первый листок. Теперь же вечером, пробежав еще и первый янв[арский] №, могу только подтвердить то, что написал.

Как были восхвалители насильников правительственных и в исторических сочинениях, и в прессе, и в листках, как Богдановичи,[3] возводившие в героев и благодетелей человечества Петров, Екатер[ин], Николаев, Александров, Сусаниных и т. п., так теперь возводятся в героев и благодетелей человечества Халтурины[4] и современные убийцы. Они были жалки тогда своими страданиями, теперь они жалки своими заблуждениями, в к[оторых] такие издания, как Былое, поддерживают их.

Как жалко, что я не мог исполнить ваше желание.

Л. Т.


Ответ на письмо от 16 марта н. с. 1906 г., в котором Бирюков сообщал, что получил письмо от Черткова, решительно возражающего против помещения письма Толстого к Александру III в журнале «Былое».


1 «Былое» — исторический журнал, выходивший в Петербурге в І906—1907 гг., в котором подробно освещались и идеализировались народничество и террористическая борьба. В яснополянской библиотеке сохранились кн. 1—12 этого журнала за 1906 г.

2 Письмо Толстого к Александру III.

3 Е. В. Богданович (р. 1829) — автор многочисленных брошюр в духе самодержавия и православия.

4 Степан Николаевич Халтурин, революционер, основатель «Северного союза русских рабочих», впоследствии член исполнительного комитета партии «Народная воля», сторонник террористических методов борьбы. 5 февраля 1880 г. произвел взрыв в Зимнем дворце с целью убийства Александра II, в 1880 г. убил военного прокурора генерала Стрельникова. Казнен 22 марта 1880 г.

#### 163. Г. А. Русанову.

1906 г. Марта 12. Я. П.


Не хочется отпустить от себя милого Колю, не написав хотя нескольких слов, дорогой друг Гавр[ила] Андр[еевич].

Он всё так же прост, ясен и мил мне и живо напомнил мне свою дорогую мать. Поговорили мы с ним о ней, и я не мог удержать слез, хороших слез любви к ней и к вам.

Прощайте пока, милый друг. Желаю и почти уверен, что вам так же хорошо на душе, как и мне, несмотря на ваши тяжелые телесные страдания.

Лев Толстой.

12 марта.


Год написания письма определяется посещением Н. Г. Русановым (12 марта 1906 г.) Ясной Поляны. Впервые опубликовано в «Вестнике Европы» 1915, 4, стр. 19, под № 50.

#### * 164. И. П. Накашидзе.

1906 г. Марта 13. Я. П.


Спасибо, милый Илья Петрович, за прекрасное, значительное письмо ваше. Я хотел послать его Ч[ерткову],[1] но Мар[ья] Алекс[андровна]2 восстала, говорит: зачем? это испортит внутреннее значение письма. Я с ней не совсем согласен, и не знаю еще, как решу. Особенно хотелось бы напечатать потому, что поучительны последствия отступления от чисто христианской внутренней деятельности и переход к внешней и хорошо очень отношение казаков. Если печатать письмо, то надо бы объяснить начало движения[3] и первоначальный характер его.[4]

Мне же лично очень, очень было радостно видеть, чувствовать из письма твердость вашего понимания жизни и близость ко мне и меня к вам.

Привет вашей милой жене.

Лев Толстой.

13 марта.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 17—18.

Об Илье Петровиче Накашидзе (1866—1923) см. т. 70, стр. 135.

Ответ на письмо от конца февраля 1906 г., в котором Накашидзе описывал «гурийское движение» (см. прим. 3).


1 Для напечатания за границей в издательстве «Свободное слово».

2 М. А. Шмидт.

3 Крестьянское движение 1905—1906 гг. в Закавказье в Гурии (бывший Озургетский уезд Кутаисской губ.). Гурийцы отказались арендовать и обрабатывать помещичью землю, проводили бойкот правительственных учреждений, организовали революционное самоуправление. В начале 1906 г. гурийское движение было жестоко подавлено.

Будучи информирован о гурийском движении, как об исключительно «мирном», Толстой горячо пропагандировал его, видя в нем подтверждение правильности и жизненности своих идей о «неучастии в зле» и пассивном сопротивлении. См. Дневник Толстого 1905 г., т. 55, стр. 119, статью «Как освободиться рабочему народу», и письмо к И. П. Накашидзе, опубликованное в № 16 «Свободного слова» за 1905 г., т. 75, № 306.

4 Бывшее вначале пассивным сопротивлением властям, гурийское движение под воздействием общей революционной ситуации в России и в результате работы кавказских большевиков приняло широкий размах и открыто революционный характер. Еще 27 марта 1905 г. И. П. Накашидзе писал Толстому: «Вся Гурия, от мала до велика, сейчас настроена революционно, готова хоть сейчас взбунтоваться и ждет только, что «предпримет русский рабочий народ... Гурийцы поступали с властями, губившими их, по закону Моисея — «око за око, зуб за зуб» (ГМТ).

Переслал ли Толстой кому-нибудь письмо Накашидзе от февраля 1906 г. для напечатания, установить не удалось.

#### * 165. В. И. Скороходову.

1906 г. Марта 13. Я. П.


Всё собирался писать вам, милый Влад[имир] Иван[ович], отвечая на первое ваше письмо из заключения, а вот получил и второе письмо, — спасибо вам — и с приятным известием, что вы освобождены. Очень жаль, что вас встревожили и помешали вашей хорошей, спокойной жизни, но более всего жаль, что раздражили вас, вызвали в вас недоброе чувство. Надо бы дорожить такими случаями, как ваше заключение, — они редко встречаются — и воспользоваться ими, чтобы спокойно, добродушно, никого не осуждая, перенести их, а мы упускаем эти случаи нашего экзамена, поверки силы и искренности наших убеждений. Милый Вл[адимир] Ив[анович], я слишком стар и слишком люблю вас, чтобы не высказать всего, что думаю про то, что с вами случилось. Есть на наших рельсах стрелка, с к[оторой] легко и незаметно переходишь с пути христ[ианской] жизни на путь обществ[енной] деятельности революционной. Стрелка эта в том месте, где христианин начинает думать о последствиях влияния своей деятельности на других, где желает проявить себя. И я думаю, что вы перешли на эти другие рельсы. А рельсы эти никуда не ведут, кроме как к озлоблению и разъединению, тогда как рельсы христианской жизни, имеющей целью только удовлетворение требований своей совести, делание другому, всякому, того, что хочешь, чтоб тебе делали, ведут очень далеко, бесконечно далеко и, не имея цели влиять на других людей, сильнее всего действуют на людей. Простите, если ошибаюсь насчет вас. Напишите, что дальше. Привет вашей жене и сыну.

Л. Толстой.


Датируется на основании пометы на письме адресата от 13 февраля 1906 г.: «Отв. 13 марта».

О Владимире Ивановиче Скороходове (1861—1924) см. т. 71, стр. 511.

Ответ на два письма от 13 и 27 февраля 1906 г., в которых Скороходов рассказывал о жестокой расправе властей с местным населением, многочисленных арестах и о том, как пребывание в тюрьме стало для «разношерстной толпы почтенных тружеников... настоящим университетом», особенно благодаря присутствию в ней учителя Иваненко, местного общественного деятеля, энергичного, независимого человека, «бельма на глазу всех темных сил», по выражению Скороходова.

#### 166. С. А. Толстой от 13 марта.

#### 167. И. Б. Файнерману.

1906 г. Марта 14. Я. П.


Виноват перед вами, любезный Исаак Борисович, не поблагодарил вас за вашу книгу.[1] Я пробежал ее, но прочту, если буду жив, когда будет нужно. Я избегаю читать про себя без нужды. Я знаю ее содержание и знаю, что она написана в хорошем духе о том хорошем времени, к[оторое] мы тогда переживали вместе с вами, и благодарю вас за это.

Лев Толстой.

14 марта 1906.


Печатается по факсимильному воспроизведению письма в книге: И. Тенеромо, «Л. Н. Толстой о евреях», изд. «Разум», изд. 3-е, Спб. 1910, стр. 5.

Об Исааке Борисовиче Файнермане (1862—1925) см. т. 62, стр. 412—413.

Ответ на письмо Файнермана от 20 февраля 1906 г.


1 И. Тенеромо, «Воспоминания о Л. Н. Толстом и его письма», Спб. 1905, изд. ред. журнала «Образование». Книга сохранилась в яснополянской библиотеке.

#### 168. H. Е. Фельтену.

1906 г. Марта 15. Я. П.


Милый Фельтен,

Судя по вашему письму, думаю, что вы и не заметили, как давно уже перешли на переводной стрелке с рельсов христианского пути на рельсы революционные и катитесь по ним, воображая, что вы на христианском пути, в особенности п[отому], ч[то] печатаете и распространяете книги христ[ианского] духа. Вы сравниваете нравствен[ные] величины революционеров и правительств[енных] людей, но вы сравниваете одних числителей (это свойство молодости), а не знаменателей. А я вижу знаменателей и потому без всякого сомнения знаю, что солдат, офицер, чиновник, губернатор, выросшие на этом, кормящие свою семью и покоряющиеся существующему, т. е. человек смиренный, с крошечным знаменателем несравненно нравственнее г-жи или г-на NN, твердо знающих, что нужно для блага России, и браунингом достигающих этого блага.

Берегитесь, милый Фельтен, от окружающего вас гипноза. Христианину надо жить перед богом и своей совестью, а воздействовать на других не надо и нельзя, п[отому] ч[то] он не знает и не может знать, что для них хорошо. Вы печатаете мои книги и распространяете их, мне это, каюсь, приятно, но я не знаю, хорошо ли это, и вам следует точно так же не знать этого и не класть на это своих сил.

Людям, желающим итти по христианскому пути в наше время, поверка в отношении их к революции. Нынче же с вашим письмом получил письмо (прежде уж б[ыло] несколько таких) от женщины,[1] к[оторая] меня укоряет серьезно и горячо за то, что я не пишу о Спиридоновой,[2] не возмущаюсь ее мучениями, не сострадаю ей. Ведь это ужасно! Несчастную девушку, к[оторая] страшно жалка тем заблуждением и развратом душевным, к[оторый] довел ее до хладнокровного убийства, требуют, чтоб мы жалели за ее физическ[ие] страдания. Да если бы она опомнилась, поняла, что она сделала, она просила б мучений, чтобы чем-нибудь заплатить за свой грех.


На автографе дата отсутствует. Датируется по местоположению в копировальной книге. Впервые опубликовано (по копировальной книге) ПТС, I, стр. 305—306, с датой 15? марта 1906 г. с ошибками и цензурными заменами и пропусками.

О Николае Евгеньевиче Фельтене (1884—1940) см. т. 73. В 1906 г. Фельтен вместе с Н. Г. Сутковым основал в Петербурге издательство «Обновление», которое печатало и распространяло бывшие ранее запрещенными произведения Толстого.

Ответ на письмо Фельтена от 7 марта 1906 г., в котором он высказывал свое впечатление от только что прочитанной им статьи Толстого «Обращение к русским людям. К правительству, революционерам и народу», которую предполагалось опубликовать в издательстве «Обновление». Фельтен находил слишком резким тон статьи в отношении революционеров: «Я не вижу в этом обращении той мягкости, которая всегда чувствуется в ваших письмах, когда вы хотите помочь человеку исправиться, указываете ему его ошибки! И притом, что такое гадости революционеров по сравнению с гадостями, которые делает наше правительство». См. письма №№ 174 и 175.

О приезде Фельтена в Ясную Поляну 16 марта 1906 г. для разговора с Толстым по поводу статьи см. т. 36, стр. 711.


1 Письмо Марии Николаевны Макаровой от 9 марта 1906 г.

2 Мария Александровна Спиридонова (р. 1889), член партии социалистов-революционеров. 16 января 1906 г. на платформе станции Борисоглебск убила тамбовского вице-губернатора Луженовского, особенно жестоко подавлявшего крестьянские восстания в ряде сел Борисоглебского уезда. Спиридонова была тут же арестована и подверглась избиениям, пыткам и издевательствам. Приговоренная к каторжным работам, Спиридонова пробыла на каторге до февральской революции 1917 г.

#### * 169 А. А. Корзикову.

1906 г. Марта 15...20. Я. П.


Любезный брат Афанасий,

Вы так же, как и я, знаете, что должно перед своей совестью и богом делать и чего не должно.

О том же, почему мы не исполняем то, что считаем должным, каждый из нас знает про себя и кается. Очень важно знать свой грех и не оправдывать себя, но важнее всего знать, какой из грехов самый дурной и все силы положить на борьбу прежде всего с самым дурным. Если вы за собой не чувствуете более сильного греха, чем то, что платить подати, постарайтесь избавиться от этого, если же есть более явные и худшие грехи, то прежде от них избавляйтесь. Спасибо, что меня помните и пишете. Что Листовск[ий?]1 Я виноват перед вами — не отвечал. Простите.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 21—22. Датируется по местоположению в копировальной книге.

Об Афанасии Андреевиче Корзикове (1866—1906) см. т. 75, письмо № 349.

Ответ на письмо Корзикова от 4 марта 1906 г.


1 О Сергее Ивановиче Листовском см. т. 74, стр. 327.

#### * 170. Фросту.

1906 г. Марта 15...20. Я. П.


Долго не отвечал на ваше письмо, п[отому] ч[то] трудно ответить. То, что гораздо бы лучше бы было, чтобы женщины врачи лечили женщин, совершенно верно. Справедливо и то, что бывает, что врачи смотрят нечистыми глазами на своих пациенток.

Но справедливо и то, что жена может быть так уверена в муже, что может смотреть спокойно на его врачебную практику у женщин. И так как земская должность врача для вас необходима, то жене вашей надо постараться откинуть ревнивые мысли, если есть уверенность в муже.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 22—23. Датируется по местоположению в копировальной книге.

Фрост — в 1906—1908 гг. был земским врачом с. Мариинского Одесского округа.

Ответ на письмо Фроста от 20? февраля 1906 г.

#### * 171. И. И. Горбунову.

1906 г. Марта 20. Я. П.


Ваше письмо одно из тех немногих, на кот[орые] я считаю своим долгом и радостью отвечать, п[отому] ч[то] чувствую в них серьезность и искренность. На вопрос ваш вы бы могли найти мой ответ во многих моих писаниях и в особенности в той книжечке, которую посылаю вам.[1] Но мне хочется прямо ответить вам, п[отому] ч[то] в вашем письме есть очень характерные черты, указывающие на источник того недовольства своим положением и почти отчаяния (состояния, общего очень многим), в к[отором] вы находитесь. Вы пишете: «Я не вижу в последствиях нашего совершенствования ничего неизмеримо высокого и святого, за осуществление чего на земле следовало бы принести в жертву жизнь всех людей». Да кто вам сказал, что вы можете видеть, понимать цель существования всего? Напротив, вам ясно сказано всем вашим существом, что вы бесконечная малая часть чего-то бесконечно большого и что поэтому вы ни в каком случае не можете знать цели существования всего и вас самих. То, что всё вам представляется во времени и пространстве (откуда и понятие о бесконечности), ясно показывает вам недостаточность ваших познавательных способностей. Познать цель существован[ия] мира и вас ясно, что вы не можете, но зато вы ясно можете понять, что самое понятие цели есть понятие человеческое, понятие слабости, ограниченности. И потому желание знать цель существования есть очевидное заблуждение и заблуждение гордости, несмирения, непонимания своего положения. Стремления к чему-то неизмеримому, высокому, сильному, прекрасному и самодовлеющему, о к[отором] вы пишете, не могут получить никакого удовлетворения и представляют из себя самое зловредное заблуждение гордости, если люди ищут своего удовлетворения во внешнем. Люди получают полное удовлетворение только тогда, когда они, смирившись, признав себя орудием высшей воли для достижения непостижимой им цели (если уже держаться человеческого понятия цели), стремятся исполнить эту волю в своем внутреннем духовном мире, всё более и более сливаясь в своей деятельности с этой высшей волей. — В этом — в освобождении себя от заблуждения гордости и сознании себя рабом божиим не только успокоение, но и неперестающее, постоянно растущее благо.

Если у вас есть изданная мною книга Круг чтения, то прочтите в ней как раз нынешний день 20 марта. Там ответ на ваш вопрос.

Очень рад буду, если мои ответы удовлетворят вас и дадут вам то спокойствие, твердость и радость жизни, к[отор]ые предназначены человеку, если он не ищет того, что ему несвойственно.

Лев Толстой.

20 марта 1906.


Иван Иванович Горбунов — в 1906 г. служил в санитарном отделении Воронежской земской управы.

Ответ на письмо Горбунова от 17 марта 1906 г.


1 Л. Н. Толстой, «Для чего мы живем? Мысли о смысле жизни». Собрал В. Г. Чертков, изд. «Посредник», М. 1906.

#### * 172. А. С. Марову.

1906 г. Марта 22. Я. П.


Афанасий Степанович,

На такие клеветы, как та, которая напечатана в присланной вами вырезке,[1] я никогда не отвечаю. На всякое чиханье не наздравствуешься. А разных клевет обо мне пишут очень много. Вам же я отвечаю, п[отому] ч[то] вижу по вашему письму, что вас смущает мысль о том, что человек, который пишет и говорит о грехе землевладения так хорошо, в сущности не верит этому, так как поступает иначе, и потому, противно моему привычному молчанию, отвечу вам. Отношение мое не только к земельной, но ко всякой собственности такое, что всякий христианин не должен ничего считать своим и потому не должен насилием защищать свою собственность, даже когда эта собственность есть произведение его труда, а тем более не должен считать своею и защищать насилием землю, на которую все люди имеют одинаковые права. Придя к такому убеждению уже лет 25 тому назад, я так, насколько было силы, и относился ко всякой собственности. Для того же, чтобы избавиться от земельной собственности, которая числилась за мною, я решил поступить так, как будто бы я умер. Не стану говорить о том, почему я поступил так, а не отдал землю крестьянам (каким?). Дело в том, что уже около 20 лет тому назад мои наследники взяли каждый то, что ему по закону причиталось, у меня же не осталось ничего, и я никакой собственностью с тех пор, кроме как своим платьем, не владею и не распоряжаюсь.

То, что пишет кореспондент о том, что вызвали казаков, совершенно несправедливо. Никогда об этом не было речи у моей жены, кот[орая] владеет и заведует Ясной Поляной, и я вполне уверен, что даже если бы и был к тому какой-нибудь повод, она никогда этого не сделает.

Можно только жалеть о тех людях, которым для чего-то нужно, выдумывая ложь, смущать людей.

Так как из вашего письма вижу, что вы много думали о земельном вопросе и верно судите о нем, посылаю вам несколько книг Жоржа[2] об этом вопросе и мои книги «О жизни» и «Для чего мы живем» общего содержания, к[оторые] могут быть вам интересны.

Желаю вам всего хорошего.

Лев Толстой.

22 марта 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 26—27.

Афанасий Степанович Маров — в 1906 г. жил в г. Старый Оскол.

Ответ на письмо Марова от 15 марта 1906 г.


1 Маров прислал Толстому статью К. Т. «Рабочие у гр. Л. Н. Толстого (Рассказ рабочего)» — «Биржевые ведомости» от 22? февраля 1906 г., в которой рассказывалось о том, что владельцы Ясной Поляны вызывали казаков для наказания крестьян за порубку леса в имении.

2 Какие книги Г. Джорджа посылал Толстой Марову, не установлено.

#### 173. М. Л. Оболенской.

1906 г. Марта 22. Я. П.


Спасибо за твое письмо, милая Машенька. В письме к Ю[лии] И[вановне]1 ты поговариваешь о тоске по дому и желании домой. Я всегда всех гоню в Мамадыш,[2] но когда люди уедут не в Мамадыш, я всегда советую, заехав так далеко, оставаться там, куда заехали. Так и вам: советую тебе воспользоваться всем, что можешь взять от Европы. Я лично ничего не хотел бы взять, несмотря на всю чистоту и выглаженность ее. А к сожалению, вижу, что мы все капельки подбираем: партии, предвыборные агитации, блок и т. п. Отвратительно. Такой разврат, в к[оторый] втягивают крестьян, развращая их. Может быть, это неизбежно и надо и крестьянам перейти через этот разврат для того, чтобы понять всю его бесцельность и зловредность. А иногда не могу не думать, что этого не нужно. И доказательство ненужности этого вижу в том, что я н[а]п[ример], да и многие со мной, мы видим, что все эти конституции ни к чему другому не могут привести, как к тому, что другие люди будут эксплоатировать большинство — переменятся, как это происходит в Англ[ии], Франц[ии], Америке, везде и все будут беспокойно стремиться, чтобы эксплоатировать друг друга и все всё больше и больше будут кидать единственную разумную, нравственную земледельческую жизнь, возлагая этот серый труд на рабов в Индии, Афри[ке], Азии и Европе, где можно. Очень чиста матерьяльно эта европ[ейская] жизнь, но ужасно грязна духовно. Так я иногда сомневаюсь — нужно ли русск[ому] народу пройти через этот разврат, притти в тот тупик, в к[оторый] уже зашли западные народы? Думаю так п[отому], ч[то] когда западные народы шли на этот путь, все передовые люди звали их на этот путь, теперь же не я один, а мы многие видим, что это погибель. И, остерегая народ от этого пути, мы не говорим, как говорили прежние противники движенья: идите назад или остановитесь, а мы говорим: идите вперед, но только не в том направлении, в к[отором] вы идете, п[отому] ч[то] это направление ведет назад; а говорим: идите смело вперед к освобождению от власти. Я пишу об этом[3] и дум[аю], поэтому и написал тебе.

О тебе думал вчера, ходя по насту. (Наст удивительный! иди, куда хочешь, по мраморному полу, нынче начал портиться.) Думал то, что ты теперь ослабела и справедли[во] недовольна собой, что и очень хорошо. Но вспомни о том, как много ты мне дала хорошего, как много Саше и многим и всё тебе другими простится, сама только не прощай себя. Да ты и не простишь. Прощай, голубушка, целую тебя и Колю.

Л. Т.

22 марта 1906.


Впервые почти полностью опубликовано Б, IV, стр. 122. Полностью по копии опубликовано в «Современных записках» (Париж) 1926, XXVII, стр. 288—289, с датой: «Март 1906 г.». Полностью по автографу опубликовано H. Н. Гусевым в журнале «Печать и революция», 1928, 6, стр.123—124.


1 Это письмо к Ю. И. Игумновой неизвестно.

2 Мамадыш — уездный город Казанской губ. на правом берегу р. Вятки. Толстой неоднократно употребляет название этого города как синоним российской провинции.

3 Статью «О значении русской революции».

#### * 174. H. Е. Фельтену.

1906 г. Марта 17...23. Я. П.


Любезный Фельтен.

Место, к[оторое] я изменял, то, к[оторое] предшествует абзацу: «тот стомиллионный народ, котор[ый]... и т. д.». Всё это место от слов: «проявлено деятельности или желания новизны» надо напечатать (если будете печатать) так:

...желания новизны или простая зависть к положению, к[отор]ое хочется занять, или возникшая из сознания ложности, незаконности своего положения, желание изменить его — не изменением себя, а изменением окружающего, или недоброе чувство мести тому правительству, от которого потерпел иногда безвинно... Всё только на благо народа. Правда, вам кажется, вы себя уверяете, что мотив ваш: благо народа. Но искренно, серьезно подумайте об этом, и вы увидите, что это неправда. Как можете вы быть озабочены...


Печатается черновик-автограф. Письмо не было отправлено, а предлагаемое в нем изменение было осуществлено в машинописной копии второй главы «Обращения к русским людям. К правительству, революционерам и народу». См. следующее письмо.

Данное письмо, как и следующее, могло быть написано после 16 марта, когда Фельтен, сговорившись с Толстым об исправлениях в «Обращении», увез текст его в Петербург для опубликования, но до 24 марта, когда Толстой решил не печатать статью (см. письмо № 175 и в «Списке писем, написанных по поручению Толстого», № 99).

#### * 175. H. Е. Фельтену.

1906 г. Марта 17...23. Я. П.


Посылаю вам, любезный Фельтен, исправленную версию Рев[олюционеров]. Если будете печатать, то печатайте по ней.[1] Привет вам и вашим товарищам.

Л. Толстой.


Текст письма написан на машинописной копии второй главы статьи «Обращение к русским людям», в которой Толстой уничтожил смягчающие резкий тон «обращения» к революционерам поправки, сделанные Фельтеном 16 марта.


1 Статья «Обращение к русским людям. К правительству, революционерам и народу» была напечатана в издательстве «Обновление», но искована целиком еще в типографии.

#### * 176. Л. Крыловой.

1906 г. Марта 22...24. Я. П.


Я не отвечал вашему сыну,[1] п[отому] ч[то] вопросы, к[оторые] он делает, очень неосновательны, и он сам, хотя и не совсем точно, отвечает на них.

Он пишет, что люди верующие могут объяснить себе страдания, очевидно разумея под словом «верующие» людей, одаренных особенной способностью или отсутствием рассуждения. — В сущности же не объяснить себе страдания чьи бы то ни было, ребенка или взрослого (тут нет никакой разницы), не объяснить, а понять то, что человек с своим крошечным умом не может понять многого, есть дело не веры, а здравого смысла.

Вопрос, для чего страдают дети, так же неразрешим для человека, как и вопрос, зачем существует мир и человек? И постановка таких вопросов есть признак большого легкомыслия и самоуверенности. Я могу сказать, что мне не нравится, что дети страдают, как не нравится, что женщины с болью рожают и мн[огое] др[угое], но я не могу спрашивать — зачем, т[ак] к[ак] понятие зачем? цель — есть признак слабости человеческ[ого] ума. Если сын ваш не знает ее, посылаю ему мою книгу О жизни.

Л. Толстой.


Датируется по местоположению в копировальной книге.

Л. Крылова — в 1906 г. жила в Алупке (Крым) вместе с больным сыном.

Ответ на письмо Л. Крыловой от 14 марта 1906 г.


1 Вячеслав Юльевич Крылов писал Толстому в феврале 1906 г.

#### * 177. П. Ф. Вимпфену.

1906 г. Марта 24. Я. П.


Я получил ваше письмо, любезный Петр Федорович, и с интересом прочел его.

Если я не ошибаюсь, то помню ваше посещение в Москве.[1] Вы, сколько помнится, знакомый Кузминских. Письмо ваше было мне приятно, п[отому] ч[то], сколько я помню вас тогда, вы много, как и должно быть для всякого живущего истинной жизнью человека, много с тех пор подвинулись в понимании жизни.

Со всем, что вы пишете, я совершенно согласен, и очень рад этому.

Что же касается до вашего посещения нас, то, право, всё, что я считаю стоющим высказать, я высказал в своих писаниях. Известны ли они вам? Посылаю вам некоторые.[2] Я же живу такой старчески размеренной и занятой жизнью, что всякое посещение, особенно когда я знаю, что оно предпринято для беседы со мною, затрудняет и смущает меня.

Если случайно придется встретиться с вами, буду очень рад, но нарочно приезжать ко мне, право, не стоит.

Желаю вам неперестающего движения по пути, по кот[орому] вы идете, и очень рад буду знать про вас.

Лев Толстой.

24 марта 1906.


Петр Федорович Вимпфен (p. 1865) — художник. Автор неопубликованных воспоминаний о Толстом. Несколько рисунков и акварелей Вимпфена находятся в Государственной Третьяковской галерее. В числе их акварель «Крестьянский мальчик в поле», особенно понравившаяся Толстому. Один из предков адресата, немец генерал Вимпфен, служивший в русской армии, упоминается в «Войне и мире».

Ответ на письмо Вимпфена от 14 марта 1906 г.


1 П. Ф. Вимпфен бывал у Толстого несколько раз в 1886—1900 гг.

2 Толстой послал следующие свои сочинения: «Для чего мы живем?», «О жизни», «Ответ Синоду» и «Обращение к духовенству».

#### * 178. О. К. Толстой.

1906 г. Марта 24. Я. П.


Получил твое письмо, милая Ольга, и очень был рад узнать, или, скорее, видеть подтверждение своих предположений о вашей жизни с Ч[ертковыми]1 и детьми. Сейчас дал твое письмо Андрюше. Он в одном из хороших, мягких состояний, и мне его жалко и думаю, что всё, что он прочтет в твоем письме, вызовет в нем только хорошие чувства. Хочу дать ему Галино письмо,[2] в к[отором] она так хорошо пишет про детей. То, что она пишет про него в конце, тоже может быть только полезно ему...

Сейчас сам прочел Андрюше конец письма Гали, касающийся его. Ему б[ыло] больно, но я уже вперед приготовил его — сказал, что даю ему письмо только с тем уговором, чтобы он постарался подавить в своей душе всякое недоброе чувство, и мне кажется, что вышло хорошо.

Смягчающее его вину обстоятельство — то, что он и говорил — это то, что его оскорбило то, что совершенно помимо его (он узнал только случайно) устроилось дело продажи имения,[3] к[оторое] он покупал, устраивал, предоставил детям и считает стоящим гораздо больше того, что за него хотели взять. И в этом отношении я его отчасти оправдываю. Я согласен, что лучше продать землю мужикам или земству, чем частному лицу, но разница эта так неважна; важно только то, чтобы меньше взять за имение. А и это в этом случае не имеет значения, т[ак] к[ак] имение не твоя собственность, а детей. Что же касается до трудности получения аренды, то, я думаю, что при теперешних обстоятельствах может быть только два случая: или всеобщий разгром, при к[отором] ни о каких арендах не может быть речи, или, что и вероятнее, такое же положение, как всегда, т. е. своевременная уплата. Впрочем, милые голубушки Оля и Галя, главное поймите, я в этом ничего не понимаю, и не судите меня, а поймите, что мне так бы хотелось, чтобы мы все всё всегда прощали бы друг друга, в мыслях не позволяли бы себе осуждать друг друга, а помнили бы и свои[4] ничтожество и гадость, и свои духовное величие и красоту.

Ну прощай, голубушка, я зарапортовался, но в самом хорошем духе, и ты, верно, поймешь меня.

Целую Галю и милых детей, к[оторых] она так хорошо описала. Андр[юша] прочел и говорит: «жалко про Сонюшку мало».

Скажи еще Гале, что хотя мне и приятно, по шерстке, ее похвалы за рассказ,[5] но мне вредно это. Как жаль, что трахома не уступает,[6] пожалуйста, извещай, что будет. Большому Диме скажи, что я получил вчера его письмо с поправкой статьи[7] и с известием хорошим о том, что если будем живы, то увидимся с ним и с Галей, к[оторую] так давно не видал.

О статье я, в первый раз кажется, несогласен с ним и изменять не буду. Лучше вовсе не печатать.

Фельтен хотел напечатать, но я ему напишу, что, если он не начинал, то лучше не надо.[8]

Ну прощай, душенька. Не взыщи, что скверно написал.

Л. Т.

24 марта.


Ответ на несохранившееся письмо О. К. Толстой от середины марта 1906 г. и на письмо А. К. Чертковой от 28...31 марта н. с. 1906 г.


1 Разойдясь с А. Л. Толстым, O. K. Толстая с детьми в 1904 г. переехала к Чертковым в Англию, где прожила до осени 1908 г., занимаясь воспитанием детей и помогая В. Г. Черткову в его делах по издательству «Свободное слово».

2 Письмо А. К. Чертковой Толстому от 28...31 марта н. с. 1906 г.

3 Речь идет о намерении О. К. Толстой продать Таптыково — имение А. Л. Толстого в Тульской губ., переданное им детям.

4 В автографе: свою

5 Рассказ Толстого «За что?».

6 А. К. Черткова писала, что дети заразились от проезжей семьи духоборов.

7 Письмо В. Г. Черткова о статье Толстого «Обращение к русским людям», в которой Чертков предлагал смягчить тон в части, касающейся критики революционеров. См. в т. 89.

8 О печатании статьи «Обращение к русским людям» см. т. 36, стр.710—714.

#### * 179. Е. В. Герцику.

1906 г. Апреля 1. Я. П.


Милостивый Государь,

Я давно уже отказался от права собственности на все мои сочинения, вышедшие после 1891 года.[1] И потому только могу сочувствовать изданию по дешевой цене в России всех моих сочинений, до сих пор запрещенных цензурою. Желательно при этом только то, что[бы] сочинения эти были изданы в неискаженном виде. Для этого я бы советовал вам обратиться к Черткову (В. Г. Hants, Christchurch) для приобретения оригиналов, с к[оторых] печатать.[2]

Лев Толстой.

1906. 1-е апреля.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 35. От слов: «Желательно при этом...» и до конца опубликовано в пятом томе «Полного собрания сочинений графа Л. Н. Толстого, вышедших за границей», изд. Е. В. Герцика. Спб. 1908.

Евгений Васильевич Герцик (ум. 1920) — издатель. В 1906 г. жил в Петербурге. 15 октября 1906 г. Герцик писал, что задумал издать сочинения Толстого, «не появлявшиеся до сих пор в России, как они изданы А. и В. Чертковыми, — по минимальной и наивозможно доступной цене», и просил разрешения Толстого на это издание.


1 У Толстого ошибка, нужно: 1881 г.

2 Издание сочинений Толстого, запрещенных русской цензурой, Е. В. Герциком было осуществлено: Л. Н. Толстой, «Полное собрание сочинений, вышедших за границей. Напечатано согласно указанию автора с оригиналов В. Г. Черткова», изд. Е. В. Герцика, тт. I—V, Спб. 1906—1908.

#### * 180. А. Т. Дзюбе.

1906 г. Апреля 1. Я. П.


Посылаю вам несколько книг, кот[орые] могут служить ответом на ваш вопрос о том, как может быть достигнуто справедливое устройство?

На другой же ваш вопрос: бросить ли вам земледелие и итти в город для образования, очень настоятельно советую вам не делать этого. Нет лучшей школы образования, как земледелие с чтением хороших книг в свободное время, и нет формы жизни более разумной и нравственной, чем земледельческая.

То, что часто называется образованием и приобретается в университетах, есть большею частью, если не всегда, одурение и при этом развращение и самомнение. Очень, очень советую вам не попадаться на эту западню и не покидать земледелия.

Лев Толстой.

1 апр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 34.

Александр Тихонович Дзюба (р. 1888) — крестьянин, сын крестьянина с. Ромашки Васильковского уезда Киевской губ., сосланного за принадлежность к секте баптистов в Сибирь. С 1905 г. Дзюба жил близ г. Пятигорска на хуторе «Водопад». В письме от 30 июля 1905 г. Дзюба жаловался Толстому на однообразие хуторской жизни и писал о своем страстном, но неудовлетворенном желании учиться. Толстой ему не ответил, но выслал несколько книг изд. «Посредник», ряд работ Г. Джорджа и газету «Вечерняя почта».

Ответ на второе письмо Дзюбы, от 26 марта 1906 г., в котором он положительно оценивал решение земельного вопроса, предлагаемое Г. Джорджем, хотя и не верил в возможность осуществления этого проекта из-за противодействия землевладельцев.

#### 181. В. Г. Черткову от 2 апреля.

#### * 182. В. Д. Фролову.

1906 г. Апреля 6. Я. П.


Получил ваше письмо, милый Фролов, и очень сожалею о том затруднительном матерьяльном положении, в к[отором] вы находитесь, но гораздо больше сожалею о том духовном, нравственном состоянии, к[оторое] видно из вашего письма. Очень желал бы помочь вам и в том и в другом. Для первого прилагаю вам записку к моему сыну.[1] Сходите к нему. Может быть, он будет иметь возможность найти вам заработок. Во втором же гораздо труднее (хотя и в тысячу раз нужнее) помочь вам. Помочь можете вы себе только сами, серьезным отношением к своей жизни. На всякий случай посылаю вам 4 книжки.[2] Прочтите их. Мож[ет] б[ыть], они наведут вас на более серьезное отношение к жизни и выведут из того гипноза, в к[отором] вы находитесь.

Любящий вас Л. Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 37—38. Датируется на основании пометы рукою Игумновой на конверте письма Фролова: «Отв. 6 апреля» и на основании письма Толстого к Л. Л. Толстому от 6 апреля 1906 г., очевидно написанного в тот же день.

Ответ на письмо Фролова от 4 апреля 1906 г.


1 Льву Львовичу Толстому.

2 Какие книги Толстой послал Фролову, не установлено.

#### * 183. Л. Л. Толстому.

1906 г. Апреля 6. Я. П.


Милый Лева,

Я при тебе, кажется, говорил про одного очень милого и даровитого юношу,[1] учителя, к[оторый] бросил учительство и поехал в Петерб[ург] и там сошелся с студент[ами] и курсистками и, разумеется, увлекся «освобод[ительным] движ[ением]». Но главное он пишет теперь, что в нужде, и просит помочь ему кормиться. Если можешь, помоги ему, найди какое-нибудь оплачиваемое занятие.[2]

Очень хорошее ты оставил мне, да и всем нам впечатле[ние].[3] Целую тебя, Дору и детей.

Л. Т.

6 апр. 1906.


1 Василий Дмитриевич Фролов.

2 Л. Л. Толстой направил Фролова к А. Ф. Кони, который сказал, что сделать ничего не может.

3 Лев Львович был в Ясной Поляне с 1 по 5 апреля 1906 г.

#### * 184. Ф. Гаштанову и Я. Васильченко.

1906 г. Апреля 12. Я. П.


Вы очень хорошо делаете, что хотите в жизни держаться правила: поступать с другими, как хочешь, чтобы поступали с тобою. Хорошо и то, что держитесь без убойного питания и имеете желание работать на земле. Многие желают этого, но это не так легко, как кажется, и не так необходимо для хорошей жизни, как многие думают. И потому я не советую вам бросать то дело, которым вы теперь заняты. Ко мне же приезжать нет никакой надобности, так как я сам земли не имею и лично не могу уделить вам времени. Всё, что я знаю, я изложил в моих книгах. Посылаю вам некоторые: Мысли мудр[ых] людей и Как читать евангелие.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 42—43. Датируется на основании пометы рукою Ю. И. Игумновой на письме Гаштанова и Васильченко: «Отв. 12 апреля».

Ф. Гаштанов и Я. Васильченко — в 1906 г. были рабочими в г. Харькове.

Ответ на совместное письмо Гаштанова и Васильченко от 9 апреля 1906 г.

#### 185. А. Б. Гольденвейзеру.

1906 г. Апреля 12. Я. П.


Как жаль, что вы хвораете, милый Александр Борисович. Ждем вас. Спасибо, что написали. Радуюсь тому, что написали.

Привет Ан[не] Ал[ексеевне].[1]

Любящий вас Л. Толстой.

12 апреля 1906.


Печатается по автографу, находящемуся у адресата (Москва). Впервые опубликовано в книге Гольденвейзера «Вблизи Толстого», I, М. 1922, стр. 173.

Ответ на письмо Гольденвейзера от 2 апреля 1906 г.


1 Анна Алексеевна Гольденвейзер, рожд. Софиано (1881—1929), жена А. Б. Гольденвейзера.

#### * 186. Эрнесту Кросби (Ernest Crosby).

1906 г. Апреля 12/25. Я. П.


Ernest Crosby.

Dear friend,

I am sorry that I gave you so much trouble with the Independent.[1] Let him alone. I regret that I have written to you about this matter. I have received your «Garrison».[2] I like it. Lately his son3 wrote to me that he thinks that [the greatest thing that] his father accomplisched was his proclamation of Non resistance.[4] I was very glad to hear it. Your «Tolstoy as schoolmaster»[5] has been translated in Russian which is a proof that it is good.

I think that though your lecturing may be very useful, your energy can be better employed in bookwriting; I read always with great pleasure your articles in the Crank,[6] a very good publication.

I am sorry for the Americans, not for Adin Balou,[7] that his name and work are unknown to them.

Do not wait to come to Russia till our revolution is settled. It will not be so soon. As to the disturbances that are going on now, they are only the precursors of the great revolution, which I hope will begin at once everywhere and will consist in the annihilation of state power.

You are still a young man and can have the opportunity to see the great change. Not so I. Therefore the sooner you come the more chances I will have to see you again before my great voyage.

Your friend

Leo Tolstoy.

25 April 1906.


Эрнесту Кросби.


Дорогой друг,

Сожалею, что доставил вам столько неприятностей с «The Independent».[1] Забудьте его. Сожалею, что написал вам об этом. Вашего «Garrison»[2] я получил. Он мне нравится. Недавно сын его3 написал мне, что, по его мнению, величайшее, что сделал его отец, — это его провозглашение непротивления.[4] Очень был рад услышать это. Ваша книга «Tolstoy as schoolmaster»[5] переведена на русский язык, что доказывает, что она хороша.

Хотя ваши лекции, может быть, и очень полезны, я думаю, что ваша энергия могла бы получить лучшее применение в писании книг: я всегда с большим удовольствием читаю ваши статьи в «The Crank»,[6] очень хорошем журнале.

Я жалею не Адина Балу,[7] а американцев, которые не знают его имени и трудов.

Не откладывайте своего приезда в Россию до окончания нашей революции. Это будет не так скоро. Что касается беспорядков, происходящих сейчас, они только предвестники великой революции, которая, надеюсь, начнется везде одновременно и будет состоять в уничтожении государственной власти.

Вы еще молодой человек и, может быть, увидите эту великую перемену. Я же — нет. Поэтому чем скорее вы приедете, тем больше у меня вероятий еще раз увидеть вас перед моим большим путешествием.

Ваш друг

Лев Толстой.

25 апреля 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 41—42.

Ответ на несохранившееся письмо Кросби.


1 В яснополянской библиотеке сохранилось несколько номеров за 1900—1907 гг. еженедельного американского журнала «The Independent. A Weekly Magazine», New Jork.

2 В яснополянской библиотеке эта книга с дарственной надписью автора сохранилась: Ernest Crosby, «Garrison, the Non-resistant», изд. «The Public Publishing Сº», Chicago, 1905.

3 Ллойд Гарисон, сын Вильяма Ллойда Гарисона (см. т. 63), вместе с письмом от 28 сентября послал Толстому от имени своих братьев и сестры книгу, составленную из произведений Гарисона к столетию со дня его рождения.

4 Изданное в Бостоне в 1838 г. «Провозглашение основ, принятых членами общества, основанного для установления между людьми всеобщего мира». См. об этой «декларации непротивления» в трактате Толстого «Царство божие внутри вас».

5 Ernest Crosby, «Tolstoy as a schoolmaster», изд. «The Hammersmark Publishing Сº», Chicago, 1904. На русский язык переведено в середине 1905 г.: Эрнест Кросби, «Толстой как школьный учитель», изд. «Посредник», М. 1906.

6 Ежемесячный религиозно-нравственный журнал, издававшийся Ф. Е. Уорлэндом в Лондоне. В яснополянской библиотеке сохранилось несколько номеров журналов за 1903—1907 гг. Д. П. Маковицкий записал отзыв Толстого об этом журнале: «Crank» («Ворот»), маленький журнал, может большой ворот сделать» (запись 25 декабря 1906 г.).

7 Адин Балу (Adin Ballou» 1803—1890). См. т. 65, стр. 37.

#### * 187. К. П. Сиксне.

1906 г. Апреля 12. Я. П.


Милый брат Карл Петрович,

Очень рад был получить ваше письмо. Не буду говорить вам о той радости, которую я испытываю при мысли о вашем поступке, п[отому] ч[то] знаю, что такие поступки совершаются для бога, которого мы можем сознавать в себе, и что поэтому людские суждения об этих поступках не имеют значения. Адвокат[1] мне пишет, что в вашем деле защита невозможна, но если бы понадобилась, то он взял бы ее на себя бесплатно. Пожалуйста, сообщите мне, — если вам не неудобно — о себе всё, что было и что будет. Ваши мысли о боге я вполне понимаю и не несогласен с ними.

Посылаю вам несколько книг,[2] из к[оторых] вы увидите мои взгляды и на предмет огромной важности, вас занимающий.

Сообщите мне, между прочим, и о вашей национальности и профессии.

Любящий вас брат

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 39—40. Датируется на основании пометы на конверте письма Сиксне: «Отв. 12 апр.».

Карл Петрович Сиксне (1884—1908) — латыш, крестьянин д. Пишево Папиковской волости Псковской губ. Призванный на военную службу, Сиксне отказался брать оружие и был отправлен в апреле 1906 г. в дисциплинарный батальон.

Ответ на письмо К. П. Сиксне от 9 апреля 1906 г., которое было опубликовано Толстым в газете «Слово» 1906, № 453 от 3 мая, а затем вошло в статью Толстого «Заметка к воззванию И. М. Трегубова» См. т. 36


1 Василий Алексеевич Маклаков, которому Толстой переслал письмо Сиксне.

2 Сиксне получил от Толстого «Круг чтения», «О жизни», «Для чего мы живем» и «Мысли о боге».

#### * 188. Артуру Син-Джону (Arthur St. John).

1906 г. Апреля 12/25. Я. П.


Arthur St. John.

Dear friend,

I was very glad to receive news from you. I opened the book of Blair[1] in the middle and read it to the end. It is very good and is a dreadful document of our life. It is a very strong illustration to the other book,[2] which I looked only over, but will read attentively. The conclusion and what I saw of it seems to me to be very good.

I saw some time ago your name and article in a paper and in the «Crank»,[3] which I like very much and will read with great interest your book[4] and am sure to endorse all your ideas, because your conception of life and mine have the same source.

Leo Tolstoy.

25 April 1906.


Артуру Син-Джону.


Дорогой друг,

Очень был рад получить от вас вести. Я открыл книгу Блэра[1] с середины и прочел ее до конца. Она очень хороша и является ужасным обвинением против нашей жизни. Это — очень яркая иллюстрация к другой книге,[2] которую я только просмотрел, но прочту внимательно. Заключение и то, что я просмотрел, кажется мне очень хорошим. Несколько времени тому назад мне встретились ваше имя и статья в одной из газет и в «Crank»,[3] который мне очень нравится. Я прочту вашу книгу[4] с большим интересом и уверен, что соглашусь со всеми вашими мыслями, так как ваше и мое мировоззрение исходят из одного источника.

Лев Толстой.

25 апреля 1906.


Об Артуре Карловиче Син-Джоне (Arthur St. John) см. т. 68, стр. 13.

Ответ на письмо Син-Джона от 20 апреля н. с. 1906 г.

Отрывок опубликован в сборнике: «Л. Н. Толстой о литературе», М. 1954, стр. 581.


1 John Blair, «Jean», London, 1906. В ЯЗ 13 апреля 1906 г. записаны слова Толстого: «St. John прислал мне роман «Jean» by Blair. Написал рабочий английский. Пьющая семья. Посмотрел в середине — так интересно, что не оторвался, просмотрел до конца. История обыкновенная, простая. Книга сохранилась в яснополянской библиотеке.

2 J. W. Petavel, «Christianity and Progress», изд. «Swan Sonnenschein and C°», London, 1905. В ЯЗ 10 мая 1906 г. записаны слова Толстого о книге Реtаѵеl'я: «Из его книги видно, что его отношение к христианству неопределенное — наполовину христианское, наполовину церковное». Книга сохранилась в яснополянской библиотеке.

3 О каких статьях Син-Джона идет речь, неизвестно.

4 Син-Джон писал, что заканчивает правку корректуры своей книги: «The British Isles in the Living Century». В яснополянской библиотеке книги нет.

#### 189. М. А. Стаховичу.

1906 г. Апреля 12. Я. П.


Благодарствуйте, милый Михаил Александрович, за скорое исполнение моей просьбы. Две из этих книг:[1] L’héritage... и La dernière des R... y меня есть уже, и я возвращу их вам через С[офью] А[лекcандровну].[2] Очень рад, что вы читаете Кр[уг] чт[ения]. Пожалуйста, читайте. Чаще вспомните о том, что одно нужно — о душе. До свиданья.

Любящий вас Л. Толстой.

12 апреля.


Впервые опубликовано без даты в «Русском слове» 1911, от 7 октября.

О Михаиле Александровиче Стаховиче (1861—1923) см. т. 63, стр. 190—191. М. А. Стахович приезжал в Ясную Поляну 30 марта 1906 г.; вероятно, в этот день Толстой и обратился к нему с просьбой прислать книги К. Валишевского.

Ответ на письмо Стаховича от 4 апреля 1906 г.


1 М. А. Стахович прислал Толстому три книги польского писателя и историка Валишевского: К. Waliszewski, «L’héritage de Pierre le Grand. Règne des femmes, gouvernement des favorits. 1725—1741», troisième edition, Paris, 1900; «La dernière des Romanoff» и «Pierre le Grand», sixième édition, Paris, 1905.

Мнение Толстого об этих книгах см. в ЯЗ, запись от 14 апреля 1906 г.

2 Софья Александровна Стахович, сестра М. А. Стаховича, в апреле гостила в Ясной Поляне.

#### * 190. Кенджиро Токутоми.

1906 г. Апреля 12/25. Я. П.


Kenjiro Tokutomi.

April 25-th 1906.

Toula, Jassnaya Poliana.

Dear friend,

I received a long time ago your two books[1] and your letter. It would be too long and unnecessary to state the reasons why I did not answer you till now.[2] Please excuse me for it. I hope and desire that this letter of mine will find you in the same place, in good health and in the same good disposition towards me, in which yours was written.

I did not quite understand through your letter, nor through your book — your conception of life, and would be very thankful if you would explain to me your religious views. I am very much interested in the religious beliefs of the Japanese. I have an idea of Shintoism, but doubt that thinking Japanese men of our time can partake of this faith. I know Konfutionism, Taoism and Bouddism and have the greatest respect for the religious and metaphysical principles of those doctrines, which are the same as the fundamental principles of Christianity. There is only one religion which manifests itself by different sides to different nations, and should very much like to know the Japanese view of the fundamental religious principles. In European littеrature I could not find any vestige of it. If you can help me in this matter, if only by stating your religious views, I will be very thankful.

By religious views I understand the answer to the chief and most important question for man, what is the meaning of the life that he is obliged to live.

You speak in your letter of the Russian revolution and the reforms that are to be in Japan. I think that there is only one revolution and one reform impending everywhere in the world: it is the destruction of not only all great states, but of all kind of states, the liberation of men from obedience to human power.

I have written a book about it (the last) which has for title «The end of the age». It has been translated into english[3] and I will ask my friend in England[4] to send you a copy, but may be you can get one in your libraries. Please let me have your opinion on the ideas expressed in that book.

I thank you heartily for your letter, your books and your sympathy to me. Give please my regards to your wife and ask her, if it is not presuming too much, to write me, if it is possible in a few words her religious belief: what does she live for and what is the highest law of her life, the law to which all other human laws and desires ought to be sacrificed.


Кенджиро Токутоми.

Апреля 25-го 1906.

Тула, Ясная Поляна.


Дорогой друг,

Я давно уже получил ваше письмо и ваши две книги.[1] Было бы слишком долго и бесполезно объяснять, почему я до сих пор не отвечал.[2]Пожалуйста, извините меня. Надеюсь и желаю, чтобы мое письмо застало вас на старом месте в добром здоровье и в том же добром ко мне расположении, в котором вы писали.

Мне не совсем понятно из вашего письма, ни из вашей книги ваше миросозерцание, и я был бы очень благодарен, если бы вы разъяснили мне ваши религиозные взгляды. Я очень интересуюсь религиозными верованиями японцев. Я имею представление о шинтоизме, но сомневаюсь, чтобы современные мыслящие японцы могли придерживаться этой веры. Я знаю конфуционизм. таоизм и буддизм и глубоко уважаю религиозные и метафизические основы этих учений, которые одинаковы с основными законами христианства. Существует лишь одна религия, которая открывается разными сторонами разным народам: я очень желал бы знать взгляд японцев на основные религиозные законы. В европейской литературе мне не удалось найти ничего об этом. Если бы вы могли мне в этом помочь, хотя бы только изложив ваши религиозные взгляды, я был бы очень благодарен вам.

Под религиозными взглядами я разумею ответ на основной и самый важный для человека вопрос: каков смысл той жизни, которую должен прожить человек.

Вы говорите в своем письме о русской революции и о предстоящих в Японии реформах. Я думаю, что лишь одна революция и одна реформа неминуема во всем мире: это не только разрушение всех великих государств, но и вообще всякого государства, освобождение людей от подчинения человеческой власти.

Я написал об этом книгу (последнюю) под заглавием «Конец века». Она переведена на английский язык,[3] и я попрошу моего друга в Англии[4] послать вам экземпляр, но, может быть, вам удастся достать эту книгу в ваших библиотеках. Пожалуйста, сообщите мне ваше мнение о взглядах, высказанных в этой книге.

Сердечно благодарю вас за ваше письмо, за книги и за ваши добрые ко мне чувства. Передайте, пожалуйста, мой привет вашей жене и попросите ее, если это не слишком смело с моей стороны, написать мне, если это возможно в нескольких словах, ее религиозные верования: ради чего она живет и каков главный закон ее жизни, тот закон, в жертву которому должны быть принесены все человеческие законы и желания.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 47—49. Написано рукою T. Л. Сухотиной. В ГМТ сохранился черновик-автограф. Дата письма нового стиля, что определяется местоположением письма в копировальной книге.

Кенджиро Токутоми (Kenjiro Tokutomi, p. 1869) — японский литератор, редактор журнала «The Independent», частично разделявший философские взгляды Толстого. В 1897 г. Токутоми опубликовал в Японии краткий очерк жизни и деятельности Толстого. См. Току-Томи, «Отзвук из Японии» — «Международный толстовский альманах», изд. «Книга», М. 1909, стр. 345—346. 17—21 июня 1906 г. посетил Ясную Поляну.

Ответ на письмо Токутоми от 21 января н. с. 1906 г.


1 В яснополянской библиотеке сохранились три книги Токутоми, две на японском языке и одна на английском: «Описание паломничества в Палестину», Токио, 1906; «The Twelve Men of Letters», 1905; «Nami-Ho. A Realistic Novel». Translated from the Japanese by Sakae Shioya and E. F. Edgett», изд. H. B. Turner and C°, Boston, 1904.

2 Письмо Токутоми от 21 января н. с. 1906 г. было получено в Ясной Поляне 13 февраля. В ЯЗ в марте — апреле 1906 г. имеются неоднократные записи о намерении Толстого писать Токутоми. Толстой медлил с ответом, так как письмо Токутоми казалось ему высокопарным и неискренним.

3 Статья «Конец века» была переведена на английский язык в 1906 г.: L. Tolstoy, «The and of the age». Translated by V. Tchertkoff and J. F. Mayo, изд. W. Heinemann, London, 1906.

4 В. Г. Чертков. В ответном письме от 3 октября н. с. 1906 г. Токутоми писал, что получил от Черткова три книги Толстого на английском языке: «Конец века», «Великий грех» и «Единое на потребу» и что «Конец века» он перевел и собирается публиковать в своем журнале «The Independent».

#### * 191. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Апреля 12...13. Я. П.


Милый Иван Иванович,

Мне б[ыло] сначала досадно, что печатание не двигается,[1] что вы мне присылаете для просмотра давно просмотренные старые листы, но теперь мне стыдно за себя и хочется только одно, как могу помочь вам. Вам, очевидно, тяжело. Я думаю, что вам надо поставить себе главною целью не дела Посредника, не печатание Кр[уга] чт[ения] и т. п. глупости, а одно самое драгоценное, установление мира и спокойствия в своей душе для того, чтобы жить для нее одной. А для этого вам, мне кажется, надо при всех представляющихся делах руководствоваться только этой целью. Боюсь, что при ваших разросшихся делах вы запутаны в денежном отношении. Так ли это? Если и так, то это неважно. Важна одна душа. Особенно для таких людей, как вы, к[оторые] так живо чувствуют это. Целую вас братски. Пускай милая Ел[ена] Евг[еньевна] напишет.

Л. Т.


Листы пересмотрю и перешлю сейчас же.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 43—44. Датируется по местоположению в копировальной книге.

Ответ на письмо E. Е. Горбуновой от 10 апреля 1906 г., написанное по поручению И. И. Горбунова.


1 Имеется в виду печатание издательством «Посредник» «Круга чтения», которое задерживалось типографией Кушнерева из-за забастовки рабочих в декабре 1905 г.

#### * 192. E. О. Кюн.

1906 г. Апреля 13. Я. П.


Я не советую вам приезжать ко мне, а тем более не советую жить у нас. Кроме того, что у меня большая семья, я очень занят и, как все старые люди, не могу нарушать свой порядок жизни, дающий мне возможность сделать до смерти хоть малую часть того, что я считаю себя обязанным делать. Пожалуйста, не приписывайте мой отказ не только недоброжелательному чувству, но и равнодушию к вам. Я очень рад общению с религиозными людьми и рад поделиться с ними моими мыслями. Мысли мои о смысле жизни, о значении ее я выразил в моих книгах: О жизни, к[оторую] посылаю вам, и других. О том, что я думаю о том, что неправильно называется будущей жизнью, вы найдете мысли в нескольких местах недавно вышедшей книги «Круг чтения». Вообще же думаю, что вопрос о бессмертии души так давно уже занимал лучшие умы человечества и потому так разработан, что нам можно в этом отношении пользоваться готовым и не спрашивать об этом друг друга. Не верят в бессмертие, т. е. в неуничтожаемость высшей, самой драгоценной сущности нашей жизни только те, кот[орые] еще не познали этой сущности вроде того, как слепые кроты не верят в солнце.

И доказывать им существование солнца так же невозможно, как совершенно бесполезно доказывать существование его зрячим.

Желаю вам непоколебимой уверенности в неуничтожаемости вашей жизни и вытекающих из этой уверенности радости и спокойствия.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 45—46. Датируется на основании даты рукой Ю. И. Игумновой в копировальной книге.

Ева Оскаровна Кюн (р. 1880?) — кандидат философии Цюрихского университета, в 1906 г. жила в г. Вильно.

Ответ на письмо Е. О. Кюн от начала апреля? 1906 г., в котором она спрашивала, верит ли Толстой в продолжение личной жизни после смерти, и выражала желание жить и работать в Ясной Поляне, если смогут пригодиться ее знание итальянского, французского, немецкого и английского языков.

#### * 193. П. А. Сергеенко.

1906 г. Апреля 13. Я. П.


Получил вашу немецкую книгу[1] и не могу достаточно благодарить вас за нее, любезный Петр Алексеевич. Я намерен воспользоваться ею. Могу ли я на полях ее делать переводы избранных мною мест?

Благодарный и любящий вас

Л. Толстой.

13 апр. 1906.


Ответ на письмо от 12 марта 1906 г., в котором П. А. Сергеенко писал, что послал Толстому книгу Бёльше, в предположении, что она может пригодиться для «Круга чтения».


1 Одна из книг Вильгельма Бёльше (Wilhelm Bölsche, p. 1861). Установить заглавие книги не удалось. В «Круге чтения» книги Бёльше использованы не были. В яснополянской библиотеке сохранилось несколько книг В. Бёльше на русском языке в издании «Вестника знания»: «Завоевание человека» (Спб. 1904), «История миросозерцания до Колумба» (Спб. 1903), «История современного естествознания» (Спб. 1903), «Прогресс дарвинизма», «Происхождение человека» (Спб. 1905).

#### * 194. А. М. Хирьякову.

1906 г. Апреля 15. Я. П.


Посылаю вам Пошину статью, милый Александр Модестович. Судя по тому, что вы пишете о целях вашей газеты,[1] очень желаю ей успеха. Буду внимательно читать ее2 и рад буду участвовать в ней. Пишу кратко, п[отому] ч[то] не совсем здоров. Вы, вероятно, имеете согласие Бирюкова на некот[орые] необходимые изменения в статье, уже не имеющей прежнего назначения.

Хорошо бы было выключить последние слова: «велик[ий] старец»[3] или заменить другими, менее оскорбляющими мое чувство не скромности, а сознания несоответственности.

Лев Толстой.

15 апр. 1906.


Ответ на письмо Хирьякова от 12 апреля 1906 г., в котором он сообщал о намерении издавать газету и просил Толстого прислать для первого номера статью П. И. Бирюкова «Событие 1 марта и Л. Н. Толстой», в которой приводилось письмо Толстого к Александру III (см. письмо № 157).


1 Ежедневная политическая и литературная газета «Голос», орган эсеров, выходила в Петербурге с 27 апреля по 10 июня 1906 г.

2 Прочитав первые номера газеты, Толстой осудил ее за направление, озлобленный тон по отношению к правительству (см. ЯЗ, записи от 1 и 6 мая).

3 Эти слова в напечатанном тексте статьи Бирюкова отсутствуют.

#### * 195. И. В. Воронину.

1906 г. Апреля 17. Я. П.


Иван Васильевич,

Я советую вам не примыкать ни к какой партии, а тем менее к толстовской, если таковая существует. В моих писаниях я не говорю ни о каком направлении политическом, а только о том, как по учению мудрейших и святейших людей, в том числе и Христа, надо проводить свою жизнь всякому человеку.

Посылаю вам некоторые из моих писаний, из кот[орых] вы яснее увидите мои взгляды, и очень рад буду, если они вам пригодятся.

Лев Толстой.

17 апр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 56. Автограф отобран у адресата жандармской полицией при обыске в Костроме в марте 1909 г.

Иван Васильевич Воронин (р. 1876) — сын крестьянина Костромской губ. С мая 1903 г. — счетчик страхового отдела Костромского губернского земства.

Ответ на письмо Воронина от 12 апреля 1906 г.

#### 196. Е. Е. Гончаренко.

1906 г. Апреля 17. Я. П.


Евтихий Егорович,[1]

Я не отвечал вам на ваши прежние письма,[2] п[отому] ч[то] они производили на меня очень грустное впечатление тем раздражением и нехристианским отношением к людям, к[отор]ое проявлялось в них. Так как поступок ваш — отказ от военной службы — был совершен на основании вашего христианского мировоззрения, то я надеялся, что ваше столь противное христианству раздражение и осуждение людей и недоброе чувство к ним, вызванное вашими страданиями, под конец уляжется будет побеждено христианским чувством смирения, прощения и тем сознанием исполнения воли бога, к[отор]ое побеждает все внешние невзгоды. Но, к сожалению, ваше последнее письмо так полно самых нехристианских чувств злобы ко всем, что мне всей душой стало жалко вас, и я позволяю себе братски советовать вам остановиться на этом пути, войти в себя, в свою совесть, восстановить в себе те христианские основы жизни, к[отор]ые вы, вероятно, знаете и чувствуете и опираясь на кот[орые] всё — благо, и все люди вызывают в нас одни свойственные человеку чувства взаимной любви и духовной радости. Посылаю вам несколько книг и в том числе Мысли муд[рых] л[юдей] и Круг чтения, которые, может быть, могут быть полезны вам.

Пожалуйста, не сердитесь на меня за мое осуждение вас. Я знаю, как трудно ваше положение и как легко раздражиться. Я уверен, что, будь я в вашем положении, я бы еще больше б[ыл] раздражен, но, будучи свободен от соблазна, я, любя вас, и стараюсь помочь вам так же, как, надеюсь, что мне помогут, да и помогали, когда я подпадал соблазну.

Лев Толстой.

17 апр. 1906.


Впервые опубликовано в журнале «Жизнь для всех» 1913, I, стр. 77—78.

О Евтихии Егоровиче Гончаренко (1883—1923) см. т. 75, письмо № 291.

Ответ на письмо Гончаренко из Омской тюрьмы от 6 апреля 1906 г.


1 Слова «Евтихий Егорович» написаны в автографе рукою Ю. И. Игумновой.

2 От 3 февраля и 5 марта 1906 г.

#### * 197. И. М. Трегубову.

1906 г. Апреля 17. Я. П.


Милый Иван Михайлович.

Ваше воззвание очень хорошо. Но разговор с священником, хотя и очень интересен сам по себе, в воззвании неуместен. Неуместны тоже подписи десятка неизвестных для публики.[1] Такие подписи не усиливают, а ослабляют впечатление. Нужно или мильон подписей, или ни одной. — Я бы выключил всё то, что во 2-м столбце, 3-м и 4-м со слов: В этом отношении... и до слов: христианский мученик включительно. И продолжал бы так: Таких мучеников, как Икон[ников],[2] у нас в настоящее время много... (Но не нужно) Неужели люди-христиане и т. д. и выкинул бы подписи, оставив примечание. Мне очень хочется прибавить к этому от себя несколько слов и поместить письмо одно[го] замечательного человека из Пскова,[3] тоже отказавшегося от воен[ной] службы. Ответ социалистам получил. Кто вставил: подобно партии народ[ной] свободы?[4]

Л. Толстой.


Датируется на основании пометы Ю. И. Игумновой на письме Трегубова: «Отв. 17 апр.» и расположения письма в копировальной книге.

Ответ на письмо от 15 апреля 1906 г., вместе с которым И. М. Трегубов посылал составленное им «Воззвание в защиту современных христианских мучеников» (в защиту отказавшихся от военной службы по религиозным убеждениям), напечатанное в газете «Полтавщина» 1906, № 23 от 13 апреля.


1 В первоначальной редакции «Воззвания», напечатанной в газете «Полтавщина», помещены подписи 16 человек, инициаторов «Воззвания».

2 Антон Иванович Иконников (р. 1883), мещанин г. Скопина Рязанской губ. В ноябре 1904 г. отказался от военной службы и был приговорен к двум годам дисциплинарного батальона. Наказание отбывал в Варшавской и Новогеоргиевской крепостях.

3 Письмо К. П. Сиксне к Толстому от 21 апреля 1906 г.

4 Статья И. М. Трегубова «Ответ социалистам» была напечатана в газете «Полтавщина» в первой половине апреля 1906 г. В ЯЗ 15 апреля записаны слова Толстого: «Там, где Иван Михайлович говорит про христианское отношение к политике, редактор вставил, что христиане поступают, как сторонники партии Народной свободы». См. письмо № 201.

#### * 198. Н. В. Оннохову.

1906 г. Апреля 18. Я. П.


Ваши 30 р[ублей], мне кажется, удалось поместить хорошо. Кроме того, передача их доставила мне радость, к[отор]ой вы были причиной и к[отор]ой хочу потому поделиться с вами. Нынче, 18 ап[реля], пришли две женщины вдовы из дальней деревни[1] с свидетельствами от старшины об их бедности: у одной 4, а другой 6 детей невзрослых. У последней, по ее словам, издохла лошадь и корова. Хотелось дать ей ваши 30 р., но, во-1-х, не знаю ее — правда ли о корове, а, во-2-х, дать ей — вызовешь зависть другой. Я колебался и дал из других благотворит[ельных] денег три рубля: два рубля той, у к[оторой] корова пала, и рубль другой, намереваясь навести справки. В это же время приходит погоревший крестьянин из той же деревни. Я спросил его, и он подтвердил показание о корове и лошади. Я послал вернуть ту женщину, к[оторой] хотел отдать 30 р., но бабы вернулись обе, так что я не мог уже скрыть от другой и избежать ее зависти, как я думал. Я передал деньги бабе с 6-ю детьми и сказал другой, чтобы она не завидовала. Но мне стало совестно за свои слова, когда я взглянул на лицо другой: она сияла от радости.

Чего завидовать: она со мной молочком поделится. — Как же не поделиться, мы недалеко живем. И обе бабы ушли счастливые, благодарные через меня вам, и я испытал большую радость сознания нравственного превосходства надо мною этих женщин. Я предполагал чувства, к[отор]ых у них не было, п[отому] ч[то] они бедны и потому истинно жалеют друг друга, не так, как мы.

Если бы я не рассказал этого вам, я бы считал, что присвоил себе ваши 30 р. и то, что дороже миллионов, добрые чувства, к[оторые] отозвались на ваше.

Лев Толстой.

18 ап. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 57—58.

Николай Васильевич Оннохов — в 1906 г. был директором Александровской гимназии в Риге.

Ответ на письмо Оннохова от 7 апреля 1906 г.


1 Из д. Пирогово, в 35 км. от Ясной Поляны.

#### * 199. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Апреля 19? Я. П.


Очень сочувствую вам, милый Ив[ан] Ив[анович], не столько в вашем нездоровьи, к[отор]ое, верно, скоро пройдет, сколько в трудности ваших матерьяльных дел. Ничто так не отводит от истинной жизни, столь свойственной вам жизни, главное и единственное дело к[отор]ой любовь ко всем, увеличение в себе любви, как та сложная суета, в к[отор]ой вы завязаны. Выпутывайтесь из нее, все силы полагая на это выпутыванье, и не думайте о пользе другим, думайте только о душе. Кажется противоречием христианину думать только о своей душе, но это не противоречие, п[отому] ч[то] та душа, ради к[отор]ой надо всем жертвовать, живет в боге, а не для себя и не по своей воле, а по его воле, и не мы сами, а он распоряжается той пользой, какую принесет наша жизнь другим.

Братский привет

Л. Толстой.


Ответ на письмо И. И. Горбунова-Посадова от 17 или 18 апреля 1906 г., в котором он сообщал об упадке дел «Посредника».

#### 200. В редакцию газеты «Слово» от 20 апреля.

См. т. 36, стр 278—282.

#### * 201. И. М. Трегубову.

1906 г. Апреля 22. Я. П.


Милый Иван Михайлович,

Я по своей дурной привычке несколько раз перередактировал ваше воззвание и мои несколько слов, сопровождающие его. Остановился я на прилагаемой при сем версии.

Согласны ли вы напечатать Воззв[ание] в таком виде?[1] Ответьте поскорее.

Лев Толстой.

22 апр. 1906.


Ответ на письмо И. М. Трегубова от 17 апреля, с которым он посылал Толстому новый вариант «Воззвания» (см. письмо № 197).


1 «Воззвание в защиту современных христианских мучеников», исправленное Толстым и снабженное его письмом, было напечатано в газете «Слово» 1906, № 453 от 3 мая. См. т. 36, стр. 278—282. Позднее печаталось в виде брошюры «О военной службе».

#### * 202. П. А. Васильеву.

1906 г. Апреля 22? Я. П.


Милостивый государь,

Если я понял, в чем заключается ваш вопрос (хотя он не выражен ясно в вашем письме), то ответ мой заключается во всех почти моих писаниях последних 25 лет: «Христ[ианское] учение», «О жизни», «О религии».

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 59. Датируется по местоположению в копировальной книге. Автограф, по предположению адресата, был отобран у него при обыске в 1906—1907 гг.

Павел Алексеевич Васильев (р. 1879) — в 1906 г. был служащим в московском банке.

Ответ на письмо Васильева от 10 апреля 1906 г.

#### * 203. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Апреля 24...25. Я. П.


Спасибо, милый Ив[ан] Ив[анович], за ваше последнее доброе письмо. Оно меня очень порадовало и умилило. Посылаю вам корект[уры].[1] Если можно, дайте еще раз взглянуть. Для «За что» приищите место. «Бож[еское] и чел[овеческое]» на днях поправлю и пришлю и тоже приищите место в Круге. Братски целую и люблю.

Л. Толстой.


Секретка. Датируется почтовым штемпелем.

Ответ на два письма Горбунова-Посадова от 17 и 20 апреля 1906 г. В нервом из них он раздраженно писал, что Чертков, не ожидая выхода второго тома «Круга чтения» с рассказами «За что?» и «Божеское и человеческое», издает эти рассказы в английском переводе. Во втором письме Горбунов-Посадов извинялся за предыдущее письмо.


1 Корректуры печатавшегося в «Посреднике» второго тома «Круга чтения».

#### * 204. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Апреля 26. Я. П.


Милый Иван Иванович,

Посылаю вам для набора наш единств[енный] экз[емпляр].[1] Я решил оставить прежнее заглавие.[2] А поправлять не буду. Есть другие, более нужные дела. Если пришлете на просмотр, может быть, тогда придется кое-что поправить.

Л. Толстой.

25 апр. 906.


Ответ на письмо Горбунова-Посадова от 20 апреля 1906 г.


1 Горбунов-Посадов просил прислать для «Посредника» рассказ «Божеское и человеческое».

2 Первоначальное заглавие рассказа «Божеское и человеческое» было оставлено Толстым и в окончательной редакции. В других редакциях рассказ назывался «Еще три смерти».

#### * 205. И. Белоусову.

1906 г. Апреля 30. Я. П.


Любезный брат Иван Белоусов,

Тотчас же по получении вашего письма 28 апреля справлялся в Туле об Андрее Кудрине.[1] Но 28-го не было еще о нем никаких известий. Буду справляться еще и постараюсь сделать всё, что могу для телесного, а главное, духовного блага брата Андрея. Он один из тех борцов за христианскую истину, которые, служа богу, служат и людям, устанавливая царство божие на земле, и потому нам, не удостоившимся пострадать за веру, надо, по крайней мере, по силам помогать этим христианским мученикам нести взятый ими на себя крест Христов. Таких мучеников, благодаря бога, является всё больше и больше. На днях я послал в газеты Воззвание[2] о том, что Думе следует озаботиться о том, чтобы тех людей, которые по своим убеждениям отказываются от военной службы, правительство не наказывало бы, как злодеев, а приискало бы другое — разумное и кроткое средство обращения с ними.

Напишите мне, что вы узнаете о Кудрине, и я напишу вам всё, что узнаю о нем.

Страдаю сердцем за Кудрина, но радуюсь духом за дело божие.

Братски приветствую вас.

Лев Толстой.

30 апр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 62—63.

Иван Белоусов — сектант-молоканин, в 1906 г. жил в с. Патровке Бузулукского уезда Самарской губ.

Ответ на письмо Белоусова от 24 апреля 1906 г.


1 Об А. И. Кудрине см. письмо № 223. Справлялся в Туле о Кудрине Д. П. Маковицкий.

2 «Воззвание в защиту современных христианских мучеников». См. письма №№ 201 и 197.

#### * 206. В редакцию газеты «Слово». Неотправленное.

1906 г. Апреля 30. Я. П.


В Редакцию Газеты Слово

От Л. Н. Толстого.

Покорно прошу Редакцию в доставленную ей от меня статью с Воззвани[ем] о христ[ианских] мучениках[1] включить в перечисление лиц, отказавшихся от военной службы, еще Андрея Кудрина Самарской губернии, Бузулукского уезда.

С совершенным уважением

Лев Толстой.

30 апр. 1906 г.


Ежедневная газета «Слово» выходила в Петербурге в 1904—1909 гг., была органом правых земцев, а с ноября 1905 г. до июля 1906 г. — органом партии октябристов.


1 См. прим. 1 к письму № 201.

#### * 207. Н. Г. Теплову.

1906 г. Апреля 30. Я. П.


Любезный Николай Григорьевич,

Получил ваше интересное письмо и рад буду прочесть всю статью.[1] Я совершенно согласен с вашими основными мыслями.

Думаю, что нет оснований печатать статью в Англии, а не в России. Отчего не напечатать и там и здесь.

Желаю вам всего хорошего.

Лев Толстой.

[30] апр. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 61. Число, которое не отпечаталось в копии, устанавливается на основании пометы на конверте письма Теплова: «Отв. 30 апр.».

Николай Григорьевич Теплов — архитектор, в 1906 г. жил в Орле.

Ответ на письмо от 23 апреля 1906 г., в котором Теплов сообщал, что пишет статью, где предполагает доказать «полную приложимость» к архитектуре взглядов, высказанных Толстым в трактате «Что такое искусство?».


1 Свою статью Теплов послал Толстому в ноябре 1906 г. См. письмо № 320.

#### * 208. И. М. Трегубову.

1906 г. Апреля 30. Я. П.


Рукопись вашу получил. Предисловие ваше очень хоро[шо], несмотря на то преувеличенное значение, к[оторое] вы мне приписываете.[1] Хорошо в ней то, что вы понимаете и выставляете не признаваемую и не понимаемую обыкновенно важность и глубину фило[со]фски религиозной деятельности часто безграмотных людей народа, у к[оторых] мы только можем учиться, что я и делал всю мою жизнь. Но, несмотря на это, я не думаю, чтобы хорошо было печатать Приветствие М[алеванн]ого. Оно очень хорошо по духу и искренности, но не годится для печати, т. е. для читающего народа. Его проповедь должна быть изустная или записанная за ним. Но напечатание его Пр[иветствия] только уронит не его, а его возможное и нужное влияние.

Возвращаю вам рукопись. Ваше Воззвание,[2] то, какое я послал вам, отдано, как мне пишет зять,[3] в Петерб[ургское] Слово.

Лев Толстой.

30 апр. 1906.


Ответ на письмо И. М. Трегубова от 26 апреля 1906 г.


1 «Приветствие русскому народу от Кондрата Малеванного» с предисловием И. М. Трегубова (было издано «Посредником» в 1907 г.).

2 См. прим. 1 к письму № 201.

3 М. С. Сухотин.

#### 209. М. Л. Оболенской.

1906 г. Мая 2. Я. П.


Милая Машенька,

Пишу несколько слов только, чтобы сказать тебе, что ты мне очень недостаешь и что и в присутствии и в отсутствии очень ты мне дорога. Мне нынче нездоровится — печень. Но, право, это хорошо, и интересная работа над собой, к[отор]ую я вчера дурно исполнил и нынче целый день страдаю от этого: рассердился на Илью[1] — и облегчает борьбу с собой, убивает плоть, затемняющую дух. Очень одобрил твое предпоследнее письмо Юл[ии] Ив[ановне].[2] Всё это самое нельзя не думать, но надо не сердиться, не забывать, что они люди — тот же я. Читаю хорош[ую], интересную книгу Le Bon, Psychologie du Socialisme.[3]

Кажется, что иногда хорошо думается. Весна чудесная. Целую тебя и Колю.

Л. Т.


Впервые опубликовано по копии, с датой: «Май 1906 г.», в «Современных записках» (Париж) 1926, XXVII, стр. 290. По автографу публикуется впервые. Датируется на основании пометы на автографе рукою М. Л. Оболенской: «2 мая 1906» и по содержанию (см. прим. 1).


1 Илья Львович Толстой (1866—1933). Д. П. Маковицкий рассказывает: «В 8 часов вечера [1 мая] приехали из Тулы Сергей и Илья Львовичи. Разговор зашел на политические темы... Илья Львович с восхищением говорил о какой-то барышне, которая в Саратове живет уроками и бегает с одного конца города на другой. Лев Николаевич возражал ему, что все это — деньги, ворованные у народа» (ЯЗ, запись от 1 мая 1906 г.).

2 Письмо М. Л. Оболенской к Ю. И. Игумновой неизвестно.

3 В яснополянской библиотеке сохранилась эта книга: Gustave Le Bon, «Psychologie du socialisme», изд. 4-e Felix Alcan, Paris, 1905.

В ЯЗ 4 июня 1906 г. отмечено: «Вечером Лев Николаевич сказал о Лебоне: «Неосновательный, но много сведений в нем, которые мне интересны именно теперь. Он говорит, что демократия с социализмом вместе немыслимы. Демократия — каждому свободно проявить свою личность, социализм — уравнивает всех».

#### 210. В. В. Стасову.

1906 г. Мая 2. Я. П.


Благодарствуйте, Влад[имир] Васил[ьевич], за книги о Польск[ой] рев[олюции]. Возвращаю их вам с великой благодарностью, хотя и не воспользовался ими.[1] Жаль очень, что мало вероятия увидаться. Но я не отчаиваюсь. Есть возможность и мне быть в Петерб[урге].[2] Пока простите.

Л. Толстой.

2 мая 1906.


На обороте: Петербург. Публичная библиотека. Владимиру Васильевичу Стасову.


Впервые опубликовано в ТС, № 245.

Ответ на письмо Стасова от 14 апреля 1906 г. (см. ТС, № 244).


1 Стасов посылал Толстому книги о польском восстании 1830—1831 гг. в связи с работой Толстого над рассказом «За что?».

2 Свидание Толстого со Стасовым не состоялось. В ночь на 11 октября 1906 г. Стасов умер.

#### 211. C. A. Толстой от 16 мая.

#### * 212. И. М. Трегубову.

1906 г. Мая 21. Я. П.


Милый Ив[ан] Мих[айлович],

Письмо мое печатайте, как хотите. Письмо крестьян к Ш[ейерману]1 очень хорошо. Но я не буду посылать его в газеты. Я не читаю газет и всем советую, и вам, не читать их. И не желаю иметь с ними никакого дела. Сухот[ин] отдал мое то письмо в какое-то Слово,[2] по его словам, менее кровожадное и лживое, чем другие газеты. Письмо то можно б[ыло] отдать, п[отому] ч[то] оно имеет прямую цель облегчить положение страдающих.

Дело божие нельзя делать газетами, так же нельзя, как нельзя делать его пушками. Дело божие совершается втайне и чистыми средствами, и только тогда оно могуче. Мы — орудие божие; нам надо держать только себя — его орудие — в чистоте и острине (не тупить его), а работать им будет он, а что и как — он знает, а мы никак знать не можем. Только оттого и все бедствия людские, как теперешнее озверение и ошаление людей, что легкомысленные люди хотят действовать ввиду ожидаемых последствий.

Братский привет вам и вашим друзьям.

Лев Толстой.

21 мая 1906.


В ГМТ сохранился, помимо автографа, черновик публикуемого письма. 19 мая 1906 г., посылая «Письмо крестьян к бывшему землевладельцу Вл. Шейерману», Трегубов просил Толстого послать его в газеты и сообщал о своем намерении опубликовать письмо Толстого в редакцию газеты «Слово» от 20 апреля (см. т. 36) совместно с «Воззванием в защиту современных христианских мучеников» брошюрой, озаглавив ее «Толстой о военной службе».


1 Написано в ответ на «Открытое письмо к землевладельцам» В. Шейермана участниками крестьянского съезда в Полтаве.

2 См. прим. 1 к письму № 201.

#### * 213. П. Л. Успенскому.

1906 г. Мая 25. Я. П.


Милостивый государь Петр Леонидович,

Ваша статья о веротерпимости[1] совершенно справедлива, основательна и полезна. Но боюсь, что она настолько серьезна, разумна и справедлива, что ни одна из распространенных теперь газет не напечатает ее. А это будет очень жалко, потому что статья эта может содействовать не только разъяснению вопроса, но и облегчению участи многих хороших людей. И потому очень рад буду, если вам удастся поместить ее. Замечание я бы сделал одно: это то место в конце, в котором вы говорите об амнистии. Амнистия на теперешнем жаргоне означает разрешение на безнаказанные политические убийства. Я считаю, что никто не имеет права никого наказывать, но не вижу причины, почему люди, признающие необходимость наказания, не будут наказывать убийц, их сообщников и подстрекателей, а будут наказывать вдову за то, что она кормит семью корчемством, и крестьянина, срубившего в лесу дерево для починки завалившегося сарая.

Кроме того, амнистия означает прощение преступника. Люди же, о которых вы пишете, не только не преступники, а хорошие, ни в чем не виноватые ни перед кем люди, и потому их нельзя приравнивать к тем, которых хотят амнистировать.

В Харькове находится теперь Андрей Кудрин, отказавшийся от военной службы. (В конце письма напишу подробный его адрес.)2 Судя по вашему письму и статье, несмотря на то, что вы называете себя язычником (желал бы, что[бы] все называющие себя христианами имели бы такое ясное понимание истины и добра), так несмотря на то, что вы называете себя язычником, мне пришло в голову попросить вас посетить, если это возможно, этого человека и передать ему, что я тщетно искал его в Туле, а теперь, узнав, что он в Харькове, желал бы знать, не могу ли я чем служить ему, и прошу его, если возможно, известить меня о себе.

Лев Толстой.

25 мая 1906.


Петр Леонидович Успенский (1870—1934) — харьковский заводчик, разделявший религиозно-нравственные взгляды Толстого.


1 Статья Успенского о веротерпимости была прислана Толстому в рукописи. Была ли она напечатана, неизвестно. Вероятно, в этой статье Успенский писал об отказывающихся от военной службы по религиозным мотивам и высказывался за применение к ним амнистии.

2 Адрес Кудрина: Харьков, 121 пехотный пензенский полк, 13 рота в конце письма написан рукой Ю. И. Игумновой.

#### * 214. С. Л. Толстому.

1906 г. Июня 4. Я. П.


Поздравляем. Радуемся.

Папа. Мама. Таня. Илья. Лева. Дора. Саша. Сухотин. Ханс.[1] Леночка Денисенко.[2]


Печатается по телеграфному бланку.

Семья Толстых поздравляла C. Л. Толстого по случаю его женитьбы на М. Н. Зубовой.


1 Яснополянский садовник.

2 Племянница Л. Н. Толстого, дочь М. Н. Толстой.

#### 215. Ю. Д. Беляеву.

1906 г. Июня 12. Я. П.


Возвращаю вам, любезный Юрий Дмитриевич, коректуры вашего очень хорошо составленного фельетона.[1] Извините, что я позволил себе некоторые изменения и исключения, и так же, как вы мне, даю вам carte blanche изменять и восстановить исключенное.

Желаю вам всего хорошего.

Лев Толстой.

12 июня 1906.


Впервые опубликовано в статье М. Д. Беляева «Письмо Л. Н. Толстого к Ю. Д. Беляеву» — ТТ, 4, стр. 14.

Юрий Дмитриевич Беляев (1876—1917) — журналист, театральный критик, драматург и беллетрист, сотрудник «Нового времени».

С Толстым познакомился в Ясной Поляне в первой половине апреля 1903 г. (см. заметку его в «Новом времени» 1903, № 9746 от 24 апреля). Вторично Беляев посетил Толстого 6 июня 1906 г. (см. в Дневнике Толстого запись от этого числа — т. 55, стр. 230 и прим. 539—541). Его статьи о посещении Ясной Поляны были Толстым просмотрены и исправлены.


1 Ю. Д. Беляев, «У гр. Л. Н. Толстого» — «Новое время» 1906, № 10867от 16 июня.

#### * 216. Ю. Д. Беляеву.

1906 г. Июня 13? Я. П.


Я подумал, любезный Юрий Дмитриевич, что было бы лучше в начале выкинуть имена Ал[адьина?],[1] Мур[омцева?],[2] Ков[алевского?].[3] А еще в конце после слов: «отвратительно» сказать так: отвратительно по грубости, неправдивости выставляемых мотивов, ужасающей самоуверенности, а, главное, озлобленности.[4]

Л. Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 67. Датируется по содержанию: вероятно, Толстой послал свои поправки к только что прочитанному им фельетону Беляева. Толстой должен был торопиться с отсылкой своих поправок, так как фельетон присылался ему в гранках и каждый день мог появиться в печати.


1 Алексей Федорович Аладьин (р. 1873), выбранный в первую Государственную думу от крестьян Самарской губ. Примыкал к группе трудовиков. На заседании Думы 30 мая 1906 г. Аладьин произнес речь об аграрном вопросе. Критикуя политику правительства, он предупреждал, что если аграрный вопрос не будет решен в думе, крестьяне сами приступят к принудительному отчуждению земли.

2 Сергей Андреевич Муромцев (1850—1910), председатель первой Государственной думы, кадет.

3 Максим Максимович Ковалевский (1851—1916), юрист и буржуазно-либеральный общественный деятель, член первой Государственной думы от Харьковской губ.

4 Поправки Толстого были внесены Беляевым в окончательную редакцию его фельетона.

#### * 217. И. Панкевичу.

1906 г. Июня 20. Я. П.


Милостивый государь,

Деньги 264 р. 96 коп., пожертвованные вами, были мною получены и употреблены, как и все деньги, бывающие в моем распоряжении, на помощь пострадавшим от пожаров, к[оторых] было и продолжает быть очень много в нынешнем году. Благодарю вас за вашу присылку от себя и от имени воспользовавшихся ею.

Лев Толстой.


Сколько мне помнится, я тотчас же по получении денег писал вам о получении.[1]

Письмо это может послужить заявлением о получении и употреблении денег, если вы пошлете его в какую-нибудь газету.[2]

Л. Толстой.

20 июня 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 69.

И. Панкевич — в 1906 г. жил в Слуцке Калишской губ. Судя по его письму к Толстому от 12 июня 1906 г., он был одним из русских офицеров, бывших в японском плену во время русско-японской войны.


1 См. письмо № 87. Вероятно, письмо не дошло по назначению.

2 Последние два слова в копировальной книге от времени выцвели. Воспроизводятся по копии А. Б. Гольденвейзера, сделанной им с копировальной книги в 1910 г.

#### 218. В. В. Стасову.

1906 г. Июня 21. Я. П.


Милый Владимир Васильевич.

Я несчастливо рекомендовал вам индуса[1] и каюсь в этом. Я не знал его. Но теперь позволяю рекомендовать вам японца Тукитоми,[2] к[оторого] знаю и считаю очень хорошим человеком и очень деликатным. Если вы побеседуете с ним (он говорит по-английски) и рекомендуете его кому-нибудь, молодому человеку, чтоб пошапронировать[3] его в Петербурге, то буду вам очень благодарен. Я всё еще жив и всё надеюсь свидеться с вами и найти вас таким же хорошим и физически и духовно.

Лев Толстой.


Датируется днем отъезда Токутоми из Ясной Поляны. Впервые опубликовано в ТС, № 247, с датой: «Июнь 1906 г.».


1 Индус — путешественник Нарайан Кершау. См. т. 74, письмо № 206.

2 Кенджиро Токутоми, японский писатель. См. письмо № 190.

3 От французского chaperonner — сопровождать.

Стасов ответил письмом от 7 июля 1906 г., опубликованным в ТС, № 248.

#### 219. Г. А. Русанову.

1906 г. Июня 23. Я. П.


Милый друг Гавр[иил] Андреевич. Вчера получил ваше письмо. Спасибо вам за него. Меня поразила, кроме всего трогательного, необыкновенная правдивость.[1] Не горюйте, милый друг. Всё хорошо, очень хорошо. Будем стараться еще здесь понять хоть отчасти всё то, что она поняла в ту последнюю минуту, хотя и неясно, как это должно быть не вполне ясно человеку, пребывающему еще во плоти. Всё так ли вы страдаете физически и так же ли переносите хорошо свои страдания? Простите, что долго не писал вам. Слаб был и есмь всё время, как и должно быть в мои года. Сосредоточиваю все силы на утреннюю работу, а потом уже не могу хорошенько написать даже письмо. Работа же, к[оторой] я занят, очень, очень увлекает меня.[2] Как всегда, кажется, что имею сказать кое-что новое и нужное. Еще занят составлением нового лучшего Круга Чтения,[3] более доступного простым людям, в особенности детям. Кроме того, просятся дурацкие художеств[енные] мотивы, к[оторые] иногда во сне вижу.[4] Надеюсь написать вам скоро еще, а пока прощаюсь. Привет вашим детям. Много любящий вас и дорожащий вашей дружбой

Лев Толстой.


Датируется по письму М. Л. Оболенской от 23 июня 1906 г., к которому является припиской. Впервые опубликовано в «Вестнике Европы» 1915, 4, стр. 19, с датой: «26 июня 1906 г.».

Ответ на письмо Русанова от 31 мая 1906 г.


1 В письме своем Г. А. Русанов подробно рассказывал о смерти своей жены Нины Алексеевны.

2 Статья «О значении русской революции». См. т. 36.

3 «Круг чтения» для народа и детей составлен Толстым не был. Поправки и дополнения к первому изданию «Круга чтения», которые Толстой произвел в связи со своей работой над народным «Кругом чтения», вошли во второе издание «Круга чтения», 1909 г.

4 Вероятно, Толстой имеет в виду свои замыслы описать историческую эпоху Екатерины II, Павла I и Александра I, над изучением которой он много работал в 1906 г.

#### * 220. Н. В. Кутлину.

1906 г. Июня 26. Я. П.


Советую жить при отце. В свободное время читать. (Посылаю несколько книг.)1

Проживите так хотя до 25 лет, а потом сами увидите и решите, как продолжать жить.

Лев Толстой.

26 июня 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 72.

Николай В. Кутлин (р. 1887) — сын содержателя столярной мастерской (паркетного заведения) в Уфе. В 1901? г. убежал от родителей и 8 месяцев скитался по России. Вернувшись к родителям, до 1906 г. работал в паркетной мастерской отца.

Ответ на письмо от 5 июня 1906 г., в котором Кутлин писал о своем желании жить в деревне «наравне с бедными».


1 На конверте письма Кутлина помета рукой Толстого:

послать Муж[чина] и Ж[енщина], Марк Авр[елий], Эпиктета, Жизнь и учен[ие] Иис[уса] и еще ка[ких-нибудь] общеобра[зовательных?]

#### * 221. А. Сорокину.

1906 г. Июня 26. Я. П.


Вы совершенно правы, что лучше поступить на военную службу, чем, отказавшись, озлобиться на людей. Но вы неправы в том, что считаете возможным, служа военным, считать себя исполнившим учение Христа. Есть только два выхода: 1) Чувствуя большее страдание от участия в военной службе, чем ото всех истязаний властей, отказаться и 2) служить, чувствуя, что поступил скверно и что ты преступник закона Христа. Вы, вероятно, читали то, что я писал об этом. На всякий случай посылаю вам и последнюю брошюру, к[оторая] теперь конфискована.[1]

Помоги вам бог поступить наилучшим для души образом. Как сказано в евангелии: «Дух, к[оторый] есть в вас, будет говорить за вас».

Брат ваш

Лев Толстой.

26 июня 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 72—73.

Антон Сорокин — в 1906 г. жил в Омске; возможно, что он был сыном некоего Сорокина, который упоминается в письмах Е. Е. Гончаренко, как друг и покровитель Гончаренко во время отбывания последним тюремного заключения в Омске.

Ответ на письмо Сорокина от 1 июня 1906 г.


1 Брошюра «О военной службе». См. прим. 1 к письму № 201.

#### * 222. П. И. Бирюкову.

1906 г. Июня 27. Я. П.


Спасибо, милый друг Поша, за письмо и за сообщаемые сведения, главное о себе и семье. — Книгу вашу не читал. Она есть по-английски, но нет по-русски.[1] Читает здесь Лиза Оболенс[кая] (племянница) и очень хвалит, а она во всех отношениях компетентна. Многое хочется сказать вам не по биографии, а по вечным вопросам, к[оторые] соединяют нас, и по письму вашему в Essor,[2] к[оторое] очень хорошо, и надеюсь и очень желаю, что вы приедете.[3] Нынче получил от Ч[ерткова]4 известие, что он приезжает око[ло] 20 (н. с.).

Что вам сказать про себя? Месяцев 5 работаю над статьей[5] отчасти по поводу современных событий, к[отор]ая очень занимает меня. Хотелось бы и надеюсь, что это будет последняя статья. Очень много хочется сделать совсем другого.

Живется хорошо очень. На душе всё умиротвореннее и радостнее. Теперь со мной Маша[6] и Саша, как всегда. Здоровьем слабею, но кажется, что не духом. Целую вас и Пашу и детей.

Л. Толстой.

27 июн. 1906.


Ответ на письмо Бирюкова от 26 июня н. с. 1906 г.


1 Английское издание написанной Бирюковым биографии Толстого сохранилось в яснополянской библиотеке: P. Birukoff, «Leo Tolstoy, his life and work», Revised by L. Tolstoy. From the russian, изд. W. Heinemann, London, 1906.

2 П. И. Бирюков прислал два номера журнала «Essor». В одном из них было помещено письмо Бирюкова к редактору журнала.

3 П. И. Бирюков приезжал в Ясную Поляну 18 или 19 августа и 5 сентября 1906 г.

4 В. Г. Чертков, высланный из России и живший с 1897 г. в Англии, получил в марте 1906 г. разрешение вернуться в Россию. Болезненное состояние А. К. Чертковой не позволило Чертковым осуществить свое намерение переселиться в Россию всей семьей летом 1906 г. Поэтому В. Г. Чертков приезжал в Россию один. В Ясную Поляну он приехал 23 июля 1906 г., прожил там до 31 июля, съездил в Москву, 4 августа опять вернулся в Ясную Поляну и 11 августа выехал в Англию.

5 «О значении русской революции».

6 М. Л. Оболенская приехала в Ясную Поляну вместе со своим мужем, Н. Л. Оболенским, 16 июня 1906 г.

#### * 223. А. И. Кудрину.

1906 г. Июня 27. Я. П.


Любезный брат Андрей Кудрин.

Я получил твое письмо и спешу ответить. Про твой отказ от военной службы я был известен прежде[1] и сначала искал тебя в Туле, а потом писал одному знакомому человеку, Успенскому,[2] просил его посетить тебя в Харькове. Радуюсь той душевной бодрости, с которой ты переносишь накладываемые на тебя страдания. Переносить легко страдания можно только тогда, когда понимаешь, что в человеке есть две жизни: жизнь плотская и жизнь духовная и когда веришь, что истинная жизнь есть жизнь духовная, для которой нет ни повреждения, ни страданий, ни смерти, если только мы соединяемся с богом, исполняя его волю. Ты спрашиваешь меня о том, что ожидает человека после смерти? Кто он? И где он будет? Вопросы эти задает себе всякий разумный человек, и я отвечал на них, как умел, в книгах, которые тебе посылаю: Христианское учение и О жизни.

Благодарю тебя за твой поступок. Такой поступок поддерживает веру в истину. Благодарю тебя за то, что известил меня о себе, и прошу тебя извещать меня.

Любящий тебя брат Лев Толстой.

27 июня 1906.


Посылаю тебе[3] еще две книги: «Мысли мудрых людей» и «Круг чтения». В Круге чтения прочитай изречения на 15 янв., 2 фев., 12 фев., 1 мар., 19 апр., 6, 13, 26 мая и 1 и 3 июня. Во всех этих местах говорится о смерти и бессмертии. Мое мнение о бессмертии такое: человек есть дух божий, живущий в животном, временном теле. Если человек полагает свою жизнь в своем животном временном теле, то ему кажется, что со смертью тела пропадет и он сам, и боится смерти; если же он полагает жизнь в духе, как учил Христос, то смерть есть только освобождение духа от уз тела и он не может верить в смерть.

Где я буду? На это нельзя ответить. Где? значит: в каком месте. А место есть только здесь для тела, для духа не может быть места. Где я буду? Там, где был до рождения. В руки твои передаю дух мой, сказал Христос, умирая. И это самое лучшее, что мы можем сказать и думать о смерти. От отца жизни получили дух при рождении духовном и к нему же возвращается этот дух при смерти. Если верить в бога, то в смерти нет ничего более страшного, чем в жизни.

Л. Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 80, 83—84. На копии помечено: «не послано».

Андрей Иванович Кудрин (1884—1917) — крестьянин с. Патровки Бузулукского уезда Самарской губ., сектант, внук Василия Константиновича Кудрина, крестьянина того же села, сектанта-молоканина, с которым Толстой переписывался в 1897 г. по поводу отнятия детей у молокан.

Ответ на письмо Кудрина от 23 июня 1906 г.


1 См. письмо № 205.

2 См. письмо № 213.

3 От слов: Посылаю тебе до конца письма печатается по машинописной копии, вклеенной в копировальную книгу.

#### * 224. Г. И. Миронову.

1906 г. Июня 27. Я. П.


Получил ваше письмо, брат Григорий, и благодарю вас за него. Внук мой1 был у Кошевого, но в то время, вероятно, уже не было вашего брата.[2] Книги тоже я послал Кошевому уже по его адресу. Очень рад за то, что брат ваш возвратился. Что же касается брата Андрея,[3] то наш друг Маковицкий, который пошлет вам книги, ездил в Тулу, но Андрея там не было. Постараюсь теперь о том, чтобы харьковские друзья посетили его и по возможности облегчили его трудное положение. Посылаю вам № газеты с воззванием об отказывающихся от военной службы и мои книги, из которых вы увидите мое понимание смысла жизни и наших обязанностей.

Брат ваш Л. Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 66—67. Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 27 июня».

Григорий Иванович Миронов — сектант-добролюбовец. В 1906 г. жил в с. Алексеевка Самарской губ.

Ответ на письмо Миронова от 15 мая 1906 г.


1 Внучатный племянник Толстого Юрий Леонидович Оболенский.

2 Степан Иванович Миронов.

3 Андрей Иванович Кудрин.

#### * 225. Дж. Морисону Давидсону (J. Morrison Davidson).

1906 г. Июня 27/июля 10. Я. П.


Dear friend,

I have received your very remarkable letter and your book «The son of man».[1] I have read it with the same feeling with which I read all your books — the feeling that it is just what I would have said on the same matter but better and more energetically said. Your opinion of our Duma is, I regret to say, quite true. I hope that the fallacy of all this thing will be soon clear to everybody and we, Russians, will go on [an] other road.

With best wishes, yours truly,

Leo Tolstoy.

10 July 1906.


Дорогой друг,

Получил ваше замечательное письмо и вашу книгу «The son of man».[1] Я прочел ее с тем же чувством, с каким я читаю все ваши книги — с чувством, что это именно то самое, что я сказал бы по этому поводу, но вами оно лучше и энергичнее выражено. Ваше мнение о нашей Думе, к сожалению, совершенно правильно. Я надеюсь, что обманчивость всего этого скоро станет всем ясна и что мы, русские, пойдем по другому пути.

С наилучшими пожеланиями, преданный вам

Лев Толстой.

10 июля 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 81. Дата Толстого нового стиля, что определяется местоположением письма в копировальной книге.

Дж. Морисон Давидсон — английский писатель. См. т. 72, стр. 421.

Ответ на письмо Морисона Давидсона от 27 мая н. с. 1906 г.


1 J. Morrison Davidson, «The son of Man: Standart Bearer of Humanity», изд. F. R. Henderson, London, 1906. Книга является сборником статей Морисона Давидсона, появившихся в разное время в английском журнале «Reynold's Newspaper» и по содержанию близких взглядам Толстого.

#### 226. Г. А. Русанову.

1906 г. Июня 27. Я. П.


Дорогой Гаврила Андреевич,

Хочется еще написать вам несколько слов о себе и вас, о том, что мне, по моим годам, а вам, по вашей болезни, так близко предстоит: о смерти. Сейчас говорил про это с дочерью Машей. Жизнь всё быстрее и быстрее проходит мимо меня: женятся, рожают детей, заботятся о своих выгодах, о своей славе, и всё их больше и больше известных мне, и всё, что их занимает, всё меньше и меньше представляется для меня интересным. Спрашиваю себя: что же мне интересно? Казалось бы одно: то, что ожидает: смерть. Но не могу интересоваться ею, главное п[отому], ч[то] ее нет для меня, пока я живу. Хотя я знаю, что она предстоит мне, не могу видеть ее; вижу только жизнь, а в жизни — всех этих людей, окружающих меня, и испытываю к ним, именно п[отому], ч[то] мне предстоит тот переход, к[оторый] называется смертью, чувство жалости — смело скажу — любви спокойной, тихой, неперестающей, как льющаяся вода, и мне хорошо, и думаю, что и тем, с к[оторыми] общаюсь, может быть хорошо. И так можно чувствовать и жить до последнего срока перехода. Одно плохо — физические страдания (у меня небольшие желудочные, но влияющие на проявление духовн[ой] деятельности). И вот с ними главное надо бороться. Трудно, но можно. Хорошо бы до последней минуты удержать это чувство жалости, любви к людям. Нина,[1] несмотря на свою высоту душевную, не выдержала.[2] Будем стараться выдержать.

Братски обнимаю вас.

Любящий вас Л. Толстой.

Что Коля?[3]


Привет вашим.


Впервые опубликовано в «Вестнике Европы» 1915, 4, стр. 20, с датой: «2 июля 1906 г.». Датируется на основании пометы на конверте письма Русанова от 31 мая 1906 г.: «Отв. 27 июня». Вероятно, Толстой отвечал на это письмо дважды: припиской к письму М. Л. Оболенской (см. № 219) и самостоятельным письмом через несколько дней, оправившись от болезни.


1 Антонина Алексеевна Русанова.

2 Фраза: «Нина... не выдержала» в автографе вымарана. Воспроизводится по копировальной книге, в которой рукою Игумновой помечено: «Русанову (не послано)». Вероятно, Толстой, боясь обидеть Русанова фразой о его жене, решил не посылать письма, и оно было скопировано в полном виде. Затем письмо все же было послано Русанову, но с изъятием указанной фразы.

3 Николай Гаврилович Русанов.

#### * 227. Е. И. Слободянику.

1906 г. Июня 27. Я. П.


Благодарю тебя, любезный брат, за то, что известил меня о себе. Благодарю и за то, что ты своим поступком поддерживаешь веру в истину и в закон бога, который стоит выше всех законов человеческих. Буду стараться по мере сил моих освободить тебя. Мы писали об этом в газетах[1] и писали об этом в Думу.[2] Много верующих людей страдают за это самое, и надо надеяться, что в скором времени найдут средство приставлять отказывающихся к работам таким, к[отор]ые может исполнять христианин. Прошу тебя, извещай меня о себе и напиши, не нуждаешься ли в чем таком, чему я мог бы помочь тебе.

Любящий тебя брат

Лев Толстой.


Датируется на основании пометы в яснополянской инвентарной книге: «От. Л. Н. 27 июня».

Епифан Иванович Слободяник — крестьянин Жидовогребельской волости Таращанского уезда Киевской губ., сектант.

Ответ на письмо от 18 июня 1906 г., в котором Слободяник рассказывал о своем отказе от военной службы и отбывании наказания в дисциплинарном батальоне, а потом в Воронежской тюрьме.


1 Имеется в виду «Воззвание в защиту современных христианских мучеников». См. т. 36, стр. 278—282 и 684—686.

2 «Воззвание в защиту современных христианских мучеников» было внесено в наказ выборщиками Полтавской губ. избранным ими депутатам Государственной думы.

#### * 228. И. М. Трегубову.

1906 г. Июня 27. Я. П.


Дорогой Иван Михайлович,

Воззвание ваше[1] и хорошо и нехорошо. Почему я думаю так, сообщу вам при свидании, но содействовать и принять участие в этом не могу.

Вы говорите: молчание — грех. Молчание для христианина, да и для всякого человека, не может быть грехом. Скорее обратное, может быть ошибкой, ’αμαρτια, грехом. У бога и силы и времени много, а мы все боимся, что он не осилит без нас и не сделает это так скоро, как нам хочется. При этой поспешности часто бывает то, что мы, думая, что знаем, что ему нужно, делаем совсем не то (не тем путем), что ему нужно, и перестаем делать то, что ему нужно и к чему он нас приставил.

Простите.

Л. Толстой.

27 июня 1906.


Ответ на письмо Трегубова от 23 июня 1906 г.


1 Рукопись воззвания русских сектантов «Долой насилие» не сохранилась.

#### 229. В. Г. Черткову от 27 июня.

#### * 230. П. П. Николаеву.

1906 г. Июня 30. Я. П.


Прочел внимательно всё ваше сочинение, милый Петр Петрович, и постараюсь высказать о нем свое мнение, что для меня особенно трудно, т[ак] к[ак] мысли, высказанные в сочинении, мне слишком близки. Я совершенно согласен со всеми выводами, в особенности в 1-й части. Деление на 3 рода сознания представляется мне искусственным. Сознаний есть для меня только два, резко различающихся между собою: сознание своей отделенности от Всего и сознание своего единства со Всем. Я понимаю, что вам нужно б[ыло] это деление для объяснения явлений человеческой жизни, но оно производит впечатление произвольности, искусственности. — Хотя я вполне признаю, так же как и вы, только одну духовную реальность и иллюзорность кажущейся столь действительно самой по себе существующей материи, я не доволен доказательствами, к[оторые] вы приводите, и разъяснениями. Многие недостаточно ясны и вместе с тем много есть лишнего, доказывающего и разъясняющего то, что и так ясно. Сочинение это так серьезно, имеет такую огромную задачу, что нельзя быть достаточно строгим к способу изложения. Вы спросите у меня: что же делать. Это вы должны решить сами. Всякое сочинение тем лучше, чем оно больше обработано. Если же вы решитесь печатать его без существенных перемен, то я все-таки советовал бы вам внимательно пройти его всё, исключая лишнее (особенно примеры), исправляя изложение в смысле ясности и точности выражений (н[а]п[ример], слово импульс не нравится мне; если употребить его, то надо точнее определить) и разъясняя неясное. Кроме того, советовал бы еще две вещи: 1) смягчить все выражения, приписывающие особенную важность сочинению, к[оторых] много (я понимаю, как они невольно вкрались), и 2) не упоминать обо мне в разных местах. Если же вы хотите указать на то, что вы разделяете мои взгляды, то сказать это один раз в предисловии или примечании. Еще советовал бы выкинуть чертежи. Читая вашу книгу, я во многих местах был недоволен вашими доказательствами и разъяснениями того спиритуалистического взгляда на мир, к[оторый] я разделяю, но зато во многих местах, особенно в 1-й части, находил много очень хорошего и нового.

Что делать с рукописью?

Боюсь вас огорчить, но правдивость не может быть вредна. В том виде, в к[отором] это сочинение теперь, оно не подвинет людей к истинному пониманию жизни, а скорее наоборот. Дело это столь важно, что работать над ним стоит всю жизнь. Это я и советую вам.

Лев Толстой.

30 июня 1906.


Как я сказал, я плохой судья по близости мне предмета сочинения. Покажите другим судьям. Что они скажут.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 84—85. Слова, не поддающиеся прочтению, воспроизводятся по машинописной копии, вклеенной в копировальную книгу № 7 на этих же листах.

Петр Петрович Николаев (1873—1928) — философ-идеалист. См. т. 74, стр. 156.

Ответ на письмо от 3/16 июня 1906 г., в котором Николаев просил просмотреть рукопись его сочинения, вышедшего позднее, в 1908—1914 гг., в Женеве под заглавием: «Понятие о боге, как совершенной основе жизни. Духовно-монистическое мировоззрение».

#### 231. Н. Г. Сутковому.

1906 г. Июня 30. Я. П.


Любезный друг Сутковой. (Простите, забыл ваше имя отчество.) Я получил ваше письмо, когда б[ыл] нездоров[1] и потому попросил ответить жившего у нас Беркенгейма.[2] Но содержание вашего письма мне кажется так важно, что хочется ответить самому и выяснить, почему я не согласен с вами. По слабости своей я радовался на вашу работу распространения моих мыслей и был и есмь благодарен вам. Говорю по слабости потому, что не беру на себя знать, нужно ли, чтобы теперь распространялись мои мысли и даже чтобы они вообще распространялись. Знаю, что мне надо было выражать их, но не больше. Про то же, чтобы сознательно употреблять их на дело революции — насилия, зла, — я знаю несомненно, что этого не должно.[3] Знаю, что противувоенные мои писания могут иметь значение как необходимый вывод из христианского мировоззрения, но никак не желаю давать им главное — и еще менее служебное значение для целей не только чуждых, но прямо противных мне. Само собой разумеется, что желательно, чтобы солдаты не стреляли в братьев и вообще в людей, но чтобы они воздержались от этого ради бога, а не для того, чтобы содействовать революции, т. е. замены одной власти другою. Революционеры не желают, чтобы солдаты стреляли в них, но едва ли откажутся от того, чтобы солдаты стреляли в их врагов. Они могут с моими писаниями делать что им угодно, я не могу им препятствовать в этом, но давать им, содействовать им — это всё равно, что употреблять евангелие (книжку) на поджог деревни.

Простите, если я сделал вам неприятное. Любящий вас и благодарный Фельтену[4]

Лев Толстой.

30 июня 1906.


Печатается по машинописной копии, вклеенной в копировальную книгу № 7, лл. 82—83. Впервые опубликовано в ПТС, I, стр. 306—307.

Николай Григорьевич Сутковой (1872—1932) — последователь религиозно-нравственного учения Толстого. См. о нем ТТ, 3, стр. 62—64.

Ответ на письмо Суткового от 23 июня 1906 г.


1 Толстой заболел 22 июня 1906 г. Нездоровье прошло через несколько дней.

2 Г. М. Беркенгейм приехал в Ясную Поляну 24 июня утром, уехал 27 июня. Письмо его к Сутковому см. «Список писем, написанных по поручению Толстого».

3 Сутковой писал Толстому: «Революционеры тоже начинают понимать, что главное зло в армии, и широко ведут пропаганду в ней. Охотно распространяют и ваши вещи, особенно прямо направленные против военщины» («Солдатскую памятку», «Письмо к фельдфебелю» и др.).

4 Н. Е. Фельтен помогал Сутковому в делах издательства «Обновление».

#### 232. В. Г. Черткову от 9/22 июля.

#### * 233. Д. Окоеву.

1906 г. Июля 10. Я. П.


Г-ну Д. Окоеву

Милостивый государь,

Благодарю вас за присылку ваших мыслей:[1] многие из них, как, н[а]п[ример], № 23 об отношении ума и глупости к сложности и простоте жизни (особенно удачная)2 и мн[огие] др[угие], мне очень понравились, и я воспользуюсь некоторыми из них, если вы позволите, в следующ[ем] издании «Кр[уга] чт[ения]».[3]

С совершенным уважением

готовый к услугам

Лев Толстой.

10 июля

1906.


Печатается по фотокопии с автографа.


1 Узнав о работе Толстого над составлением нового, «народного» «Круга чтения», Давид Окоев прислал ему некоторые свои высказывания, предлагая внести их в «Круг чтения».

2 По воспоминаниям H. Н. Гусева, мысль эта была выражена Окоевым так: «Глупость может сбить мудрость, но никогда мудрость не убедит глупость» (H. Н. Гусев, «Два года с Л. Н. Толстым», изд. Толстовского музея, М. 1928, стр. 27).

3 Высказывания Окоева во второе издание «Круга чтения» не были помещены.

#### * 234. В. Ю. Крылову.

1906 г. Июля 11. Я. П.


Прежнее письмо ваше было мне интересно,[1] теперешнее же очень приятно.

Желаю вам всё более ясного понимания смысла жизни и вытекающих из него обязанностей и радостного исповедания их.

Любящий вас

Лев Толстой.

11 июня 1906.


Печатается по рукописной копии, вклеенной в копировальную книгу № 7, л. 87. Переписчик ошибочно поставил дату «11 июня» вместо «11 июля». Основания редакторской датировки: дата письма адресата и почтовые штемпели на конверте его письма.

Ответ на письмо от 6 июля 1906 г., в котором Крылов сообщал, что, прочитав книгу Толстого «О жизни», он понял, «где отгадка всему».


1 Письмо от февраля 1906 г.

#### 235. Вел. кн. Николаю Михайловичу.

1906 г. Июля 11. Я. П.


Дорогой Николай Михайлович,

Я очень рад был получить от вас и о вас известия, которых давно не имел. Данилова я совсем не помню. А то, что я его не помню, для меня означает то, что его беседа оставила во мне очень слабое или скорее отрицательное впечатление. И по письму к вам я не думаю, чтобы в его советах могло быть что-либо серьезное.[1]

Время, которое мы переживаем, имеет для меня — да, я думаю, должно бы иметь и для всех — одно главное значение: усиление внимания и строгости к себе, к своей жизни. В такое время больше опасности согрешить, и грех производит более пагубные последствия, и больше значения получает добрая жизнь и тоже значительнее ее последствия. Рад слышать, что вы продолжаете быть заняты своими историческими трудами, и хотелось бы посоветовать вам держаться мудрого изречения: fais ce que dois, advienne que pourra.[2]

Может быть, y вас нет «Круга чтения», поэтому посылаю вам, очень прося читать его.

Любящий вас

Лев Толстой.

11 июля 1906.


P. S. Сейчас вспомнил Данилова, но то, что я вспомнил о нем, не изменяет моего впечатления. Он — старый человек, много пострадавший и хороший, но мысли у него неясные. Письмо его возвращаю. Л. Т.


Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», № 37-38, М. 1939, стр. 322. Ответ на письмо вел. кн. Николая Михайловича от 8 июля 1906 г.


1 Виктор Александрович Данилов (1851—1916), революционер. Начиная с 1874 г., неоднократно привлекался к суду за революционную деятельность. Судился по «Процессу 193». В 1890—1903 гг. жил в ссылке в Якутской области. См. о нем «Био-библиографический словарь», изд. Всесоюзного общества политкаторжан и ссыльно-поселенцев вып. 11, т. III. В последние годы жизни впал в мистицизм. В 1906 г. жил в Петербурге. Посетил Толстого в Ясной Поляне 29 января 1906 г. (ЯЗ).

2 [делай, что должно, и пусть будет, что будет.]

#### 236. В. В. Стасову.

1906 г. Июля 11. Я. П.


Дорогой Владимир Васильевич,

Не можете ли вы или ваши знакомые дать работу подателю сего, студенту Лесного [института] — Трушкину.[1] Он очень нуждается.

Дружески приветствую вас.

Лев Толстой.

11 июля 1906.


Впервые опубликовано в ТС, № 246, с ошибочной датой: «11 июня 1906 г.».


1 В. Трушкин — в 1906 г. был студентом III курса Лесного института в Петербурге; служил в Управлении городской конно-железной дороги. В письме от 7 июля 1906 г. Трушкин просил помочь ему найти какой-нибудь дополнительный заработок.

#### * 237. А. М. Хирьякову.

1906 г. Июля 11. Я. П.


Дорогой Александр Модестович.

Не можете ли вы или ваши знакомые дать работу подателю сего нуждающемуся студенту Лесного — Трушкину?

Дружески приветствую вас

Лев Толстой.

11 июля 1906.

#### * 238. М. М. Молчанову.

1906 г. Июля 13. Я. П.


Письма ваши получил[1] и очень сожалею, что не мог отвечать. Не мог же отвечать п[отому], ч[то] и слаб и очень занят.

Желаю вам всего хорошего.

Лев Толстой.

13 июля 1906.


Печатается по рукописной копии, вклеенной в копировальную книгу № 7, л. 87.

Ответ на письмо от 4 июля 1906 г., в котором Молчанов спрашивал, дошли ли до Толстого его письма от 26 декабря 1905 г., 15 января 1906 г. и недавнее от 11 июня, на которые он не получил ответа. В одном из писем (от 11 июня) Молчанов спрашивал, выдержала ли испытание «теория (нравственная) самосовершенствования», несмотря на жестокие события нашего времени», как относится Толстой к совершающимся событиям и чем интересуется.

#### 239. М. Л. Оболенской.

1906 г. Июля 14? Я. П.


Что, милая Маша, скучаю по тебе, особенно в последнее время. Очень было тяжело. Теперь лучше стало. Дошел до того, что дня два тому назад вышел из себя вследствие разговора с Андреем и Львом, к[оторые] мне доказывали, что смертная казнь хорошо и что Самарин,[1] стоящий за см[ертную] казнь, последователен, а я нет. Я сказал им, что они не уважают, ненавидят меня и вышел из комнаты, хлопая дверями, и два дня не мог притти в себя. Нынче, благодаря молитве Франциска Асизск[ого] (Frère Léon)2 и Иоанна: «не любящий брата, не знает бога» опомнился и решил сказать им, что я считаю себя очень виноватым (я и очень виноват, т[ак] к[ак] мне 80 лет, а им 30) и прошу простить меня. Андрей в ночь уехал куда-то, так что я не мог сказать ему, но Льву, встретив его, сказал, что виноват перед ним и прошу простить меня. Он ни слова не ответил мне и пошел читать газеты и весело разговаривать, приняв мои слова как должное. Трудно. Но чем труднее, тем лучше. Саша радует своей любовью, так что стыдно жаловаться. И ты есть. Целую тебя.

Л. Т.


Датируется сопоставлением содержания с записями от 12 июля в ЕСТ и в ЯЗ от 13 июля 1906 г., где рассказано о споре Толстого 12 июля с сыновьями Андреем и Львом. По копии опубликовано впервые в «Современных записках» (Париж) 1926, XXVII, стр. 291, с датой: «Осень 1906 г.». По автографу опубликовано в журнале «Печать и революция» 1928, 6, стр. 124, с датой: «1906».


1 Вероятно, Александр Дмитриевич Самарин (1869—1932?), сын известного славянофила Дмитрия Федоровича Самарина, помещик Московской губ., в 1908—1915 гг. московский губернский предводитель дворянства; в 1915 г. исполнял должность обер-прокурора Синода. Или его брат Федор Дмитриевич Самарин (р. 1864?), помещик Московской губ., член Государственного совета правой группы в 1907—1908 гг. Государственная дума в заседании 19 июня 1906 г. приняла законопроект об отмене в России смертной казни. В реакционной печати появился ряд выступлений в защиту смертной казни. По всей вероятности, Самарин о сохранении смертной казни писал в одной из газет или выступил устно на каком-либо собрании.

2 Франциск Ассизский (1182—1226), основатель ордена францисканцев. Молитва Франциска Ассизского «В чем радость совершенная» помещена Толстым в «Круге чтения» на 8 мая.

#### * 240. М. И. Разумниковой.

1906 г. Июля 15. Я. П.


Письмо ваше дало мне ту самую большую радость, кот[орую] я испытываю в жизни. Помоги вам бог до конца вашей жизни итти по тому пути, на к[оторый] вы стали. Впрочем, человеку искреннему и нельзя сойти с него; в вашей же искренности я не сомневаюсь. Вы увидите, что чем дальше итти по этому пути, тем радостнее. Даже радостность, спокойствие, бесстрашие есть несомненный признак верности пути. Чуть сбился, сейчас тяжело, страшно.

Хотя переворот, происшедший с вами, не тот, к[оторый] обещает большую твердость, не нептунический, а вулканический, к[оторый] часто бывает непрочен, я уверен, что вы не раскаетесь в нем и поможете вашей милой дочери[1] итти по тому же пути.

От души приветствую вас.

Лев Толстой.

15 июля 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 88—89.

Мария Ипполитовна Разумникова (р. 1869) — учительница. Летом 1906 г., прочтя запрещенные ранее цензурой произведения Льва Толстого: «В чем моя вера?», «Царство божие внутри вас», «Разрушение ада», Разумникова в письме от 9 июля 1906 г. рассказывала, как у нее «все миросозерцание переменилось». С Толстым познакомилась 5 июля 1907 г. в Ясной Поляне.


1 Ксения Григорьевна Разумникова (р. 1891).

#### * 241. В. С. Михайловой.

1906 г. Июля 20. Я. П.


Варвара Михайловна,[1]

Очень благодарю вас за ваше доброе письмо. Люди могут различно формулировать свое отношение к богу, но если оно искренно, то сущность его у всех одна и та же и одинаковые вытекают из этого отношения поступки. Таков ваш истинно христианский поступок письма ко мне, имеющий целью уничтожить возможность недоброго чувства.

Еще раз благодарю вас

с истинным уважением

Лев Толстой.

20 июля 1906.


Простите, если ваше отчество неверно.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 90—91.

Ответ на письмо В. С. Михайловой от 12 июля 1906 г., вызванное письмом Толстого от 15 ноября 1905 г. (см. № 78).


1 В тексте ошибочно: Михайловна

#### * 242. Е. Ф. Юнге.

1906 г. Июля 20. Я. П.


Прочел, и с большим удовольствием, милая Катерина Федоровна, ваши воспоминания о Пассек.[1] Очень много хорошего в том, что вы пишете о ней. Есть то, что я бы назвал сентиментально-развязным многословием и которое ослабляет впечатление. Ослабляет впечатление тоже ее похвалы, что вы и сами замечаете, автору Записок. Похвалы эти вполне заслужены, но читатель будет подозревать подкупленность автора.

Воспоминания так интересны, что я зачитался ими не в положенное время. Как вы живете и ваши сыновья? Когда увидимся? Соня при всяком случае хвалит вас не меньше Пассек и велит кланяться. И я братски целую.

Лев Толстой.

20 июля 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 88—89.

Екатерина Федоровна Юнге (1843—1913) — троюродная сестра Толстого. См. т. 63, стр. 324.

Ответ на письмо от 9 июля 1906 г., в котором Юнге просила прочесть посылаемые ею воспоминания, так как в свое посещение в марте 1906 г. Ясной Поляны она услышала поразившее ее мнение Толстого о Т. П. Пассек: «Вы сказали, что по ее запискам и по отношению к ней Герцена вы составили о ней не особенно выгодное мнение».


1 Татьяна Петровна Пассек (1810—1889), рожд. Кучина, писательница, с 1832 г. была замужем за этнологом-историком Вадимом Васильевичем Пассеком. Родственница и друг А. И. Герцена. Автор воспоминаний «Из дальних лет», т. I — Спб. 1878, т. II — 1879. Воспоминания Е. Ф. Юнге, посланные ею Толстому, были напечатаны лишь после ее смерти: Е. Ф. Юнге, «Воспоминания. 1843—1863», Спб., изд. «Сфинкс». Воспоминания о Пассек занимают в них XXIII главу и небольшую часть XIX главы.

#### * 243. К. П. Сиксне.

1906 г. Июля 21. Я. П.


Получил ваше письмо, милый Сиксне, и очень благодарен вам за то, что известили меня о себе.

Помогай вам бог, который в вас, переносить свое положение с той же твердостью и добротой к людям. Любовь к людям это такое радостное, данное нам средство для облегчения всех бедствий, которые могут посетить нас.

По письму вашему вижу, что вы знаете это средство: никого не обвиняете, не осуждаете, а стараетесь любить. Помогай вам бог. Любящий вас

Лев Толстой.


Посылаю вам Круг чтения. Может быть, он [может] быть вам приятен.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 92—93. Датируется по записи в ЯЗ от 21 июля 1906 г.: «Лев Николаевич сказал: «Сегодня получил письмо от Сиксне — нового отказавшегося латыша».

Ответ на письмо Сиксне от 17 июля 1906 г., написанное им из Бобруйского дисциплинарного батальона.

#### 244. В. В. Стасову.

1906 г. Июля 21. Я. П.


Не будем отчаяваться свидеться еще на этом свете, милый Вл[адимир] Вас[ильевич]. Либо я к вам приеду, либо вы ко мне. И то и другое будет хорошо. По нынешним временам всё возможно. Простите, что утрудил вас одним юношей,[1] если он был у вас с моим письмом. Cela ne vous oblige à rien.[2] A может быть, встретится случай помочь ему.

Мне очень хорошо живется. Совершающиеся события очень интересны, но я, как старик, и по моим занятиям, вижу эту волну на очень большом пространстве, и потому она мне не кажется такой значительной, как она кажется тем, кто видит ее одну. Мне кажется даже, что я вижу в ней кое-что такое, чего другие не видят в ней, и это очень занимает меня, и я пишу об этом.[3]

Рассказ Герцена о Франце[4] в Сборнике статей из Колокола, изданном Тихомировым.[5]

Прощайте пока, может быть, и до свиданья.

Лев Толстой.

21 июля 1906.


Впервые опубликовано в ТС, № 250.

Ответ на письмо Стасова от 7 июля 1906 г. (ТС, № 248).


1 В. Трушкин.

2 [Это вас ни к чему не обязывает.]

3 Статья «О значении русской революции». См. т. 36.

4 В письме от 7 июля, вспоминая свой последний приезд в Ясную Поляну, Стасов писал: «Вы нам читали и рассказывали ту сцену, как на параде в Вене император русский делал учтивости императору австрийскому и Александр I подъезжал маленьким коротеньким галопцем к Францу I и серьезно и усердно салютовал ему, словно нивесть какое великое и мировое дело выполнял... я нигде не могу сыскать, как ни искал, где у Герцена написана та сцена на Венском плацпараде. Не можете ли вы мне черкнуть хоть одно словцо! Как бы вы меня порадовали!»

В письме Стасов ошибочно называет австрийского императора Франца II (1768—1835) Францем I.

5 «Избранные статьи А. И. Герцена (1857—1869)», с предисловием Л. Тихомирова, «Библиотека социальных знаний», серия первая, т. I, «Колокол», Женева, 1887.

#### * 245. Н. В. Давыдову.

1906 г. Июля 22. Я. П.


Вот, дорогой Николай Васильевич, сейчас и пришлось злоупотреблять вашей терпеливостью.[1] Подательница-старушка просит о своих внучатах, помещение к[оторых], разрешенное, почему-то задерживается.

Пожалуйста, простите.

Спасибо за посещение.

Ваш Лев Толстой.

22 июля 1906.


1 Н. В. Давыдов был в Ясной Поляне 21 июля 1906 г. Возможно, что в этот приезд между ним и Толстым был разговор о просителях, направлявшихся к нему Толстым.

#### * 246. А. Н. Агееву.

1906 г. Июля 23. Я. П.


Очень рад был получить о вас известие, любезный Афанасий. Прошение ваше пока оставил у себя, но воспользуюсь первым случаем переслать его не по почте, а с лицом, которое может лично похлопотать. На днях будет у меня Чертков,[1] и я попрошу его. Рад был слышать от Дуняши,[2] что вы терпеливо и без осуждения людей переносите свое изгнание. Помоги вам бог продолжать жить, покоряясь его воле. Прошение написано хорошо. Посылаю вам несколько книг.

Братски приветствую вас.

Любящий вас

Лев Толстой.

23 июля 1906.


Ответ на письмо от 5 июля 1906 г., в котором Агеев просил переслать приложенное к письму прошение царю.


1 В. Г. Чертков приехал в Ясную Поляну 23 июля. В ЯЗ 23 июля 1906 г. записано: «Лев Николаевич... просил Черткова ходатайствовать через Трепова за ее (А. В. Агеевой) мужа, все еще находящегося в ссылке в Сибири». Вероятно, хлопоты Черткова не увенчались успехом, так как Агеев вернулся из ссылки в 1908 г., по отбытии срока, назначенного ему судом.

2 Авдотья Васильевна Агеева, рожд. Цветкова (р. 1862), крестьянка д. Казначеевка, жена А. Н. Агеева.

#### * 247. М. О. Меньшикову. Телеграмма.

1906 г. Июля 31. Я. П.


Приезжайте.[1]

Толстой.


Печатается по рукописной копии в ЯЗ.

О Михаиле Осиповиче Меньшикове (1859—1919) см. т. 68, стр. 150.

Ответ на письмо и телеграмму с оплаченным ответом, в которых Меньшиков просил разрешения приехать в Ясную Поляну.


1 Меньшиков приезжал в Ясную Поляну на один день, 11 августа 1906 г.

#### * 248. Ю. И. Игумновой.

1906 г. Августа 1. Я. П.


Здравствуйте, милая Юлия Ивановна. Как идет леченье,[1]как поживаете? Знаю кое-что о вас через Машу. Она с Колей теперь у нас2. У нас же пробыл неделю Чертков. Уехал на 3 дня в Москву и пробудет до 10.[3] Мне очень приятно с ним. Вообще всё прекрасно. Статью свою кончил и почти доволен ей4. Хотя Лебрен[5] прекрасно делает то, что вы делали, чувствую ваше отсутствие наверное больше, чем Белка и Цыган, кот[орые] здоровы и веселы и бегают за мной так же, как за вами. Знаю, что вы в общем устаете, но у вас сил много. Не лучше ли нога? Что Сережа?[6] Привет ему и самый дружеский вам.

Лев Толстой.


Дора с Левой и детьми благополучно доехали[7]. Приезжали Миша с Линой[8]. До свиданья.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 95—96. Датируется на основании пометы в копировальной книге.

Ю. И. Игумнова (1871—1940) — художница, в течение нескольких лет жила в Ясной Поляне, исполняя секретарские обязанности.


1 Ю. И. Игумнова проходила курс лечения в Саках.

2 М. Л. и H. Л. Оболенские приехали в Ясную Поляну 16 июля 1906 г., уехали 3 августа.

3 См. прим. 4 к письму № 222.

4 Статья «О значении русской революции».

5 1906 г., во время отсутствия Ю. И. Игумновой, В. А. Лебрен помогал Толстому в его обширной переписке.

6 Сергей Михайлович Сухотин (1887—1926), сын Михаила Сергеевича Сухотина от первого брака, также лечившийся в Саках.

7 Л. Л. Толстой с семьей 27 июля 1906 г. выехал из Ясной Поляны в Швецию.

8 Михаил Львович и Александра Владимировна Толстые приезжали в Ясную Поляну 26 июля 1906 г.

#### * 249. Т. А. Кузминской.

1906 г. Августа 1. Я. П.


Письмо твое, милая Таня, мне было очень приятно. Твои похвалы так искренни и направлены на всё то, что и мне было более всего трогательно, когда я писал. Вторая часть не понравится тебе. Того она и стоит.[1] Спасибо, что написала мне. Я и о тебе узнал. У нас всё хорошо. И во внешнем мире, и у меня в душе всё спокойно и даже радостно. Чем ближе к смерти, тем радостнее, чего и тебе и желаю и уверен, что ты, если еще не испытываешь, то будешь испытывать.

Надо не печалиться, а радоваться, что мы дожили до такого важного времени, но при этом помнить, что время важное и опасное. Того и гляди согрешишь. Надо смотреть в оба, быть строгим к себе, только бы самому не согрешить, ни делом, ни словом, ни мыслью. А что делается, то делается по высшей воле, а не по нашей. И да будет воля его. Привет А[лександру] М[ихайловичу].[2] Целую тебя и Митю.[3]

Л. Т.


Датируется на основании пометы на копии письма в копировальной книге № 7, л. 97—98.

Ответ на письмо Т. А. Кузминской от 20 июля 1906 г.


1 Т. А. Кузминская писала о большом впечатлении, произведенном на нее рассказом «Божеское и человеческое», первые семь глав которого она прочла, вероятно, в газете «Новое время», № 10900 от 19 июля 1906 г., где рассказ под заглавием «Божественное или человеческое или Еще три смерти» был напечатан в переводе из «Fortnightly Review». Последние двенадцать глав рассказа под тем же заглавием были напечатаны в «Новом времени», № 10903 от 22 июля 1906 г.

2 Александр Михайлович Кузминский (1845—1917).

3 Дмитрий Александрович Кузминский, сын А. М. и Т. А. Кузминских.

#### * 250. Т. Л. Сухотиной.

1906 г. Августа 1. Я. П.


Здравствуй, милая Таня дочь, а главное Таня внучка. Твое письмо о нездоровьи Т[атьяны] Т[атьяновны]1 очень напугало меня. Страшна твоя сросшаяся связь с ней. Не два, а едина плоть. Борись с этим, голубушка. Борьба одна: духовная жизнь. Никакие мирские интересы не в силах отвлечь от такой до греховности исключительной привязанности.

У нас всё хорошо. Был Ч[ертков], исполняя в точности свою программу, пробыл неделю и вчера уехал на три дня в Москву и опять вернется на неделю. Хорошо бы, если бы ты приехала.[2] Всё пока спокойно и вовне и внутри у меня. Привет милому М[ихаилу] С[ергеевичу],[3] целую Наташу[4] и Дорика.[5] Маша с Колей у нас, завтра хотели уехать, но от дождя отложили. Целую тебя с дочерью.

Отец Л. Т.


Вчера б[ыла] телеграмма от Левы — благополучно доехал.


Датируется на основании пометы на копии письма в копировальной книге № 7, л. 95.

Ответ на письмо T. Л. Сухотиной к С. А. Толстой от 19—20 июля 1906 г.


1 Внучка Толстого Татьяна Михайловна Сухотина, которую у Толстых шутя называли Татьяна Татьяновна.

2 Т. Л. Сухотина приехала в Ясную Поляну 5 августа и пробыла до 7 августа 1906 г.

3 Михаил Сергеевич Сухотин.

4 Наталья Михайловна Сухотина.

5 Федор Михайлович Сухотин.

#### 251. В. Г. Черткову от 15 августа.

#### 252. Н. А. Альмединген.

1906 г. Августа 17. Я. П.


Наталья Алексеевна,

Очень бы желал исполнить ваше желание. Но не могу обещать. Работы становится всё больше и больше, а сил всё меньше и меньше. А хотелось бы сказать несколько слов вашим читателям юношам вообще. Если удастся сделать, то пришлю вам.

Лев Толстой.

17 ав. 1906.


Печатается по факсимиле письма в статье Н. А. Альмединген «Два дня в Ясной Поляне» — «Родник» 1911, № 2, стр. 149.

Наталья Алексеевна Альмединген-Тумим (р. 1883) — соредактор, а в 1908 г. редактор детских и педагогических журналов, основанных ее отцом: «Родник», «Воспитание и обучение», «Солнышко». Автор ряда работ по педагогике дошкольного и начально-школьного возраста. В Ясной Поляне была в первый раз между 14 и 17 сентября 1910 г. С Толстым познакомилась 24 октября 1910 г., когда по приглашению С. А. Толстой приезжала в Ясную Поляну (см. в Дневнике Толстого записи от 24 и 25 октября 1910 г., т. 58, и статью Н. А. Альмединген, «Два дня в Ясной Поляне» — «Родник» 1911, «№ 2).

Ответ на письмо от 9 августа 1906 г., в котором Альмединген просила Толстого написать для юбилейного номера «Родника» (в 1906 г. отмечалось двадцатипятилетие существования журнала) несколько слов, обращенных к русскому юношеству, «несколько заветов ему».

#### * 253. Г. А. Комаровских.

1906 г. Августа 17. Я. П.


Гавриил Акинфиевич,

Мне очень жаль, что мой ответ, вероятно, огорчит вас, но я должен отказать вам в присылке и чтении вашей рукописи.[1] Время мое всё более и более занято, а сил становится всё меньше и меньше. Кроме того, философия, как философские системы, совершенно перестали интересовать меня.

Человеку, по моему мнению, нужно и важно знать, чем ему руководиться в жизни, и этот вопрос давным-давно решен всеми религиями от браманизма до христианства в их истинном и одинаковом смысле, и решен так, что доступен, как это и не могло быть иначе, всякому самому неразвитому уму. Философские же системы от софистов и до немецких философов: Гегеля и т. п. только затемняли эти простые и нужные истины.

Вот поэтому-то меня и не интересуют никакие философские системы и поэтому-то и прошу вас извинить меня за мой отказ.

Лев Толстой.

17 авг. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 105—106.

Гавриил Акинфиевич Комаровских — в 1906 г. был учителем земской школы д. Кумачи Навалихинской волости Орловского уезда Вятской губ.

Ответ на письмо Комаровских от 1 августа 1906 г.


1 Рукопись статьи Г. А. Комаровских «Жизнь как творчество».

#### * 254. А. А. Кукуеву.

1906 г. Августа 17. Я. П.


Александр Александрович,

На вопрос ваш отвечать постороннему человеку не только трудно, но невозможно. Только вы одни знаете силу того и другого чувства во всей чистоте его, независимо от примешивающихся к нему посторонних чувств. Если при отказе от военной службы руководит вами одно религиозное чувство, не позволяющее вам поступить противно самому основному закону нравственному и божескому, без соображений о том, что это выведет вас из не нравящихся вам условий вашей жизни, еще о том, что это вызовет одобрение лиц, мнением к[оторых] вы дорожите, если мотив ваш только исполнение воли бога, то ничто не может и не должно остановить вас. Если же это не стало необходимым условием вашей жизни, а есть только доброе, но еще не установившееся желание, тогда сознание вашей обязанности перед женщиной, с к[отор]ой вы сошлись, может и должно остановить вас.

Решить это вы можете только сами. Одно могу советовать вам: думайте с богом, обдумывайте этот вопрос совершенно независимо от мнений людских, как будто то, что вы сделаете, никогда никому не будет известно. Решая вопрос, поставьте себя в воображении в такое положение, как будто вы, решив вопрос в ту или другую сторону, завтра должны помереть.

Кроме того, помните слова Христа, сказанные ученикам, о том, что когда их поведут перед начальство, дух божий будет говорить за них. Человек бывает высоко и низко настроен. Смотря по тому, в каком вы будете настроении, вы и поступите в решительную минуту. Старайтесь держать себя в высоком духовном настроении, и вы решите вопрос наилучшим образом.

Лев Толстой.

17 авг. 1906


Александр Александрович Кукуев (р. 1885) — в 1906 г. студент Московского технического училища.

Ответ на письмо от 12 августа 1906 г., в котором Кукуев писал, что не может отказаться от военной службы, так как, попав за это на каторгу, он навсегда потеряет любимую девушку.

#### * 255. Е. В. Молоствовой.

1906 г. Августа 17. Я. П.


Очень благодарен вам, милая Лизавета Владимировна, за прекрасное, в высшей степени интересное описание вашего посещения белоризцев[1] и за ваше, к сожалению слишком коротенькое, доброе письмецо. Вместе с вашим письмом я получил письмо от священника социалиста,[2] который пишет, что, несмотря на признаваемую ложь своего положения, он с спокойным духом остается в нем, т[ак] к[ак] всё на свете ложь и, разумеется, нет ни бога, ни души, ни нравственного закона, а есть социализм. И советует мне в теперешнее важное время заняться им. И православие, и секты одинаково проваливаются, и всё летит, увлеченное повальным гипнозом. Никогда больше, чем теперь, не нужно строгое отношение к себе и сознание своих обязанностей перед богом и, по мере сил, содействие умиротворению людей. Вспоминаю беспрестанно Мф. IX, 36, 37, 38 стихи.

Я живу хорошо, что ближе к смерти, то лучше. Как вы? Очень рад бы был почаще знать про вас.

Лев Толстой.

17 авг. 1906.


1 Белоризцы — секта, возникшая в 1830-х гг. в Донецком округе и распространившаяся позднее во Владимирской губ. и среднем Поволжье. Название свое белоризцы получили от того, что ходили в некрашеной, белой одежде, считая черный цвет «сатанинским».

2 Толстой имеет в виду письмо священника Валерия Соколова, писавшего к нему со станции Починок из с. Мошевое 13 августа 1906 г.

#### 256. Е. П. Невзоровой.

1906 г. Августа 17. Я. П.


Евгения Петровна,

Почти всё воспитание в примере нашей жизни, к[оторо]й всегда подражает ребенок. Главное же доброе свойство нашей жизни это правдивость. (Дети очень проницательны и всегда замечают неправдивость старших.) И потому советую вам говорить ребенку всю правду, как вы ее понимаете. Из этого ничего, кроме добра для ребенка, не может вытти.

Лев Толстой.

17 ав. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 102—103. Без обращения, подписи и даты впервые опубликовано в газете «Перелом» 1906, № 95 от 2 сентября.

Евгения Петровна Невзорова — в 1906 г. портниха.

Ответ на письмо от 27 июля 1906 г., в котором Невзорова спрашивала, как ей быть с религиозным воспитанием своего шестилетнего сына.

#### * 257. К. И. Шараповой.

1906 г. Августа 17. Я. П.


Клавдия Ивановна,

Я послал в вашу библиотеку те книги, к[отор]ые находятся в моем распоряжении, и очень рад буду, если они вызовут в читателях те чувства, кото[рые] испытывал я при их писании. Я не жалею о том, что не могу вам послать все прежние мои сочинения. Они содержат в себе те самые недостатки, к[отор]ые вы так верно указываете в Мопасане.[1] Желал бы, чтобы вам понравился «Круг чт[ения]». (Последнюю часть пришлю вам, как скоро она выйдет.) Я читаю его по числам каждый день, и мне это помогает жить. Я думаю, что такое чтение ежедневное полезно бы было для детей, юношей. Мне очень хочется составить такую доступную детям и простолюдинам книгу. Надеюсь это сделать, если еще проживу. Письмо ваше мне очень понравилось, и я рад, что мог исполнить ваше желание.

Лев Толстой.

17 ав. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 101—102.

Клавдия Ивановна Шарапова (р. 1873) — с 1889 г.? жена священника села Хомяково Ефремовского уезда Тульской губ.

Ответ на письмо от 8 августа, в котором Шарапова просила прислать сочинения Толстого для организованной ею небольшой библиотеки для народа.

На конверте письма рукою Толстого написано: послать все.


1 Шарапова писала Толстому: «В руки мне попал Мопассан. Первая книга была «На воде». Такая дивная музыка слов, картин увлекла мою душу, захватила. Я стала читать его другие вещи, первое время не чувствуя того чисто земного, животного счастья и радости, что разливали его вещи... Чего хотел и что дал людям Мопассан? Он бросал души в пламя страстей, он хотел, чтобы они погибли там».

Об отношении Толстого к Мопассану см. «Предисловие к сочинениям Гюи де Мопассана», т. 30.

#### * 258. A. C. Бородаевскому.

1906 г. Августа 28. Я. П.


Милостивый государь Алексей Сергеевич,

Получил ваше хорошее письмо и спешу, как умею, на него ответить. Я не думаю, чтобы землю надо было отдавать крестьянам. Разрешение земельного вопроса, как я его понимаю, вы найдете в сочинениях Генри Джоржа (одну брошюру посылаю). Вам же лично разрешить грех, как вы говорите, можно самым легким, неосновным способом, продав большую часть земли лучше всего крестьянам. Другой способ, как поступила моя дочь,[1] отдав землю внаймы крестьянам с тем, чтобы часть уплаты, равную приблизительно ренте (в нашей местности 5 р. с десятины) они отдавали на общественные нужды. Способ этот не удался: крестьяне стали платить всё меньше и меньше и совсем перестали. Третий способ, употребленный моим знакомым,[2] владеющим домом в Москве, состоит в том, чтобы приблизительно вычисленную земельную ренту употреблять по своему разумению на полезные общественные дела.

Вообще разрешение земельного вопроса такое, при к[отор]ом все люди имели бы одинаковое равное право на всю землю, возможно только по Генри Джоржу, или с общего согласия, или по распоряжению правительства. До тех же пор, пока этого нет, всякий землевладелец по степени чуткости своей совести сам для себя, как может, развязывает этот грех.

С совершенным уважением

Лев Толстой.

28 авг. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 107—108.

Алексей Сергеевич Бородаевский — в 1906 г. владелец имения в Щигровском уезде Курской губ.

Ответ на письмо Бородаевского от 26 августа 1906 г.


1 Татьяна Львовна Сухотина, осенью 1894 г. передавшая в аренду крестьянам деревень Овсянниково и Скуратово пахотную и луговую земли своего имения Овсянниково, близ Ясной Поляны. См. Т. Л. Сухотина-Толстая, «Из воспоминаний. О том, как мы с отцом решали земельный вопрос», ТТ, 4, стр. 53—55.

2 Сергей Дмитриевич Николаев. См. И. И. Горбунов-Посадов, «О моих учителях и товарищах по работе» — сборник «Сорок лет служения людям», М. 1925, стр. 149—151.

#### 259. В. Г. Черткову от 30 августа.

#### * 260. В. Ф. Снегиреву. Черновое.

1906 г. Августа 29...сентября 1. Я. П.


Дорогой Владимир Федорович,

Мы вам послали телеграмму в Москву и в Алексин,[1] прося приехать к тяжело больной жене.[2] Но, не зная, где вы, решили просить вас о том же письмом, которое передаст вам мой молодой приятель Лебрен. Она очень страдает, и положение ее опасно. Очень будем благодарны за ваш приезд, которого он3


Датируется содержанием.

Владимир Федорович Снегирев (1847—1916) — крупнейший русский гинеколог, основатель первой в России гинекологической клиники и гинекологического института усовершенствования врачей.


1 Обе телеграммы неизвестны.

2 С. А. Толстая заболела 22 августа. Снегирев оперировал ее 2 сентября. Об операции см. статью В. Ф. Снегирева «Операция (Из записок врача)» — «Международный толстовский альманах», составленный П. А. Сергеенко, изд. «Книга», М 1909, стр. 332—340, и письмо Е. В. Оболенской к М. Л. Маклаковой от 5 сентября 1906 г. — «Летописи», 12, стр. 147—148.

3 Письмо не закончено.

#### * 261. М. Сусскому.

1906 г. Сентября 14. Я. П.


Я думаю, что истинная обязательная нравственность может быть основана только на религии, т. е. на установленном человеком отношении между своею жизнью и богом.

Лев Толстой.

14 сент. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 110.

Мстислав Сусский — в 1906 г. ученик Симбирского кадетского корпуса.

Ответ на письмо Сусского от 10 сентября 1906 г.

#### 262. В. В. Стасову.

1906 г. Сентября 20. Я. П.


20 сент. 1906.

Спасибо за хорошее, длинное письмо, Владимир Васильевич. Не сетуйте на старость. Сколько хорошего она принесла мне неожиданного и прекрасного. Из этого заключаю, что конец и старости и жизни будет также неожиданно прекрасен. Знаю, что вы не согласитесь с этим. Но говорю, что думаю. Я тоже не согласен с вами с приписываемой вами мне роли в нашей революции: ни в том, что я виновник ее, ни, еще менее, в том, что я не признаю ее и желал бы задавить ее. Мое отношение к революции такое, что я не могу не страдать, глядя на то, что делается, особенно, если допустить, что в происхождении ее есть хоть малая доля моего участия. Мое отношение такое же, какое было бы у человека, советовавшего людям не вкладывать голову в железный ошейник, которым их приковывали к цепи, когда бы эти люди вместо того, чтобы перестать самим надевать на себя ошейник, решили бы, что надо переделать ошейник на ножные кандалы и наручники для того, чтобы было удобнее, чем при ошейнике. Да мало того, что люди сами себя заковывают, они еще при этом делают всякие мерзости и, как медные гроши, довольны собой, воображая, что, рабски подражая тому, что делалось очень и неумными и нехорошими людьми в Европе, они делают очень важное и полезное дело. То, что происходит теперь в народе (не в пролетарьяте), очень важно и, разумеется, хорошо, но не важно и нехорошо то, что делается всеми этими комическими партиями и комитетами. Тот Герцен, которого вы так любите, наверное был бы согласен со мною. Du train que cela va,[1] если только народ, настоящий народ, сто миллионов мужиков земледельцев своим пассивным неучастием в насилии не сделает ненужною и безвредною всю эту несерьезную, шумную, раздраженно-самолюбивую ораву, мы непременно придем к военной диктатуре, и придем через великие злодейства и развращение, кот[орые] уже начались. Для того, чтобы заменить отживший порядок другим, надо выставить идеал высший, общий и доступный всему народу. А у интеллигенции и у настреканного ею пролетарьята нет ничего похожего, — есть только слова, и то не свои, а чужие. Так вот что я думаю: я радуюсь на революцию, но огорчаюсь на тех, которые, воображая, что делают ее, губят ее. Уничтожит насилие старого режима только неучастие в насилии, а никак не новые и нелепые насилия, которые делаются теперь.

Рад был случаю поговорить с вами. Жена получила ваше письмо[2] и благодарит вас. Она поправляется.

Л. Т.


Впервые опубликовано в ТС, № 253.

Ответ на письмо Стасова от 18 сентября 1906 г., опубликованное в ТС, № 251.


1 [Тем ходом, каким идут дела,]

2 Письмо В. В. Стасова к Софье Андреевне Толстой от 14 сентября 1906 г.

#### 263. А. Е. Алипову.

1906 г. Сентября 22. Я. П.


Получил вашу статуетку[1] и не скрою от вас, что она очень плоха, но благодарю вас за нее и за то выражение доброты, к[оторо]е вы придали ей. Я с этим письмом пишу письмо Владим[иру] Васильевичу Стасову о вас. Вы найдете его каждый день в Публичной библиотеке. Сходите к нему. Он посоветует вам, что вам делать. А вы верьте ему.

Лев Толстой.

22 сен.

1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 113. Впервые опубликовано в «Вестнике Академии наук СССР» 1953, № 9, стр. 19.

Александр Егорович Алипов (1868—1929) — крестьянин с. Селиной Дмитровского уезда Курской губ., печник, скульптор-самоучка. После Октябрьской революции — профессиональный скульптор. Работы Алипова находятся в Музее В. И. Ленина, в Музее изобразительных искусств и в других местах.

Ответ на письмо Алипова от 19 сентября 1906 г. Опубликовано в ТС, стр. 412.


1 Судьба статуэтки Толстого работы А. Е. Алипова и местонахождение ее в настоящее время неизвестны.

#### 264. В. В. Стасову.

1906 г. Сентября 22. Я. П.


Сейчас получил ваше 3-е письмо, милый Влад[имир] Ва[сильевич], если считать письмо жене,[1] и пишу вам 2-е, во-первых, чтобы благодарить вас за книгу,[2] а во-вторых, чтобы попросить вас и милого Гинцбурга[3] помочь тому трогательному человеку,[4] письмо к[оторого] прилагаю вам5. Статуетка его очень плоха, но, может быть, у него есть способности. Пусть милый Гинцбург решит, что с ним делать. Я вперед прошу простить меня и очень благодарю. С мнением и о Крап[откине]6 и о Тург[еневе]7 вполне согласен. Прощайте пока.

Лев Толстой.

22 сент. 1906.


Впервые опубликовано в ТС, № 254.

Ответ на письмо Стасова от 19 сентября 1906 г., опубликовано в ТС, № 252.


1 Письмо от 14 сентября 1906 г., в котором В. В. Стасов дает высокую оценку только что вышедшей из печати биографии Толстого, написанной П. И. Бирюковым.

2 В. В. Стасов послал Толстому перевод немецкой книги, представляющей собой памфлет на Г. А. Потемкина и Екатерину II. Перевод издан в 1809 г. под заглавием: «Пансальвин, князь тьмы. Быль? Небыль? однакоже и не сказка». Книга интересовала Толстого, очевидно, в связи с работой над «Посмертными записками старца Федора Кузмича», которая была приостановлена в декабре 1905 г. и к которой впоследствии Толстой не возвращался. См. письмо № 122.

3 Илья Яковлевич Гинцбург (1859—1939), скульптор, друг В. В. Стасова.

4 Александр Егорович Алипов.

5 Копия письма Алипова, пересланная Толстым Стасову, опубликована в ТС, стр. 412.

6 Петр Алексеевич Кропоткин (1842—1921), революционер-анархист. Стасов писал Толстому, что несколько лет назад он виделся в Лондоне с Кропоткиным. «Какой прекрасный, чистый, честный, светлый, благородный парень!» — восклицал Стасов и добавлял, что Кропоткин совсем не похож на «страшного анархиста», как его все называли.

7 Стасов писал: «...Кропоткин находит величайшим создателем повестей и романов нашего века — кого? Тургенева!!!! Какая слабость, какое непонимание... Нет, нет, трудно читать его нынче, все только амурные пустейшие истории и ничего далее. Ничего, ничего».

На письмо Толстого ответил 10 октября 1906 г. И. Я. Гинцбург: «Приходится мне сообщить Вам очень печальную весть: наш дорогой Владимир Васильевич умирает; через несколько часов не будет уже этого чудного человека. Я вспоминаю последнее письмо, которое я получил от него; это было за несколько дней до его болезни. Он сообщал мне о том, что Вы ему пишете о каком-то молодом художнике-скульпторе. «Поскорее приходите, Элиас, и я расскажу Вам подробности письма нашего великого Льва». Но когда я пришел, то кроме рукопожатия я ничего не получил — он уже не мог говорить, так я и не знаю, в чем состояло Ваше поручение.

Летом, осенью Владимир Васильевич часто говорил со мною о приезде нашем в Ясную Поляну, — это была его мечта и в минуту бодрости и веселья он только и говорил о том, что опять увидится с Вами».

#### * 265. А. Зенгеру. Неотправленное.

1906 г. Сентября 22. Я. П.


Милостивый государь,

То событие, которое вы считаете очень важным, представляется мне не только не важным, но и пустым и вредным, так как оно отвлекает людей от серьезных мыслей и дел, особенно нужных в наше время. Считаю же я это событие пустым потому, что ожидаемые г-да Смиты и Джонсы так же мало могут быть признаны представителями английского народа, как и те Ивановы и Петровы, которые будут встречать их и говорить им речи, могут быть признаны представителями русского 150-миллионного народа.

И потому прошу извинить меня за неисполнение вашего желания и принять уверения моего уважения.

Лев Толстой.

22 сент. 1906.


А. Зенгер в 1906 г. был корреспондентом газеты «Русь». 12 января 1906 г. поместил в газете «Русь» обширную статью о Толстом под заглавием «Непреложное».

Ответ на письмо А. Зенгера, в котором Толстой приглашался принять участие лично или высылкой делегата в приеме английской депутации, едущей к председателю первой Государственной думы Муромцеву для вручения сочувственного адреса по поводу разгона Думы.

#### * 266. Я. Райгородскому.

1906 г. Сентября 22. Я. П.


Получил ваше письмо и брошюры.[1] Ответ мой на ваш вопрос вы найдете в прилагаемой копии письма, полученного мною в один день с вашим.[2] Тем-то отличается религиозное решение вопроса от всякого другого, особенно политического решения, что при религиозном решении не может быть никаких сомнений. Есть мудрая французская поговорка: Dans le doute abstiens toi, т. e. в сомнении, если есть сомнение, воздерживайся, не делай ни того, ни другого. И это вполне подходит к вашему случаю. Нельзя, не будучи религиозным, поступать по религиозным мотивам. Не будучи религиозным надо поступать по-мирски. А как поступать по-мирски для своей личной выгоды, всякий хорошо знает. Мой привет вам и вашим товарищам.

Лев Толстой.

22 сент. 1906 г.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 110—111. Дата в копии не отпечаталась. Восстановлена рукой Ю. И. Игумновой.

Яков Райгородский — в 1906 г. рядовой Троицко-Сергиевского полка. Вместе со своими товарищами, вероятно, летом 1906 г. посетил Толстого в Ясной Поляне.

Ответ на письмо Райгородского от 19 сентября 1906 г., в котором он спрашивал, как поступать ему и его товарищам, если их будут посылать на усмирение крестьянских волнений.


1 Во время посещения Райгородским Ясной Поляны Толстой дал ему две книжки и по прочтении просил возвратить. Названия этих брошюр неизвестны. Третья брошюра — XII глава (заключение) книги «Царство божие внутри вас», изданная отдельной брошюрой под заглавием: Л. Н. Толстой, «Усмирение крестьянских беспорядков», М. 1906.

2 Письмо И. Ф. Наживина от 2 октября н. с. 1906 г., в котором он рассказывал об отказавшихся от военной службы Иконникове и Куртыше. См. письмо № 275.

#### * 267. Е. Ф. Андроновой.

1906 г. Сентября 24. Я. П.


Екатерина Ф[едоровна?],

Посылаю вам две мои книги: «В чем моя вера» и «Христиан[ское] учение», которые, думаю, что могут ответить на ваши вопросы. Очень рад буду, если они удовлетворят вас.

Лев Толстой.

24 сен. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 116.

Ответ на письмо Е. Ф. Андроновой (из Москвы) от 14 сентября 1906 г.

#### * 268. Ф. Г. Карпунину.

1906 г. Сентября 24. Я. П.


Федор Григорьевич,

Стихи ваши очень дурные и по выражению и по содержанию.[1] Советую вам не заниматься этим делом. А также советовал бы вам не читать газет, а читать Евангелие и небольшую книгу,[2] которую посылаю вам. Желал бы, чтобы она вам понравилась.

Лев Толстой.

24 сент. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 115.

Федор Григорьевич Карпунин (р. 1884) — в 1906 г. счетовод.

Ответ на письмо Карпунина от 1 сентября 1906 г.


1 Карпунин писал, что им написано до 30 стихотворений на разные темы, два из которых — «Рабочему классу» и «Движение 17 октября 1905 г. у нас в г. Новониколаевске» — он посылает Толстому.

2 На конверте письма Карпунина помета рукой Толстого: Послать Мысли м[удрых] л[юдей]. Кроме того, был послан «Круг чтения».

#### * 269. П. М. Ковалеву.

1906 г. Сентября 24. Я. П.


Петр Михайлович,

Получил ваше письмо и во многом совершенно согласен с вами. Если же в чем и не согласен, то это несогласие не может мешать нашему единению, так как самое существенное в любви к богу и ближнему, а в этом между нами нет разногласия.

Посылаю вам несколько моих книг,[1] из которых вы узнаете более подробно о моих убеждениях.

Лев Толстой.

24 сен. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 115.

Ответ на письмо П. М. Ковалева (из Одессы) от 15 сентября 1906 г., в котором он излагал свои религиозные взгляды.


1 Ковалеву были посланы четыре книги Толстого: «Краткое изложение евангелия», «В чем моя вера?», «Христианское учение» и «Ответ на определение Синода от 20 февраля и на полученные мною по этому случаю письма».

#### 270. В. А. Молочникову.

1906 г. Сентября 24. Я. П.


Владимир Айфалович,

В конце вашего письма вы пишете: «или, быть может, об этом не нужно думать, а делать свое дело и не участвовать в зле?» Аминь. Это самое я не то что думаю только, но в этом я убежден, как в том, что существую. Добавлю только то, что не думать о царст[вии] бож[ьем], не желать, не искать его нельзя пробудившимся к жизни людям. Дело только в том, что для достижения этого ц[арствия] б[ожья] есть только одно, самое могущественное средство, то самое, к[оторое] вы говорите: делать свое дело — прежде всего вокруг себя, в том положении, в к[отором] находишься, если только можешь продолжать находиться в этом положении, и не участвовать в зле. Этим я или, скорее, вы сами отвечаете на ваше предположение внешним образом изменить свой образ жизни. Я бы скорее советовал вам работать над собой, оставаясь в прежних условиях. Главное, советовал бы вам делать только то, что требует от вас бог, ваша совесть, совершенно независимо от суждений людских.

Известны ли вам какие-либо мои книги и какие. На всякий случай посылаю вам три. Та, к[оторую] особенно хотел бы послать вам, теперь только печатается.[1]

Лев Толстой.

24 сент. 1906.


Отрывок опубликован в журнале «Жизнь для всех» 1910, № 11, стр. 80—81. Впервые полностью опубликовано адресатом в его воспоминаниях о Толстом «Свет и тени» — ТТ, 3, стр. 60—61.

Владимир Айфалович Молочников (1871—1936) — слесарь, последователь учения Толстого.

В. А. Молочников был лично знаком с Толстым, переписывался с ним, бывал в Ясной Поляне. См. т. 56, стр. 471—472.

Ответ на письмо от 3 сентября 1906 г., в котором Молочников писал о своем желании оставить город, организовать общину и заняться земледельческим трудом.


1 «О значении русской революции». О печатании статьи см. т. 36, стр. 721.

#### * 271. A. H. Нарышкиной.

1906 г. Сентября 24. Я. П.


Очень рад был получить ваше доброе письмо, милая Александра Николаевна. Мне очень жаль было читать, особенно после тех хороших чувств и мыслей, которые вы выражаете, ваше признание жизни тяжестью. По всему, что я слышал про вас, жизнь ваша должна быть легка, как она должна быть легка старым людям, не боящимся суеверия смерти. Я думаю, что вы этого не думаете, что это нечаянно сорвалось с пера. Вы пишете, чтобы я противодействовал тому злому безумию, которое охватило большую часть русского общества. Несмотря на то, что совершенно искренно не верю в мое какое-нибудь влияние, я все-таки не переставая делаю то, что вы мне советуете делать, хотя, мож[ет] быть, и не так, как вы бы считали это нужным. Пишу и печатаю, но il n'y a pas de pire sourds...[1] но все-таки пишу, п[отому] ч[то] верю в то средство, которое представляется мне единственным и которое не переставая предлагаю во всяких видах. Сущность его одна: та, чтобы верить в бога и закон его и ставить этот закон выше всех законов человеческих и следовать только ему.

Прощайте, милая Александра Николаевна, еще раз благодарю вас за добрые чувства и от души желаю вам всего духовно-хорошего, которое одно нужно в наши года.

Лев Толстой.

24 сен. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 113—114.

Александра Николаевна Нарышкина (1839—1918) — сестра Б. Н. Чичерина, знакомого Толстого.

Ответ на письмо Нарышкиной от 1 сентября 1906 г.


1 [нет более глухих людей, чем те, которые не хотят слушать...]

#### * 272. В. Е. Фоминскому.

1906 г. Сентября 24. Я. П.


Милостивый государь Василий Егорович,[1]

Я получил вашу рукопись и познакомился с ее содержанием. Несмотря на интересные соображения, изложенные в статье, я не могу сочувствовать ей, так как считаю, что людям для их блага не дано предвидеть будущего. Людям, по моему убеждению, нужно только исполнять сколь возможно полнее открытую им для их поступков волю бога, будущее же предоставить ему, не представляя его себе ни в каком виде.

Лев Толстой.

24 сен. 1906.


Рукопись возвращаю.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 119.

Ответ на письмо от 23 сентября 1906 г. (из Сергиева-Посада Московской губ.), вместе с которым Фоминский прислал свое толкование апокалипсиса.


1 Обращение написано рукой H. Л. Оболенского.

#### * 273. А. А. Ясиновскому.

1906 г. Сентября 24. Я. П.


Александр Александрович,

Очень благодарен вам за присылку вашей брошюры. Желаю ей наибольшего распространения.

Лев Толстой.

24 сен. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 116.

Александр Александрович Ясиновский (1864—1913) — врач, сторонник вегетарианства. О нем и его трудах см. «Вегетарианское обозрение» 1913, I, и 1914, I.

Ответ на письмо от 16 августа 1906 г., которое Ясиновский приложил к своей брошюре «О безубойном питании (О вегетарианстве)», Одесса, 1906. Брошюра сохранилась в яснополянской библиотеке.

#### 274. А. А. Ернефельту.

1906 г. Сентября 25. Я. П.


Большая к вам просьба, милый Арвид. Прежде всего то, чтобы никто не знал того, что я пишу вам. — Просьба вот в чем: Бирюков сказал мне,[1] что, по словам Кони, может случиться, что премию Нобеля присудят мне. Если бы это случилось, мне было бы очень неприятно отказываться, и поэтому я очень прошу вас, если у вас есть — как я думаю — какие-либо связи в Швеции, постараться сделать так, чтобы мне не присуждали этой премии. Может быть, вы знаете кого-либо из членов, может быть, можете написать председателю, прося его не разглашать этого, чтобы этого не делали.[2]

Конечно, я бы сам мог, узнав его адрес, написать председателю с просьбою держать это в секрете, но мне неудобно вперед отказываться от того, чего, может быть, они и не думают назначать мне. От этого очень прошу вас сделать, что вы можете, к тому, чтобы они не назначали мне премии и не ставили меня в очень неприятное мне положение — отказываться от нее.

Имею очень не подробные сведения о вас через Наживина. Желал бы иметь более подробные о внешних условиях вашей жизни. О внутреннем же мире вашем сужу по своему: всё большая и большая ясность и радость.

Любящий вас

Лев Толстой.

1906. 25 сент.


На конверте: Финляндия Kyrkstad. H-n Arvid Jernefeld Арвид Эрнефельд.


Впервые опубликовано адресатом в его книге «Мое пробуждение», М. 1921, стр. XXVII.

Об Арвиде Александровиче Ернефельте (Arvid Järnefelt, 1861—1933) см. т. 68, стр. 23.


1 Павел Иванович Бирюков приехал в Ясную Поляну 20 сентября, уехал через три дня.

2 Ернефельт исполнил просьбу Толстого, переслав в Швецию дословный перевод письма Толстого.

#### 275. И. Ф. Наживину.

1906 г. Сентября 25. Я. П.


Спасибо вам, милый Иван Федорович, за письмо и за трогательные сведения о Куртыше.[1] Не могу жалеть его. Могу только радоваться и бояться. Я послал выписку из вашего письма солдатам, которые обращались ко мне с вопросом, как им быть, когда их пошлют усмирять.[2]

То, что вы недовольны своей жизнью, — только хорошо. Когда истинно хочешь итти по прямой и видишь свое уклонение от нее, то неизбежно выйдешь опять на нее. Роман,[3] вероятно, много мешал, и я рад, что вы его кончили. Я давно уже думал, что эта форма отжила, не вообще отжила, а отжила как нечто важное. Если мне есть что сказать, то не стану я описывать гостиную, закат солнца и т[ому] п[одобное].

Как забава, не вредная для себя и для других, — да. Я люблю эту забаву. Но прежде на это смотрел как на что-то важное. Это кончилось.

Привет вашей хорошей жене.[4]

Лев Толстой.

25 сент. 1906.


Впервые почти полностью опубликовано адресатом в его статье «О Льве Николаевиче» — сб. «О Толстом», М. 1909, стр. 166—167. Полностью опубликовано адресатом в его книге «Из жизни Л. Н. Толстого», изд. «Сфинкс», М. 1911, стр. 139.

Об Иване Федоровиче Наживине (р. 1874) см. т. 73, стр. 147.

Ответ на письмо Наживина от 2 октября н. с. 1906 г.


1 Иван Маркович Куртыш (1883?—1911), крестьянин Бендерского уезда Бессарабской губ., молдаванин. За отказ от военной службы был приговорен к заключению в исправительных арестантских ротах.

2 См. письмо № 266.

3 Роман И. Ф. Наживина «Менэ... текэл... фарес». См. тт. 75 и 77.

4 Анна Ефимовна Наживина.

#### * 276. А. Ф. Кони.

1906 г. Сентября 27. Я. П.


Простите, простите, милый Анатолий Федорович, за то, что надоедаю вам своими просьбами. Оправданием моим может служить только то, не знаю, смягчающее или увеличивающее мою вину обстоятельство то, что мне не неловко обращаться к вам с просьбами. Сейчас по делу, о котором пишу вам, мне можно бы было обратиться к другим лицам, отношением которых ко мне я не только дорожу несравненно меньше, чем вашим, но вовсе не дорожу. Но им я не стал писать, а вам пишу, вполне уверенный, что вы не посетуете на меня, а если можно, то сделаете, о чем я прошу, а нельзя, то прямо откажете. Дело в том, что кн. Михаил Леонидович Оболенский, внук моей сестры, служащий теперь чиновником особых поручений при киевском губернаторе, ищет место по министерству внутренних дел. Не можете ли вы помочь ему или хоть указать пути. Человек он очень хороший, вполне порядочный и, думаю, может быть полезным.

Имел сведения о вас от Бирюкова и очень жалею, что давно не видался с вами.

Совершающиеся события захватили меня, и я написал статью, к[оторая] теперь печатается, о значении, огромном значении нашей революции.[1] Надеюсь, что больше уж не буду писать о современном. Очень бы желал знать ваше мнение о ней. Лучше всего, если бы довелось услышать его от вас устно.

Желаю вам духовного спокойствия, а телесное здоровье в сравнении с этим благом, как щекотка при здоровом теле. Жена благодарит вас за доброе письмо[2] и за вашу дружбу к нам.

Лев Толстой.

27 сент. 1906.


Отрывок опубликован адресатом в его «Воспоминаниях о Л. Н. Толстом» — «Литературные приложения к «Ниве» 1908, № 9, стр. 70.


1 «О значении русской революции».

2 Письмо А. Ф. Кони к С. А. Толстой от 2 сентября 1906 г.

#### * 277. А. Ф. Глаголеву.

1906 г. Сентября 28. Я. П.


Получил ваше письмо и отвечаю вам всё, что могу ответить: повторяю то, что вы знаете: не пить (прибавлю, не курить), не есть мяса, упражнять физич[еские] силы, не обращая никакого внимания на противное мнение плохих докторов. Хорошие врачи подтвердят мой совет. Это всё имеет значение, но не главное. Главное — бороться, не переставая бороться в мыслях, в чувствах, в поступках и верить в свою духовную силу. Не верить в эту силу нельзя, п[отому] ч[то] духовная сила, составляющая наше истинное «я», есть сила божественная, всемогущая по отношению самого себя. Советую вообще уяснить себе свое отношение к миру и к богу, т. е. религиозное сознание. Ничто, как такое религиозное сознание, не дает большей власти над своими страстями.

Лев Толстой.

28 сент. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 124—125.

Александр Федорович Глаголев (р. 1888) — в 1906 г. учился в Тульской семинарии.

Ответ на письмо от 26 сентября 1906 г., в котором Глаголев просил посоветовать, что делать ему, чтобы следовать принципам, изложенным в «Мыслях о половом вопросе» Толстого.

#### * 278. А. И. Кудрину.

1906 г. Сентября 28. Я. П.


28 сент. 1906.

Очень был рад получить твое письмо, любезный брат Андрей. Помогай тебе бог исполнять его волю так, как ты до сих пор исполняешь ее, с кротостью и смирением. Претерпевый до конца спасен будет. Я понимаю эти слова так, что чем дольше несешь бремя господне для господа, для души, тем оно становится легче, а если несешь его для людей, то чем дольше несешь его, тем оно становится тяжелее. Есть ли у тебя евангелие? Посылаю тебе евангелие. Да, еще попроси офицеров выдать тебе, если не все посланные мною книги, но хотя две из них: Круг чтения, первый и второй том, и О вере, разуме и молитве.[1] Для меня ежедневное чтение Круга чтения очень полезно для души. Желал бы, чтобы и ты испытывал то же.

Обе книги эти и еще Мысли мудр[ых] людей, которую посылаю, думаю, не содержат ничего такого, что бы могло показаться нежелательным твоему начальству.

Хотя и я читал в газетах, что хотят сделать постановление о том, чтобы отказывающихся подвергать арестантским ротам и каторжным работам, но я надеюсь ради тех людей, кот[орые] будут писать этот закон и приводить его в исполнение, что этого не будет.[2]

Бог, живущий в тебе, откроет тебе, брат Андрей, всё, что тебе надо делать, и облегчит тебе то бремя, которое ты несешь ради его. Прощай, милый брат, благодарю тебя за твою любовь. Она утешает и укрепляет меня. Брат твой Лев.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 120—121.

Ответ на письмо Кудрина, которое неизвестно.


1 Л. Н. Толстой, «О разуме, вере и молитве. Три письма».

2 Толстой имеет в виду утвержденный царем 18 августа 1906 г. закон об «упорном отказе с целью уклонения от исполнения воинской повинности», по которому отказывающиеся от военной службы лишались всех прав и отдавались в исправительные арестантские отделения или ссылались в каторжные работы на срок от четырех до шести лет.

#### * 279. П. Л. Успенскому.

1906 г. Сентября 28. Я. П.


Благодарю вас, милый Петр Леонидович, за ваше письмо и за посещение Андрея Кудрина, кот[орое], вероятно, подействовало на вас так же благотворно, как на меня его письмо, полученное одновременно с вашим. Непременно, если только можете, повидайте корп[усного] командира и разъясните ему и безопасность, и редкость, и роковую неизбежность таких отказов, как отказ Кудрина, и неприложимость к ним наказания ни в смысле возмездия и ни в смысле угрозы. Повредить ему это не может, а помочь может. И потому очень советую сделать попытку. Очень жалею, что статья ваша не напечатана;[1] надо бы еще попытаться. Желаю вам не завидовать Кудрину, а быть столь же счастливым, как и он. Это в нашей власти и вам возможно.

Лев Толстой.


Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 28 сент.».

Ответ на письмо Успенского от 23 сентября 1906 г.


1 Статья П. Л. Успенского «Об истинной веротерпимости».

#### * 280. С. И. Дымшицу.

1906 г. Сентября 29. Я. П.


Очень благодарен вам за известие о вашем брате, судьба кот[орого] очень не интересовала только, но трогала меня сердечно.

Помоги ему бог наилучшим образом выдержать испытание. Если вы имеете сношение с ним, передайте ему мою любовь и мой совет упорствовать в своем решении только в том случае, если решение его основано на своей совести, на религиозном чувстве, без всякой примеси заботы о суждении людей.

Я надеюсь, судя по тому, как поступают с некоторыми отказывающимися, о к[оторых] я знаю, что его нравственная личность подействует смягчающе на военное начальство и его не будут жестоко мучать. Пожалуйста, извещайте меня о дальнейшей судьбе его и напишите, не могу ли чем-нибудь служить ему.

Лев Толстой.

29 сен. 1906.


Семен Иосифович Дымшиц — в 1906 г. жил в Петербурге.

Ответ на письмо С. И. Дымшица от 27 сентября 1906 г., в котором он писал, что его брат Ефим Иосифович (р. 1884), учитель, лично знакомый с Толстым, отказался по религиозным убеждениям от воинской повинности.

#### * 281.О. К. Клодт.

1906 г. Октября 3. Я. П.


Благодарю вас, милая Ольга Константиновна, за фотографию Арв[ида].[1] Какое хорошее лицо! Мне — очень симпатичное, как и вся его личность. Получил ли он мое письмо?[2]

Ваше прежнее письмо я получил.[3] Простите, что не отвечал. Радуюсь, когда получаю письма друзей, а сам по эгоизму не делаю.

Спасибо, что извещаете о себе. Пожалуйста, продолжайте. Кое-что написал и жду выхода,[4] также и последн[его] тома Кр[уга] чтения. Есть ли он у вас и Арвида? Написал о значении революции нашей.[5] Надеюсь, что больше об этом писать не буду. Слишком важно и всё важнее и важнее становится думать и писать о вечном, т. е. о нашей жизни. — Чем дальше живу, тем яснее ее смысл и сама она радостнее.

Прощайте, целую вас и Арвида.

Лев Толстой.

3 окт.


Год написания определяется письмом адресата.

Ольга Константиновна Клодт (р. 1856) — тетка А. А. Ернефельта, художница, знакомая Толстого с 1897 г.

Ответ на письмо О. К. Клодт от 28 сентября 1906 г.


1 Арвид Александрович Ернефельт.

2 От 25 сентября 1906 г.

3 Письмо О. К. Клодт к Толстому от 20 августа 1906 г.

4 К началу октября 1906 г. Толстым были закончены следующие статьи: «Предисловие к переводу книги Г. Джорджа «Общественные задачи», «Единственное возможное решение земельного вопроса» и «Письмо к китайцу». См. т. 36.

5 «О значении русской революции».

#### * 282. М. В. Нестерову.

1906 г. Октября 3. Я. П.


Михаил Васильевич,

Благодарю вас за фотографии. Вы так серьезно относитесь к своему делу, что я не побоюсь сказать вам откровенно свое мнение о ваших картинах. Мне нравятся и Сергий отрок,[1] и два монаха в Соловецком.[2] Первая больше по чувству, вторая больше по изображению и по поэтично-религиозному настроению. Две же другие,[3] особенно последняя, несмотря на прекрасные лица, не нравится мне. Христос не то что нехорош, но самая мысль изображать Христа, по-моему, ошибочна. Дорого в ваших картинах серьезность их замысла, но эта-то самая серьезность и составляет трудность осуществления. Помогай вам бог не унывать и не уставать на этом пути. У вас всё есть для успеха. Не сердитесь на меня за откровенность, вызванную уважением к вам.

Лев Толстой.

3 окт. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 129—130.

Михаил Васильевич Нестеров (1862—1942) — художник, знаком с Толстым с 1906 г. Известен карандашный набросок и портрет Толстого работы Нестерова. Иллюстрировал рассказ Толстого «Три старца».

Ответ на письмо от 24 сентября 1906 г., одновременно с которым Нестеров посылал фотографические снимки со своих картин.


1 Картина «Видение отрока Варфоломея», начатая в 1887 г. и писавшаяся несколько лет, в настоящее время находится в Государственной Третьяковской галерее.

2 Картина «Мечтатели», написана в 1903 г.

3 Картины «Юность преподобного Сергия (на земле мир и в человецех благоволение)» (1892—1897) и «Святая Русь» (1901—1905). Первая находится в настоящее время в Государственной Третьяковской галерее, вторая — в Академии художеств в Ленинграде.

#### * 283. В. Г. Черткову от 3 октября.

#### * 284. А. А. Ягн.

1906 г. Октября 3. Я. П.


Очень рад ответить на ваш вопрос. Мнение мое о безнравственности борьбы и участия в борьбе с насилием так же мало может измениться, как и мнение о том, что безнравственно убивать, красть или развратничать. Участие в революции есть грубое суеверие, гипноз вроде того, вследствие к[оторого] происходили всякие, и детские в том числе, крестовые походы. Люди, делавшие тогда эти глупые и безнравственные поступки, не видали тогда их глупости и безнравственности так же, как теперь не видят революционеры глупости и безнравственности своих. — Я понимаю, что большей частью безнравственные люди, участвующие в правительстве, приведенные к этому дурному делу своим прошедшим и положением, могут совершать мерзкие поступки, не видя всей их мерзости и оправдываясь тем, что этого от них требуют. Но с какой стати частный человек, которого ничто не завлекает к борьбе и преступлениям, вдруг ни с того ни с сего решив, что существующее правительство не такое, какое ему кажется, что должно быть, начнет делать всякие гадости, лгать, обманывать, раздражаться и раздражать и под конец убивать, а мож[ет] б[ыть], и грабить. Если ему тяжело жить при дурном правительстве, то он может или уйти за границу, как это делал Герцен и другие, или, если противно его совести повиноваться требованиям правительства, перестать повиноваться им: не платить податей, не пользоваться учреждения[ми] правительства, не служить ему, не итти в солдаты; если и это ему тяжело, то устроить себе с своими единомышленниками такую жизнь, к[отор]ая имела бы как можно меньше отношения к правительству. Одним словом, устроить свою жизнь самыми разнообразными способами, только не тем и глупым и безнравственным способом, к[отор]ым устраивают ее себе революционеры, — безнравственным, п[отому] ч[то], будучи революционером, нельзя быть правдивым, нельзя не лгать, нельзя быть смиренным и добрым, а надо быть готовым для будущей мнимо благой цели на всякого рода гадости и совершать их. Глупый же этот способ, поразительно глупый тем, во-1-х, что, если революционеры возмущаются чем и борются против чего, то возмущаются они и борются против права, приписываемого себе некоторыми людьми (правительством), употреблять насилие против других, и это-то самое право приписывают себе революционеры. Это до такой степени поразительно глупо, что не видеть этого могут только люди, находящиеся в полном гипнозе. Bo-2-x, столь же очевидно глупо стремиться улучшить положение общества не только рядом преступлений, но и приписыванием себе самозванного права совершать эти преступления во имя того же самого мнимого общего блага, во имя к[оторого] совершаются преступления правительства. Глупо это п[отому], ч[то] всякий мыслящий человек не может не видеть, что улучшение жизни общества, т. е. отношений людей между собою, может происходить только вследствие нравственного улучшения людей общества. Революционная же деятельность, состоящая из преступлений и вызывающая всё большие и большие преступления со стороны правительства, может только развращать членов общества, а никак не улучшать их нравственно.

И потому, в такое время, как наше, для всех людей, желающих служить богу и ближнему, есть только одно самое нужное и важное дело. Это то, чтобы не подчиниться всеобщему опьянению, удержать в себе высшие человеческие свойства, сознания своих обязанностей перед богом и перед ближними и — вследствие этого сознания — не только не участвовать во всеобщем, как со стороны правит[ельства], так и рев[олюционеров], преступном сумасшествии, а, по мере сил, стараться отрезвлять, выводить из охватившего их дурмана несчастных заблудившихся людей, чтобы не дать им окончательно погрязнуть в той восхваляемой ими гадкой деятельности, к[отор]ой они заняты.

Ваш вопрос так важен, что увлек меня.

Может быть, кому-нибудь и пригодится то, что я высказал на ваш вопрос.

Желаю вам всего хорошего

Л. Толстой.

3 окт. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 131—136.

Ответ на письмо Александры Александровны Ягн (из слободы Баланды Саратовской губ.) от конца сентября 1906 г.

#### * 285. Б. О. Гольденблату.

1906 г. Октября 5. Я. П.


Простите, пожалуйста, что пишу без обращения, забыв ваше имя отчество. Очень прошу вас взять на себя ходатайство по делу крестьян села Судаково, погоревших по вине Лихвинской железной дороги.[1] У них три дела:

1) Взыскать с дороги вознаграждение за убытки.

2) Получить с дороги средства на перенесение дальше стоящих слишком близко построек.

3) Принять выдаваемые им теперь дорогой 1000 рублей так, чтобы эти деньги не были зачтены в счет понесенных убытков.

Благодарю вас за вашу готовность исполнять мои просьбы и жму вашу руку.

Лев Толстой.

5 окт. 1906.


На конверте: Его Высокоблагородию Г-ну Гольденблату от Л. Н. Толстого.


Борис Осипович Гольденблат (1864—1930) тульский присяжный поверенный, к которому Толстой неоднократно направлял лиц, нуждающихся в юридической помощи.


1 Деревня Судаково находится в 7 км. к северу от Ясной Поляны. В 1906 г. семнадцать дворов д. Судаково, расположенных поблизости от Лихвинской ж. д., сгорели от залетевших искр проходившего мимо паровоза.

#### * 286. В. А. Лопухину.

1906 г. Октября 7. Я. П.


Борис Александрович,[1]

Очень благодарен вам за участие — и очень успешное — которое вы приняли в бедствии Судаковских погорельцев.

Разумеется, что лучше всего было бы сойтись с дорогой полюбовно, но в суд, думаю, все-таки надо подать.

Что касается до распределения 1000 р., то я советовал крестьянам избрать стариков, которым поручить разделить деньги. Деньги же передать до раздела в Волостн[ое] правл[ение]. Они на это согласны.

Очень рад буду возобновить с вами знакомство, если когда вздумаете посетить нас.

Лев Толстой.

7 окт. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 137. Слова, выцветшие от времени, дополняются по копии, сделанной А. Б. Гольденвейзером в 1910 г. с копировальной книги.

Виктор Александрович Лопухин (р. 1868) — приятель С. Л. Толстого. В 1906 г. был тульским вице-губернатором.

Ответ на письмо Лопухина от 1 октября 1906 г., в котором он, отвечая на просьбу Толстого, переданную Андреем Львовичем Толстым в его бытность в Туле, сообщил о предполагаемой помощи крестьянам с. Судакова, пострадавшим от пожара. См. письмо № 285.


1 Толстой ошибся: тульского вице-губернатора Лопухина звали Виктором Александровичем. Брат же его, Борис Александрович Лопухин, помещик Минской губ., в 1906 г. был слуцким уездным предводителем дворянства и в Туле не жил.

#### * 287. Б. О. Годьденблату.

1906 г. Октября 10. Я. П.


Направляю к вам, Борис Осипович, еще одного клиента.[1] Дело это такое, что может только доставить удовольствие защитнику, и потому не извиняюсь за то, что утруждаю вас, а пользуюсь только случаем поблагодарить за прежнее.

Лев Толстой.

10 окт. 1906.


1 Фамилии его установить не удалось.

#### * 288. Н. Ф. Пивоваровой.

1906 г. Октября 10. Я. П.


Почему-то мне кажется, что Вл[адимир] Вас[ильевич] поправится и что мы с ним если и не увидимся еще, то перепишемся. Кажется мне это, вероятно, п[отому], ч[то] очень желается.

Передайте ему, пожалуйста, мои пожелания. Надеюсь, что положение его теперь таково, что это возможно, и примите мою благодарность за то, что вспомнили обо мне.

Лев Толстой.


Приписка к письму A. Л. Толстой от 10 октября 1910 г.

Датируется на этом основании.

Наталья Федоровна Пивоварова (1852—1919), — племянница В. В. Стасова. В 1906 г. служила в отделе контроля Северо-Западной ж. д.

Ответ на письмо Н. Ф. Пивоваровой с извещением о тяжелой болезни В. В. Стасова.

10 октября 1906 г. В. В. Стасов скончался.

#### * 289. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Октября 23. Я. П.


Делайте, как вам удобнее, милый И[ван] И[ванович]. Мне совершенно всё равно. Если послесловие не поспеет, то можно выпустить отдельно.[1] Я почти уверен, что через два дня буду готов, и так, что не нужно будет присылать коректур.

Так на ваше усмотрение, милый друг. Целую вас.

Л. Т.

Датируется на основании записи в ЯЗ от 23 октября 1906 г.

Ответ на письмо Горбунова-Посадова от 20 октября 1906 г., в котором он сообщал, что задерживает печатание статьи «О значении русской революции» в ожидании послесловия.


1 Послесловие к статье «О значении русской революции» было напечатано отдельно от статьи: Л. Н. Толстой, «Что же делать?», изд. «Посредник» и «Обновление», 1907. См. т. 36, стр. 363—371 и 723—732.

#### 290. В. Г. Черткову от 24 октября.

#### * 291. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Октября 25. Я. П.


Посылаю вам, милый И[ван] И[ванович], послесловие или ХVІІІ-ю главу.[1] Иногда мне кажется, что она может б[ыть] полезна, а иногда — как сейчас — она мне кажется плоха, особенно начало, и кажется излишней.

Пожалуйста, решайте сами вы — не ввиду того, задержит или не задержит это прибавление выход статьи, а по существу.

Во всяком случае буду согласен и рад. Кажется, более рад, если вы не одобрите статьи и не напечатаете.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 140. Датируется на основании записи в ЯЗ (см. прим. 1).


1 Послесловие к статье Толстого «О значении русской революции». См. прим. 1 к письму № 289. В ЯЗ 25 октября 1906 г. записано: «Несмотря на то, что Лев Николаевич даже сегодня переделывал статью четыре-пять раз, он все-таки остался недоволен ею. Предоставляет Ивану Ивановичу решить, печатать [ли] ее, и будет более рад, если не напечатают. В этом смысле пишет Ивану Ивановичу».

#### 292. X. Н. Абрикосову.

1906 г. Октября 26. Я. П.


Спасибо, милый Хрисанф, за письмо. Очень часто с большой любовью думаю о вас обоих,[1] а по вас двух и о третьем, незнакомом мне существе.[2] Мысль ваша писать об Арханг[ельском] прекрасная. Никак не оставляйте ее и не торопитесь.[3] Это б[ыл] замечательной нравственной высоты, святости человек. Я получил письмо от Веселого о нем. Вы, верно, знаете его, спишитесь с ним, адрес: Коломна, Поповская ул., Розанова.

Если я могу, то буду очень рад помочь вам в этой работе.

Помогай вам бог жить так, как вы живете. У нас тоже относительно хорошо.

Прощайте пока. Целую вас.

Лев Толстой.


Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 26 окт.». Впервые опубликовано в воспоминаниях X. Н. Абрикосова «Двенадцать лет около Толстого» — «Летописи», 12, стр. 403, с неверной датой: 30 октября 1906 г.

О Хрисанфе Николаевиче Абрикосове (р. 1877) см. т. 72, стр. 504.

Ответ на письмо Абрикосова от 22 октября 1906 г.


1 X. Н. Абрикосов был женат на Наталье Леонидовне Оболенской, внучатной племяннице Л. Н. Толстого.

2 Вера Хрисанфовна Абрикосова (р. 27 марта 1906 г.), дочь X. Н. Абрикосова. Впоследствии жена внука Толстого, Сергея Сергеевича.

3 Написанная X. Н. Абрикосовым биография А. И. Архангельского была просмотрена Толстым в рукописи в сентябре 1907 г. По цензурным условиям она не могла появиться в России и была напечатана в Болгарии: X. Н. Абрикосов, «Жизнь А. И. Архангельского», изд. «Возрождение», Бургас, 1910.

#### 293. А. Н. Агееву.

1906 г. Октября 26. Я. П.


Очень рад был получить об вас весточку, любезный Афанасий, и очень огорчен и удивлен, что вас держат в изгнании столько времени по такому ничтожному обвинению. Саша дочь нынче едет в Москву, и я поручил ей побывать у Давыдова и спросить совета, что теперь делать. Постараюсь употребить и другие меры к вашему освобождению.

Желаю вам спокойствия душевного и самого лучшего, что есть на свете, любви к людям и любви от людей.

Лев Толстой.

1906, 26 окт.


Приписка к письму М. Л. Оболенской. Опубликовано в газете «День» 1912, № 36 от 7 ноября, стр. 3.

Ответ на письмо Агеева от 15 октября 1906 г.

#### * 294. А. М. Веселову.

1906 г. Октября 26. Я. П.


Алексею Михайлови[чу] Веселову.

Алексей Михалович,

Очень благодарен вам за извещение о смерти А[лександра] И[вановича] и о последних днях его. Это был один из самых лучших людей, к[отор]ых мне довелось знать в моей жизни. Мне радостно знать про ваше отношение к нему. X. Н. Абрикосов, тоже один из больших почитателей А[лександра] Ив[ановича], пишет мне, что намерен попытаться написать его биографию. Я очень одобряю это намерение и постараюсь, если буду в состоянии, помочь ему в этом.

Уважающий вас

Лев Толстой.

1906. 26 окт.


Ответ на письмо Алексея Михайловича Веселова (из г. Коломны Московской губ.) от середины октября 1906 г., в котором Веселов описывал смерть А. И. Архангельского, которого близко знал.

А. М. Веселов написал биографию А. И. Архангельского, которая была напечатана в «Календаре для всех на 1908 г.», стр. 138—148.

#### * 295. С. И. Дымшицу.

1906 г. Октября 26? Я. П.


Очень вам благодарен за сведения о вашем брате. Передайте ему, пожалуйста, что я и радуюсь и страдаю за него. Я не могу сказать ему ничего такого, чего бы не сказал ему тот внутренний голос, кот[орый] руководит им. Одно хочется сказать ему, это то, что очень трудно в том положении, в к[отором] он находится, удержаться от заботы о мнении людском, в особенности людей, к[оторых] он любит и уважает. И в этом большая опасность. Я советовал бы ему поставить себя в воображении в такое положение, в к[отор]ом никто никогда не узнает об его поступке, и он ни от кого не услышит сочувствия и одобрения, а будет только нести унижения и страдания от людей, к[оторые] считают, что он того заслуживает. Если в таком положении он почувствует, что устоит, то хорошо, если же нет, то лучше не бороться, а сразу покориться. Если живешь больше для бога — своего внутреннего сознания бога, чем для своей личности и славы людской, то все унижения и страдания будут радостью; если же преобладает еще жизнь личности, то лучше не бороться. Думаю, что душевное состояние вашего брата очень высокое, т. е. что духовная жизнь временами преобладает над телесной, думаю это по тому впечатлению, к[оторое] произвела на меня его скромная и твердая личность, и тем двум статьям,[1] к[отор]ые он оставил мне; но он молод, и меня нисколько не удивило бы и не уменьшило моего сочувствия и уважения к нему, если бы он не выдержал. Передайте ему это и мою любовь и напишите мне — или он сам — о своем душевном состоянии. Есть ли у него книги и может ли он читать? Посылаю пока «Круг чтения». Это подходящее чтение для заключенного. Еще раз благодарю вас.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 143—144. Датируется по местоположению письма в копировальной книге.

Ответ на письмо С. И. Дымшица от 17 октября 1906 г.


1 Е. И. Дымшиц передал рукописи своих статей Толстому для прочтения 20 мая 1906 г., когда был в Ясной Поляне. Одна из статей представляла собою разбор Нагорной проповеди, содержание другой неизвестно. Толстой намеревался напечатать статьи Дымшица в издательстве Посредник». Статьи, однако, напечатаны не были.

#### * 296. С. Д. Кладову.

1906 г. Октября 26. Я. П.


Из тех своих недостатков, к[оторые] вы перечисляете, только один важен: это нечистый взгляд на женщин. С этой страстью похоти надо неженатому человеку постоянно и неустанно бороться. Я избавился от этого греха, только когда женился. От того же недостатка, который вы приписываете себе, что вы подчиняетесь людям, подделываетесь под них, вы исправитесь тогда, когда главной целью своей жизни поставите не свои личные выгоды, а исполнение воли бога, состоящей в том, чтобы всё больше и больше развивать в себе и проявлять духовную жизнь. Проявляется же духовная жизнь в любви, доброте к ближним.

«Бог есть любовь, пребывающий в любви пребывает в боге и бог в нем». Иоан[н].

Л. Т.

26 окт. 1906.


Посылаю вам книги,[1] которые могут быть вам полезны и ответят на ваши вопросы. Очень радуюсь на ваше желание изменить жизнь и заменить личные животные желания совершенствованием духовным и не только желаю вам успеха, но уверен, что сами, если только искренно отдадитесь этому стремлению, увидите, насколько такая жизнь дает больше блага, как сказано [в] Ев[ангелии] Иоан[на] VII, 17. «Кто хочет творить волю его, тот узнает о сем учении: от бога ли оно, или я сам от себя говорю».

Нет надобности доказывать, что учение церковное несправедливо. Надо только самим стараться понимать учение Христа правильно. А по этому учению главное дело никого не осуждать, а жалеть заблуждающихся. Пишите о себе, буду рад знать о вас. Круг Чт[ения] советую читать по дням.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 147—148.

Степан Дмитриевич Кладов (р. 1879) — крестьянин Казанской губ., работал конторщиком.

Ответ на письмо Кладова от 3 октября 1906 г.


1 Толстой послал Кладову шесть своих книг: «Круг чтения», «Ответ Синоду», «В чем моя вера?», «Христианское учение», «О половом вопросе» и, вероятно, «Как читать евангелие и в чем его сущность?».

#### * 297. В. А. Лебрену.

1906 г. Октября 26. Я. П.


И жалею и не жалею, милый Лебрен, что вы не попали пока к Ч[ерткову]. Как всегда, с радостью прочел ваше письмецо, пишите чаще. Мне вас очень недостает.[1] Несмотря на вашу молодость, вы мне очень близки, и потому ваша судьба, разумеется не телесная, а духовная, очень интересует меня. Геленджик,[2] как всякий «джик» и какое хотите место, тем хорош, что при каких бы то ни было условиях там, и чем хуже, тем лучше, можно жить и там и везде для души, для бога. Целую вас. Матушке привет.

Л. Толстой.

26 окт. 1906.


Печатается по копии рукой Ю. И. Игумновой в копировальной книге № 7, л. 153.

Ответ на письмо Виктора Анатольевича Лебрена от 20 октября 1906 г.


1 В. А. Лебрен с 13 июля по конец сентября 1906 г. жил в Ясной Поляне, исполняя при Толстом обязанности секретаря.

2 Геленджик — город на восточном берегу Черного моря, в 30 км. к юго-востоку от Новороссийска. В. А. Лебрен со своей матерью, Луизой Лебрен (см. т. 72, стр. 403), уехал в Геленджик, чтобы найти там участок земли и заниматься огородничеством.

#### * 298. М. И. Михельсону.

1906 г. Октября 26. Я. П.


Милостивый государь

Морис Ильич,

Благодарю Вас за присылку прекрасного издания Вашей книги.

Я понял благодаря предисловию, чего не понимал прежде, ту разнообразную пользу, которую может принести различным людям Ваш большой труд.

С совершенным уважением остаюсь готовый к услугам

Лев Толстой.

1906. 26 окт.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 151.

Морис Ильич Михельсон (1825—1908) — педагог, языковед и переводчик.


Ответ на письмо от 11 октября 1906 г., одновременно с которым Михельсон прислал Толстому свою книгу: «Русская мысль и речь. Свое и чужое. Опыт русской фразеологии. Сборник образных слов и иносказаний», тт. 1—2, Спб. 1903—1904. В яснополянской библиотеке сохранилась еще одна книга М. И. Михельсона: «Ходячие и меткие слова. Сборник русских и иностранных цитат, пословиц, поговорок, пословичных выражений и отдельных слов (иносказаний)», изд. 2-е, Спб. 1896.

#### * 299. И. Романовскому.

1906 г. Октября 26. Я. П.


Посылаю вам три книги: одну О вере, разуме и молитве, другую — для чтения на каждый день и третью — Мысли о полов[ом] вопросе. Ваше душевное состояние может зависеть от безверия, от неопределенности мыслей, очень может быть, и от неправильной жизни. Советую вам читать Евангелие, а также те книги, кот[орые] я посылаю, и кроме того не пить ни вина, ни пива, не курить, не есть мясного и каждый день работать физич[ескую] работу хоть часа два или хоть один: колоть дрова, чистить снег, копать.

Жизнь дана человеку для блага его и других людей. Если человеку кажется жизнь злом, то виноват он сам, и ему надо постараться найти, в чем он ошибается, и перестать ошибаться. Желаю вам успокоения.

Лев Толстой.

26 окт. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 145—146.

Иван Романовский (р. 1888) — в 1906 г. был учеником в Полтавской почтово-телеграфной конторе.

Ответ на письмо Романовского от 22 октября 1906 г., в котором он жаловался на беспричинную тоску.

На конверте письма Романовского рукой Толстого написано: С[ам?] о[твечу?]. О в[ере], р[азуме] и мол[итве], Как ч[итать] е[вангелие], Мысли мудр[ых] лю[дей]. Послать книг о полов[ом] вопр[осе].

#### 300. В. Г. Черткову от 26 октября.

#### * 301. О. К. Ярошевской.

1906 г. Октября 26. Я. П.


26 окт. 1906.

Г-же Ольге... Ярошевской.

Я думаю, что для того, чтобы жизнь была хорошею и человек чувствовал бы спокойствие и удовлетворение, нужно думать не о внешнем проявлении своей жизни, а о том, чтобы удовлетворять внутренним, духовным требованиям, состоящим в том, что[бы] всё меньше и меньше думать и заботиться о себе, а всё больше и больше заботиться о том, чтобы быть в мире и любви со всеми людьми, с кот[орыми] сталкивает жизнь, а никак не в недоброжелательности и раздоре. И если только человек в этом поставит свою жизнь, то она сложится и вовне самым лучшим образом. И потому не советую вам ничего предпринимать, а жить там, где живете, стараясь по мере сил исполнять волю бога — любви к людям.

Боюсь, что совет мой не понравится вам, но я ничего другого не знаю и потому не могу сказать.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 149—150.

Ольга Казимировна Ярошевская (1865?—1922?) — жена помещика Могилевской губ.

Ответ на письмо Ярошевской от 26 сентября 1906 г. Жалуясь на нужду и безотрадность деревенской жизни, Ярошевская просила совета, что ей делать: открыть ли какое-нибудь дело на кооперативных началах или народную школу?

#### * 302. П. А. Мазаеву.

1906 г. Октября 29. Я. П.


Петр Абрамович,

Вы спрашиваете, хороший ли будет поступок издание газеты?

Поступок сам по себе безразличный, но опасный в том смысле, что представляет много соблазнов. Хотя я знаю А. М. Бодянского за человека, руководимого христианским духом, очень трудно будет удержаться ему самому и его сотрудникам на высшей, как вы пишете, христианской точке зрения.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 154. Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 29 окт.». На конверте же рукой Толстого написано: Отвечать, что поступок безразличный, но вызывает на грех.

Петр Абрамович Мазаев — сын богатого землевладельца и овцевода, в 1906 г. жил в имении своих родителей близ станции Кутейниково Екатерининской ж. д. Принадлежал к секте молокан, интересовался религиозными вопросами.

Ответ на письмо Мазаева от 24 октября 1906 г., в котором он писал о желании издавать религиозно-нравственную газету «Воля народа».

Проект А. М. Бодянского и П. А. Мазаева, повидимому, не был осуществлен.

#### * 303. О. К. Толстой.

1906 г. Октября 29. Я. П.


Прочел, милая и дорогая Оля, письмо Маши[1] и во всем согласен с ней: испытываю то же смешанное чувство и страха, и надежды, и умиления перед возможностью разрешения греха и замены тяжелых, недобрых чувств прощением и любовью; но не согласен в одном: в совете тебе отдаться тому чувству, которое пробудится в тебе. Я думаю, напротив, что такое дело должно быть решено не чувством, личным чувством, чувством человека к человеку, а высшим сознанием — сознанием своего отношения к богу, своим делом по отношению к нему или к закону жизни. Только если твое прощение и возвращение к Анд[рюше] и принятие на себя опять положения жены[2] будет основано на этом высшем сознании (для бога), только тогда всё, что бы ни вышло из этого, будет тебе легко и на благо и всем связанным с этим — и ему и детям. А можешь и должна ты сделать это для бога, — это можешь знать и решить одна ты. Так вот мой совет.

Нежно, очень нежно любя, целую тебя.

Л. Т.


То, что Анд[рюша] в последнее время становится лучше, и всё, что пишет о нем Маша, я подтверждаю вполне; но повторяю, что не это, не то, чего можно ожидать от него, должно быть основанием твоего решения, а то, что произойдет в твоей душе.


Приписка к письму М. Л. Оболенской от 29 октября 1906 г.


1 Письмо неизвестно.

2 A. Л. и О. К. Толстые разошлись в ноябре 1903 г., формальный развод состоялся осенью 1907 г.

#### 304. И. Ф. Наживину.

1906 г. Октября 30. Я. П.


Спасибо вам, милый Ив[ан] Фед[орович], что помните обо мне и сообщаете такие радостные известия. Помогай им бог. Впрочем, те слова, к[оторые] сказаны Куртышом, суть выражения не мыслей и чувств Куртыша, а проявления бога.

Всё яснее и яснее сознаю последнее время, что жизнь не счастливая, а блаженная, как это верно подразделяет Фихте, достигается только заменой своей воли волей бога, предоставлением ему жить через тебя. Испытываю это временами и чаще, чем старше и ближе становлюсь к тому таинственному новому состоянию, к[оторое] мы называем смертью. Желаю вам этого единого блага.

Только держите себя открытым и пустым для прохождения через вас бога, и вы перестанете быть недовольным собой, за что я вас не осуждаю, а жалею.

Привет вашей милой жене.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 154—155.

Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 30 окт.». Впервые опубликовано почти полностью адресатом в его статье «О Льве Николаевиче» — «О Толстом», изд. «Книга», М. 1909, стр. 167.

Ответ на письмо Наживина от 6 ноября н. с. 1906 г., в котором он сообщал об Иконникове, Сокоре и Куртыше, отказавшихся от военной службы.

#### 305. Ку Хун-мину. Письмо к китайцу от октября 1906 г.

См. т. 36, стр. 290—299.

#### 306. Полю Сабатье (Paul Sabatier).

1906 г. Ноября 7/20.


Cher Monsieur Sabatier,

Je viens de recevoir votre lettre, ainsi que le livre et les deux brochures. Il se trouve que l'individu, qui devait remettre la lettre et les livres à Mr. Birukoff les a gardé plus d’un mois chez lui, et je ne les ai reçu qu’apresent.[1] Ceci est la cause du retard de ma réponse.

J’ai lu avec grand intérêt votre livre, ainsi que la brochure italienne.

La question qui y est traitée est de la plus grande importance et, comme je vous connais pour un homme sincère, je me permettrai de l’être complètement avec vous et vous dirai toute ma pensée.

Je crois qu’en toutes choses il n’y a rien de plus faux que les demi-mesures et qu’il est impossible d’enter la verité et le bien sur le mensonge et le mal. La religion est la verité et le bien, l’église le mensonge et le mal.

C’est pourquoi il m’est impossible de me mettre au point de vue de ceux, qui croient que l’église est une organisation indispensable pour la religion et qu’il ne faut que la réformer pour qu’elle devienne une institution bienfaisante pour l’humanité.

L’Eglise n’a jamais été qu’une institution mensongère et cruelle qui, en vue des avantages qu’elle pouvait acquérir du pouvoir temporel pour ceux qui faisaient partie de cette institution a perverti et dénaturé la vraie doctrine chrétienne.

Tous les Concordats n’ont jamais été pour elle autre chose que des accommodements entre l’Eglise et l’Etat, par lesquels l’Eglise promettait son aide à l’état en vue des avantages matériels que lui accordait ce dernier.

Le Christianisme n’a jamais été pour l’Eglise qu’un prétexte. On me dira qu’il y a eu, et qu’il y a jusqu’à présent, dans le monde catholique des individus, hommes et femmes, d’une sainte vie, mais la sainteté de ces individus n’est pas atteinte grâce aux enseignements de l’Eglise, mais plutôt malgré elle.

En somme j’ai été surtout étonné en lisant votre livre (qui est très bien écrit et a de belles pages) d’y trouver sur le thème de l’avenir du catholicisme et de la religion en général des raisonnements de différents Monseigneurs et auteurs laïques que vous y citez, qui feraient penser que ni Voltaire, ni Rousseau, ni Kant, ni Channing,[2]ni Lammenais,[3]ni beaucoup d’autres grands esprits qui ont traité ce sujet, n’ont jamais existé.

Tout ce qui peut se dire à présent sur la question du rapport de la vraie religion et du catholicisme a été dit depuis longtemps et dit de manière à épuiser complètement la question.

Il n’y a qu’à relire Voltaire, Kant (son livre «Sur la religion dans les limites de la raison pure»), Channing, Lammenais, Ruskin, Emerson[4] et autres pour voir que tout ce qui se débite à présent sur cette matière avec si peu de clarté, de précision et de méthode[5] a été dit depuis longtemps et de manière à ne laisser rien à dire à ceux qui voudraient à présent traiter la même question.

«On me dit qu’il fallait une révélation», dit Rousseau dans sa Proffession de foi du Vicaire Savoyard, «pour apprendre aux hommes la manière dont Dieu voulait être servi, on assigne en preuve la diversité des cultes bizarres qu’ils ont institués et l’on ne voit pas que cette diversité même vient de la fantaisie des révélations. Dès que les peuples se sont avisés de faire parler Dieu, chacun l’a fait parler à sa mode et lui a fait dire ce qu’il a voulu. Si l’on n’eut écouté que ce que Dieu dit au coeur ae i’homme il n’y aurait jamais eu qu'une religion sur la terre».

Notre devoir à nous et à nos contemporains n’est pas de répéter vaguement des choses qui ont été si bien dites des siècles avant nous, mais de tâcher de préciser les principes de la vraie religion, qui doit remplacer les affreuses superstitions de l’Eglise, que fait semblant de professer a présent l’humanité chrétienne.

L homme, comme être raisonnable, n’a jamais vecu sans établir un rapport spirituel entre son existence et l’Infini que nous appelions Dieu. Ce rapport, qui n’est autre que la religion, a toujours été la force dirigeante de toutes les actions conscientes de l’homme, et a toujours evolué conformement au développement de l’humanité.

La vraie doctrine chrétienne a l’époque où elle a paru, étant beaucoup audessus de la faculté de conception des masses, ne fut acceptée dans son vrai sens que par une toute petite minorité. La grande masse, habituée à une adoration religieuse du pouvoir temporel, ne pouvant comprendre cette doctrine dans son véritable sens, accepta avec facilité la doctrine quasi-chrétienne falsifiée par l’Eglise qui n’exigeait qu’une adoration extérieure de Dieu, des saints, des images et en partie de personnages revêtus de qualités surnaturelles.

Cela dura des siècles, mais avec les progrès des lumières en général le véritable esprit chrétien, caché sous les voiles dont l’avait recouvert l’église, se fit jour de plus en plus: la contradiction de la vraie doctrine chrétienne et du régime autoritaire de l’état, soutenu par la violence devint de plus en plus évidente. Malgré tous les efforts de l’Etat et de l’Eglise de réunir les deux principes: celui du vrai christianisme (amour, humilité, clémence) et celui de l’état (voie de fait, force physique, violence), la contradiction devint de notre temps tellement évidente qu’une solution telle quelle de cette flagrante contradiction ne peut plus être retardée.

Plusieurs symptomes le prouvent: 1) le mouvement religieux que se produit non seulement en France, mais dans tous les pays chrétiens; 2) la revolution en Russie, et 3) les progrès extraordinaires militaires et industriels, qui se manifestent de plus en plus dans ces derniers temps en Chine, et surtout au Japon.

Le mouvement religieux que se produit à présent non seulement dans le monde catholique, mais dans le monde entier, n’est selon moi pas autre chose que les douleurs d’enfantement du dilemme: la religion chrétienne avec ses exigenses de soummission à Dieu, d’amour du prochain, d’humilité et l’état, avec les conditions indispensables de son existence: soummission au gouvernement, patriotisme, loi du talion et surtout l’armée avec son service obligatoire.

Il me parait qu’en France il y a tendance à résoudre le dilemme en faveur de l’Etat contre la religion, non seulement contre le catholicisme, mais contre la religion en général qui est envisagée par la majorité des classes dirigeantes comme un élément du passé inutile et plutôt pernicieux que bienfaisant pour le bienêtre des hommes de notre époque.

Le même dilemme est la cause principale de la révolution en Russie. Tout ce qui se fait à présent en Russie par les révolutionnaires est une activité inconsciente ayant pour but la solution du dilemme en faveur de la religion, c’[est]à d[ire] de L'abolition de l’état, de tout pouvoir fondé sur la force et d’une organisation sociale, basée sur les principes religieux et moraux communs à tous les hommes.

Le troisième symptome de l’imminence de la solution du dilemme: l’état où la religion, m’aparait dans les progrès extraordinaires tant militaires qu’industriels qu’ont fait et continuent de faire dans ces derniers temps les peuples de l’extrême orient, qui non seulement sont libres de la contradiction intérieure des états chrétiens, mais qui professent la religion la plus patriotique du culte des ancêtres et du pouvoir de leur chef de l’état qu’ils déifient.

Les progrès de ces peuples sont tels que, s’ils continuent à se produire dans les mêmes proportions, dans quelques dizaines d’années, ce ne seront plus les états Européens qui dicteront la loi aux Orientaux, mais ce sera les orientaux qui seront les maîtres du monde et les chrétiens leur vassaux. Et cela ne peut pas être autrement par l’accord complet de leur religion et de leur organisation comme état.

Les peuples de l’Europe commencent à s’apercevoir de ce danger. C’est précisément cette attitude ménaçante des peuples de l’orient qui constitue la troisième raison pour laquelle la solution du dilemme entre la religion et l’état ne peut plus être rétardée.

L’un des deux: ou bien renier complètement le vrai sens de la religion chrétienne, détruire les derniers vestiges des idées d’amour du prochain, d’humilité, de fraternité, comme le font déjà des hommes du monde Européen, et opposer un patriotisme féroce et une obéissance servile au patriotisme et à l’obéissance passive des orientaux, ou bien accepter pour tout de bon les vrais principes chrétiens d’amour du prochain, d’humilité, de nonrésistance au méchant, à la violence et se fier non à la force physique, mais à la volonté de Dieu, pleinement convaincus que le plus grand bien de l’homme et de l’humanité ne s’accquerit que par la soumission à la loi éternelle, revelée en notre conscience, qoique les voies par lesquelles ce bien nous peut être acquis nous soyent cachées et incompréhensibles.

Il est inutile de v[ou]s dire de quel côté sont mes sympathies et aspirations.

Voilà les idées qui me sont venues à la lecture de votre livre.

Excusez moi, je vous prie, cher ami, pour la rudesse de mes expressions, ainsi que pour mon mauvais français, que vous aurez l’indulgence de tâcher de comprendre.

Votre ami

Léon Tolstoy,

7/20 Novembre 1906.


Дорогой господин Сабатье,

Я только что получил ваше письмо, а также книгу и две брошюры. Оказывается, то лицо, которое должно было передать письмо и книги г-ну Бирюкову, задержало их у себя более месяца, и я получил их лишь теперь.[1] В этом причина, почему запоздал мой ответ.

С большим интересом прочел я вашу книгу, равно и итальянскую брошюру.

Вопрос, который в ней обсуждается, в высшей степени важен, и, зная вас за человека искреннего, я позволю себе быть вполне искренним с вами и выскажу вам откровенно свою мысль.

Думаю, что во всяком деле нет ничего ошибочнее полумер и что нельзя прививать истину и добро на лжи и зле. Религия — это истина и добро, церковь же — ложь и зло.

Вот почему я не могу стать на точку зрения тех, кто верит, что церковь для религии — необходимая организация и что надо только ее преобразовать, для того чтобы она стала учреждением, благодетельным для человечества.

Церковь была всегда организацией лживой и жестокой, которая исказила и извратила истинное христианское учение ради тех выгод, которые она получала от светской власти для своих членов. Все конкордаты были для нее не чем иным, как сделками между церковью и государством, в силу которых церковь обещала государству свою помощь взамен тех материальных выгод, которые оно предоставляло ей.

Христианство для церкви было всегда лишь предлогом. Мне скажут, что в католическом мире были, да и теперь есть, мужчины и женщины праведной жизни, но праведность этих людей была достигнута не благодаря учению церкви, а скорее вопреки ей.

В общем меня удивило при чтении вашей книги (которая очень хорошо и, местами, прекрасно написана), что по вопросу о будущности католицизма и религии вообще вы приводите рассуждения различных монсеньоров и светских авторов, как будто ни Вольтер, ни Руссо, ни Кант, ни Чаннинг,[2] ни Ламмене,[3] ни многие другие великие умы, обсуждавшие этот вопрос, никогда и не существовали.

Всё, что может быть сказано теперь по вопросу о взаимоотношении между истинной верой и католицизмом, уже давно высказано, и притом исчерпывающим образом.

Достаточно перечесть Вольтера, Канта (его книгу «О религии в границах чистого разума»), Чаннинга, Ламмене, Рескина, Эмерсона[4] и др., чтобы увидеть, что всё, что высказывается теперь по этому поводу с такой неясностью, неточностью и бессистемностью,[5] уже давно высказано, и притом так, что тем, кто хотел бы затронуть этот вопрос, уже ничего не остается добавить.

«Мне говорят, что необходимо было откровение, — пишет Руссо в своем «Исповедании веры савойского викария», — чтобы научить людей служить богу так, как он этого требует; в доказательство этого приводят различия верований, которые учреждены в мире, не видя того, что это различие происходит именно от откровений. Как только народы вздумали заставить бога говорить, каждый заставлял его говорить по-своему, говорить то, чего он сам хотел. Если бы мы слушали только то, что бог говорит в сердце человека, была бы только одна религия на земле».

Долг наш и наших современников не в том, чтобы неясно повторять то, что было так хорошо сказано за сотни лет до нас, а в том, чтобы постараться точным образом установить начала истинной религии, которая должна заменить ужасные суеверия церкви, в которые якобы верят нынешние христиане.

Как существо разумное, человек никогда не жил, не установив духовного взаимоотношения между своим существованием и бесконечным началом, которое мы называем богом. Это взаимоотношение, которое есть не что иное, как религия, всегда было силой, управляющей всеми сознательными поступками человека и всегда видоизменялось соответственно развитию человечества.

Истинное христианское учение в эпоху своего возникновения, значительно превосходившее уровень понимания масс, было воспринято в своем истинном смысле самым незначительным меньшинством.

Огромное большинство, привыкшее к религиозному обожанию светской власти, не могло понять этого учения в его истинном смысле и с легкостью восприняло мнимо-христианское учение, подделанное церковью, которое требовало лишь внешнего поклонения богу, святым, иконам и отчасти людям, облеченным сверхъестественными способностями.

Так продолжалось сотни лет, но с развитием общего просвещения, истинный христианский дух, скрытый под теми покровами, которыми облекла его церковь, начал всё более и более проступать на свет; становилось всё более и более явным противоречие между истинным христианским учением и властным режимом государства, поддерживаемого насилием. Вопреки всем усилиям государства и церкви примирить оба начала — истинного христианства (любовь, смирение, милосердие) и государственного управления (насилие, физическая сила, принуждение) — противоречие стало в наше время настолько очевидным, что то или иное разрешение этого жгучего противоречия не терпит отлагательства.

На это указывает целый ряд признаков: 1) религиозное движение, происходящее не только во Франции, но во всех христианских странах, 2) революция в России: и 3) изумительный военный и промышленный прогресс, всё более и более проявляющийся за последнее время в Китае и особенно в Японии.

Религиозное движение, происходящее теперь не только в католических странах, но и во всем мире, на мой взгляд не что иное, как родовые муки, предшествующие разрешению дилеммы: либо христианство со своими требованиями покорности богу, любви к ближнему, смирения, либо государство с необходимыми условиями его существования: покорности правительству, патриотизмом, законом возмездия и особенно армией с принудительной воинской повинностью.

Мне кажется, что во Франции есть стремление разрешить эту дилемму в пользу государства и в ущерб религии, не только католической, но против религии вообще, которая рассматривается большинством правящих классов как бесполезный пережиток прошлого, скорее вредный, нежели полезный для блага человечества нашего времени.

Та же дилемма является главной причиной революции в России. Всё, что теперь делается в России революционерами, лишь бессознательное стремление к разрешению дилеммы в пользу веры, т. е. уничтожение государства и всякой власти, основанной на насилии, и организации общества на религиозных и нравственных принципах, общих всем людям.

Третий признак скорого разрешения дилеммы государство или религия я вижу в необычайных военных и промышленных успехах, которые за последнее время уже достигли и продолжают достигать народы Дальнего Востока, не только свободные от внутреннего противоречия христианских государств, но исповедующие в высшей степени патриотическую религию поклонения предкам и власти обожествленного главы государства.

Успехи этих народов таковы, что если они будут продолжать развиваться в таких же размерах, то через несколько десятков лет уж не европейские государства будут диктовать свою волю народам Востока, а эти последние станут властелинами мира, христиане же — их вассалами. Иначе и быть не может, раз их религия и государственное устройство вполне согласованы.

Европейские народы начинают сознавать эту опасность. Именно это угрожающее поведение народов Востока и составляет третью причину, по которой дилемма религия или государство должна быть разрешена без отлагательства.

Одно из двух — либо отказаться вполне от сути истинной христианской религии, стереть последние следы ее — любовь к ближнему, смирение, братство, как это уже делается европейцами, и противопоставить жестокий патриотизм и рабское послушание патриотизму и пассивному послушанию восточных народов, или же полностью принять истинные христианские принципы любви к ближнему, смирения, непротивления злу и насилию и положиться не на физическую силу, но на волю божию, в полной уверенности, что высшее благо человека и человечества достигается только подчинением вечному закону, открытому нам в нашей совести, хотя пути, которыми приобретаются эти блага, скрыты от нас и нам непонятны.

Излишне говорить вам, на чьей стороне мои симпатии и стремления.

Вот мысли, которые пришли мне на ум при чтении вашей книги.

Прошу вас извинить меня, дорогой друг, за грубость моих выражений и за мой плохой французский язык, который вы снисходительно постараетесь понять.

Ваш друг

Лев Толстой.

7/20 ноября 1906.


Поль Сабатье (Charles Paul Marie Sabatier) — французский писатель-теолог. Толстой высоко отзывался о книге П. Сабатье «Vie de saint François d'Assise» («Жизнь Франциска Ассизского»), вышедшей в 1903 г.

Ответ на письмо Сабатье от 2 октября н. с. 1906 г. Над письмом к Сабатье Толстой работал две недели и переделывал его около десяти раз.

Окончив писание письма к Сабатье, Толстой решил не посылать его, так как оно показалось ему резким своими нападками на церковное учение. Однако Д. П. Маковицкий пишет, что через два дня Толстой вычеркнул из письма резкую фразу о М. Гюйо, чтобы не обидеть Сабатье, и послал письмо (ЯЗ, запись от 6 ноября 1906 г.). Вероятно, при отсылке письма Сабатье Д. П. Маковицкий снял с письма копию (см. ниже), на которой стоит дата 7/20 ноября 1906 г. Считая «Записки» Д. П. Маковицкого и снятую им копию самым достоверным из свидетельств по истории писания письма к Сабатье, публикуем письмо с этой датой.

Впервые опубликовано во Франции в газете «Siècle» в конце ноября 1906 г. В России опубликовано в ПТС, стр. 260—267, с пропуском первых трех фраз письма и с датой: «1906 г., ноября 6».

Письмо печатается по рукописи № 5, последней, над которой работал Толстой. В ГМТ имеется рукописная копия с письма к Сабатье, сделанная Д. П. Маковицким. Вероятно, это копия с того самого текста, который и был послан Толстым Сабатье. Копия Д. П. Маковицкого тождественна рукописи № 5, если не считать мелких расхождений грамматического характера.

Рукопись № 5 написана рукой Т. Л. Сухотиной, с многочисленными поправками Толстого. Она не имеет ни подписи, ни даты, которые даются по копии Д. П. Маковицкого. Кроме того, из текста письма исключен резкий отзыв Толстого о М. Гюйо, имеющийся в рукописи № 5, и помещен в примечаниях. Делается это на основании «Записок» Д. П. Маковицкого от 7 ноября 1906 г., где говорится, что Толстой при отсылке письма Сабатье вычеркнул вышеупомянутую фразу, и на основании копии Д. П. Маковицкого, где эта фраза написана и зачеркнута.


1 Толстой получил от П. Сабатье пересланные через П. И. Бирюкова три книги: Paul Sabatier, «A propos de la séparation de l’Eglise et de l'état», deuxième edition, Librairie Fischbacher, Paris, 1906 (Поль Сабатье, «По поводу отделения церкви от государства», изд. 2-е, издательство Фишбахер, Париж, 1906), и, повидимому, книгу французского философа Jean Marie Guyau (1854—1888) «L’irreligion de l’avenir» (Ж. М. Гюйо, «Неверие в будущем», 1886), а также одну итальянскую анонимную брошюру П. Тирреля, заглавие которой установить не удалось.

2 Вильям Эллери Чаннинг (1780—1842), американский богослов и автор книг религиозного, социального и этического содержания.

3 Фелисите Робер Ламмене (1782—1854), французский реакционный философ и публицист, проповедник христианского социализма.

4 Роф Уолдо Эмерсон (1803—1882), американский критик и поэт.

5 Зачеркнуто: Sans en exclure les idées peu claires de Mari Guyau [Не исключая неясных мыслей Мари Гюйо].

#### * 307. И. Вершинскому.

1906 г. Ноября 12. Я. П.


Ив. Вершинскому.

Я вполне разделяю мысли, высказанные в вашем письме, о том, что назначение человека в том, чтобы исполнить волю пославшего, а воля эта в том, что[бы] довести свою душу до высшей степени любви и самоотречения. При таком понимании жизни ответ на вопрос, к[оторый] вы делаете, ясен и прост. Вы спрашиваете: нужно ли образование христианину? Христианину иметь ли, не иметь образование — безразлично. Образование может быть полезно и вредно христианину так же, как может быть полезно или вредно христианину здоровье, физическая сила или какой-нибудь талант. Полезно мож[ет] б[ыть] образование, если оно будет орудием труда, что большей частью сомнительно, вредно же оно может быть и большей частью бывает теперь, когда оно заставляет забывать самые первые обязанности христианина — служение ближнему, и вызывает самомнение и гордость. Труд же истинный только тот, к[оторый] совершается не для себя, а для исполнения воли бога, и такой труд может быть бесконечно радостен.

Л. Толстой.

12 ноябр. 1906.[1]


Посылаю вам кое-какие книги.[2]


Печатается по копировальной книге № 6, лл. 160—161.

Ответ на письмо И. Вершинского (из Твери) от 30 октября 1906 г.


1 Дата написана рукой Ю. И. Игумновой.

2 Вершинскому были посланы три книги: Т. Бондарев, «Трудолюбие и тунеядство, или Торжество земледельца», с предисловием Л. Н. Толстого, изд. «Посредник», М. 1906; А. С. Пругавин, «Религиозные отщепенцы», вып. 1, изд. «Посредник», М. 1906, и Л. Н. Толстой, «Христианское учение».

#### * 308. П. Смолянскому.

1906 г. Ноября 12. Я. П.


Письмо ваше получено,[1] но я не отвечал на него, п[отому] ч[то] нашел мысли, выраженные в нем, неясными, отчасти неверными, и надеялся, что вы сами, более основательно вдумавшись в них и, главное, познакомившись со всем тем, что на эти же вопросы было отвечено величайшими умами человечества (особенно советовал бы познакомиться с Кантом), сами исправите свои ошибки и будете строже относиться к своим мыслям. Сам же я не имею возможности подробно отвечать на выраженные ваши мысли. Пожалуйста, без недоброго чувства примите совет старого человека как можно строже относиться к своим мыслям и как можно больше и глубже стараться понять мысли величайших умов, думавших о тех же вопросах.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 158—159. Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 12 ноября».

П. Смолянский в 1906 г. жил за границей: летом в Саксонии, в ноябре — в Берлине.

Ответ на письмо Смолянского от 17 ноября н. с. 1906 г.


1 Письмо от 7 июля н. с. 1906 г., в котором Смолянский излагал основные положения задуманного им философского сочинения.

#### * 309. А. С. Скутиной.

1906 г. Ноября 13. Я. П.


13 нояб. 1906.

Афанасья Семеновна,

Я прочел ваши стихи[1] и очень жалею, что должен огорчить вас. Стихи ваши нехороши и по форме и по содержанию. Всё это давно сказано и пересказано, и более искусно.

Советую вам бросить занятие сочинительством. Советую вам не презирать людей, окружающих вас, а постараться найти в них хорошее. Хорошее есть во всех людях. И его всегда можно увидать, если сам стараешься быть лучше, жить по-божьи. И сына не советую выводить из крестьянской среды. Крестьянская среда гораздо лучше и почтеннее среды ученых; посылаю вам несколько книг,[2] кот[орые] могут вам пригодиться.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 158—159.

Афанасия Семеновна Скутина (р. 1879) — крестьянка с. Хайдука Шогринской волости Ирбитского уезда Пермской губ.

Ответ на письмо Скутиной от 19 октября 1906 г.


1 Скутина послала Толстому четыре своих стихотворения: «Доля крестьянки», «Работница», «Сентябрь» и «Средь шумной столицы», в которых говорилось о тяжелой доле крестьянина и крестьянки, об их бедности, о заброшенности крестьянских детей, о нужде, голоде, холоде и непосильной работе.

2 Толстым были посланы Скутиной пять книг: Л. Н. Толстой, «Мысли мудрых людей», «Мысли о воспитании и обучении, собранные В. Чертковым», «Сказка об Иване дураке», Т. Бондарев, «Трудолюбие и тунеядство, или Торжество земледельца» и А. С. Пругавин, «Религиозные отщепенцы».

#### 310—311. В. Г. Черткову от 13 ноября (телеграмма и письмо).

#### * 312. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Ноября 14. Я. П.


Ну вот, милый Ив[ан] Ив[анович], посылаю вам переписанную всю статью о Шекс[пире], начиная с 3-ей главы, т[ак] к[ак] то вы можете взять с фельетона. Мы проверили — разницы нет. Я решительно не понимаю, как эта статья попала к Сытину,[1] и очень об этом жалею. Статью Кросби Маша разыщет и пришлет.

Целую вас.

Л. Толстой.

14 ноября.


Год написания письма определяется содержанием.

Ответ на письмо И. И. Горбунова-Посадова от 9 ноября 1906 г., в котором он просил Толстого прислать рукопись статьи «О Шекспире и о драме» для публикации ее в изд. «Посредник», хотя бы к сроку окончания статьи в «Русском слове», где было помещено сообщение о начавшемся печатании статьи.


1 Иван Дмитриевич Сытин (1851—1934), владелец крупного книгоиздательства в Москве, издатель газеты «Русское слово». Право публикации статьи Толстого «О Шекспире и о драме» продал И. Д. Сытину В. Г. Чертков. См. об этом письмо В. Г. Черткова Толстому от 3 декабря н. с. 1906 г.

#### 313. И. Ф. Наживину.

1906 г. Ноября 14. Я. П.


Получил ваше хорошее письмо, милый Иван Фед[орович]. Только отрешиться хорошенько от славы человеческой, установить твердые, всегда чувствуемые отношения с богом, с хозяином моей жизни, хорошенько, вполне отказаться от осуществления каких бы то ни было желаний, хорошенько проникнуться великим словом: fais ce que doit, advienne que pourra[1] или по-русски: «человек ходит, бог водит», и не будет заботы о том, Закхей[2] я или Будда. Я — Толстой или Наживин — хочу только одного, истинно хочу делать его волю, а что выйдет из моего хотенья, это не мое дело. Всё это ясно, когда есть полная искренность. Если же я не только Закхей, но фарисей в глазах людей, то это только тем лучше, чтоб я устанавливал свое отношение с одним богом. Не представляйте себе никакого своего внешнего положения, а только как можно чаще, особенно при сношениях с людьми, от жены и до генерал-губ[ернатора] и нищего, вспоминайте, кто вы, что вы обязаны, не обязаны, а что вам истинно хорошо для вашего блага делать, и вы будете совершенно спокойны: может быть, вырежете свое мясо для тигрицы, а может быть, будете сажать яблони и есть яблоки в своем саду.

Говорю вам от всей души и по опыту, милый друг. Главное, хорошенько отрешиться от заботы о последствиях своих поступков.

Посылаю вам письмо Суткового. Я прослезился, читая. Мне пришло в голову написать о страдающих от отказов воен[ной] службы.[3] Напишите мне поподробнее о тех, о кот[орых] вы знаете.

Прощайте, привет вашей жене. Пишите.

Л. Толстой.

14 ноября.


Впервые почти полностью опубликовано адресатом в его статье «О Льве Николаевиче» — «Международный толстовский альманах», изд. «Книга», М. 1909, стр. 167—168, и полностью в его книге «Из жизни Л. Н. Толстого», изд. «Сфинкс», М. 1911, стр. 141—142.

Ответ на письмо Наживина от 24 ноября н. с. 1906 г.


1 [делай, что должно, и будь, что будет]

2 По евангельскому преданию, богатый сборщик податей.

3 Толстой выполнил свое намерение значительно позднее: 10 февраля 1909 г. он написал обращение к заключенным за отказ от воинской повинности. См. т. 79, стр. 64—66.

#### 314. Н. Г. Сутковому.

1906 г. Ноября 14. Я. П.


14 ноя. 1906.

Милый друг Сутковой,

Насчет изданий делайте всё, как хотите. Это ваше, а не мое дело, и вы делаете его так хорошо, что мне незачем мешаться в него. Притом другие мысли занимают меня всё больше, мысли того же порядка, как и те, о кот[орых] вы пишете в конце письма.

Мысли эти до слез тронули меня, так они близки мне и радостны. «Пребывающий в любви пребывает в боге и бог в нем. Бога никто не видел нигде, но если мы любим друг друга, то он пребывает в нас». Любовь есть та самая живая форма, в к[оторой] мы можем постигнуть бога, или, другими словами, в к[отор]ой мы поднимаемся на высшую, доступную человеку степень сознания. И потому, понимая так жизнь и себя, мы не можем расходиться не только друг с другом, но ни с каким человеком в мире. Насчет же отношения к политике прочтите в Мыс[лях] м[удрых] л[юдей] день 13 ноября Лao-тзе. Только в конце прибавить, что в человеке простом, свободном от страстей и мало рассуждающем неизбежно проявится его сущность — любовь.

Много как будто хочется сказать вам, но думаю, что то, что хочется сказать, я услышал от того, кто говорит и с вами и скажет вам то же самое.

Очень радостно иметь таких друзей, как вы, и Карт[ушин],[1] и Фельтен, и, слава богу, еще много. — Ваша мысль о Дымшице навела меня на мысль написать о всех религиозных людях, страдающих теперь.[2] Знаете ли вы про Куртыша — солд[ата,] кот[орый], поняв закон от Икон[никова], отказался служить. Его отдали в дисциплинарный батальон. Когда его пугали теми муками, кот[орыми] его будут мучать, он говорил только: я за них буду молиться. Вот наши учителя.

Лев Толстой.


Что такое: обращение к р[усским] людям Черткова?[3] не есть ли это «Что же делать?».


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 162—163. Впервые опубликовано без последней фразы в ПТС, I, №249, с неверной датой: «4 ноября».

Ответ на письмо Суткового от 11 ноября 1906 г., большая половина которого опубликована И. Ф. Наживиным в его статье «О Льве Николаевиче» — «Международный толстовский альманах», изд. «Книга», М. 1909, стр. 168—169.


1 Петр Прокофьевич Картушин (1879—1906), богатый донской казак, одно время разделявший религиозно-нравственные взгляды Толстого. В 1906 г. работал в издательстве «Обновление».

2 См. прим. 3 к письму № 313.

3 Сутковой писал, что «на днях здесь должно выйти «Обращение к русским людям» в издании Чертковых». Речь идет о статье Толстого «Обращение к русским людям. К правительству, революционерам и народу». См. т. 36, стр. 710—713.

#### * 315. Д. Т. Дядюхе.

1906 г. Ноября 16. Я. П.


Дмитрию Т. Дядюхе.

Я прочел ваше письмо с вниманием и интересом и очень сожалею, что мои слова вызвали в вас неприятное чувство.

Посылаю вам составленную мною из 4-х Евангелий книгу.[1] В предисловии к ней вы увидите, как я понимаю учение Христа и почему я не признаю всего, что находится в признаваемых церковью 4-х Евангелиях.

Посылаю также брошюру о том, как я советую читать Евангелия.[2]

Из этих книг вы увидите, почему и как я верю в учение Христа, но не принимаю многое из того, что говорится о нем.

Любящий и уважающий вас брат

Лев Толстой.

16 ноября 1906.


Дмитрий Т. Дядюха — крестьянин с. Гайдаковки Александрийского уезда Херсонской губ. В 1906 г. жил в Одессе.

Ответ на письмо Дядюхи от 11 ноября 1906 г.


1 «Соединение, перевод и исследование четырех евангелий».

2 «Как читать евангелие».

#### * 316. Н. Ф. Погребному.

1906 г. Ноября 17. Я. П.


Если вы любите девушку и она любит вас, то надо жениться: если же это почему-нибудь невозможно, то надо постараться прекратить всякие отношения.

Что же до военной службы, то вы так же хорошо знаете, как и я, что должно и чего не должно. Насчет же того, достанет ли у вас силы для того, чтобы твердо и спокойно перенести гонения за отказ, это можете знать вы одни. Одно, любя вас, советую вам: не делайте ничего для людей, для славы людской. «Смотрите, мол, какой я!» А то, что будете делать, делайте для бога. И ежели не осилите поступить по-божьи, то не оправдывайте себя, а знайте, что поступили нехорошо по своей слабости, и не признавайте неправого правым. Исполняйте по мере сил волю бога, и чем ближе будете к исполнению, тем лучше будет ваша жизнь.

Любящий вас

Лев Толстой.

17 ноя. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 166—167.

Никита Федорович Погребной (р. 1886) — крестьянин станицы Ильской Кубанской области, столяр. Писал Толстому дважды и дважды получал ответ. Автограф второго письма Толстого Погребному был у него украден, и текст и дата его неизвестны. Был у Толстого в Ясной Поляне 7 и 14 ноября 1907 г., беседовал с ним и получил несколько книг.

Ответ на письмо Погребного от 12 ноября 1906 г.

#### * 317. Н. Дубянской.

1906 г. Ноября 19. Я. П.


Мои убеждения о том, как каждому человеку надо жить, я выразил, как умел, в моих книгах и ничего иного, как то, что там сказано, сказать не могу. Посылаю вам одну из них.[1]

Лев Толстой.


Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 19 ноября».

Нина Дубянская (р. 1890) — в 1906 г. училась в последнем классе гимназии в Двинске.

Ответ на письмо Дубянской от 10 ноября 1906 г.

1 На конверте письма Дубянской рукою Толстого написано и зачеркнуто: Отв[ечу] сам. Послать жизнь и уч[ение] Иис[уса].

#### * 318. Е. И. Дымшицу.

1906 г. Ноября 20. Я. П.


Получил ваше письмо и очень благодарен вам за него. Если можете, пожалуйста пишите мне и о внешних условиях вашей жизни и о внутреннем душевном состоянии. Очень часто с любовью думаю о вас. Нынче, 20 ноября, читая по своему обыкновению Круг чтения, подумал о вас. Есть ли у вас последний том Кр[уга] чт[ения]? На всякий случай посылаю его вам.

Не могу ли чем служить вам?

Лев Толстой.

1906. 20 ноября.


Ответ на письмо Дымшица от 31 октября 1906 г.

#### 319. Я. Г. Коткову.

1906 г. Ноября 20. Я. П.


Яков Григорьевич,

Положение ваше очень трудное. Я очень сочувствую вам. Но советовать ничего другого не могу, как то, чтобы терпеливо нести посланный вам богом крест. Не думаю, чтобы развод и вторичная женитьба облегчило бы ваше положение. Претерпевый до конца спасен будет.

Лев Толстой.

20 ноября 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 167. Впервые опубликовано в газете «Безбожник».

Ответ на письмо от 11 ноября 1906 г., в котором Котков сообщал о трудностях своей жизни: жена сошла с ума, осталось 5 человек детей, старшему из которых 14 лет.

#### * 320. Н. Г. Теплову.

1906 г. Ноября 20. Я. П.


Получил вашу статью и рисунки, любезный Николай...... (простите за забывчивость), и отвечаю совершенно правдиво, за что тоже прошу простить меня. Я просмотрел вашу статью и рисунки и, во-1-х, не компетентен, а во-2-х, не интересуюсь этим. Желаю вам всего хорошего и, по правде сказать, более соответствующего вашим силам и образованию занятия.

Пожалуйста, не сердитесь на меня и верьте, что руководило мной в отношении к вам доброе расположение и уважение.

Лев Толстой.


Рисунки и статью возвращаю.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 168—169. Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 20 нояб.».

Ответ на письмо Теплова от 16 ноября 1906 г., которое он посылал вместе со своей статьей об архитектуре и рисунками комнат.

#### * 321. Эйльмеру Мооду (Aylmer Maude).

1906 г. Ноября 21. Я. П.


Я получил ваше письмо и спешу ответить.

Прилагаю вам вырезки из статьи с теми изменениями, кот[орые] вы находите нужными. Кроме того, я послал вам телеграмму,[1] кот[орую] вы, вероятно, давно уже получили, с просьбою выпустить то, что вы найдете нужным.

Очень благодарю вас за замечания и за труд перевода и дружески жму руку.

Лев Толстой.

21 ноября 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 170—171.

Ответ на письмо от 28 ноября н. с. 1906 г., в котором Моод, работавший в то время над переводом статьи Толстого «О значении русской революции», просил исключить из статьи две фразы как «совершенно неправильные». (Одна: «Всякий депутат всегда начинает свое вступление во власть подкупом, спаиванием...» и другая: «Существует определенная цена местам в парламенте, существуют дельцы, устраивающие эти сделки кандидата с избирателями».)

При выпуске статьи на английском языке (в книге: Leo Tolstoy, «The Russian Revolution», изд. «The Free Age Press», Christchurch, Hants, 1907, стр.1—52) Толстой исключил только вторую из приведенных в письме Э. Моода фраз.


1 Телеграмма Толстого Мооду неизвестна.

#### * 322. Н. А. Альмединген. Неотправленное.

1906 г. Ноября 22? Я. П.


Очень сожалею, что не успел послать вам раньте написанную для вашего сборника[1] статейку.[2] Очень рад буду, если она вам пригодится.

Прошу передать мой привет вашему батюшке.

Лев Толстой.


Датируется содержанием: статью «Верьте себе» Толстой окончил 22 ноября 1906 г. См. т. 37.


1 Юбилейный номер журнала для детей и юношества «Родник», вышедший в свет в декабре 1906 г. См. письмо № 252.

2 Письмо Толстого и статья «Верьте себе» не были отправлены H. A. Альмединген, вероятно, вследствие того, что 19 ноября 1906 г. тяжело заболела гостившая в Ясной Поляне Мария Львовна Оболенская (см. прим. 2 к письму № 328).

По поводу статьи «Верьте себе» Толстой писал Альмединген вторично 3 декабря 1906 г. Впервые статья была напечатана в «Русском слове» 1907, № 297 от 8 декабря.

#### * 323. И. П. Борунову.

1906 г. Ноября 25. Я. П.


Иван Павлович,

Вы пишете, что желали бы знать мое мнение о том, правы ли вы, и если не правы, то в чем именно. Вы неправы в том, что смешиваете — как и почти все теперь это делают — добро и выгоду людскую. Если дело идет только о выгоде, то, разумеется, надо рабочим соединиться и разгромить богатых и отобрать у них то, что они захватили, и побить тех, к[оторые] будут противиться; но если дело идет о добре, о том, как не то что устроить добрую жизнь всех людей (никто не может устроить жизни всех людей), а каждому из нас жить доброю жизнью, то надо поступать совсем иначе, чем так, как мы бы поступали для выгоды своей и для отместки тем людям, которые так долго всячески обижали нас.

Для того, чтобы жить доброю жизнь[ю,] надо не ненавидеть людей и не стараться наказать их, а любить и прощать. Ваше же письмо всё дышит злобой против людей, и злоба эта может пригодиться для личной и временной выгоды некоторых, но может быть всегда только вредна для всех людей.

Вот в этом вы неправы.

Лев Толстой.

25 нояб. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 172—173.

Иван Павлович Борунов (р. 1853) — рабочий. С двенадцати лет поступил в ученье к хозяину, позднее работал на железных дорогах и на различных заводах. В 1906 г. служил в модельных мастерских завода Гартмана в Луганске.

Ответ на письмо Борунова от 18 ноября 1906 г., осуждающее Толстого за теорию непротивления злу насилием: «Можно ли надеяться достигнуть благих результатов, не сопротивляясь активно произволу правящих нами, да и в силах ли человеческих выдержать, не вступиться в защиту избиваемых, насилуемых близких людей... А сколько их — один бог ведает. Сколько одних мужиков, пропадающих с голоду, сколько засажено по тюрьмам и сколько безвинно страдающих, оторванных от семьи, которой они были единственной поддержкой. И семьи остались на произвол судьбы, и правители наши не только сами не идут на помощь голодающим, а не позволяют и частным лицам помогать им... Как же тут не противиться злу, ведь подумайте только, сколько веков трудящийся рабочий народ не противился произволу правителей, начальников, хозяев заводов и фабрик. И чего же он достиг этим? Только того, совсем было задавили и физически и нравственно... Теперь же за короткое время, как только рабочий люд стал приходить в сознание и противиться активно, — уже не то совсем... И сейчас слава богу рабочий народ воспрянул духом и почувствовал себя человеком, а не рабочим скотом, каким нас недавно считали наши эксплуататоры. Все это благодаря, хотя еще и неполной, организации рабочего народа, неполной, потому что еще много есть среди нас бессознательного, темного народа. Но мы не теряем надежды, что со временем, бог даст, все придут в сознание, что в союзе наша сила».

#### * 324. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Ноября 25. Я. П.


Милый Ив[ан] Иванович,

Спасибо вам за замечание, я воспользовался им и заменил так:

«......таких людей, тем всё меньше и меньше становилось бы зла на свете и всё больше и больше осуществлялось бы то царство божие на земле, к которому неудержимо стремятся все сердца человеческие».[1] Духоборам скажите, что если они приедут без ночевки, то я очень рад буду их видеть.[2]

В Шекспире[3] латинские слова и вообще иностранные перевраны.

Радуюсь на вашу добрую и бодрую деятельность. Не нужно ли вам письмо китайцу?[4]

Л. Толстой.


Датируется на основании пометы на письме И. И. Горбунова-Посадова: «Отв. 25 нояб.».

Ответ на письмо И. И. Горбунова-Посадова от 24 ноября 1906 г.


1 Приводимые здесь слова — окончательная редакция заключительной фразы статьи Толстого «Что же делать?», печатавшейся «Посредником». См. т. 36, стр. 730.

2 Приехавшие из Америки в Россию духоборы хотели посетить Толстого. См. письмо № 336.

3 Статья Толстого «О Шекспире и о драме», издававшаяся в 1906 г. «Посредником».

4 Письмо китайцу Ку Хун-мину (см. т. 36) в русском оригинале впервые было напечатано «Посредником» в 1907 г.

#### * 325. С. Зубаревскому.

1906 г. Ноября 25. Я. П.


Самуилу Зубаревскому.

Направьте все свои силы на внутреннее, духовное совершенствование, на освобождение себя от соблазнов животной природы, от тщеславия — заботы о мнении людей и не думайте, что внешнее изменение вашей жизни может подвинуть вас на пути добра. Внешние изменения жизни только тогда плодотворны, когда они являются необходимым последствием внутреннего изменения. Поставьте выше всего требование любви ко всем людям, и исполнение этих требований приведет вас к той форме жизни, к[отор]ая соответствует этому исполнению, а не к той, к[отор]ую вы себе воображаете и вперед облюбуете.

Есть ли у вас Мысли мудр[ых] людей? Прочтите нынешний день, 25 ноября. Желаю вам безостановочно итти по тому пути, к[оторый] вы избрали. Это единственный узкий [путь], ведущий в жизнь.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 174—175. Датируется на основании пометы на конверте письма адресата: «Отв. 25 нояб.».

Самуил Маркович Зубаревский (р. 1890) — в 1906 г. учился в 6-м классе Киевской мужской гимназии.

Ответ на письмо от 16 ноября 1906 г., в котором Зубаревский писал, что его попытки жить согласно учению Толстого вызывают насмешки окружающих, да и сам он не знает, как «выйти из положения буржуя в положение более или менее человека».

#### * 326. В. С. Михайловой.

1906 г. Ноября 25. Я. П.


Получил ваше последнее письмо и с интересом и удовольствием прочел его. На вопрос же ваш, присылать ли мне вашу статью,[1] отвечаю отрицательно. Я думаю, что она может быть интересна и полезна многим и потому советовал бы вам напечатать ее. Для меня же она не может представлять никакого интереса. Всё мое миросозерцание, с к[оторым] я живу десятки лет и с к[оторым] всякий день с полным спокойствием ожидаю смерти, таково, что действительно существующим для меня есть только духовное; тело же есть ограничение духа и не имеет в себе, по моему понятию, ничего реального.

Если путь, по к[оторому] я пришел к тому радостному и вполне удовлетворяющему меня сознанию, в к[отором] нахожусь, ошибочен по мнению других людей, то это для меня совершенно безразлично, так же, как безразлично бы было для человека, пришедшего домой, доказательства о том, что он шел не по настоящей дороге. Главное же то, что я не только не желаю заставить вас принять мои взгляды, но совершенно искренно желаю вам полного и радостного успокоения в том миросозерцании, к[отор]ое вы усвоили, и потому думаю, что и другим людям было бы справедливо и добро так же относиться и ко мне.

Пожалуйста, не сердитесь на меня за мой отказ и постарайтесь удержать ко мне то же доброе чувство, к[отор]ое было прежде и которым я дорожу и с к[отор]ым отношусь к вам. Это доброе чувство человека к человеку дороже всяких рассуждений и доказательств.

Лев Толстой.

25 нояб.

1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 179—180.

Ответ на письмо Михайловой от 22 ноября 1906 г.


1 Статья давала толкование «понятиям истины и христианства». Заглавие статьи неизвестно.

#### * 327. В. Остапенко.

1906 г. Ноября 25. Я. П.


Господину В. Остапенко.

Милостивый государь,

Деньги 243 р. 22 к. были мною получены в свое время, но письмо, при котором были отправлены деньги, затерялось у меня, так что я, не зная, куда послать извещение о получении денег, послал его в Ханькоу к русскому консулу,[1] прося передать его в Кружок. Письмо это, как видно, не дошло до вас. В письме этом я благодарил за присылку денег, дающую мне возможность быть посредником в помощи нуждающимся, и обещал употребить эти деньги по назначению, что я исполнил, разделив эти деньги между самыми нуждающимися вдовами солдат, погибших или ставших не способными к труду в двух волостях, ближайших ко мне, Ясенковской и Басовской.

Очень сожалею, что моя неаккуратность причинила вам беспокойство.

Лев Толстой.

1906. 25 ноября.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 176.

В. Остапенко — в 1906 г. был секретарем русского литературно-художественного кружка в Ханькоу (Китай).

Ответ на письмо Остапенко от 22 октября 1906 г., в котором он писал от имени комитета русского литературно-художественного кружка в Ханькоу о посылке Толстому 24 января 1906 г. чека на 243 р. 22 коп. с просьбой употребить эти деньги на оказание помощи сиротам воинов, павших в русско-японскую войну.


1 В 1906 г. русским консулом в Ханькоу был Андрей Николаевич Тимченко. Письмо Толстого к нему неизвестно.

#### 328. Г. А. Русанову.

1906 г. Ноября 25. Я. П.


25 нояб. 1906.

Спасибо вам, милый друг Гаврила Андреевич, что написали мне. Если я давно не писал вам, то это не значит, чтобы я не думал о вас и, как всегда, с любовью и благодарностью. Ал[ександр] Петр[ович]1 рассказывал мне про вас. Вы пишете, что у вас в дне не бывает больше 2-х часов с свободной головой. Я думаю, что мысли, работа этих часов по качеству возмещает продолжительность. Я это испытываю. Но кроме умственной деятельности есть еще состояние сознания и вот это-то состояние сознания, я по себе сужу, становится всё глубже, всё дальше от мира и ближе к богу. — Зачем страдания, к[отор]ые посещают вас? Не знаю, но верю, что они нужны и благо. У меня сейчас тяжелая, почти смертельная болезнь Маши (крупозное воспаление легких).[2] Ждем на этих днях кризиса. Целую вас и ваших детей и внуков. Нынче видел их во сне.

Старый и верный друг ваш Л. Толстой.


Впервые опубликовано в «Вестнике Европы» 1915, 4, стр. 20—21.

Ответ на письмо Русанова от 11 ноября 1906 г.


1 Александр Петрович Иванов (ум. 1911), отставной артиллерийский поручик, временами жил в Ясной Поляне в качестве переписчика произведений Толстого. Незадолго до получения Толстым письма Русанова (8 ноября) Иванов приезжал в Ясную Поляну.

2 Мария Львовна Оболенская (р. 1871), гостившая в Ясной Поляне с 25 августа 1906 г., 19 ноября 1906 г. заболела крупозным воспалением легких. В ночь на 27 ноября умерла. См. письмо № 332.

#### * 329. С. И. Семенову.

1906 г. Ноября 25. Я. П.


Сергей Ионович,

На вопрос ваш о том, так ли вы понимаете евангелие, не могу дать вам никакого ответа, так как ваше очень интересное рассуждение касается не евангелия, а личности Христа. О чувствах же и мыслях этого лица, как вы сами говорите, знает только бог. Для меня важно было и продолжает быть в евангелиях духовное и нравственное учение Христа человека, подверженного всем слабостям и искушениям всякого человека, и если бы мне было доказано, что Христос не только отступал от своего учения, но и совершал дурные поступки, это ни на волос не ослабило [бы] мое согласие с его учением, совпадающим со всею мудростью и древнего, и нового, и восточного, и западного мира, и с требованиями моего разума и сердца. Личность Христа важна для тех, кто считает его богом, для считающих же его человеком важно только его учение.

С совершенным уважени[ем] готовый к услугам

Лев Толстой.

25 ноября

1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 172—173.

Сергей Ионович Семенов — крестьянин; в 1906 г. жил в Петербурге.

Ответ на письмо Семенова от 22 ноября 1906 г.

#### 330. В. Г. Черткову от 26 ноября.

#### * 331. И. Д. Корнейчику.

1906 г. Ноября 27. Я. П.


Ив. Д. Корнейчику.

27 нояб. 1906 г.

Очень советую вам узаконить браком ваши отношения с NN. Оттолкнуть ее от себя, не признать своим ее ребенка было бы дурным поступком, в котором вы бы всегда раскаивались, если бы вели нравственную жизнь, и не раскаивались бы только в том случае, если бы огрубели нравственно, что хуже всего. Советую вам, раз навсегда — не скажу простить, п[отому] ч[то] вам нечего прощать: она не виновата перед вами — а забыть, не позволять своей мысли останавливаться на том, что она вам открыла, и помнить свои вины, хотя и в другом, перед нею и перед богом. Когда вы сошлись с нею, вы не могли знать ее прошедшего и в поступке своем были так же виновны, как и она. «И не простит вам Отец прегрешения ваши, если каждый из вас не простит брату все прегрешения его». Совет свой я даю вам не в виду вашего мирского благополучия: очень может быть, что вы, женившись, испытаете много тяжелого, но если вы поступите, как я советую вам, не в виду мирских целей, а во имя исполнения воли бога, то что бы с вами ни случилось, вы будете испытывать сознание исполненного долга, к[отор]ое дороже и важнее для жизни всех внешних благ. Если вы человек религиозный, то вы поймете меня.

Если же нет и религия не служит для вас руководством поступков, то советую вам выработать в себе такое отношение к богу, из которого вытекали бы ваши решения. Если вы выработаете в себе такое отношение, то решение ваше не может быть иным, чем то, к[отор]ое я вам предлагаю. От души желаю вам истинного блага, к[отор]ое приобретается только следованием воле и закону бога.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 185—186.

И. Д. Корнейчик (р. 1885) — в 1906 г. учитель народного училища села Мышицы Гродненской губ.

Ответ на письмо от 18 ноября 1906 г., в котором Корнейчик рассказывал о своих отношениях с местной учительницей.

#### 332. В. А. Щуровскому. Телеграмма.

1906 г. Ноября 27. Я. П.


Маша тихо скончалась двенадцать ночи.[1]

Толстой.

Печатается по публикации в «Летописях», 2, стр. 231.

Владимир Андреевич Щуровский (1852—1939) — известный терапевт. Лечил Толстого в 1902 г. в Гаспре и во время его предсмертной болезни в Астапове.


1 См. прим. 2 к письму № 328

#### * 333. П. А. Буланже.

1906 г. Ноября 29? Я. П.


Часто думаю о вас, милый друг П[авел] А[лександрович]. И странное дело, два раза в уме писал вам и собирался написать, когда первый раз было получено ваше письмо Маше[1] (как больно еще произносить это имя. Сейчас плачу), и второй раз 3-го дня, когда было получено ваше мне. Сказать вам много хочется, но могу сказать всё в одном слове: люблю вас хорошей любовью, и желаю, и верю в ваше сердце, и знаю, что вы идете к отцу и придете. Целую вас.

Лев Толстой.


Печатается по лл. 188—189 из копировальной книги № 7. Листы вырезаны и хранятся отдельно. Датируется по оглавлению копировальной книги № 7.

Ответ на письмо Буланже от 27 ноября 1906 г., вызванное известием о смерти М. Л. Оболенской.


1 Письмо П. А. Буланже к М. Л. Оболенской неизвестно.

#### * 334. А. И. Кудрину.

1906 г. Ноября 29. Я. П.


29 нояб. 1906 г.

Близкий моему сердцу брат Андрей Кудрин. Получил сейчас твое письмо от 4 ноября. Нынче 29, так что суд уже, вероятно, кончился. Помогай тебе бог, живущий в тебе, нести взятый тобою крест. Если можно, очень прошу тебя, любезный брат, извещай меня о твоем телесном и, главное, духовном состоянии. Письмо это передаст тебе или перешлет внук моей сестры.[1] Посылаю тебе также книги. Желаю, чтобы они отвечали на требования твоей души так же, как они действуют на меня, поддерживая меня на пути жизни по воле бога. Братски целую тебя.

Любящий и уважающий тебя брат

Лев Толстой.


Печатается по лл. 188—189 из копировальной книги № 7. Листы вырезаны и хранятся отдельно. Датируется по оглавлению копировальной книги № 7.

Ответ на письмо от 4 ноября 1906 г., в котором Кудрин сообщал, что 28 ноября его будут судить в Киевском военном окружном суде.


1 Юрий Леонидович Оболенский, внук М. Н. Толстой.

#### * 335. Н. Л. Оболенскому.

1906 г. Ноября 27...30. Я. П.


Я боюсь, что расплачусь с тобой говорить, а сказать хочется и нужно, что ты мне теперь еще гораздо ближе, чем был прежде. И думаю, что тебе легко будет смотреть на меня как на отца, как и мне на тебя как на сына.

Подумаем вместе, как ты будешь жить теперь. Когда осилим, то поговорим.


Датируется на основании пометы H. Л. Оболенского на автографе: «Ноябрь 1906 г. После смерти Маши Л. Н. передал мне это письмо».

#### * 336. П. В. Веригину.

1906 г. Ноября 30. Я. П.


Не отвечал вам телеграммой, милый Петр Васильевич, п[отому] ч[то] письмо ваше застало меня во время болезни дочери. — Очень рад буду видеть вас и ваших друзей.[1]

Лев Толстой.

30 ноября 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 187.

Петр Васильевич Веригин (1862—1924) — руководитель кавказских духоборов, в 1898—1899 гг. переселившихся в Канаду.

Ответ на письмо Веригина из Москвы от 24 ноября 1906 г., в котором он от имени шести приехавших из Канады для свидания с Толстым духоборов просил разрешения посетить Ясную Поляну.


1 Духоборы пробыли в Ясной Поляне с 6 до 10 декабря 1906 г.

#### * 337. Ф. Ф. Куклярскому.

1906 г. Ноября 30. Я. П.


30 ноября 1906 г.

Ф. Ф. Куклярскому.

Мысли, выраженные вами в письме, слишком неопределенны для того, чтобы можно было судить о верности или неверности их. Если вы захотите разработать и изложить их, то советую вам отдать их в печать через философское общество. Мне же не советую присылать их, т[ак] к[ак] если они будут изложены в печатном сочинении, я прочту их и тогда, если вас интересует мое мнение, скажу его. Вообще же не советовал бы вам заниматься метафиз[ическими] вопросами независимо от вопросов жизненных. Решение этих вопросов — то или иное (хотя оно по существу дела не может быть полное и несомненное) бывает нужно для обоснования этических положений, но решение этих вопросов само по себе отдельно, хотя и кажется часто очень важным делом, бывает большей частью самым пустым занятием. Пожалуйста, примите это мое письмо с тем же добрым чувством братского серьезного общения, с к[оторым] я пишу его.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 190—191.

Ответ на письмо Куклярского (из Таганрога) от 26 ноября 1906 г.

#### * 338. Н. И. Шемаеву.

1906 г. Ноября 30. Я. П.


30 ноября 1906 г.

Книгу, о которой вы пишете, я не знаю, но смело советую вам не читать ее. Пришествие Христа, т. е. осуществление закона бога, совершается в душах наших и другого никакого нет и не может быть.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 190.

Николай Иванович Шемаев (1840—1913) — учитель, в 1906 г. содержал народную школу на окраине г. Харькова.

Ответ на письмо Шемаева от 21 ноября 1906 г., в котором он просил у Толстого совета, стоит ли ему читать книгу полковника Ф. К. Бейника «Бодрствуйте! Се гряду скоро. Второе пришествие спасителя в 1932—1933 гг.».

#### * 339. Л. Малори (L. Meallory).

1906 г. Декабря 2. Я. П.


Lucy Meallory.

Dear friend,

I received your portrait and thank you heartily for it.

Yours truly

Leo Tolstoy.

2 Dec. 1906.


Люси Малори.


Дорогой друг,

Я получил ваш портрет и сердечно за него благодарю.

Искренне ваш

Лев Толстой.

2 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 178. Дата Толстого по старому стилю, что определяется почтовым штемпелем письма адресата (Тула, 20 ноября 1906 г.), а также расположением письма Толстого в копировальной книге.

О Люси Малори (Lucy Meallory) см. т. 75, письмо № 224.

Летом 1906 г. Толстой послал Малори в подарок свою фотографию. В ответном письме от 8 ноября н. с. 1906 г. Малори выслала Толстому свою фотографию.

#### 340. Т. Синклэру (Т. Sinclair).

1906 г. Декабря 2/15. Я. П.


Dear Sir,

I received your letter and the parcel with different papers. I am very much gratified to know that your opinion on Shakespeare and his fame quite coincide with mine.[1] I looked through the papers that you sent me and am sorry not to have found there the first volume of your book.[2]

Yours truly

Leo Tolstoy.

2 Dec.

1906.


Милостивый государь,

Я получил ваше письмо и посылку с различными статьями. Мне очень приятно, что ваше мнение о Шекспире и его славе совершенно совпадают с моим.[1] Я просмотрел материалы, которые вы мне прислали, и очень сожалею, что не нашел среди них первого тома вашей книги.[2]

Преданный вам

Лев Толстой.

2 дек.

1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 177. Дата Толстого старого стиля. Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 227.

Джон Джордж Толлемах Синклэр (John George Tollemache Sinclair) (p. 1825) — английский аристократ, автор переводов на французский язык Теккерея, Байрона, Омара Хайяма и Э. Арнольда.

В яснополянской библиотеке сохранилось несколько книг Т. Синклэра на английском и французском языках, присланных автором Толстому.

Ответ на письмо Синклэра от 1 декабря н. с. 1906 г.


1 Т. Синклэр читал английский перевод статьи Толстого «О Шекспире и о драме» в «The Nineteenth Century Review». См. прим. 2 к письму № 7.

2 Т. Sinclair, «Larmes et sourires», v. I, Paris, 1884, в котором содержатся заметки Синклэра о Шекспире. В яснополянской библиотеке сохранился этот том в издании 1910 г.

#### * 341. Г. Уэллсу (H. Wells).

1906 г. Декабря 2. Я. П.


H. G. Wells.

Dear sir,

I have received your letter and your books and thank you for both.

I expect great pleasure in reading them.

Yours truly

Leo Tolstoy.

2 Dec. 1906.


Милостивый государь,

Я получил ваше письмо и книги и благодарю за то и за другое. Надеюсь прочесть их с большим удовольствием.

Искренне ваш

Лев Толстой.

2 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 178. Дата Толстого старого стиля, что определяется местоположением письма в копировальной книге.

Герберт Уэллс (Herbert Wells, 1866—1946) — английский писатель, автор многочисленных научно- и социально-утопических романов.

Ответ на письмо Уэллса от 21 ноября 1906 г.: «Мой друг Эйльмер Моод сказал мне, что вам интересно будет просмотреть две-три моих книжки. Я никогда не посылал вам своих книг, потому что представляю себе, что вас затопляет поток книг, преподносимых вам каждым мальчишкой-писателем Европы и Америки. Теперь я посылаю вам рассказ «Love and Mr Lewisham», сборник коротких рассказов «The Plattner story», роман «The war of the worlds» и книгу социологических рассуждений «A Modern Utopia», которую м-р Моод специально просил не посылать вам, так как он говорит, что вы не любите утопий. Но, во-первых, она непохожа на другие, а во-вторых, лучше вам сразу узнать все плохое обо мне. От души надеюсь, что этот град книг не наскучит вам ни в малейшей степени. Думаю, что я прочел около восьмидесяти ваших произведений, все, которые возможно было достать на английском языке. «Война и мир» и «Анна Каренина», на мой взгляд, самые великолепные и всеобъемлющие произведения из всех тех, которые я имел счастье прочесть».

#### * 342. H. А. Альмединген. Неотправленное.

1906 г. Декабря 3. Я. П.


Очень сожалею, что не успел послать вам раньше написанную для вашего сборника статейку.[1] Очень рад буду, если она вам пригодится.

Лев Толстой.

3 дек. 1906.


1 Статья «Верьте себе». См. письмо № 322. Вероятно, Толстой не послал статьи.

#### 343. Э. В. Эллису (E. W. Ellis).

1906 г. Декабря 3/16. Я. П.


E. W. Ellis.

Dear sir,

I quite agree with you about Shelley.[1] He has not given all what he could and certainly would have given to the world. He had the highest aspirations and was always bold and true.

I was glad to know that you agree with my opinion of the merit of Shakespeare’s work.

Yours truly

Leo Tolstoy.

3 Dec.

1906.


Э. В. Эллису.


Милостивый государь,

Я совершенно согласен с вами относительно Шелли.[1] Он не дал того, что мог бы дать и, конечно, дал бы миру. У него были самые возвышенные стремления, и он был всегда искренен и смел.

Рад был узнать, что вы согласны с моим мнением о достоинствах сочинений Шекспира.

Преданный вам

Лев Толстой.

3 дек.

1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 183. Дата Толстого старого стиля, что определяется почтовым штемпелем письма адресата. Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 241—242.

Ответ на письмо Э. В. Эллиса (из Суффолка, Англия) от 29 ноября н. с. 1906 г.


1 Перси Биши Шелли (1792—1822), английский поэт.

Эллис писал, что считает Шелли «величайшим поэтом Англии».

#### 344. Неизвестному.

1906 г. Декабря 6. Я. П.


Не советую вам изменять внешние формы вашей жизни. Внешние формы безразличны для усиления требований духовной жизни. И внешние формы неизбежно изменятся соответственно усилению духовных требований. А благо и своей жизни и служение благу других достигается только этим усилением в каких бы то ни было условиях.

Лев Толстой.

6 дек. 1906.


Впервые опубликовано в газете «Русское слово» от 2 октября 1910 г.

#### * 345. Е. И. Дымшицу.

1906 г. Декабря 10. Я. П.


Дорогой брат,

Не могу не радоваться вашему освобождению. Вы спрашиваете моего совета об избрании образа жизни. Я думаю, что никогда не надо рассудочно изменять образ жизни и деятельность, если только она не прямо противна нравственно-религиозным требованиям. Думаю, что в каждой такой деятельности, если только вкладывать в нее главные требования христианской жизни: любви к людям и служения им, — можно найти удовлетворение самым высшим запросам души. Если же деятельность эта окажется несовместимой с этими требованиями, то она сама собой прекратится и заменится другою. Я разумею то, что если вы, давая уроки, будете вместе с тем передавать ученикам те жизненные истины, к[оторые] могут облегчить и улучшить их жизнь, то вы и в давании уроков найдете удовлетворение, если же такого рода приемы лишат вас уроков, тогда, я думаю, сама собой предстоит другая деятельность. Я против того, чтобы рассудочно избирать наилучшую деятельность. Все деятельности в нашем обществе несвободны от греха. И потому за исключением прямо противных добру: солдатство, суд, ростовщиче[ство], кабачнич[ество] и т. п., все деятельности таковы, что во всех можно жить более или менее христианской жизнью и не в зависимости от деятельности, а от своего усилия исполнения воли бога.

Любящий вас Л. Толстой.


Датируется по инвентарной книге за 1906 г.

Ответ на письмо Ефима Иосифовича Дымшица от 30 ноября 1906 г., в котором он сообщал, что врачи признали его негодным к военной службе и освободили от нее.

#### * 346. А. П. Ельчаниновой.

1906 г. Декабря 10. Я. П.


Очень жалею, что не могу исполнить вашего желания. Я всегда удивляюсь тем просьбам — как и ваша — о денежной помощи, к[отор]ые обращаются ко мне. Я уже очень давно не имею никакой собственности и только могу соболезновать людям, как вы, нуждающимся в такой помощи.

Лев Толстой.

10 дек.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 194. Год определяется письмом Ельчаниновой от 6 декабря 1906 г., ответом на которое является письмо Толстого.

Анастасия Павловна Ельчанинова (р. 1885) — в 1906 г. служила телеграфисткой в Ярославле.

#### * 347. A. C. Марову.

1906 г. Декабря 10. Я. П.


Получил ваше письмо и согласен с вашими мыслями. Посылаю вам мои новые две книги.[1] Желаю вам всего хорошего и всегда рад буду знать о вас.

Лев Толстой.

10 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 195.

Ответ на письмо Афанасия Степановича Марова от 22 ноября 1906 г., в котором он выражал свое согласие с взглядами Толстого и Генри Джорджа.


1 Толстым были посланы Марову две книги: «О значении русской революции» и «Единственно возможное решение земельного вопроса».

#### * 348. В. Б. Пенькову.

1906 г. Декабря 10. Я. П.


В. Пенькову.

Письмо ваше было мне и очень интересно и приятно. Из него я увидал, что вы имеете самое дорогое и важное для человека свойство: серьезное отношение к вопросам жизни, т. е. религии. Отвечать на ваши вопросы я не буду в письме, так как думаю, что ответ на них вы найдете в книгах, к[отор]ые вам посылаю.[1] — Очень рад буду, если еще напишете мне.

Лев Толстой.

10 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 193.

Василий Борисович Пеньков (1882—1920) — крестьянин с. Суруловка Новоспасской волости Сызранского уезда Симбирской губ. В 1906 г. служил во флоте.

Ответ на письмо В. Б. Пенькова от 23 ноября 1906 г.


1 Пенькову были посланы две книги Толстого: «Христианское учение» и «Краткое изложение евангелия».

#### * 349. Э. Познанскому и Габергрицу.

1906 г. Декабря 10. Я. П.


10 дек. 1906 г.

Не советую вам изменять внешним образом свою жизнь. Если вы пришли к сознанию истины и блага христианской жизни, состоящей в любви к богу (добру) и к ближнему, то вы можете проявить эту жизнь во всяких условиях, если только [они] не прямо противоположны христианству, как солдатство, суд, всякого рода обманы. Только начните жить христианскою жизнью в тех условиях, в к[отор]ых находитесь, и вы увидите, что условия эти не помешают вам. Если же помешают, то вы невольно выйдете из этих условий, а не добровольно и рассудочно измените их, что большей частью не приводит к желаемым последствиям. Очень прошу вас поверить мне и испытать такую жизнь — внутренней работы над собой и любовного отношения ко всем людям и вы, надеюсь, согласитесь со мною.

Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 196—197.

Эмиль Познанский (р. 1890) — в 1906 г. жил в г. Лодзи, учась в среднем учебном заведении. Габергриц — вероятно, товарищ Познанского.

Ответ на письмо Познанского и Габергрица от 12 ноября 1906 г., в котором они писали о своем желании оставить учение и заняться физическим трудом.

#### * 350. М. Г. Попову.

1906 г. Декабря 10. Я. П.


Михаил Георгиевич,

Письмо ваше очень интересно описанием того ужасного события, в к[отор]ом вы были участником. На вопрос же ваш: как вам поступить теперь? можете ответить только вы сами и ответить не в виду могущих встретиться вам случайностей, а на основании религиозного убеждения. Если же нет такого убеждения, то с мирской точки зрения никак нельзя решить, что лучше, и выгоды и невыгоды того и другого решения одинаково гадательны. Не взыщите, если мой ответ не удовлетворит вас. Я сказал, что думаю.

Желаю вам сильного и искреннего религиозного убеждения. Если вы будете иметь его, всё будет не только ясно, но и легко.

Лев Толстой.

10 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 194—195.

Михаил Георгиевич Попов — подпоручик, участник русско-японской войны. В 1906 г. состоял слушателем первого курса Восточного института во Владивостоке.

Ответ на письмо от 19 ноября 1906 г., в котором Попов описывал один из эпизодов русско-японской войны, вызвавший у него желание выйти в отставку, чему, однако, препятствовали тяжелые материальные обстоятельства.

#### * 351. Э. Степонайтису.

1906 г. Декабря 10. Я. П.


Решение вопроса, к[отор]ый занимает вас, может быть только двоякое: или вы полагаете смысл и благо своей жизни в исполнении воли бога, и тогда все ожидающие вас страдания телесные за отказ от военной службы не могут быть страшны для вас, или вы полагаете еще смысл и благо своей жизни в матерьяльном благе, и тогда мирские соображения укажут вам путь наилегчайшим способом отбыть эту повинность. Могу советовать только одно: быть искренним. Если не сознаете всем существом, что вам лучше перенести всякие беды, чем служить — откажитесь, если же не чувствуете этого, то служите. Не берите на себя креста сверх сил.

Лев Толстой.

10 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 196—197.

Эдмунд Степонайтис (р. 1886) — литовец, уроженец Сувалкской губ. В 1906 г. приехал в г. Ковно и поступил учеником в типографию Банайтиса.

Ответ на письмо Степонайтиса от 25 ноября 1906 г.

#### * 352. И. И. Горбунову-Посадову.

1906 г. Декабря 13. Я. П.


Кажется, что я злоупотребляю вашей добротой, милый Иван Иванович, но на всякий случай направляю к вам подателя сего,[1] который мне очень понравился своей серьезной сознательной религиозностью и свободою от всеобщего заражения.

Сделайте, что можете, чтобы дать ему работу. Он требует малого.

Любящий вас Л. Толстой.

13 декабря 1906.


Печатается по копии, сделанной Маковицким в ЯЗ 13 декабря 1906 г.


1 Кто был направлен Толстым к Горбунову-Посадову, установить не удалось.

#### * 353. К. В. Дэниэлю (C. W. Daniel).

1906 г. Декабря 22. Я. П.


22 December 1906

4 Jan. 1907

То the odd man of the Crank.

Dear sir,

I thank you very much for the Crank Magazine, which I enjoy very much. To-day I have read the last article of Worland:[1] «The earth for all»,[2] it is very good, especially his criticism of Malthus’s theory,[3] which notwithstanding its weakness has had such a large spreading. I think that true Christianity with its ideal of chastity is the best remedy of the imaginary future excess of the population. I will take care that it should be translated in russian, if he will allow it. I liked it very much, also your answer to Schaw,[4] as I like all the pages signed by «Odd Man». I would be very glad to know your name and be in direct intercourse with you.

Have you many subscribers to your magazine? I wish the greatest success to your work, so very necessary in our time.

Yours truly Leo Tolstoy.


P. S. Reading your very good note to the word «anarchism» I remembered on the same matter the saying of Lao-Tze; he says: when great sages have power over the people, the people do not notice them, if the power is in the hands of sages (not great ones), the people like them and praise them: if those who govern are less sage the people are afraid of them and where those who govern are still less sage, the people despise them.

L. Tolstoy.


22 декабря 1906

4 января 1907


Милостивый государь,

Благодарю вас очень за «Crank Magazine»; я им очень наслаждаюсь. Сегодня я прочел последнюю статью Уорлэнда:[1] «The earth for all».[2] Она очень хороша, особенно его критика теории Мальтуса,[3] которая, несмотря на ее слабость, была так широко распространена. Я думаю, что истинное христианство с его идеалом целомудрия является наилучшим средством против грядущего воображаемого перенаселения. Если он позволит, я постараюсь, чтобы эта статья была переведена на русский язык. Мне очень понравилась эта статья, а также ваш ответ Шоу,[4] как и все статьи, подписанные «Odd Man». Я был бы очень рад узнать вашу фамилию и вступить с вами в непосредственные сношения.

Много ли подписчиков у вашего журнала? Желаю полного успеха вашей работе, столь нужной в наше время.

Искренне ваш Лев Толстой.


P. S. Читая ваше очень хорошее примечание к слову «анархизм», я вспомнил по этому случаю изречение Лао-Тзе; он говорит: там, где великие мудрецы имеют власть, подданные не замечают их существования. Там, где властвуют невеликие мудрецы, народ бывает привязан к ним и хвалит их. Там, где властвуют еще меньшие мудрецы, народ боится их, а там, где еще меньшие, народ презирает их.

Л. Толстой.


Печатается по машинописной копии. Адресовано редактору-издателю лондонского журнала «The Crank» К. В. Дэниэлю (C. W. Daniel), писавшему там статьи под псевдонимом «The Odd Man».

Ответ на присылку Дэниэлем журнала «The Crank» (см. прим. 6 к письму № 186).


1 Под псевдонимом F. E. Worland в журнале «The Crank» писала жена К. В. Дэниэля — Флоренса Дэниэль.

2 «Земля для всех».

3 Томас Роберт Мальтус (1766—1834), английский буржуазный экономист, автор антинаучной и реакционной человеконенавистнической теории, которая объясняла все социальные противоречия излишним ростом народонаселения на земле.

4 Бернард Шоу (1856—1950), английский писатель. «Ответ Шоу», написанный К. В. Дэниэлем, неизвестен.

#### * 354. В. Ф. Афанасьеву.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Посылаю вам несколько книг,[1] к[отор]ые, может быть, ответят вам на ваши вопросы.

Л. Толстой.

27 дек.

1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 199.

Василий Фомич Афанасьев (р. 1890) — в 1906 г. жил в г. Короче Курской губ. Учился в художественном училище.

Ответ на письмо от 9 декабря, в котором Афанасьев спрашивал, прав ли он в своем отрицании религии, которая, по его мнению, «перепутана нелепостями».


1 Афанасьеву были посланы книги Толстого: «В чем моя вера?», «Краткое изложение евангелия», «О разуме, вере и молитве».

#### 355. П. И. Бирюкову.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Спасибо, милый друг, за бескорыстное письмецо. Я на днях поболел. Собирался совершить большую перемену. Теперь поправляюсь. Занят я Кр[угом] чт[ения] для детей и народа. Ко мне ходят крестьянские дети, и предстоящее дело представляется страшно трудным, но стараюсь.[1]

То, о чем вы поминаете, это, вероятно, маленькая статейка, к[оторую] я не послал, под заглавием Верьте себе, обращенная к отрокам — 14—16 лет.

Как ваши занятия с несчастной молодежью. О Плотине[2] я знаю. Выписки ваши очень хороши.[3]

Как в старости живу, чувствуешь огромность предстоящей работы и краткость времени. Хорошо, что «я» не в себе одном, а то бы можно прийти в отчаяние. Целую вас. Всегда думаю о вас с любовью. Привет вашей жене.

Л. Т.

27 дек.

1906.


Впервые опубликовано в Б, IV, стр. 131.

Ответ на письмо П. И. Бирюкова от 29 декабря н. с. 1906 г.


1 В декабре 1906 г. Толстой начал заниматься по географии и закону божьему с крестьянскими мальчиками д. Ясная Поляна. См. т. 77, письмо № 2.

2 Плотин (204—269), римский философ-идеалист.

3 Бирюков послал Толстому несколько выписок из книги М. В. Виноградовой «Философские этюды», стр. 16—17, в которых излагались взгляды Плотина на жизнь, смерть, счастье и т. д.

#### * 356. А. К. Дарагану.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


27 дек. 1906.

Несмотря на упреки, кот[орые] вы мне делаете,[1] мне было очень приятно получить ваше письмо. Если бы все православные так же, как вы, понимали христианское учение в том, чтобы любить друг друга и подставлять щеку и терпеть, а не бороться силою, я никогда не разошелся бы с церковью. К сожалению, церковники призывают к борьбе и насилию, противному учению Христа. Против этого я боролся и буду бороться до последнего издыхания. Думаю, что вы не совсем верно судите меня. Посылаю вам несколько моих книг,[2] из кот[орых] вы увидите, что я ближе к вам, чем вы думаете, и всегда старался, как умел, выражать то самое, что и вы считаете самым важным. Письмо ваше мне было особенно приятно п[отому], ч[то] только людьми, смотрящими на жизнь так, как вы и как бедная вдова,[3] и держится русский народ.

Уважающий вас Лев Толстой.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 200—201.

Андрей Константинович Дараган (1868—1920) — крестьянин с. Троицкого Таганрогского округа. В 1906 г. служил управляющим имением. С Толстым познакомился в мае 1906 г., когда приезжал в Ясную Поляну.

Ответ на письмо Дарагана от 20 декабря 1906 г.


1 Дараган упрекал Толстого за то, что он своими сочинениями возбуждает к борьбе с угнетателями русский народ и разрушает религиозные верования народа.

2 Дарагану были посланы книги Толстого: «Краткое изложение евангелия», «Мысли о боге», «Единое на потребу», «О значении русской революции» и «Жизнь и учение Иисуса».

3 Дараган писал: «Мне пришлось встретить год тому назад в поле старушку уже под осень, собиравшую колоски... я ей предложил, чтобы пришла ко мне и я дам готовой пшеницы, и старушка обиделась и чуть не выругала меня. Она меня стала укорять: «Я не нищая, у меня есть руки и ноги, и я должна работать».

#### * 357. В. Д. Жилинскому.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Мне очень приятно было получение вашего письма. Желаю вам продолжения и непрерывного усиления той работы, к[отор]ая происходит в вас. Решение вопроса о том, какой из трех образов жизни избрать вам, может быть сделано только вами самими. Вы одни знаете силу ваших влечений к тому или другому, а также и остальные условия. Одно могу смело советовать вам: предпочесть то решение, к[отор]ое требует наименьшего изменения внешних условий. Надо стараться, чтобы изменение внешних условий было последствием внутреннего изменения, а не надеяться на то, чтобы изменение внешних условий могло содействовать внутреннему изменению, в к[отором] всё дело и от к[отор]ого зависит истинное благо жизни. Посылаю вам последнюю изданную мною книгу, мож[ет] б[ыть], она будет вам интересна. Есть ли у вас Мысли муд[рых] л[юдей] и «Круг чтения»?

Любящий вас Лев Толстой.

27 дек. 1906.


Владимир Дмитриевич Жилинский (р. 1886) — в 1906 г. студент естественного отделения физико-математического факультета Казанского университета.

Ответ на письмо от 18 декабря 1906 г., в котором Жилинский спрашивал, как ему поступить: исполнить желание родителей и продолжать учиться, переселиться в деревню и там работать вместе с крестьянами или «организовать колонию единомышленников»?

На конверте письма Жилинского рукою Толстого написано: Послать О зн[ачении] р[усской] р[еволюции] и Кр[уг] чт[ения] последн[ий] том.

#### * 358. А. Крамской.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Посылаю вам несколько книг,[1] к[отор]ые, может быть, уяснят вам то, что вам неясно.

Лев Толстой.

27 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 199.

Анфиса Крамская — в 1906 г. жила в г. Старый Оскол, училась в среднем учебном заведении.

Ответ на письмо от начала декабря 1906 г., в котором Крамская писала, что ее волнуют вопросы о смысле жизни.


1 Крамской были посланы две книги: «О разуме, вере и молитве» и «Краткое изложение евангелия».

#### * 359. С. Г. Крашенинникову.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Исполняйте, насколько можете точнее, требования совести и учения Христа, и жизнь ваша сама приспособится к этим требованиям. Посылаю вам несколько книг.[1] Может быть, они пригодятся вам.

Лев Толстой.

27 дек. 1906.


Святыми я называю людей высокой нравственной жизни.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 198. Письмо отпечаталось плохо, текст обведен карандашом рукою Ю. И. Игумновой.

С. Г. Крашенинников (р. 1890) — окончил в мае 1906 г. четырехклассное городское училище, поступил служить на железную дорогу.

Ответ на письмо Крашенинникова (из Петербурга) от 24 декабря 1906 г.


1 Крашенинникову было послано пять книг Толстого: «Краткое изложение евангелия»; «Христианское учение»; «Мужчина и женщина. О половом вопросе. Мысли Л. Н. Толстого, собрал В. Г. Чертков», изд. «Посредник», М. 1906; «Мысли о боге», изд. «Посредник», М. 1906; «Смысл жизни и счастье (Мысли)», изд. М. С. Козмана, Одесса, 1903.

#### * 360. Д. Г. Панкову.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Посылаю вам несколько книг,[1] отвечающих на ваш вопрос. Желаю, чтобы вы нашли ответы удовлетворительными.

Лев Толстой.

27 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 198.

Дмитрий Григорьевич Панков — в 1906 г. учитель в г. Сочи.

Ответ на письмо от 18 декабря 1906 г., в котором Панков спрашивал, как ему научиться любить людей.


1 Панкову были посланы четыре книги Толстого: «Христианское учение», «О жизни», «Как читать евангелие», «О смысле жизни».

#### * 361. П. П. Подмарькову.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Очень рад был получить ваше хорошее письмо.

Решить вопрос о том, какой из 3-х образов жизни избрать вам, можете решить только вы сами, т[ак] к[ак] вы одни не только знаете, но чувствуете силу влечения и побочных условий, направляющих на тот или иной путь. О том же, в какой жизни меньше соблазнов, вы знаете так же, как и я.

Одно советую вам, какой бы вы ни избрали образ жизни, направьте все свои силы на внутреннюю работу над собой, на выработку привычек доброй жизни не перед людьми, а перед своей совестью, перед богом, и вам будет хорошо, в каких бы то ни было условиях. Любящий вас

Лев Толстой.

27 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 200—201.

Петр Петрович Подмарьков — крестьянин с. Никольский-Поим Чембарского уезда Пензенской губ. Окончил Пензенское художественное училище и в 1906 г. был учителем одноклассной церковно-приходской школы с. Никольский-Поим.

Ответ на письмо от 2 декабря 1906 г., в котором Подмарьков просил посоветовать, кем ему быть: художником, учителем или крестьянином-земледельцем?

#### * 362. Э. Степонайтису.

1906 г. Декабря 27. Я. П.


Вполне уверен, что ваши родные, люди религиозные и разумные и потому поймут, что вера есть отношение человека к богу и что это отношение, если оно искренно, не может быть изменено никакими усилиями человека и что притворство в деле веры есть самое ужасное кощунство. Еще можно, закрыв глаза или заткнув уши, не видеть и не слышать, но нет никакой возможности не верить, когда веришь, или заставить себя верить в то, во что не веришь. Родные ваши, именно как религиозные люди, не могут не понять этого, и главное того, что если ваше понимание сущности божества различно, понимание закона этого бож[ества] — требования любви к нему и людям — одно и то же. Одно могу советовать вам: терпеливо переносить упреки, к[отор]ые будут делать вам, и самому не упрекать, а не перес[тавая] стараться отвечать любовью на всё.

Лев Толстой.

27 дек. 1906.


Печатается по копировальной книге № 7, лл. 204—205.

Ответ на письмо от 20 декабря 1906 г., в котором Степонайтис писал, что скоро кончается срок его учения и он вынужден будет жить с родственниками-католиками, которые не потерпят его «отречения от католичества».

#### 363. В. Г. Черткову от 28 декабря.

#### 364. С. А. Стахович.

1906 г. Декабря 28. Я. П.


Благодарю вас, милая Софья Александ[ровна], за ваши труды.[1]

Басни, сказки могут быть индийские, китайские, греческие мож[ет] б[ыть].

Нездоровье мое проходит, но чувствую большую слабость в теле и, как всегда, тем большую радость духа. Порадовался за вас — об П[авле] А[лександровиче].[2] Передайте мой поклон батюшке, братьям, сестре. Книгу[3] возвращу с Сухотиным.

Дружески жму руку.

Лев Толстой.

28 дек. 1906 г.


На конверте: Софье Александровне Стахович.


Впервые опубликовано в «Летописях», 2, стр. 91.


1 Работая над составлением «Круга чтения» для детей, Толстой намерен был оживить изложение религиозно-нравственного учения легендами (ЯЗ, запись от 15 декабря 1906 г.) и просил С. А. Стахович помочь ему в отборе легенд. Стахович послала список названий девяти книг по русскому фольклору.

2 П. А. Стахович.

3 К. Waliscewski, «Pierre le Grand» (К. Валишевcкий, «Петр Великий»).

#### * 365. С. С. Тугушову.

1906 г. Декабря 28. Я. П.


Ваша брошюра написана с самыми лучшими намерениями, но написана очень слабо и едва ли найдет издателя. Очень сожалею, что должен высказать вам неприятное, в особенности п[отому], ч[то] всей душой сочувствую вашим стремлениям.

Лев Толстой.

28 дек.

1906.


Печатается по копировальной книге № 7, л. 206.

Сергей Сергеевич Тугушов — в 1906 г. студент, жил в Тифлисе.

Ответ на письмо Тугушова от 12 декабря 1906 г., вместе с которым он посылал свою брошюру о половом вопросе.

#### 366. В. Г. Черткову от 28 декабря.

## СПИСОК ПИСЕМ Л. Н. ТОЛСТОГО, ТЕКСТ КОТОРЫХ НЕИЗВЕСТЕН

### 1906

10. В. А. Кузминской (Швейцария), январь?, Я. П.

8 февраля н. с. П. И. Бирюков писал Толстому: «Вчера навестил В. А. Кузминскую. Она хорошо устроилась, вполне благополучна, счастлива Вашим письмом, вполне отвечавшим ее чувствам».

11. Е. Д. Гришенко (Москва), середина января?, Я. П.

14 июля 1906 г. Гришенко (см. о ней т. 75) писала: «Я очень благодарна Вам за несколько хороших слов, которыми Вы мне ответили в январе на мое письмо из Москвы».

12. С. А. Гуревичу (Саратов), середина января, Я. П.

12 января 1906 г. Семен Алексеевич Гуревич просил сообщить адрес Веригина. На конверте письма адресата помета: Отв. Л. Н.

13. Н. А. Тимченко (русскому консулу в Ханькоу), февраль — март?, Я. П.

Упоминается в письме № 327.

14. Р. П. Сиксне (Лавры Псковской губ.), 14? марта, Я. П.

28 марта 1906 г. Рудольф Петрович Сиксне благодарил Толстого за письмо, полученное 17 марта. 9 апреля 1906 г. К. П. Сиксне писал Толстому: «Вы моему брату написали, что Вы просили адвоката, Маклакова, чтобы он взял на себя труд защиты меня, если защита возможна».

15. С. Д. Николаеву (Москва), 20 марта, Я. П.

В «Записках» Маковицкого (запись от 20 марта 1906 г.) упоминается, что Толстой дал приезжему юноше много книг и записочку к Николаеву.

16. П. И. Бирюкову (телеграмма), 1 апреля, Я. П.

3 апреля н. с. 1906 г. Бирюков писал: «Я, к счастию, получил вовремя Вашу телеграмму и не успел еще отправить статьи в редакцию «Былое» и, получив ваш отказ, написал в редакцию, что, по всей вероятности, статья появиться не может» (см. письма №№ 157 и 162).

17. Ф. В. Котомину (Москва), 7 апреля, Я. П.

4 апреля 1906 г. Федор Васильевич Котомин, прочитав статью «Великий грех», просил разъяснить, на каких началах, после упразднения частной земельной собственности, Толстой полагает «восстановление попранного права всех людей на пользование землей». На конверте письма адресата помета Ю. И. Игумновой: «Отв. 7. IV. 06».

18. И. И. Горбунову-Посадову (телеграмма), 21 апреля, Я. П.

Упоминается в письме И. И. Горбунова-Посадова от 22 апреля 1906 г.: «Сегодня ночью получил вашу телеграмму об американцах. С сожалением передал им в мягкой форме отказ» (посетить Ясную Поляну).

19. Неизвестным (Петербург), начало июля?, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 14—15 июля 1906 г.): «Приезжал крестьянин-астроном, который уже был у Льва Николаевича недавно. Лев Николаевич дал ему рекомендательные письма к разным лицам в Петербурге, но он никого из них не нашел там».

20. А. Ф. Кони (Петербург), 11 июля, Я. П.

Рекомендательное письмо студенту Трушкину. 27 июля 1906 г. А. Ф. Кони писал: «Несмотря на все мои хлопоты, я покуда ничего не мог сделать для присланного мне Вами студента Трушкина». См. письма №№ 236 и 237.

21. Неизвестному, 13 июля, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 13 июля 1906 г.) как письмо «французу» о причинах еврейских погромов.

22. Редакциям трех газет (телеграмма), 19 июля, Я. П.

В «Записках» Маковицкого (запись от 19 июля 1906 г.) упоминаются слова Толстого: «На следующий день после роспуска Думы получил от трех газет телеграфные запросы, что думаю о роспуске Думы. Мог ответить только, что не имею никаких мыслей об этом».

23. Прошение, 22 июля, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 22 июля 1906 г.): «Приходила жена Агеева (см. письмо № 246) из Казначеевки. Лев Николаевич написал ей прошение».

24. К. Суомалайнену (Финляндия), конец июля, Я. П.

В письме от 8 августа н. с. Карло Суомалайнен благодарил Толстого за его «любезный ответ» на телеграмму, в которой Суомалайнен «просил позволения перевести на финский язык новое творение» Толстого.

25. В. Ф. Снегиреву (телеграмма), 26 августа, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 26 августа 1906 г.): «У Софьи Андреевны опять боли и непроходимость кишек. Софья Андреевна послала телеграмму Снегиреву, просит совета. Лев Николаевич прибавил к ней несколько слов, но не просил приехать, предполагая, что он и так приедет». См. письмо № 260.

26. А. А. Столыпину (Петербург), 28 августа, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 26 августа 1906 г.): «Приехали: С. Т. Семенов, Paul Воуеr... Семенов рассказывал, что его высылают в Олонецкую губернию... Лев Николаевич написал письмо А. А. Столыпину, брату министра, прося сделать, что можно, чтобы Семенова не ссылали».

27. И. Калмыкову (с. Стексово Нижегородской губ.), начало сентября, Я. П.

На конверте письма от 23 августа 1906 г., в котором крестьянин Иван Калмыков благодарил за присланные ему книги. Помета М. Л. Оболенской: «Л. Н. отв.».

28. П. Н. Давыдову (Пензенской губ.), середина сентября?, Я. П.

На конверте письма Петра Николаевича Давыдова от 4 сентября 1906 г., в котором он благодарил за присланные книги, помета: «Л. Н. отв.».

29. И. И. Горбунову-Посадову, 21 октября, Я. П.

21 октября 1906 г. И. И. Горбунов-Посадов писал Толстому: «Только что получил вашу телеграмму, что вы высылаете мне заключение в понедельник». Речь идет о заключении к статье «О значении русской революции».

30. М. М. Стасюлевичу, 7 ноября, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 7 ноября 1906 г.): «Приехал поэт Баскин-Серединский... просил рекомендовать его в редакцию какого-нибудь журнала заведующим критическим отделом или что-нибудь подобное. Лев Николаевич дал ему письмо к Стасюлевичу».

31. Ветринскому, начало ноября?, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 16 ноября 1906 г.): «Утром был... Ветринский, гимназист, писавший Льву Николаевичу. Лев Николаевич ответил ему, но он, не дождавшись ответа, приехал сам».

32. В. А. Маклакову (Москва), 17 ноября, Я. П.

Упоминается в «Записках» Маковицкого (запись от 17 ноября 1906 г.): «Лев Николаевич рассказал... что у него были два мужика из мест Михаила Сергеевича Сухотина (Новосильский уезд). Они грозились сжечь своих соседей хуторян, вышедших на отруба, и брать себе их земли. Их судили и присудили в тюрьму от 8 месяцев до 2 лет. Лев Николаевич дал им письмо к Маклакову...»

33. Э. Мооду (Aylmer Maude) (телеграмма), 20 ноября, Я. П.

Упоминается в письме Э. Мооду от 21 ноября 1906 г.

34. Ю. Людевичу (Петербург), 25 ноября, Я. П.

13 ноября 1906 г. доктор Людевич писал Толстому: «Не будете ли вы столь любезны сообщить мне, писали ли вы когда-либо в своих сочинениях и статьях о соблюдении чистоты и опрятности и где именно». На конверте письма адресата помета Ю. И. Игумновой: «Отв. 25 нояб.».

35. Н. Шутович (Ливны), 10 декабря, Я. П.

В письме от 7 декабря 1906 г. Н. Шутович, дочь врача, имеющая незаконченное медицинское образование, просила у Толстого материальной помощи для получения специального образования. На конверте письма адресата помета Толстого: Отвеч[у]. Марка. Помета рукой Игумновой: «Отв. 10 дек.».

## СПИСОК ПИСЕМ, НАПИСАННЫХ ПО ПОРУЧЕНИЮ Л. Н. ТОЛСТОГО

Те письма, на которые не было ответа, а были только посланы книги, и письма, упомянутые в комментариях, в список не вошли. Даты установлены по пометам на конвертах адресатов, а в случаях отсутствия помет, — по почтовым штемпелям. На письма отвечали обычно М. Л. Оболенская, Д. П. Маковицкий, Ю. И. Игумнова, Т. Л. Сухотина, И. К. Дитерихс, В. А. Лебрен и др.

Факт ответа и фамилия ответившего сообщается только в особых случаях.

### 1906

59. Э. Кросби (Е. Crosby, США), 9 января, Я. П.

В «Записках» Маковицкого (запись от 9 января 1906 г.) отмечено, что Толстой поручил Марии Львовне написать Э. Кросби по поводу опубликованного в американском еженедельнике «Independent» письма к «царю и его помощникам».

60. Е. Попову (Полтава), середина января, Я. П.

11 января 1906 г. Евгений Попов, ученик 7-го класса Полтавской мужской гимназии, просил разъяснить, чему верить: листку, выпущенному украинской социал-демократической партией, якобы написанному Толстым, или его письму к Л. Л. Толстому, помещенному в «Новом времени», № 10709 (письмо № 99).

61. Р. Л. Миротворцеву (Ахтырка Харьковской губ.), середина января, Я. П.

3 января 1906 г. Роман Львович Миротворцев, директор мужской Ахтырской гимназии, посылал 5 р. для помощи крестьянам, пострадавшим от неурожая.

62. Г. Роршаху (Н. Rorschach, Цюрих), середина января, Я. П.

8 января н. с. 1906 г. студент-медик Герман Роршах спрашивал, не знает ли Толстой И. М. Трегубова, с которым он очень подружился во время пребывания Трегубова за границей и от которого давно не имел известий.

63. Г. Бернштейну (Н. Bernstein, Норвич, США), середина января.

20 января н. с. 1906 г. Герман Бернштейн, посылая Толстому свою книгу — новую историю евреев в России, просил сообщить впечатление от нее. На конверте письма адресата помета Толстого: Всё разнится по местности переселения. Зачем лишать земли. Земель[?] нет[?]

64. И. В. Гуляеву (Воронеж), 21 января, Я. П.

18 января 1906 г. И. В. Гуляев писал, что прочел объявление журнала «Всемирный вестник», в котором подписчикам обещано в виде приложения на 1906 г. Полное собрание сочинений Л. Н. Толстого, и просил подтвердить это сообщение. Д. П. Маковицкий ответил, что цензура может помешать журналу выполнить свое обещание.

65. И. Шальме (Либава), 26 января, Я. П.

24 января 1906 г. И. Шальме, офицер запаса, уволившийся с военной службы по религиозно-нравственным соображениям, просил указать, где можно приобрести произведения Толстого. Д. П. Маковицкий ответил и послал «В чем моя вера?».

66. М. Н. Грюнер (Нижняя Крапивна Подольской губ.), 31 января, Я. П.

17 января 1906 г. М. Н. Грюнер писала: «У меня недавно открыта Павленковская библиотека. Книг, пригодных для малограмотных и детей мало... Не посоветуете ли несколько хороших и понятных книг для детей и для взрослых?» Ответил Д. П. Маковицкий. В «Записках» Маковицкого (запись от 31 января 1906 г.) по поводу письма М. Н. Грюнер записано: «Это трудно ответить, — сказал Лев Николаевич, рассказав нам об этом письме. — Если бы спросили, хорошо это и это? Могу ответить, а вспомнить трудно. Это — вопрос 100 лучших английских книг. Пытались его разрешить, но опять: кому читать? А второе — переименовать недостаточно. У одного и того же есть и хорошие книги и невыдающиеся. И хорошие книги есть и у малоизвестных авторов. Составить указатель хороших книг для детей решительно не могу».

67. В. Черчиллю (W. Churchill, Филадельфия), конец января, Я. П.

18 января н. с. 1906 г. представитель издательства «J. В. Lippincott Company» Вильямс Черчилль писал, что по просьбе Т. К. Риэна посылает Толстому его новую книгу «Finite and infinite». Просил известить о получении.

68. К. Узунову (г. Плевен, Болгария), конец января, Я. П.

25 января н. с. 1906 г. Узунов, ученик второго курса земледельческого училища, спрашивал о цели жизни.

69. Л. Ридик (Смоленск), конец января, Я. П.

9 января 1906 г. Лили Ридик, немка, учительница, спрашивала, где она может приобрести книгу «Царство божие внутри вас».

70. А. П. Антипову и И. Безучному (Одесса), конец января, Я. П.

24 января 1906 г. Александр Петрович Антипов и Иван Безучный писали о противоречиях в евангелии.

71. Артекской конторе (имение Артек, Крым), конец января, Я. П.

20 января 1906 г. служащие имения Артек, близ Гурзуфа, посылали Толстому 6 р. для «голодающих и бедствующих».

72. Владимирко (Петербург), конец января, Я. П.

18 января 1906 г. Владимирко просил у Толстого разъяснений по половому вопросу.

73. В. И. Скороходову (Майкоп), конец января, Я. П.

11 января 1906 г. В. И. Скороходов спрашивал, какому из русских изданий запрещенных сочинений Толстого, о которых появляются объявления в газетах, можно больше доверять.

74. П. Молчанову, конец января, Я. П.

13 января 1906 г. Павел Молчанов, телеграфист, уволенный со службы после событий 1905 г., писал о своем решении поехать в Америку к духоборам и просил Толстого сообщить все, что ему «известно про этих духоборов».

75. Редакции газеты «Харьковский листок», январь, Я. П.

В январе 1906 г. редакция газеты «Харьковский листок» переводила Толстому 90 р. 20 к. для помощи голодающим крестьянам и просила подтвердить получение этих денег.

76. Ф. Вердиноис (F. Verdinois, Неаполь), начало февраля, Я. П.

8 февраля н. с. 1906 г. Федериго Вердиноис спрашивал разрешения Толстого перевести «Великий грех» на итальянский язык.

77. E. Е. Гончаренко (Омск, Гражданский тюремный замок), начало февраля, Я. П.

26 января 1906 г. Гончаренко просил выслать ему «Евангелие» Толстого. Д. П. Маковицкий ответил и послал «Соединение и перевод четырех евангелий».

78. М. Левину (Христиания), начало февраля, Я. П.

6 февраля н. с. 1906 г. норвежский журналист М. Левин спрашивал мнение Толстого о манифесте 17 октября 1905 г. Д. П. Маковицкий ответил, указав на статьи Толстого «Конец века» и «К правительству, революционерам и народу».

79. А. Лангену (A. Langen, Мюнхен), начало февраля, Я. П.

3 февраля н. с. 1906 г. немецкий издатель Альберт Ланген спрашивал, справедливо ли утверждение немецкого переводчика А. Хесса, что Толстой при личном свидании предоставил ему право перевода на немецкий язык произведений Толстого и что он обязался за это значительную часть гонорара передавать Толстому.

80. И. А. Полякову (Петербург), начало февраля, Я. П.

22 января 1906 г. Иван Алексеевич Поляков просил сообщить точный адрес Черткова, чтобы приобрести сочинения Толстого без пропусков, ошибок и изменений.

81. Е. Яхес (Петербург), начало февраля, Я. П.

5 февраля 1906 г. Ева Яхес спрашивала, правда ли, что Толстой устроил столовые для голодающих крестьян, и предлагала работать в них бесплатно.

82. Б. А. Шрейбер (Петербург), начало февраля, Я. П.

25 января 1906 г. Шрейбер просила помочь ей начать трудовую жизнь.

83. М. Рабкину (Кинешма), начало февраля, Я. П.

25 января 1906 г. М. Рабкин, начинающий, еще нигде не печатавшийся писатель, просил разрешения прислать свои рассказы. Т. Л. Сухотина ответила, что Толстой не имеет времени читать их.

84. А. А. Хохлову (Великие Луки), середина февраля, Я. П.

3 февраля 1906 г. Алексей Андреевич Хохлов, 33 лет, с 13 лет рабочий чугунолитейной мастерской, посылал свои стихи.

85. Т. К. Риэну (Т. C. Ryan, США), середина февраля, Я. П.

10 февраля н. с. 1906 г. Томас Кёррен Риэн писал, что посылает Толстому свою книгу «Finite and infinite», как благодарность за все, что он почерпнул из книг Толстого. На конверте письма адресата помета Толстого: Благодар[ить] за книгу.

86. Н. Смотрицкой (хутор Ново-Елизаветинский Кубанской области), середина февраля, Я. П.

8 февраля 1906 г. учительница Наталия И. Смотрицкая посылала от имени учеников первого отделения Ново-Елизаветинского хутора голодающим школьникам Тульской губ. 2 р. «на горячий завтрак».

87. О. И. Скороходовой, середина февраля, Я. П.

11 февраля 1906 г. О. И. Скороходова, жена В. И. Скороходова (см. письмо № 165), сообщала Толстому об аресте мужа и спрашивала адрес И. К. Дитерихса, который обещал к ним приехать помочь по хозяйству.

88. В. Г. Грингауз (Киев), середина февраля, Я. П.

6 февраля 1906 г. Вера Григорьевна Грингауз писала: «Намереваясь приступить в ближайшем будущем к изданию целого ряда дешевых книг и брошюр, рассчитанных на самые широкие круги общества, я раньше всего решила обратиться к вам за разрешением издать некоторые ваши, до сих пор запрещенные, произведения».

89. А. Воробьеву (Уфа), середина февраля, Я. П.

9 февраля 1906 г. Александр Воробьев писал Толстому о своей любви к девушке, брак с которой для него невозможен.

90. И. А. Бодуэну-де-Куртенэ (Петербург), начало марта, Я. П.

Д. П. Маковицкий в своих «Записках» (запись от 1 марта 1906 г.) отметил просьбу Толстого написать Бодуэну-де-Куртенэ о том, «чтоб прислал историю польского восстания 1831 г., написанную с польской точки зрения».

91. Л. Эпштейну (Смоленск), начало марта, Я. П.

26 февраля 1906 г. Л. Эпштейн обращался к Толстому за материальной помощью. Т. Л. Сухотина ответила, что Толстой помочь ему не может, а советует обратиться к А. Н. Дунаеву.

91а. H. Е. Фельтену (Петербург), 6 марта, Я. П.

Д. П. Маковицкий писал: «Надо бы выпустить «Единое на потребу».

92. П. М. Суховерхову (Белополье), 11 марта, Я. П.

8 марта 1906 г. Павел Михайлович Суховерхов писал, что, находясь в японском плену, читал произведения Толстого и просил выслать ему ряд религиозных книг.

93. Неизвестному, 11 марта, Я. П.

В письме от начала марта 1906 г. неизвестный корреспондент просил Толстого о материальной помощи и посылал вексель.

94. С. Л. Дмитриеву (Москва), 11 марта, Я. П.

9 марта 1906 г. Сергей Логинович Дмитриев посылал Толстому «Русскую историю» Шишко и другие книги, очевидно нужные Толстому для его работ, и просил известить о получении.

95. В. В. Чернавину (Петербург), 11 марта, Я. П.

9 марта 1906 г. Владимир Вячеславович Чернавин писал, что не хочет оставаться в богатой, обеспеченной обстановке, и просил взять его в работники. Д. П. Маковицкий посоветовал ему прочесть «В чем моя вера?».

96. Г. Г. Бедриковскому (Одесса), середина марта, Я. П.

14 марта 1906 г. Григорий Григорьевич Бедриковский, крестьянин Подольской губ. просил рекомендовать его рассказы в какой-нибудь журнал и хотел прислать их Толстому для просмотра. На конверте письма адресата помета рукой Толстого: Не могу н[ичем] помочь.

97. А. Стокгэм (A. Stockham, Чикаго), середина марта, Я. П.

12 марта н. с. 1906 г. Алиса Стокгэм, председательница общества «Sexual Science Metaphysics», посылала Толстому письмо одной молодой девушки о половом вопросе; она писала, что недавно одна из ее работ запрещена была цензурой. Вспоминала свой приезд в Ясную Поляну.

98. П. Романовскому (Тамбов), 23 марта, Я. П.

13 марта 1906 г. Петр Романовский посылал свою статью «В чем польза медицины» и просил дать ее оценку. На конверте письма адресата помета Толстого: Отослать рукопись. Мне кажется мысль верна, но не новая.

99. H. Е. Фельтену (Петербург), 24 марта, Я. П.

Д. П. Маковицкий 24 марта 1906 г. отметил в «Записках»: «Лев Николаевич пришел ко мне и сказал: «Напишите Фельтену, что если он не начал печатать статью «Правительство, революционеры, народ», то лучше пусть не печатает. Не то чтобы запретить, а если можно без убытка прекратить, то лучше не печатать». См. письма №№ 168, 174 и 175.

100. Л. Эпштейну (Смоленск), конец марта, Я. П.

14 марта 1906 г. Л. Эпштейн обращался к Толстому за материальной помощью.

101. А. Мрамору (A. Mramor, Вена), конец марта, Я. П.

20 марта н. с. 1906 г. Адольф Мрамор, вегетарианец писал, что решил примкнуть к духоборам, выехавшим в Канаду. Спрашивал у Толстого подробности об их жизни.

102. В. Е. Елистратову (ст. Сергиево Курской ж. д.), конец марта, Я. П.

12 марта 1906 г. сельский учитель Василий Евдокимович Елистратов писал о желании посоветоваться с Толстым относительно своих произведений. На конверте письма адресата помета Толстого: Л. Н. не имеет времени для обсуждения. Пошлите в редакцию.

103. А. П. Иванову (Воронеж), март, Я. П.

Александр Петрович Иванов, работавший у Толстого переписчиком, просил извинения, что дал посторонним лицам возможность делать выписки из Дневников Толстого.

103а. Н. Е. Фельтену (Петербург), 3 апреля, Я. П.

Д. П. Маковицкий писал: «Л. Н. советует вам прибавить к «Что такое религия» места, обозначенные скобками из «Круга чтения» о вере.

104. В. С. Михайловой (Москва), 4 апреля, Я. П.

31 марта 1906 г. В. С. Михайлова спрашивала, получил ли Толстой два ее письма и рукопись.

105. Р. П. Сиксне (Лучи Псковской губ.), начало апреля, Я. П.

28 марта 1906 г. Рудольф Петрович Сиксне, брат отказавшегося от военной службы К. П. Сиксне спрашивал, на каких условиях адвокат В. А. Маклаков берется защищать его брата (см. об этом письмо № 14 «Списка писем Л. Н. Толстого, текст которых неизвестен»).

106. И. Белоусову (с. Патровка Самарской губ.), 26? апреля, Я. П.

18 апреля 1906 г. И. Белоусов писал Толстому об отказавшемся по религиозным убеждениям от военной службы А. И. Кудрине и просил навестить его в Тульской тюрьме.

107. И. М. Трегубову (Полтава), конец апреля, Я. П.

24 апреля 1906 г. Трегубов спрашивал Толстого, какую редакцию «Воззвания в защиту современных христианских мучеников» Толстой считает окончательной.

108. А. Н. Сильванскому (Харьков), конец апреля, Я. П.

14 апреля 1906 г. Анатолий Николаевич Сильванский, сын священника, по поручению группы из 10 человек своих товарищей, воспитанников 4-го класса Харьковской духовной семинарии, организовавших литературный кружок, просил Толстого «выслать нам все ваши капитальные труды на льготных условиях, т. е. с рассрочкой платежа».

109. А. М. Хирьякову (Петербург), 5 мая, Я. П.

Д. П. Маковицкий отметил 5 мая 1906 г. в «Записках» просьбу Толстого «написать Хирьякову, что, видя его газету, он действительно жалел, что не отдал статью (см. об этом письма №№ 158 и 194) в «Былое», но что ему приятно было видеть, что он сам это чувствует».

110. А. Петровичу (Будапешт), 9 мая, Я. П.

Сербский публицист Александр Петрович прислал Толстому свою книгу. Д. П. Маковицкий ответил: «Лев Николаевич поручил мне написать вам, что благодарит вас за книгу «Wahrheit und Trug im Socialismus». Пока только просмотрел ее, и она очень понравилась ему, сказал, что еще прочтет ее хорошенько... P. S. Лев Николаевич дочитал книгу до конца, нашел, что вы слишком хвалите его и слишком большое значение придаете ему, и хотел было написать вам, потому это письмо и было задержано. Сегодня опять решил написать и поблагодарить вас и поручил сделать это мне, что я с удовольствием и исполняю». На конверте помета Толстого:

Д. П. ответит. Благодарю, прочту.

111. К. А. Раагу (Юрьев), начало мая, Я. П.

25 апреля 1906 г. книгоиздатель Paaг просил позволения перевести на эстонский язык «В чем моя вера?».

112. П. И. Казимирову (местечко Глуск Минской губ.), начало мая, Я. П.

28 апреля 1906 г. Павел Иванович Казимиров, бывший почтово-телеграфный чиновник, потерявший здоровье в Манчжурии во время русско-японской войны, обремененный большой семьей, безработный, просил разрешения прислать свои «рукописи для просмотра, исправления и содействия поместить в какой-либо газетке или журнале», чтобы спасти его «от страшной голодной смерти». На конверте письма адресата помета Толстого: Ответить, что не могу.

113. H. Н. Крамареву (Москва), 10 мая, Я. П.

H. Н. Крамарев писал Толстому о религиозных вопросах. Ответил Д. П. Маковицкий, послав «Как читать евангелие».

114. Л. Малори (L. Meallory, Портлэнд, США), 13/26 мая, Я. П.

В ответ на присылку Толстому Малори ее журнала «The World’s Advance Thought» ответил Д. П. Маковицкий, передавая благодарность Толстого и сообщая, что Толстой воспользовался мыслями Малори «в своем новом произведении «Круг чтения», который еще не появился по-английски, но вышел в немецком переводе». Прилагался немецкий перевод «Круга чтения».

115. Ф. Н. Шишову (Лохвица), 20 мая, Я. П.

17 мая 1906 г. хуторянин Федор Никитич Шишов просил просмотреть его «изложенные в особом приложении размышления». Д. П. Маковицкий ответил: «Лев Николаевич находит ваши рассуждения неосновательными и посылает вам их назад».

116. Г. И. Миронову (с. Алексеевка Самарской губ.), 23 мая, Я. П.

На письмо Миронова с просьбой о присылке книг ответил Д. П. Маковицкий.

117. Н. Ф. Нижникову (с. Горлово, Рязанской губ.), 25 мая, Я. П.

В письме от 17 мая 1906 г. Владимир Филиппович Нижников, крестьянин, солдат, посылал свою поэму «Грех». На конверте письма Нижникова помета рукой Толстого: Не следует писать, стихи плох[и] и по форме и по содержанию.

118. Издательству Мут (Muth’s Verlagshandlung, Штутгарт), 28? мая, Я. П.

18 мая н. с. 1906 г. издательство Мут спрашивало Толстого, в котором году написана комедия «Плоды просвещения». На конверте письма адресата помета Толстого: Д[ушана] П[етровича] прошу ответ[ить].

119. А. Г. Протопопову (Омск), 28? мая, Я. П.

1 мая 1906 г. А. Г. Протопопов посылал Толстому напечатанную в приложениях к «Биржевым ведомостям» от 24 апреля 1906 г. статью корреспондента, бывшего в Ясной Поляне. Спрашивал, как согласовать мнение, высказанное Толстым автору статьи, что студенты должны учиться, а не протестовать против существующих порядков и заниматься политикой, с высказываниями Толстого в прежних его статьях о вреде современной науки.

120. А. А. Боголепову (Москва), 28? мая, Я. П.

5 мая 1906 г. Александр Андреевич Боголепов просил указать, где можно достать книги Толстого о религии.

121. Ф. Вайдахеру (F. Waidacher, Грау, Австрия), 29? мая, Я. П.

30 мая н. с. 1906 г. австрийский писатель Франц Вайдахер просил разрешения переделать «Божеское и человеческое» в драму.

122. А. И. Сахарову (Нязепетровский завод Пермской губ.), 29 мая, Я. П.

Алексей Иванович Сахаров в письме от 19 мая 1906 г., прочтя «В чем моя вера?» и «Исповедь», просил Толстого разъяснить ряд возникших у него вопросов.

Д. П. Маковицкий ответил Сахарову: «Лев Николаевич просит вас извинить, что он не отвечает на ваше письмо».

123. М. И. Гольдбергу (Петербург), 6 июня, Я. П.

30 мая 1906 г. доктор прав, управляющий словолитней, типографией, издательством и машинным заводом своего отца, Максим Исидорович Гольдберг писал Толстому, что перевел на немецкий язык драму А. Толстого «Царь Федор Иоаннович». Посылая перевод второго действия драмы, просил Толстого высказать о нем свое мнение.

Д. П. Маковицкий ответил: «Лев Николаевич просил меня написать вам, что решительно не имеет времени прочесть ваш немецкий перевод и просит извинить его. Рукопись возвращается».

124. С. В. Глинскому (Киев), начало июня, Я. П.

31 мая 1906 г. переводчик Станислав Вильгельмович Глинский, сотрудник «Dziennik Kijowski», просил предоставить ему «исключительное право перевода на польский и выпуска в свет» рассказа Толстого «За что?».

125. Э. Гирану (E. Guirand, Париж), начало июня, Я. П.

10 июня н. с. 1906 г. Эдмонд Гиран просил разрешения Толстого переделать «Анну Каренину» в драму для постановки в «Théâtre Antoine».

126. Л. Хастие (L. Hastier, Франция), начало июня, Я. П.

9 июня н. с. 1906 г. Луи Хастие спрашивал мнение Толстого о собирании автографов. Д. П. Маковицкий ответил: «Лев Николаевич не имеет времени ответить вам о собирании автографов».

127. А. В. Жиркевичу (Смоленск), начало июня, Я. П.

31 мая 1906 г. Александр Владимирович Жиркевич (см. о нем т. 64) спрашивал, Толстым ли написаны две книжки, вышедшие за границей: «Les révolutionnaires», traduit par I. W. Bienstock, и «Guerre et révolution», traduit par Halpérine-Kaminsky. На конверте письма адресата помета Толстого: Ответить и спросить [?] мои.

128. П. П. Мартынову (Селты Вятской губ.), 11 июня, Я. П.

29 мая 1906 г. Павел Петрович Мартынов и пятеро его товарищей спрашивали: «...где можем мы достать полное собрание Ваших сочинений... без всяких изменений современною пресловутою русскою цензурою».

129. С. Харперу (S. Harper, Петербург), 17 июня, Я. П.

8 июня 1906 г. Самюэль Харпер, сын покойного президента Чикагского университета, приезжавшего в Ясную Поляну, просил Толстого о свидании. Сообщал, что он знаком с H. Н. Ге-сыном, у которого учился в Париже, и с Полем Буайе, с которым работал над переводами рассказов Толстого из «Азбуки». На конверте письма адресата помета Толстого: Ответить приглашением, оговорив, что занят.

130. И. И. Горбунову-Посадову (Москва), 17 июня, Я. П.

Д. П. Маковицкий писал Ивану Ивановичу Горбунову-Посадову: «Лев Николаевич просит тебя достать ему Кропоткина «Государство и его роль в истории», книгоиздательство «Свобода», Москва».

131. А. П. Смирнову (Петербург), 17 июня, Я. П.

Александр Петрович Смирнов в письме от 3 июня 1906 г. просил подтвердить рассказ некоего паломника о чудесах в Иерусалиме. На конверте письма Смирнова помета Толстого: Ответить, что это давно исследовано и обличен обман, паломник говорил неправду.

132. Д. Мартовому (станица Старощербиновская Кубанской области), середина июня, Я. П.

9 июня 1906 г. воспитанник 1-го класса Кубанской учительской семинарии Даниил Мартовой писал, что не согласен с Толстым в его взглядах на государство и политическую борьбу. На конверте письма адресата помета Толстого: Б[ез] о[твета]. Послать Конец Века. Д. П. Маковицкий ответил: «Лев Николаевич думает, что на нужные вам вопросы найдете ответы в книге «Конец века», которую вам и посылает».

133. Н. Р. Белитц (с. Хреновое Воронежской губ.), середина июня, Я. П.

7 июня 1906 г. Николай Робертович Белитц, студент юридического факультета Харьковского университета, просил Толстого разрешить прислать ему для прочтения свою повесть из крестьянского быта. На конверте письма адресата помета Толстого: Жалею, что не имею времени. Ответил Д. П. Маковицкий.

134. П. Ф. Вимпфену (Москва), середина июня, Я. П.

6 июня 1906 г. П. Ф. Вимпфен просил разрешения Толстого прислать ему на отзыв свой рассказ. Н. Л. Оболенский ответил: «К сожалению, у Льва Николаевича совсем нет времени, так как все свое время он отдает работе».

135. Selbstdenker, середина июня, Я. П.

Автор — немец, подписавшийся псевдонимом «Selbstdenker», прислал Толстому свою статью (появилась в издании Müller Verlag, Berlin). Ответил Д. П. Маковицкий: «Л. Толстой получил вашу книгу, нашел в ней много весьма хорошего и просит вас благодарить».

136. Редактору, 23 июня, Я. П.

В середине июня 1906 г. Толстой получил статью одной из венских газет, корреспондент которой, ссылаясь на беседу с ним, писал об отношении писателя к еврейским погромам. Л. Л. Толстой написал, что его отец не имел беседы на эту тему ни с каким корреспондентом. Письмо правил Л. Н. Толстой.

137. Г. С. Кейлину (местечко Белики Полтавской губ.), 23 июня, Я. П.

21 июня 1906 г. конторщик Галилей Соломонович Кейлин просил у Толстого «временного приюта... пока пройдет волна еврейских погромов».

137а. Н. Г. Сутковому (Петербург), 24? июня, Я. П.

Сутковой в письме от 23 июня спрашивал мнение Толстого относительно печатания одной антимилитаристской книжки. Ответил Г. М. Беркенгейм.

138. С. М. Вороновой (имение Медведка, ст. Крюково Николаевской ж. д.), конец июня, Я. П.

29 июня 1906 г. Софья Милиевна Воронова просила выслать ей список названий последних произведений Толстого.

139. Г-же Торнбург-Кроппер (Mrs Thornburg-Cropper, Лондон), конец июня, Я. П.

28 июня н. с. 1906 г. Торнбург-Кроппер посылала Толстому по просьбе руководителя секты бегаистов Аббаса-Эффенди (Акка, Сирия) одно его религиозное письмо. На конверте письма адресата помета Толстого: Отв[ечать], ч[то] благод[арю] за присыл[ку] письма. Кто Аб[бас] Эф[фенди?]

140. С. Кокреллю (S. Cockerell, Ричмонд, Англия), конец июня, Я. П.

29 июня н. с. 1906 г. Сидней Кокрелль (см. т. 74) писал, что прочел с интересом первый том биографии Толстого, написанный Бирюковым, что виделся с Р. Хентером и его женой, которые были в Ясной Поляне вместе с Кокреллем, а также сообщал о смерти муфтия Египта Мохаммеда Абдулы (см. о нем т. 75). На конверте письма адресата рукою М. Л. Оболенской записан конспект ответного письма, вероятно продиктованный ей Толстым: Пользуюсь прекрасной книгой, помню с удовольствием. Жалею, что умер Hunter[?] в Англии.

141. О. К. Зеленковой (Бад-Ландек, Германия), конец июня, Я. П.

28 июня н. с. 1906 г. Ольга Константиновна Зеленкова, деятельница вегетарианского движения, спрашивала, получил ли Толстой посланную ее книгу «Я никого не ем».

142. С. К. Преображенскому (Смоленск), конец июня, Я. П.

18 июня 1906 г. Сергей Ксенофонтович Преображенский писал о своих религиозных взглядах и предлагал прислать свое богословское сочинение. На конверте письма адресата помета Толстого: бла[годарить?].

143. Леоновичу (Стокгольм), июнь, Я. П.

Леонович писал Толстому о социальных вопросах.

144. Ш. Такайши (Петербург), начало июля, Я. П.

28 июня 1906 г. японский журналист Шингоро Такайши, знакомый К. Токутоми, просил разрешения посетить Ясную Поляну.

145. К. Я. Полису (Рига), 11 июля, Я. П.

3 июля 1906 г. Карл Яковлевич Полис, воспитатель детского приюта «Эйхенгейм», просил разрешения переводить на латышский язык сочинения Толстого.

146. В. А. Жукову (Елец), 12 июля, Я. П.

30 июня 1906 г. Виталий Аполлонович Жуков спрашивал мнение Толстого относительно так называемых «культурных колоний».

147. В. В. Стасову (Петербург), 15 июля, Я. П.

7 июля 1906 г. В. В. Стасов спрашивал у Толстого, как заглавие книги, которую Толстой читал вслух во время пребывания Стасова в Ясной Поляне в августе 1904 г.

148. С. И. Васюкову (станица Архипоосиповка Черноморской губ.), 15 июля, Я. П.

3 июля 1906 г. Семен Иванович Васюков спрашивал, что ему делать с рукописью, в которой он описывал свою поездку к сектантам Ставропольской губ. и которую И. И. Горбунов-Посадов отказался напечатать.

149. С. К. Шатрову (Москва), 18 июля, Я. П.

17 июля 1906 г. Сергей Клавдиевич Шатров спрашивал, где он может купить «Критику догматического богословия». Просил, если можно, прислать наложенным платежом. В. А. Лебрен ответил, что следует обратиться к Черткову, и послал «Краткое изложение евангелия».

150. Я. Демиховичу (Киев), 19 июля, Я. П.

В письме от середины июля Ян Демихович благодарил за книги и просил прислать «Критику догматического богословия». Книгу послал В. А. Лебрен и написал: «Посланную вам «Критику догматического богословия» Лев Николаевич просил вернуть, когда она не будет больше нужна».

151. Л. Малори (L. Меаllогу, Портлэнд, США), 20 июля, Я. П.

22 июня н. с. 1906 г. писательница Люси Малори благодарила Толстого за присланную ей книгу «Für alle Tage» и писала, что будет следовать примеру Толстого в служении человечеству. Д. П. Маковицкий ответил Малори и послал ей фотографию Толстого.

152. Давидовичу (Екатеринослав), 24 июля, Я. П.

В письме от середины июля Давидович просил у Толстого денег на лечение.

153. Ф. Порембскому (Чита), 24 июля, Я. П.

25 мая 1906 г. Ф. Порембский просил у Толстого 10 тысяч рублей, которые бы дали ему возможность оставить военную службу и заняться сельским хозяйством.

154. Н. Г. Пытелю (Крыжополь Подольской губ.), 26 июля, Я. П.

20 июля 1906 г. Николай Григорьевич Пытель, сын продавца в казенной винной лавке, спрашивал, как относится Толстой к стихотворству.

155. П. И. Зеленову (с. Барашево Симбирской губ.), 27 июля, Я. П.

24 июля 1906 г. учитель Петр И. Зеленов просил Толстого внести за него 4 рубля на подписку журнала «Вестник знания» и «Неделя», чтобы ознакомиться с произведениями Толстого в приложении к «Неделе».

В. А. Лебрен ответил, что Толстой может выслать ему книг, и спрашивал, какие именно произведения Толстого хочет иметь Зеленов.

156. А. Р. (Гунгербург, Эстляндия), 27 июля, Я. П.

20 июля 1906 г. студент Александр Р. просил указать ему, как поступить в какую-нибудь земледельческую колонию.

157. П. Н. Давыдову (ст. Воеводское Московско-Казанской ж. д.), 27 июля, Я. П.

13 июля 1906 г. Петр Никитич Давыдов писал о своих религиозных сомнениях. Ответил В. А. Лебрен и послал «Краткое изложение евангелия», «Христианское учение» и «Ответ Синоду».

158. В. Т. Нинебергу (Петербург), 28 июля, Я. П.

25 июля 1906 г. Вольдемар Тепович Нинеберг просил дать адреса «русских вольных общин или коммун».

159. А. А. Черенину (Романово-Борисоглебск Ярославской губ.), 29 июля, Я. П.

27 июля 1906 г. нотариус Александр Аполлонович Черенин просил разрешения приехать в августе в Ясную Поляну.

160. И. Тарасову (Екатеринослав), 30 июля, Я. П.

13 июля 1906 г. Тарасов, присылая брошюру о трех открытых им законах, просил Толстого высказаться о ней.

161. Г. Хефкеру (H. Häfker, Дрезден), 30 июля, Я. П.

6 августа н. с. 1906 г. журналист Герман Хефкер писал, что хочет облагородить и возвысить дух провинциальной немецкой прессы. Просил у Толстого статью в 100—150 строк, где бы он «успокоил и просветил немецкий простой народ». Ответил Д. П. Маковицкий. В «Записках» Маковицкого (запись от 30 июля 1906 г.) записаны слова Толстого относительно письма Хефкера: «Можно будет перевести и послать ему «Обращение к русским людям», когда оно будет готово».

162. Derby [?] (Англия), июль, Я. П.

В июле? 1906 г. инженер-англичанин Дерби благодарил Толстого за книгу «Царство божие внутри вас» и писал, что употребит все силы на то, чтобы распространять ее. Толстой поручил В. А. Лебрену написать адресату: «Я очень, очень благодарю его за его письмо... подобные письма, которые я все-таки иногда получаю, составляют самую большую радость моей жизни».

163. Л. Вродянскому (Шанхай), 1 августа, Я. П.

2/16 марта Л. Бродянский, русский консул в Шанхае, писал: «Один из современных китайских писателей г-н Ку Хун-мин обратился ко мне с просьбой переслать Вам его книгу «Papers from a Viceroy’s Jamen» и брошюру о японской войне».

164. Ку Хун-мину (Китай), 1 августа, Я. П.

В. А. Лебрен ответил и от имени Толстого выразил благодарность за присланные книги (см. предшествующее письмо).

165. И. Ф. Наживину, 5 августа, Я. П.

Некто Марсиянов просил Толстого сообщить художнику Н. В. Орлову, что он арестован и сидит в тюрьме в Туле. В. А. Лебрен написал об этом Наживину.

166. Е. П. Кондратьеву (Петербург), 8 августа, Я. П.

2 июля 1906 г. крестьянин Новгородской губ. Ефим Петрович Кондратьев задавал Толстому религиозные вопросы.

167. А. Н. Дунаеву (Москва), 12 августа, Я. П.

7 августа 1906 г. Яков Кузяев, 22-летний юноша, писал Толстому, что приехал из Керчи в Москву лечиться от заикания, но ему не хватает для уплаты за двухмесячный курс лечения пятидесяти рублей. Просил Толстого помочь ему деньгами. В. А. Лебрен написал A. H. Дунаеву, прося его проверить правдивость сообщаемых Кузяевым сведений.

168. А. Перману (Петербург), 12 августа, Я. П.

6 августа 1906 г. Август Перман просил разрешить ему перевести на эстонский язык некоторые философские сочинения Толстого.

169. H. Н. Пестову (Таганрог), 18 августа, Я. П.

Николай Николаевич Пестов, младший помощник бухгалтера в Государственном банке, просил содействовать его поступлению в учебное заведение одного из больших городов, где бы он мог учиться пению.

170. Л. Панченко (Кисловодск), 18 августа, Я. П.

13 августа 1906 г. народный учитель Леонтий Панченко, лечившийся в Кисловодске, просил у Толстого материальной помощи.

171. В. Линдебергу и Бутлерову (Тобольск), 23 августа, Я. П.

6 августа 1906 г. В. Линдеберг, старший врач губернской больницы, и Бутлеров, советник Тобольской губернской управы, прочитав в газете «Уральский край» письмо Л. Н. Толстого к царю, просили подтвердить, действительно ли Толстой автор этого письма.

172. М. Поповой (Петербург), 23 августа, Я. П.

М. Попова, 16 лет, просила написать ей, согласен ли Толстой прочитать написанные ею рассказы.

173. Р. Роллану (R. Rolland, Париж), 23 августа, Я. П.

27 августа н. с. 1906 г. Ромен Роллан посылал биографию Микеланджело, написанную им на основании писем и стихов самого Микеланджело.

174. Н. И. Женишеку (Москва), 26 августа, Я. П.

25 августа 1906 г. Николай Иосифович Женишек писал, что хотел бы прочесть Толстому написанные им в тюрьме философские статьи «Жизнь, как она есть» и «Человек прошлого, настоящего, будущего». На конверте письма адресата помета Толстого: Ответ[ить].

175. Н. И. Курочкину (Рыбинск), 26 августа, Я. П.

14 августа 1906 г. Н. И. Курочкин благодарил за присланную книгу «В чем моя вера?» и просил сообщить, как можно ее достать, не беспокоя Толстого.

176. А. Г. Ларионовой (Рязань), 27 августа, Я. П.

5 августа 1906 г. Анна Георгиевна Ларионова спрашивала Толстого, продолжать ли ей писательскую деятельность.

177. И. И. Магидсу (Вильно), 29 августа, Я. П.

22 августа 1906 г. Израиль Исаакович Магидс просил закрепить за ним право перевода сочинений Толстого на еврейский язык.

178. А. Г. Малолетковой (Казань), 29 августа, Я. П.

28 августа 1906 г. жена инженера-механика флота, Анастасия Гурьевна Малолеткова, просила разрешения приехать к Толстому.

179. И. Генеру (I. Genähr, Гонконг, миссия), 29 августа, Я. П.

Д. П. Маковицкий 29 августа 1906 г. записал: «Сегодня я по поручению Льва Николаевича написал I. Genähr’у (Hongkong’s Königliche Mission), что Лев Николаевич радуется тому, что он перевел на китайский язык его народные рассказы, и спрашивал его, не будет ли иметь успех на китайском языке «Круг чтения» и не взялся ли бы он перевести его».

180. И. В. Соколу (с. Жеребец Екатеринославской губ.), 29 августа, Я. П.

11 августа 1906 г. народный учитель Сокол просил разрешения перевести на украинский язык отдельные статьи «Новой азбуки» и «Книг для чтения» для составления учебников.

181. П. Свирчевекому (Зеньков Полтавской губ.), 30 августа, Я. П.

21 августа 1906 г. Петр Свирчевский, председатель совета народной библиотеки-читальни, обладающей весьма скудными средствами, просил Толстого выслать для библиотеки бесплатно или со скидкой «Детство и отрочество» и «Войну и мир».

182. Функ и Вегнель Ко (Funk and Wagnalls Company, Нью-Йорк), август, Я. П.

Издательство «Функ и Вегнель» в письме от 2 августа н. с. 1906 г. просило Толстого заполнить анкету биографического характера для готовящегося нового издания «The Schaff-Herzog Encyclopedia of Religions Knowledge» или указать хорошую биографию Толстого.

183. В. А. Гонценбаху, Н. Пашкевичу и Г. Братолюбову (Петербург), 2 сентября, Я. П.

22 августа 1906 г. Гонценбах, Пашкевич и Братолюбов писали, что ими организован кружок для самообразования, и просили прислать программу коллективных чтений по истории и литературе XIX в. В. А. Лебрен ответил, что Толстой советует читать в кружке Рёскина, Эмерсона, Чаннинга, Диккенса, Канта, Ламмене.

184. А. Каневскому (Джубга, Кавказ), 2 сентября, Я. П.

23 июля 1906 г. Анатолий Каневский сообщал Толстому об аресте Р. В. Юшко по обвинению в революционной деятельности и спрашивал, не может ли Толстой переправить семью Юшко к духоборам.

185. П. А. Мазаеву (ст. Кутейниково Екатерининской ж. д.), 2 сентября, Я. П.

27 августа 1906 г. Петр Абрамович Мазаев спрашивал, правда ли, что Толстой будет сотрудничать в газете, которую предполагают издавать в Харькове А. М. Бодянский и редактор-издатель «Молоканского вестника» Кудинов. См. письмо № 104. В. А. Лебрен ответил отрицательно.

186. Рахмановой (местечко Ржищев Киевской губ.), 9 сентября, Я. П.

30 августа 1906 г. Рахманова писала, что унаследовала все недостатки своих родителей и очень бы хотела от них избавиться. В. А. Лебрен ответил и послал «Христианское учение».

187. Л. В. Сахатич (Бердянск), 9 сентября, Я. П.

26 августа 1906 г. Лидия Владимировна Сахатич, бывшая актриса, посылала Толстому с просьбой об отзыве две свои пьесы «Meлузина» и «Розы».

188. Б. Лазаревскому (Петербург), 10 сентября, Я. П.

5 сентября 1906 г. Борис Александрович Лазаревский, писатель, спрашивал Толстого, дошел ли до него второй том его книги. В. А. Лебрен ответил, что книга получена и Толстой благодарит за нее.

189. Л. Тири (Luise Thiry, U.S.A.), 10 сентября, Я. П.

25 августа н. с. 1906 г. Луиза Тири, француженка, служанка-сирота, писала, что читала «Детство» Толстого с большим наслаждением. Жаловалась на одиночество, трудности жизни, просила разрешить посылать Толстому денег для бедных. В. А. Лебрен послал ей фотографию Толстого.

190. И. Н. Подрябинникову (Харьков), 10 сентября, Я. П.

9 сентября 1906 г. Иван Николаевич Подрябинников жаловался Толстому на то, что ни одна редакция не печатает его произведений: «Проект об избавлении от бессрочного рабства», рассказ «Тяжко, важко» и стихотворение «Проклятие человеку».

191. И. Мельнику (станица Камышеватка Кубанской области), 12 сентября, Я. П.

3 сентября 1906 г. крестьянин Илья Мельник писал о влиянии на него статьи Толстого «Церковь и государство».

192. Завгороднему (Феодосия), 12 сентября, Я. П.

В письме от начала сентября Завгородний просил рекомендовать его в земледельческую колонию толстовцев близ Геленджика (Михайловский перевал).

193. А. Г. Рыжковской (Бобруйск), 12 сентября, Я. П.

8 сентября 1906 г. Рыжковская просила совета, следует ли ей добиваться звания домашней учительницы, чтобы иметь право открыть школу в деревне.

194. Г. Г. Демидовой (ст. Мытищи Ярославской ж. д.), 12 сентября, Я. П.

9 августа 1906 г. Генриетта Густавовна Демидова посылала Толстому свой рассказ «Источник» и просила отдать его в какой-нибудь журнал или газету. На конверте письма адресата помета Толстого: Отв[ечать] не стоит.

195. И. Базанову (Вологда), 12 сентября, Я. П.

1 сентября 1906 г. И. Базанов спрашивал мнение Толстого об американской секте «Christian Science», основанной Мэри Б. Г. Эдди.

196. П. И. Молочину (Григорьево Ярославской губ.), 12 сентября, Я. П.

Петр Иванович Молочин, крестьянин, просил у Толстого книг и писал о своей жизни. Ответил и послал книги В. А. Лебрен.

197. Я. К. Кулапину (Екатеринодар), 16 сентября, Я. П.

21 августа 1906 г. Яков Касьянович Кулапин благодарил за книги и спрашивал, вышла ли из печати «рукопись полная «четыре евангелия».

198. В. Е. Фоминскому (Сергиев-Посад), 19 сентября, Я. П.

19 сентября 1906 г. Фоминский послал Толстому письмо религиозного содержания.

199. Я. Кузяеву (Ростов-на-Дону), середина сентября, Я. П.

4 сентября 1906 г. Яков Кузяев просил материальной помощи. Ответила Ю. И. Игумнова. М. Л. Оболенская послала 50 р.

200. С. М. Попову (ст. Поповка Николаевской ж. д.), 24 сентября, Я. П.

24 августа 1906 г. Сергей Михайлович Попов просил разрешения приехать к Толстому. На конверте письма адресата помета Толстого: Маша, ответь. Б. Л. Оболенский ответил, что приезжать не надо.

201. Г. Полтавцеву (Кизил-Арвад), 24 сентября, Я. П.

20 августа 1906 г. Геннадий Полтавцев просил «сообщить, где можно достать все без исключения» сочинения Толстого и какие из русских газет или журналов Толстой рекомендует читать. На конверте письма адресата помета Толстого: Ответить.

202. В. Хяннинену (Гельсингфорс), 27—30 сентября, Я. П.

18 сентября 1906 г. Хяннинен просил разрешения перевести на финский язык и издать «Письмо к фельдфебелю».

203. Я. В. Сергееву (Бендеры Бессарабской губ.), конец сентября, Я. П.

16 сентября 1906 г. Сергеев просил разрешения приехать к Толстому и поселиться около него. На конверте письма адресата помета Толстого: Написать, что приезж[ать] не нужно.

204. М. Н. Оптовцеву (Фатеж), конец сентября, Я. П.

15 сентября 1906 г. Михаил Николаевич Оптовцев просил «передать кому-либо для обработки прилагаемые заметки» и напечатать их. На конверте письма адресата помета Толстого: Жалеет, что не мож[ет] исполнить вашего желания и возвращ[ает].

205. Л. Малори (L. Меаllогу, США), конец сентября, Я. П.

27 сентября н. с. 1906 г. Люси Малори благодарила Толстого за присланную фотографию (см. в настоящем «Списке» письмо № 151) и посылала ему свою. М. Л. Оболенская ответила, что фотографии Малори в письме ее не оказалось.

206. А. П. Ионину (Талицкий завод Пермской губ.), конец сентября, Я. П.

11 сентября 1906 г. Аркадий П. Ионин, аптекарь, жаловался на свой физический недостаток — заикание, от которого он с детства страдает.

207. О. Коваленко (Киев), конец сентября, Я. П.

16 сентября 1906 г. Олекса Коваленко просил разрешения напечатать свой перевод на украинский язык брошюры «Неужели это так надо?» («Хіба ж так треба?»).

208. Е. фон Ганенфельдт (Грюненфельдт, Восточная Пруссия), конец сентября, Я. П.

15/28 сентября 1906 г. Елизавета фон Ганенфельдт просила разрешения перевести на немецкий язык некоторые из последних произведений Толстого.

209. Ф. И. Халанде (Чехия), 1 октября, Я. П.

Д. П. Маковицкий записал 1 октября 1906 г.: «На днях Фриц Иосиф Халанда из Чехии просил Льва Николаевича для какого-то музея написать автограф на бланке Школьной Матицы. Лев Николаевич написал: Угождай людям, забывая бога, и люди не будут любить тебя; угождай богу, забывая о людях, и люди полюбят тебя. 9 октября 1906 г. Я. П. Л. Толстой. Отсылая Халанде автограф Толстого, Д. П. Маковицкий, вероятно, снабдил его сопроводительным письмом.

210. Н. И. Алексееву (Орел), начало октября, Я. П.

1 октября 1906 г. студент-техник Николай Иванович Алексеев, «прежде чем посвятить себя литературе», просил Толстого составить для него список русских и иностранных писателей и их произведений.

211. С. Кокреллю (S. Cockerell, Хоршэм, Англия), начало октября, Я. П.

11 октября н. с. Сидней Кокрелль (см. о нем т. 74) посылал Толстому памфлет, написанный его другом У. Блёнтом (Wilford Blunt) об английской юстиции в Египте, и другую статью того же автора, напечатанную в «Figaro» 9 октября 1906 г. На конверте письма адресата помета Толстого: Благодари[ть].

212. Г. и Л. Москалевым (Ставрополь), начало октября, Я. П.

26 сентября 1906 г. учителя Григорий и Лидия Москалевы, подвергшиеся гонению за «честную деятельность и сочувствие к идее школьной свободы», просили дать им «рекомендацию в какое-либо общество» за границей. На конверте письма адресатов помета Толстого: Написать, что не могу.

213. И. А. Белоусову (Москва), начало октября, Я. П.

6 октября 1906 г. писатель Иван Алексеевич Белоусов сообщал, что в связи с 25-летием литературной деятельности И. И. Горбунова-Посадова он и С. Т. Семенов задумали поднести юбиляру альбом с портретами людей, ему близких, и просил прислать портрет Толстого. На конверте письма адресата помета Толстого: Послать портрет. Ответила С. А. Толстая, как это видно из письма Белоусова от 27 ноября.

214. А. Г. Глембоцкой (Кишинев), начало октября, Я. П.

2 октября 1906 г. Анна Георгиевна Глембоцкая посылала свои рассказы, чтобы Толстой помог их напечатать. На конверте письма адресата помета Толстого: Не имеет врем[ени], возвращ[ает.]

215. Я. В. Соколову (Бендеры Бессарабской губ.), начало октября, Я. П.

28 сентября 1906 г. Яков Васильевич Соколов, 16-летний юноша-молоканин, просил разрешения поселиться около Толстого. На конверте письма адресата помета Толстого: Написать ласков[ый] ответ: нельзя, надо жить хорошо, где живешь. Ответила и послала книги М. Л. Оболенская.

216. П. Я. Соляникову (Лебедин), начало октября, Я. П.

23 сентября 1906 г. Прокофий Яковлевич Соляников просил выслать ему «полное Ваше сочинение печатное, до сих пор запрещенное, за 1 р. 40 к.». На конверте письма адресата помета Толстого: Послать и объя[снить].

217. И. С. Шахрай (Харбин), начало октября, Я. П.

11 августа — 16 сентября 1906 г. Шахрай писал, что желает вступить в международное общество «Конкордия», и обращался к Толстому как к президенту этого общества с просьбой указать условия вступления. На конверте письма адресата помета Толстого: Не знаю Конкорд[ии].

218. М. А. Бернову (Петербург), 11 октября, Я. П.

4 сентября 1906 г. Михаил Александрович Бернов, путешественник, лектор и коллекционер по краеведению, просил Толстого опровергнуть заметку в газете «Столичный вестник», где сообщалось, что Бернов приехал в Ясную Поляну и Толстой его выгнал.

219. Е. В. Герцику (Петербург), 17 октября, Я. П.

14 октября 1906 г. издатель Е. В. Герцик писал, что перепечатывает сочинения Толстого с изданий Черткова. Д. П. Маковицкнй ответил Герцику, что Толстой советует греческие тексты в книге «Соединение и перевод четырех евангелий» проверить по Тишендорфу.

220. Г. Барбера (G. Barbera, Флоренция), середина октября, Я. П.

19 октября н. с. 1906 г. издатель Г. Барбера спрашивал Толстого, где будут напечатаны новые статьи Толстого о Паскале и П. Хельчицком, которые он хотел перевести на итальянский язык и опубликовать в Италии. На конверте письма адресата помета рукой Толстого: Написать, что в Кр[уге] Чт[ения].

221. И. П. Евтееву (с. Вязовка Саратовской губ.), середина октября, Я. П.

9 октября 1906 г. крестьянин Иван Павлович Евтеев, заведующий чайной общества трезвости с. Вязовка, просил содействовать его поступлению в фельдшерскую школу. На конверте письма адресата помета Толстого: Марка. Самому ответить. Послать книг Бондарева и Ж[изнь] И[исуса]. Написать, что не могу испол[нить] желание. Книги послала Ю. И. Игумнова.

222. К. Суомалайнену (Финляндия), середина октября, Я. П.

18 октября н. с. 1906 г. Карло Суомалайнен писал, что «Божеское и человеческое» не может быть точно переведено на финский язык, так как русское издательство Н. Т. Волкова (М. 1906) произвело большие сокращения в тексте. Из Лондона Чертков прислал ему английский перевод. В связи с этим он спрашивал Толстого: «Я сделал перевод по изданию Волкова, присовокупив упущенные места из английского перевода, но одобрите ли Вы подобное смешение?» На конверте письма адресата помета Толстого: Написать, что хорошо.

228. Ш. Такайши (Лондон), середина октября, Я. П.

16 октября н. с. 1906 г. японец Шингоро Такайши посылал Толстому книгу «The Sixth Financial and Economic Annual of Japan». Благодарил за любезный прием его в Ясной Поляне.

224. И. М. Трегубову (Москва), середина октября, Я. П.

7 октября 1906 г. И. М. Трегубов писал, что кое в чем не согласен со статьей Толстого «О значении русской революции» и просил разрешения прочесть ее «кружку рабочих, очень близких по духу и верованиям», и прислать Толстому их отзывы о ней для того, чтобы он сделал соответствующие поправки в статье.

225. С. Д. Николаеву (Москва), 27 октября, Я. П.

Д. П. Маковицкий 27 октября 1906 г. записал, что Толстой собирался выполнить просьбу П. Сабатье написать статью в журнал, издаваемый «по-итальянски молодыми людьми», и просил узнать у Николаева, перевел ли он статью «Christ and Paul», которая нужна была Толстому для задуманной статьи.

226. А. Н. Агееву (Ачинск), конец октября, Я. П.

15 октября 1906 г. Афанасий Николаевич Агеев благодарил Толстого за письмо и спрашивал, куда Толстой направил его прошение о помиловании и можно ли надеяться на освобождение из ссылки. На конверте письма адресата помета рукою Толстого: Афан[асий]. Ответила и послала книги М. Л. Оболенская.

227. Н. Нильсену (N. Nielsen, Лозанна), конец октября, Я. П.

24 октября н. с. 1906 г. портной Нильс Нильсен просил Толстого воздействовать на некоего Кутузова-Толстого, который четыре года назад, выдавая себя за племянника Л. Н. Толстого, задолжал портному 899 франков и скрылся. На конверте письма адресата помета Толстого: Написать, что не знаю.

228. Э. Перна (Петербург), конец октября, Я. П.

23 октября 1906 г. Э. Перна, управляющий делами В. Г. Черткова, приехавший по делу из Англии в Россию, просил разрешения навестить Толстого в Ясной Поляне, На конверте письма адресата помета Толстого: Написать: очень рад будет.

229. А. И. Погосову (Елисаветполь), конец октября, Я. П.

14 октября 1906 г. Арменак Иванович Погосов, ученик 6-го класса Елисаветпольской мужской гимназии, просил ответить на религиозные вопросы. На конверте письма адресата помета Толстого: Ничего не могу ответить, кроме того, что в моих книгах.

230. Д. Н. Попову (ст. Голицыно Московско-Брестской ж. д.), конец октября, Я. П.

18 октября 1906 г. Дмитрий Николаевич Попов, только что окончивший университет и воспитывающий двух мальчиков 7 и 8 лет, спрашивал, «можно ли теперь же сообщить этим мальчикам всю сущность полового вопроса или подождать и предоставить им самим искать ответа, где и как знают».

231. П. Ф. Вимпфену (Москва), конец октября, Я. П.

17 октября 1906 г. П. Ф. Вимпфен писал, что ему хотелось повидать Толстого или хотя бы получить от него фотографическую карточку. На конверте письма адресата помета Толстого: Послать карточ[ку].

232. К. П. Федюкину и А. П. Бондаренко (с. Ст. Полтавка Самарской губ.), конец октября, Я. П.

20 октября 1906 г. земский учитель Кондрат Павлович Федюкин и фельдшерица-акушерка Анна Павловна Бондаренко спрашивали, как переселиться в Америку. На конверте письма адресата помета Толстого: Ответить, что не могу и не советую.

233. Г. Л. Гренцу (Петербург), конец октября, Я. П.

10 октября 1906 г. Герасим Людвигович Гренц, управляющий типолитографией «Евг. Тиле», просил Толстого «дать несколько строк» для сборника рассказов, прибыль с которого предназначалась на выдачу пособий безработным типографским работникам.

234. Э. Мооду (A. Maude, Москва), конец октября, Я. П.

18 октября 1906 г. Э. Моод просил сообщить ему английский текст цитаты из Чаннинга, которую Толстой приводит в своей статье «О значении русской революции». М. Л. Оболенская ответила, что у Толстого нет английского текста Чаннинга.

235. А. П. Иванову (Воронеж), октябрь, Я. П.

Александр Петрович Иванов, работавший у Толстого переписчиком, просил извинения, что дал посторонним лицам возможность сделать выписки из Дневников Толстого.

236. П. И. Бирюкову (Онэ, Швейцария), 5 ноября, Я. П.

Д. П. Маковицкий записал 3 ноября 1906 г.: «Лев Николаевич поручил мне написать Бирюкову о скверном переводе Бинштока «Sur la religion».

237. И. И. Горбунову-Посадову (Москва), 6 ноября, Я. П.

Д. П. Маковицкий записал 6 ноября 1906 г.: «Шкарван, который переводит «Крут чтения» на немецкий язык, пишет Льву Николаевичу, что дни 3 и 8 декабря — повторения 6 ноября и 11 февраля, и просит Льва Николаевича заменить их чем-нибудь другим. Лев Николаевич поручил мне написать И. И. Горбунову, чтобы послал Шкарвану запасные дни, и сказал, что, может быть, он сам напишет новые, хочется ему, есть о чем».

238. С. А. Давыдову (Смоленск), 10 ноября, Я. П.

31 августа 1906 г. Самуил Давыдов, сын резчика печатей, юноша 16 лет, писал о бессмысленности жизни и спрашивал, в чем он может «найти опору в жизни, чтобы без сомнений служить своему народу и человечеству». Ответила и послала книги Ю. И. Игумнова.

239. И. Ф. Наживину (Киркстад, Финляндия), начало ноября, Я. П.

М. Л. Оболенская, по поручению Толстого, спрашивала И. Ф. Наживина, куда можно посылать деньги для передачи отказавшимся от военной службы И. М. Куртышу и А. И. Иконникову.

240. О. П. Дорошенко (Мстиславль), начало ноября, Я. П.

28 октября 1906 г. Ольга Петровна Дорошенко (см. о ней т. 66) просила предоставить какое-либо занятие ее старшему сыну в Москве. На конверте письма адресата помета Толстого: Не могу помочь.

241. И. А. Теремову (Москва), начало ноября, Я. П.

29 октября 1906 г. Иван Алексеевич Теремов, малограмотный мастеровой, посылал Толстому свои стихотворения «Грешный», «Молитва», «Ласточка» и др., просил их исправить и прислать ему обратно. На конверте письма адресата помета Толстого: Советую не писать, п[отому] ч[то] плохо.

242. И. Романовскому (Полтава), начало ноября, Я. П.

31 октября 1906 г. И. Романовский просил у Толстого 15 р. на покупку книги «о великом значении личного магнетизма, гипноза, укрепления памяти и силе мысли». На конверте письма адресата помета Толстого: Б[ез] о[твета]. Возвращает брошюру и не советует покупать книги.

243. Хмелевой и Рукиной (Вологда), начало ноября, Я. П.

29 октября 1906 г. ученицы 6-го класса Первой вологодской женской гимназии, Хмелева и Рукина, писали: «...в каком отношении к содержанию романа «Анна Каренина» стоит эпиграф: «Мне отмщение и Аз воздам». Мы думаем так: что человек, нарушивший нравственные правила, будет наказан. Но нам очень хочется знать, что подразумевали Вы, когда писали эпиграф». На конверте письма адресата помета Толстого: Вы правы.

244. А. А. Шкарвану, 7—12 ноября, Я. П.

Д. П. Маковицкий записал 7 ноября 1906 г.: «После обеда Лев Николаевич принес мне 3 и 8 декабря «Круга чтения», которые он вчера и сегодня составлял и сегодня же поправил, и поручил послать Шкарвану и Черткову. В 11 Лев Николаевич еще раз зашел ко мне с книгой Angelus Silesius «Cherubinischer Wandersmann», откуда попросил меня выписать два стиха о смирении, которые он в переводе поместил в «Круг чтения», и послать Шкарвану их немецкий текст».

Там же 12 ноября 1906 г.: «За завтраком Лев Николаевич дал мне послать Шкарвану два запасных дня «Круга чтения», присланные И. И. Горбуновым» (см. в настоящем «Списке» письмо № 237).

245. А. Лебединскому (с. Столбищи Нижегородской губ.), середина ноября, Я. П.

9 ноября 1906 г. А. Лебединский писал, что не удовлетворен ответом М. С. Сухотина и что было бы вполне целесообразно и желательно появление в России статьи Толстого о церковной реформе. На конверте письма адресата помета Толстого: Просит сказать вам, что из его сочинений вы можете увидеть, что он писал. Б[ез] о[твета].

246. Э. Скелли (Е. Scully, Лондон), середина ноября, Я. П.

14 ноября н. с. 1906 г. Эрнест Скелли, секретарь «League of Universal Brotherhood and Native Races Association», извещал об избрании его вице-президентом лиги и посылал Толстому листовки и брошюры этой лиги для ознакомления с ее работой. На конверте письма адресата помета Толстого: Благод[арить?].

247. И. Ф. Наживину (Киркстад, Финляндия), середина ноября, Я. П.

18 ноября н. с. 1906 г. И. Ф. Наживин сообщал адрес, по которому ему можно прислать денег для передачи И. М. Куртышу и А. И. Иконникову. На конверте письма адресата помета Толстого: Маша.

248. Р. Финне (Тавастгус, Финляндия), 27 ноября, Я. П.

27 ноября н. с. 1906 г. переводчик Финне просил разрешения перевести на финский язык статью Толстого «О значении русской революции». На конверте помета Толстого: Право издания и перевода передано всем желающим безвозмездно и пот[ому] не имею до издания и перево[да] никакого отношения.

249. В. Готвальту (Москва), 30 ноября, Я. П.

29 ноября 1906 г. Владимир Готвальт, зять К. А. Тимирязева, ссылаясь на обещание Толстого, данное ему при личной встрече, просил прислать английское издание рассказа «За что?» и «Божеское и человеческое». Предлагал издать их, а также и другие статьи Толстого в Москве на русском языке общедоступными брошюрами.

250. П. С. Боброву (с. Красный Яр Смоленской губ.), конец ноября, Я. П.

19 ноября 1906 г. Павел Бобров, видевший Толстого в 1890 г. в издательстве «Посредник», писал о своем желании посетить Толстого. На конверте письма адресата помета Толстого: Ответить.

251. В. Белову (ст. Хотьково Ярославской ж. д.), конец ноября, Я. П.

20 ноября 1906 г. В. Белов посылал Толстому план и проект «Дома размышления», особого здания, где помещалась бы обширная библиотека книг на религиозные темы. На конверте письма адресата помета Толстого: Б[ез] о[твета]. Ответить.

252. Н. А. Аветикьянц (Москва), 10 декабря, Я. П.

8 декабря 1906 г. Николай Александрович Аветикьянц спрашивал, уехал ли из Ясной Поляны П. Веригин. На конверте письма адресата помета рукою Толстого: Ответ[ить], что уе[хал].

253. Я. В. Соколову (г. Бендеры Бессарабской губ), начало декабря, Я. П.

21 ноября 1906 г. Соколов сообщал, что не сможет получить высланные М. Л. Оболенской книги и просил выслать еще книг по другому адресу. Сомневался в правильности учения о непротивлении злу и спрашивал, неужели миллионам трудящихся терпеть гнет буржуев и правительства. На конверте письма адресата помета Толстого: Б[ез] о[твета]. Ответить, что ответ в книгах. Последняя фраза Толстым зачеркнута.

254. П. А. Мазаеву (Омск), начало декабря, Я. П.

1 декабря 1906 г. П. А. Мазаев спрашивал, как назвать журнал, который он решил издавать в Харькове совместно с Бодянским. На конверте письма адресата помета Толстого: Отве[тить] через Вер[игина].

255. Н. М. Сакулину (Москва), начало декабря, Я. П.

30 ноября 1906 г. Николай Михайлович Сакулин спрашивал адрес духоборов. На конверте письма адресата помета Толстого: Дать адрес духоб[оров].

256. В. Н. Давыдовой (имение Внуково Рязанской губ.), начало декабря, Я. П.

25 ноября 1906 г. В. Н. Давыдова, помещица, вследствие неурожайного года и неумелого ведения ею хозяйства оказавшаяся в долгах, спрашивала, как ей поступить в дальнейшем. На конверте письма адресата помета Толстого: Ответить, что очень сожалеет, что не может ничем помочь вам.

257. А. Г. Мейеру (A. G. Meyer, Дрезден), начало декабря, Я. П.

13/26 ноября 1906 г. Мейер, капитан и бригадный адъютант, просил назвать еще не изданные на немецком языке сочинения Толстого и позволить ему перевести их.

258. И. Ф. Наживину (Киркстад, Финляндия), начало декабря, Я. П.

И. Ф. Наживин спрашивал разрешения на опубликование писем Толстого к нему в своей статье о Толстом. Д. П. Маковицкий ответил, что Толстой не советует печатать статью.

259. И. Е. Булочкину (Москва), середина декабря, Я. П.

3 декабря 1906 г. И. Е. Булочкин писал, что во всех сочинениях Толстого не нашел ответа на мучившие его вопросы. Полемизировал с Толстым по вопросам о существовании бога, о пользе физического труда, о любви к ближнему. Прилагал конверт для ответа. На конверте письма адресата помета Толстого: Отослать конверт.

260. Н. Н. Клементьеву (Креславль Витебской губ.), середина декабря, Я. П.

11 декабря 1906 г. Николай Николаевич Клементьев просил у Толстого помочь ему учиться на казенный счет. На конверте письма адресата помета Толстого: Не могу исполнить желания.

261. А. Огородникову (с. Ивот Брянского уезда), середина декабря, Я. П.

3 декабря 1906 г. фельдшер А. Огородников спрашивал, куда переслать собранные пожертвования для голодающих.

262. А. Фрадкину, М. Городецкому, И. Протасову (Борисоглебск Тамбовской губ.), 23 декабря, Я. П.

В письме от 20 декабря 1906 г. Александр Фрадкин, Михаил Городецкий и Иван Протасов просили разрешения повидаться с Толстым, чтобы спросить его совета «на одно дело». На конверте адресатов помета Толстого: Спросить, в чем дело.

263. К. В. Дэниэлю (C. W. Daniel, Лондон), 25 декабря, Я. П.

В ответ на присылку К. В. Дэниэлем, издателем журнала «The Crank» последних номеров этого журнала Д. П. Маковицкий написал ему, что Толстой с интересом прочел статью «The Earth for all» и просит прислать начало ее.

264. И. Ф. Наживину (Киркстад, Финляндия), конец декабря, Я. П.

30 декабря н. с. 1906 г. И. Ф. Наживин писал, что очень огорчен советом Толстого не печатать его статью (см. № 258 настоящего «Списка»). На конверте письма адресата помета Толстого: Написать, пускай печатает.

265. Метикьянцу (Москва), декабрь, Я. П.

Метикьянц спрашивал Толстого, где находится П. В. Веригин.

266. Неизвестному (Лондон), декабрь, Я. П.

В декабре 1906 г. Толстым была получена телеграмма, в которой его просили изложить его мнение о вивисекции.

## ПРЕДИСЛОВИЕ К СЕМЬДЕСЯТ ПЯТОМУ И СЕМЬДЕСЯТ ШЕСТОМУ ТОМАМ

Напечатанные в настоящих томах письма Толстого 1904—1906 гг. в большинстве своем написаны в ответ на многочисленные просьбы, вопросы и обращения, поступавшие к великому писателю от лиц самых различных общественных положений, воззрений, профессий, званий и национальностей.

Далеко не все из многочисленных корреспондентов Толстого лично знали его. Но почти все они обращались к нему за разрешением наиболее важных для себя вопросов общественного, этического, религиозного, а часто и сугубо личного характера.

Крестьяне из глухих и далеких деревень просили у Толстого защиты от полицейского произвола, помощи в нужде, спрашивали, как и где искать путей к лучшей и справедливой жизни.

Из Петербурга, Москвы и других городов России Толстой получал письма от рабочих, студентов, железнодорожных и конторских служащих, священников, врачей, учителей и учащихся, делившихся с писателем своими горестями, мыслями, сомнениями, иногда выражавшими свое единомыслие, а подчас и несогласие с его взглядами.

Люди, пострадавшие за свои убеждения, томившиеся в сибирской ссылке, в тюрьмах, дисциплинарных батальонах, искали у Толстого заступничества и моральной поддержки. В числе корреспондентов Толстого мы находим многих представителей русской и иностранной культуры — замечательного критика-демократа В. В. Стасова, писателей В. Г. Короленко, Л. Н. Андреева, художника Л. О. Пастернака, видного русского юриста-общественника А. Ф. Кони, проф. С. А. Венгерова, пианиста А. Б. Гольденвейзера, языковеда и переводчика М. Н. Михельсона, американского писателя и публициста Эрнеста Кросби, английского писателя Дж. Морисона, китайского писателя Ку Хун-мина и историка Чжан Чин-туна, японского журналиста и литератора Кенджиро Токутоми, крупного французского невропатолога Поля Солье, турецкого журналиста и дипломата Решид Саффет Бея и многих других.

Но, пожалуй, больше всего писем Толстой получал от рядовых, незаметных людей, жертв общественной несправедливости, замученных личными и социальными неурядицами, людей, доверчиво делившихся с великим писателем своим горем, просивших у него практического совета и очень часто материальной помощи.

Естественно, что Толстой далеко не всегда мог удовлетворить все эти многочисленные и разнохарактерные просьбы. Ограниченный своей религиозной философией, он не мог дать этим людям правильного решения томивших их вопросов и проблем. Отвечая своим корреспондентам, он наставлял их в духе своего учения, делился своими мыслями и соображениями.

В силу этого публикуемые в 75 и 76 томах письма Толстого, за исключением некоторых писем к родным и знакомым, не носят характера узко интимной переписки и по своему содержанию, а часто и по форме, во многом перекликаются с публицистическими выступлениями писателя 1904—1905 гг. Некоторые письма представляют собой как бы прямой комментарий к публицистическим произведениям писателя, развивают и дополняют его мысли, уже высказанные в печати, или намечают то, о чем он еще только собирался писать.

Основное место в письмах Толстого 1904—1905 гг. так же, как и в его публицистическом творчестве этого времени, занимают вопросы, связанные с русско-японской войной и с революцией 1905 года.

Это придает особое значение собранному в настоящих томах эпистолярному наследию писателя. Оно наглядно свидетельствует, как глубоко и неразрывно был связан великий писатель с русским патриархальным крестьянством и как сложно и противоречиво он воспринял ту революционную бурю, которая разразилась в 1905 г.

### I

Защищая и выражая интересы многомиллионного русского крестьянства, изнывавшего под гнетом помещичьей кабалы, капиталистической эксплуатации и полицейского насилия, Толстой, начиная с 80-х годов XIX в., выступает непримиримым противником и страстным обличителем всех форм и проявлений экономического и политического угнетения народных масс.

В целом ряде своих публицистических статей 80—90-х годов Толстой разоблачает грабительский характер колониальных и империалистических войн, выступает против пагубных последствий политики милитаризма, проводимой крупнейшими державами и тяжелым бременем ложившейся на плечи народных масс.

Как огромное бедствие воспринял Толстой и начавшуюся в январе 1904 г. войну между Россией и Японией.

С первых дней русско-японской войны Толстой понял и осудил ее захватнический характер. «Я ни за Россию, ни за Японию, а за рабочий народ обеих стран, обманутый правительствами и вынужденный воевать против своего благополучия, совести и религии»,[1] — отвечал Толстой на просьбу газеты «The North American» высказать свое мнение о начавшейся войне.

Именно захватнический характер русско-японской войны исключал для Толстого возможность встать на сторону той или другой из воюющих стран, вызывая в нем только глубокое сочувствие к насильно втянутым в войну народам.

Писатель был до глубины души возмущен и подавлен чудовищной бессмысленностью гибели и страданий десятков тысяч русских крестьян и рабочих, посланных на убой во имя грабительских вожделений царизма. В письмах к родным, знакомым и совсем чужим людям Толстой с неизменным негодованием и одинаковой откровенностью говорит о «безумии», «мерзости», «преступности» «этой ужасной войны».

Всемерно сочувствуя насильно угнанным на войну солдатам и матросам, Толстой не находил никакого оправдания тем, кто добровольно принимал в ней то или другое участие. Собственному сыну Л. Л. Толстому, выразившему желание отправиться в действующую армию военным корреспондентом, он писал: «Для меня безумие, преступность войны... так ясны, что кроме этого безумия и преступности ничего не могу в ней видеть, и мне кажется, что по отношению к войне всякий нравственный человек должен только стараться устраниться от нее, не участвовать в ней, чтобы не забрызгаться ее мерзостью».[2]

Но сам Толстой был настолько взволнован, «захвачен» и озабочен дальневосточными событиями, что не мог оставаться их пассивным наблюдателем. Он живо откликался на поступавшие к нему из деревень жалобы солдаток и стариков, у которых война отняла их единственных кормильцев. От имени жен и родителей мобилизованных в армию крестьян Толстой не раз писал прошения «по начальству», хлопоча о возвращении многих взятых на войну «запасных» к их семьям и мирному труду.

Живя одной неразрывной жизнью со своим народом, Толстой не мог не высказать публично свое возмущение развязанной царизмом войной и выступил против нее с страстной обличительной антиправительственной статьей «Одумайтесь!». «Я никак не думал, — писал он великому князю Н. М. Романову, — чтобы эта ужасная война так подействовала на меня, как она подействовала. Я не мог не высказаться об ней и послал статью за границу, которая на днях появится и, вероятно, будет очень не одобрена в высших сферах».[3]

В статье «Одумайтесь!» Толстой характеризует дальневосточную войну как одно из самых страшных «злодеяний», совершенных царизмом над русским народом. Писатель с возмущением говорит о том, что войну «затеяли» «безнравственные, тщеславные люди, сидящие теперь спокойно в своих дворцах и ожидающие новой славы и новых выгод и барышей от убийства этих 50 000 ни в чем не виноватых, ничего не приобретающих своими страданиями и смертями, несчастных, обманутых русских рабочих людей».[4]

Писатель отчетливо сознавал и со всей убедительностью разоблачал непримиримую враждебность империалистической политики царизма жизненным интересам трудящихся масс.

Безоговорочно осуждая захватнические цели войны и тех, кто развязал ее на горе народу, Толстой вместе с тем тяжело переживал неудачи, преследовавшие русскую армию на Дальнем Востоке. «Сдача Порт-Артура огорчила меня, мне больно», — пишет он в Дневнике 31 ноября 1904 г. и добавляет: «Это патриотизм».[5]

Всю ответственность за потерю Порт-Артура и за другие «постыдные» «с патриотической и военной точки зрения» поражения русских войск Толстой справедливо возлагал на правящие круги, «которые затеяли» войну, посылали «на смерть десятки тысяч русских людей» и вели ее «так дурно, небрежно», «так непредвиденно, неприготовленно».[6]

Рисуя потрясающую картину коррупции царского правительства, обличая продажность и цинизм царских ставленников, беззастенчиво наживавшихся на войне, грабивших народ и разоблачая ложь и лицемерие верноподданнической шумихи, Толстой в своей статье «Одумайтесь!», обращаясь ко всем миролюбивым народам, спрашивал: «Да когда же это кончится? И когда же, наконец, обманутые люди опомнятся и скажут: «да идите вы, безжалостные и безбожные цари, микады, министры, митрополиты, аббаты, генералы, редакторы, аферисты и как там вас называют, идите вы под ядра и пули, а мы не хотим и не пойдем. Оставьте нас в покое, пахать, сеять, строить...»[7]

Толстой надеялся, что позорная для царизма, ненужная и тягостная для народа война до конца откроет глаза широким массам на «преступность» «глупого, жестокого и лживого русского правительства», убедит народ в необходимости пассивного неповиновения ему и тем самым приведет самодержавие к полному и окончательному крушению.

Вот почему Толстой придавал такое огромное значение всем случаям отказа от военной службы, от вступления в действующую армию, видя в этом начало конца насильнического строя.

Вот почему Толстой при всем своем осуждении войны был склонен видеть в ней не только «ужасное», но и «знаменательное», «чреватое огромными последствиями», «благодетельное событие», отрезвляющее сознание масс и открывающее народу перспективу освобождения от какого бы то ни было политического насилия.

### II

Царизм потерпел в русско-японской войне не только военное, но и политическое поражение. Война приблизила уже давно назревавшую в России революцию, что по-своему понимал и чувствовал Толстой, видевший нарастание народного гнева и возмущения. В 1906 г. он прямо назвал войну с Японией одной из «внешних» причин революции, «толчком, который превратил невидную, глухую, внутреннюю работу в явное сознание незаконности требований правительства».[8]

Желая окончательного крушения самодержавно-помещичьего строя, Толстой, однако, отвернулся от начавшейся в 1905 г. революции, направленной на свержение этого строя, не сочувствовал ей. С этой двойственной, противоречивой позиции Толстой воспринял и события 9 января 1905 г., ознаменовавшие начало революционной бури.

«Кровавое воскресенье» произвело на Толстого удручающее впечатление и было воспринято им как новое злодеяние царского правительства, о чем он во всеуслышание заявил в статье «Об общественном движении в России».

Но к выступлению рабочих, обратившихся к царю с политическими требованиями, Толстой отнесся крайне отрицательно. Он писал, что, по его мнению, «рабочие манифестации» представляют собой «явления искусственные, не выражающие нисколько желаний и требований русского народа».[9]

Та же мысль неоднократно высказывалась и аргументировалась Толстым и в публицистике и в письмах этих лет.

«Если только народ, настоящий народ, сто миллионов мужиков земледельцев своим пассивным неучастием в насилии не сделает ненужною и безвредною всю эту несерьезную, шумную раздраженно-самолюбивую ораву, мы непременно придем к военной диктатуре, и придем через великие злодейства и развращение, которые уже начались»,[10] — утверждал Толстой в письме к В. В. Стасову. Он резко осуждает все виды и формы политической борьбы с царизмом, в том числе даже и мирные выступления рабочего класса с политическими требованиями. Когда же эти выступления стали принимать все более массовый, активный и вооруженный характер и, охватив почти все крупные промышленные центры России, подняли на революционный штурм самодержавно-помещичьего строя крестьянские массы, Толстой усмотрел во всем этом лишь «братоубийственные насилия», не только не приближающие, но и отдаляющие час народного освобождения.

В дни грандиозных рабочих стачек и забастовок, баррикадных боев, массовых захватов крестьянами помещичьих земель и ожесточенного, беспощадного сопротивления царского правительства Толстой выступал с проповедью «непротивления злу насилием» и призывал как правительство, так и борющиеся с ним силы к смирению и всепрощению.

Революционному пути организованной массовой борьбы Толстой противопоставил путь «пассивного неучастия» масс в правительственных «насилиях» и нравственного самоусовершенствования. Этой мыслью проникнуто большинство писем Толстого 1904—1906 гг.

На многочисленные запросы своих корреспондентов, как следует относиться к революционным выступлениям и политическим требованиям народных масс, Толстой неизменно советовал не участвовать в политических «насилиях», «с чьей бы стороны они ни совершались».

Эта проповедь наносила делу революции самый прямой и непосредственный вред. «Не противься злу насилием, — писал с возмущением А. М. Горький. — Я не знаю в истории русской момента более тяжелого, чем этот, и не знаю лозунга более обидного для человека, уже заявившего о своей способности к сопротивлению, к бою за свою цель».[11]

В то же время Толстой с еще большей страстностью и убежденностью, чем прежде, обличает бесчеловечность «рабства», в котором находился народ у помещиков и капиталистов, ужасы солдатчины, бедствия крестьянского безземелья, несправедливость и тяжесть податной системы, разоблачает «церковный обман», грабительские, «разбойничьи» действия царизма и призывает к «неповиновению» ему.

Беспощадная и глубоко справедливая критика великим писателем «всех современных государственных, церковных, общественных, экономических порядков»[12] царской России, звучавшая на весь мир, вопреки его воле и желанию не только оправдывала революционный протест масс, но объективно содействовала их освободительной борьбе. И, несмотря на то, что Толстой отстранился от революционной борьбы и осуждал ее, он ни в какой мере не хотел поражения революции и горячо возражал, когда его подозревали или упрекали в этом. «Я тоже не согласен с вами с приписываемой вами мне роли в нашей революции: ни в том, что я виновник ее, ни еще менее в том, что я не признаю ее и желал бы задавить ее... я радуюсь на революцию, но огорчаюсь на тех, которые, воображая, что делают ее, губят ее. Уничтожит насилие старого режима только неучастие в насилии, а никак не новые и нелепые насилия, которые делаются теперь».[13]

Толстой принимал революцию и радовался на нее постольку, поскольку видел в ней несомненное выражение охватившего широчайшие массы «сознания незаконности требований правительства». «Россия переживает важное, долженствующее иметь громадные последствия время»,[14] — писал он об этом в 1905 г. «Престиж власти разрушен, и перед русскими людьми нашего времени, перед огромным большинством их, возник во всем великом значении вопрос о том, должно ли, следует ли повиноваться правительству. В этом возникшем в русском народе вопросе — одна из причин предстоящего, а может быть, и начавшегося великого всемирного переворота».[15]

Таким образом, Толстой в известной мере сочувствовал русской революции, по-своему понимал ее мировое значение. Политическую борьбу, вооруженные выступления Толстой считал величайшим заблуждением народа, но от которого, по его мнению, он не может не освободиться по мере обострения и развития революционных событий. Освобожденные от революционных иллюзий, ставшие на позицию неучастия во зле массы обретут ту силу, которая, с его точки зрения, сумеет обновить на началах справедливости сначала русскую жизнь, а потом и весь мир. С этой утопической и реакционной точки зрения Толстой оправдывал революцию и утверждал ее необходимость;

В самый разгар революции, за несколько дней до декабрьского восстания, Толстой с неколебимой убежденностью пишет В. В. Стасову: «События совершаются с необыкновенной быстротой и правильностью. Быть недовольным тем, что творится, всё равно, что быть недовольным осенью и зимой, не думая о той весне, к которой они нас приближают».[16]

Весьма сложное и противоречивое отношение Толстого к революции отражало некоторые из тех существенных сторон и объективных противоречий самой революции, в которых выразилось ее историческое своеобразие и которые во многом предопределили ее исход.

### III

Одна из главных отличительных черт революции 1905 года, по определению В. И. Ленина, состояла в том, что «это была крестьянская буржуазная революция в эпоху очень высокого развития капитализма во всем мире и сравнительно высокого в России. Это была буржуазная революция, ибо ее непосредственной задачей было свержение царского самодержавия, царской монархии и разрушение помещичьего землевладения, а не свержение господства буржуазии».[17]

Но в то же время первая русская революция была и пролетарской «не только в том смысле, что пролетариат был руководящей силой, авангардом движения, но и в том смысле, что специфически пролетарское средство борьбы, именно стачка, представляло главное средство раскачивания масс и наиболее характерное явление в волнообразном нарастании решающих событий».[18]

Толстой воспринял революцию с позиций патриархальной крестьянской массы. В силу этого писатель не мог не сочувствовать основной демократической задаче революции — коренному изменению условий жизни крестьянских масс, освобождению их от помещичьей кабалы и самодержавно-полицейского гнета. Толстой был по-своему прав, когда не без гордости писал в дни революции В. В. Стасову, что «состоит» «во всей этой революции в звании, добро и самовольно принятом на себя, адвоката 100-миллионного земледельческого народа» и сорадуется «всему, что содействует или может содействовать его благу».[19]

Благо же народа, по глубочайшему убеждению писателя, заключалось в освобождении от «земельного рабства» и «правительственных насилий», то есть именно в том, к чему стремилось крестьянское движение в первой русской революции и что составляло одну из важнейших ее демократических задач. Крестьянство было в глазах Толстого единственным подлинным носителем общенародных интересов. В промышленном пролетариате Толстой не видел самостоятельного общественного класса с своими особыми и во многом отличными от крестьянских интересами и задачами. Рабочий для Толстого — это не более как обезземеленный крестьянин, жаждущий только возвращения к земле, к крестьянскому труду и хозяйству. Толстой был убежден, что, выражая «волю» «земледельческого народа», он тем самым говорит от лица всех трудящихся, всего народа, всех «рабочих людей».

Представляя и выражая настроения и чаяния патриархальной деревни, Толстой крайне ограниченно, а во многом и ошибочно, понимал задачи и цели русской революции.

Отмечая в 1905 г. правильность и своевременность социал-демократического лозунга об образовании революционно-крестьянских комитетов, то есть органов диктатуры революционного крестьянства, Ленин в то же время указывал на необходимость считаться с тем, что в крестьянском движении еще таится «масса темноты, бессознательности», и предостерегал об опасности каких-либо иллюзий на этот счет. «Темнота мужика, — говорил Ленин, — выражается прежде всего в непонимании политической стороны движения, в непонимании, например, того, что без коренных демократических преобразований во всем политическом строе всего государства совершенно невозможны никакие прочные шаги на пути расширения землевладения».[20]

В отстранении Толстого от политики, в его убежденности, что выдвинутые рабочими требования «и свободы печати, и свободы собраний, отделения церкви от государства, даже восьмичасового дня — для большей массы крестьянства не представляют никакого интереса... что он (земледельческий народ. — Е. К.) ждет и желает одного: освобождения земли от права собственности, общности земли»,[21] объективно отразилась политическая незрелость крестьянского движения эпохи первой русской революции.

Удовлетворение этого самого заветного крестьянского желания представлялось Толстому, как и самому крестьянству, единственно возможной, необходимой и при этом кардинальной мерой раскрепощения всех трудящихся, мерой, которая «делает излишними все сложные требования рабочих».

Подобная трактовка места и значения земельного вопроса в освободительном движении масс была не только очень далека от ближайших политических задач этого движения, но и прямо заострена против «политики» вообще и рабочего движения в частности. Но в то же время она носила демократический характер, выражая одновременно и революционное стремление крестьянства — «смести до основания и казенную церковь, и помещиков, и помещичье правительство, уничтожить все старые формы и распорядки землевладения, расчистить землю, создать на месте полицейски-классового государства общежитие свободных и равноправных мелких крестьян»[22] и его незнание подлинных путей осуществления этих своих желаний.

«Земледельческая община», «где жизнь организована и не нуждается в насилии», — таков был патриархально-примитивный общественный идеал Толстого, противопоставленный им как демократической республике, так и социалистическому общественному строю. Демократическое содержание этого крестьянского идеала и его утопический в условиях высокоразвитого капитализма характер с предельной ясностью раскрыл В. И. Ленин, указывавший на то, что «уравнительность» землепользования... идея равенства мелких производителей реакционна, как попытка искать позади, а не впереди, решения задач социалистической революции. Пролетариат несет с собой не социализм равенства мелких хозяев, а социализм крупного обобществленного производства. Но та же идея равенства есть самое полное, последовательное и решительное выражение буржуазно-демократических задач».[23]

### IV

Историческое своеобразие первой русской революции состояло в том, что это была буржуазно-демократическая революция в эпоху империалистической стадии развития мирового капитализма, что открывало перед ней вполне реальные перспективы перерастания в революцию социалистическую. Крестьянским массам на этом историческом этапе еще не было доступно понимание смысла и содержания происходившего в России демократического переворота, его значения для победы социалистической революции в стране.

Будучи выразителем крестьянских идей и настроений, Толстой не мог сознавать того, «что самая полная «воля» и самое «справедливое» распределение хотя бы даже и всей земли не только не уничтожит капитализма, а, напротив, создаст условия для особенно широкого и могучего его развития»[24] и тем самым откроет путь к социалистическому переустройству общества. Но Толстой с исключительной силой отразил в своем творчестве и учении антикапиталистический протест крестьянских масс и, несмотря на утопизм своих воззрений, поставил целый ряд конкретных вопросов демократии и социализма, явился глубоким критиком капиталистического строя.

Отвращение к буржуазному миропорядку, желание избавиться от жестокой власти капиталистических отношений неизменно преследовало Толстого, когда он раздумывал над вопросами собственно русской жизни, отражавшими нарастание в стране буржуазно-демократической революции.

В годы революции Толстой постоянно обращается к истории буржуазных революций в Европе, к исторической практике крупнейших буржуазных государств. Особо пристальное внимание Толстой уделяет истории первой буржуазной революции во Франции. Это обстоятельство весьма примечательно.

Ленин указывал, что цели первой русской революции, к которым она непосредственно стремилась, «почти в полном объеме осуществила буржуазная революция во Франции в 1792 и 1793 гг.».[25]

Аналогия между этими двумя революциями, происходившими в разных странах и на различных исторических этапах, в известной мере была ясна и Толстому. Он видел ограниченность буржуазной революции Франции, ясно видел противоречие между результатом революции — приходом к власти буржуазии — и «выставленными» этой революцией освободительными идеалами. На этом основании Толстой утверждал, что ни одна из буржуазных революций в Европе не приблизила человечество к осуществлению «несомненных, истинных принципов равенства, свободы, братства», «которые как были, так и остались и останутся истинными и до тех пор будут стоят как идеалы перед человечеством, пока не будут достигнуты».[26] К этому горькому выводу Толстой пришел, исходя из того несомненного и правильно наблюденного факта, что «не только древнее и феодальное государства были органами эксплуатации рабов и крепостных, но и «современное представительное государство есть орудие эксплуатации наемного труда капиталом».[27]

Объективно утопические взгляды Толстого, его противоречивое отношение к революции отражали уже созревшую в России в рамках самодержавно-помещичьего строя противоположность интересов труда и капитала. Но, подобно народникам, Толстой отразил эту противоположность «...через призму жизненных условий и интересов мелкого производителя».[28] Относительная прогрессивность капитализма и буржуазных форм государственности осталась непонятой великим писателем.

Срывая маску демократизма с буржуазного «конституционализма» и «представительства», Толстой с негодованием писал в дни революционных боев о тех «казнях», «тюрьмах», «податях», о «лишении права пользоваться землей» и «орудиями труда», о «набегах на беззащитные народы Африки и Азии и друг на друга» и о прочих «жестокостях», творимых над народными массами в «самых свободных», а на деле «мнимо свободных» капиталистических странах Европы и Америки. «То же неравенство, какое было между фараоном и его рабами и теперь между Рокфеллерами, Ротшильдами и их рабами».[29] Вот к чему, утверждает Толстой, привели все известные в истории революции против «деспотизма».

Таким образом, исходя из антидемократической природы буржуазного государства, исторического опыта буржуазных революций, Толстой пришел к глубоко ошибочной мысли об иллюзорности и неэффективности революционных методов освободительной борьбы. «То противоречие, — говорит Толстой, — которое так ярко и грубо выразилось в большой французской революции и вместо блага привело к величайшему бедствию, таким же осталось и теперь. И теперь это противоречие проникает все современные попытки улучшения общественного строя. Все общественные улучшения предполагается осуществить посредством правительства, т. е. насилия».[30]

В современных ему формах государственного устройства Толстой видел основную причину социального неравенства, источник бедствий и страданий трудящегося народа. Социально обусловленные, угнетательские функции крепостнического и буржуазного государства представлялись ему неизменными, незыблемыми свойствами самого института государственной власти.

В освобождении русского народа (а затем и всего человечества) от всякой государственной власти, от какого бы то ни было «правительственного насилия», то есть в отказе от самого института государственности, и видел Толстой основную всемирно-историческую цель народной революции в России. Свое понимание смысла происходившей в России революции Толстой изложил в статьях «Единое на потребу», «Конец века» и «О значении русской революции».

Основные положения выдвинутой Толстым концепции русской «пассивной», «бескровной» революции и ее всемирно-исторического значения сводились к тому, что если «деятельность участников прежних революций состояла в насильственном свержении власти и захвате ее», то «деятельность участников теперешнего переворота должна и может состоять только в прекращении потерявшего смысл повиновения какой бы то ни было насильнической власти и в устроении своей жизни независимо от правительства».[31]

Утопические и анархические представления о специфике русской революции и ее мировом значении привели Толстого к мысли, что «как французы были призваны в 1790 году к тому, чтобы обновить мир, так к тому же призваны русские в 1905».[32]

Та же мысль выражена Толстым в письме к Эрнесту Кросби. «Я твердо убежден, — читаем мы здесь, — что эта революция будет иметь для человечества более значительные и благотворные результаты, чем Великая французская революция[33].

В своем конкретно-историческом содержании обличительные выступления Толстого и даже его проповедь непротивления злу насилием были направлены прежде всего против буржуазного государства с его лживой демократией меньшинства, с его колониальным разбоем и империалистическими войнами.

В чрезвычайно интересном письме, адресованном М. Л. Оболенской, находившейся тогда за границей, Толстой выражал свое неодобрение «партиям», «предвыборным агитациям», «блокам», называл их «капельками» «ужасной грязной духовно» европейской жизни, которые «мы подбираем», втягивая «в разврат крестьян». «Все эти конституции, — говорит Толстой далее, — ни к чему другому не могут привести, как к тому, что другие люди будут эксплоатировать большинство — переменятся, как это происходит в Англии, Франции, Америке, везде и все будут беспокойно стремиться, чтобы эксплоатировать друг друга, и всё больше и больше будут кидать единственную разумную, нравственную земледельческую жизнь, возлагая этот серый труд на рабов в Индии, Африке, Азии и Европе, где можно».[34]

Необходимо отметить, что к этому времени антибуржуазный протест Толстого принимает уже ярко выраженный антиимпериалистический характер.

### V

Резко отрицательное отношение Толстого к буржуазной лжедемократии западных капиталистических стран выражалось и в его скептическом и критическом отношении к русскому буржуазному либерализму.

Либералы всячески примазывались к революции, разыгрывали из себя представителей «общенациональной оппозиции» царскому правительству, а на деле защищали эксплуататорские интересы крупной буржуазии, которая, говоря словами Ленина, не могла мириться с крепостничеством, но боялась революции, боялась «движения масс, способного свергнуть монархию и уничтожить власть помещиков».[35]

Недоверие к либеральной фразе сложилось у Толстого еще в 60-е годы. В борьбе двух основных для пореформенных лет русской жизни общественно-политических тенденций — либерально-буржуазной и революционно-демократической — Толстой неизменно выступал против либералов, но не с революционных, а со своих особых позиций.

С этих позиций Толстой не мог подняться до понимания и признания того, за что боролся пролетариат, но отлично видел и понимал, что буржуазия крадется к власти. Ему было враждебно либеральное заигрывание царского правительства и буржуазных партий с народом. Одним из примеров того служит оценка, данная писателем первой Государственной думе, созывом которой царское правительство при активной поддержке буржуазных партий рассчитывало обмануть народ, отколоть крестьян от революции и ликвидировать этим революцию. Одному из своих иностранных корреспондентов Толстой писал о Думе так: «Я надеюсь, что обманчивость всего этого скоро станет всем ясна и что мы, русские, пойдем по другому пути».[36] Приписывая «людям, совершающим революции», корыстные, эгоистические цели и сурово порицая их за это, Толстой метко обличал и раскрывал предательскую сущность буржуазного либерализма. Но одно из глубочайших заблуждений писателя состояло в том, что он видел в подлинном вожде масс, в революционном пролетариате и его социал-демократической партии одну из разновидностей чуждого и враждебного народу буржуазного либерализма. Научная теория революционного пролетариата была чужда патриархально-крестьянскому миропониманию писателя. Поэтому Толстой не увидел и не понял созидательной роли пролетариата, не осознал его роли в совершавшейся в России революции, не видел принципиального различия между подлинными защитниками интересов народа и его скрывавшимися за пустой и звонкой фразой врагами.

### VI

Проповедуя отстранение масс от активной политической борьбы с помещичьим правительством, Толстой в то же время призывал их к сознательному и последовательному неповиновению этому правительству.

Всенародное неповиновение требованиям правительства представлялось Толстому тем единственным путем, которое приведет к ликвидации царизма и всей системы отношений, основанных на неправде и насилии. «Пусть только народ перестанет повиноваться правительству, — писал Толстой, —и не будет ни податей, ни отнятий земли, ни всяких стеснений от властей, ни солдатства, ни войн».[37] Толстой был при этом убежден, что массовый отказ от выполнения правительственных законов и требований уничтожит не только царизм, но и самую необходимость в каком-либо другом насильническом правительстве.

При всей своей политической несостоятельности толстовская проповедь пассивного неповиновения опиралась на реальные и характерные факты крестьянского движения в первой русской революции.

Имевшие место и раньше отказы крестьян от платежа податей и исполнения всякого рода «повинностей» и прежде всего воинской, случаи открытого неповиновения крестьян помещикам и другим местным властям получили в годы революции широкое распространение и имели революционное значение. Так, в составленном Лениным 20 октября 1905 г. проекте резолюции III съезда русской социал-демократической рабочей партии «О поддержке крестьянского движения» всем партийным организациям поручалось: «Рекомендовать крестьянам отказ от исполнения воинской повинности, полный отказ от платежа податей и непризнание властей в целях дезорганизации самодержавия и поддержки революционного натиска на него».[38]

Таким образом, выдвигавшаяся Толстым программа «неповиновения» народа царскому правительству не противоречила, но даже отвечала интересам революционной борьбы. Но в силу своей исключительности, в силу того, что означала безоговорочное, непримиримое отрицание и осуждение каких бы то ни было активных, политически целеустремленных форм и средств революционной борьбы, она препятствовала успеху этой борьбы. В этом отношении весьма показательна оценка, данная Толстым в годы революции крестьянскому движению пассивного неповиновения царскому правительству, с одной стороны, и активным, как правило вооруженным, выступлениям против царизма революционных рабочих, солдат и моряков и тех же крестьян — с другой.

Полагая, что охватившее народные массы «сознание незаконности требований правительства» составляет главную причину русской революции, Толстой утверждал: «И сознание это выразилось и выражается теперь в самых разнообразных и значительных явлениях: в сознательных отказах запасных от вступления в войска, в таких же сознательных отказах стрелять и драться, особенно в отказах стрелять в своих при усмирении возмущений, а главное, в всё учащающихся и учащающихся отказах от присяги и солдатства». Таковы, по убеждению Толстого, «сознательные (курсив мой. — E. К.) проявления незаконности и ненужности повиновения правительству».

Что же касается военных и крестьянских «бунтов», разных «самоуправств» и всего, «что творится теперь... революционерами», то Толстой расценивал все это как «бессознательные проявления этого же самого», то есть уже очевидной всему народу «ненужности повиновения правительству».[39]

Эта парадоксальная и до крайности наивная точка зрения, усматривающая высокую «сознательность» в наиболее стихийных и неорганизованных проявлениях крестьянского протеста и приписывающая «бессознательность» наиболее активным и целеустремленным выступлениям революционного народа, получила довольно широкое отражение и в письмах Толстого. Многие из них обращены к лицам, отказавшимся по религиозным убеждениям от воинской службы и подвергшимся за это жестоким административным и судебным репрессиям. Такого рода отказы воспринимались Толстым как знаменательные и в высшей степени отрадные симптомы все возрастающей и все более сознательной готовности народа освободиться от самодержавно-полицейского гнета, осуществить идеалы братской, любовной жизни. Справедливо считая царскую армию одним из самых действенных и страшных в руках «насильнического» правительства орудий порабощения народных масс, Толстой выражал лицам, отказавшимся служить в этой армии и жестоко пострадавшим за то, свое горячее сочувствие, трогательно и неустанно заботился об их судьбе, обращался к ним со словами самого теплого и живого участия. В то же время он резко отрицательно высказывался о революционерах. Так, искренно считая себя «адвокатом 100-миллионного земледельческого народа», Толстой не признавал того, что действительно несло крестьянству осуществление его самых насущных нужд, не хотел видеть нарастания революционной активности крестьянских масс. Так с ужасом Толстой отвернулся от всех средств политической борьбы революционного пролетариата, в том числе и от стачечно-забастовочного движения. Он с неодобрением, с протестом встретил известие о всероссийской октябрьской забастовке, о декабрьском вооруженном восстании, находя, что все это только отодвигает час народного освобождения.

Огромный интерес и живейшее участие вызвало вначале у Толстого и так называемое гурийское движение — революционное движение крестьян, развернувшееся в 1905 г. на Кавказе, в Грузии.

Поведение гурийских крестьян, отказавшихся повиноваться помещикам и царским властям, их объединение в самоуправляемые земледельческие общины Толстой взволнованно приветствовал как «событие огромной важности», увидев в этом прямое претворение в жизнь своего религиозно-нравственного учения о непротивлении злу насилием и о пассивном неповиновении. Однако дальнейшее течение революционных событий в Гурии не только не оправдало возлагавшихся на них Толстым надежд, а, напротив, со всей несомненностью обнаружило полную несостоятельность его учения. Сама жизнь показала, что гурийские крестьяне очень скоро оказались вынужденными перейти от пассивного неповиновения к весьма активной и организованной самообороне от посланных правительством на их усмирение войск, самообороне, выражавшейся в создании революционных крестьянских комитетов и вооруженных «красных сотен».

Толстой оказался не в состоянии сделать из этого соответствующие выводы и не усмотрел в организованном вооруженном сопротивлении гурийских крестьян ничего, кроме печальных, с его точки зрения, и «поучительных последствий отступления от чисто христианской внутренней деятельности».

### VII

Толстой неоднократно высказывает в письмах мысль о том, что все социальные бедствия, жестокости и несправедливости происходят в конечном счете от «отсутствия религии», от утраты человечеством христианской нравственности.

Примечательно, что Толстой не считал обязательным признаком «истинной» религии веру в бога. Религия, говорил он, это «то отношение, которое устанавливает человек к богу или, кто не верит в бога, то к миру, ко всему бесконечному, по времени и пространству, окружающему человека».[40]

Категорически отрицая то значение, которое придавала религии официальная церковь, обличая церковь как одно из самых гнусных орудий одурманивания и закабаления народных масс, писатель называл «истинной» религией «простое разумное объяснение смысла жизни, из которого вместо прежнего исполнения обрядов с большей обязательностью, чем прежде, вытекает исполнение жизненных, нравственных требований».[41] Под религиозным сознанием Толстой по сути дела разумел сознание этическое. «Я говорю: религиозный, но разумею простого, неиспорченного человека»,[42] — писал он.

Именно «рост» такого рода этического сознания Толстой и считал главным признаком общественного прогресса, а его недостаточность — основной причиной всех имевших место в истории революций, в том числе и русской.

Толстой не смог понять и объяснить действий и сознания народных масс материальными условиями их существования и в силу этого вынужден был признать в индивидуальном сознании не только решающий, но и исходный фактор общественной жизни и исторического развития.

В такой постановке вопроса народное сознание из конкретно-исторической силы превращалось в силу не только метафизическую, но и мистическую. Оно им абсолютизировалось и апологетизировалось, со всеми присущими ему величием и слабостями, разумом и предрассудками.

Так, негодуя на своего корреспондента В. Д. Фролова, желавшего «очистить религиозные понятия народа», Толстой с возмущением добавлял: «Того народа, всю высоту религиозного миропонимания которого вы не понимаете, потому что не в силах понять того народа, который воспитал, кормит всех нас». Неколебимая вера Толстого в непогрешимость и высоту «религиозного» сознания народа нашла свое выражение и в письме к А. М. Томилиной, в парадоксальном, если не сказать более, противопоставлении «безграмотной», но «просвещенной старушки», которая знает, «что есть бог» и исполняет его «закон», предписывающий «жить с людьми в согласии и любви», — «жалкой по своему невежеству» женщине, знающей «все подробности крестовых походов, интегральных счислений, спектральный анализ и т. п.», но «не знающей бога, его закона и смысла жизни».

Когда Толстой неоднократно повторял, что главное дело «истинных» сторонников народной революции — это совсем не политическая борьба, а «уяснение религиозного сознания», то он в своеобразной и противоречивой форме отражал охватившую народные массы, но еще во многом смутную потребность «совершенно другой жизни, жизни разумной, братской, без безумной роскоши одних и нищеты и невежества других, без казней, разврата, без насилия, без вооружений, без войн».[43]

Иллюзорные надежды на возможность достижения «братской жизни» мирным путем, без революционного свержения народными массами господства помещиков и капиталистов, проникали реакционную проповедь Толстого.

«Уяснение» всеми и каждым философии всеобщей любви, покорности и смирения, проповедуемых им нравственных норм и принципов и было тем, что Толстой разумел под «нравственным самоусовершенствованием» или «внутренней работой» людей и считал единственно реальным путем к тому, чтобы «под корень вырвать» «существующее, царствующее зло».

Проникнутая идеей единства и братства народов, страстным протестом против всех видов и форм классового, государственного и национального угнетения, против колониального грабежа и империалистических войн, критика Толстого своим пафосом вызывала и укрепляла недовольство народов, усиливала в них дух социального протеста, волю к преобразованию общественной действительности. Религиозная проповедь писателя, его призывы к пассивному «неучастию в зле», его требование нравственного перерождения людей тормозили дело революционного просвещения народа, мешали его освободительной борьбе.

О полной несостоятельности предлагавшихся Толстым рецептов спасения человечества посредством непротивления злу насилием и нравственного самоусовершенствования свидетельствуют его письма китайцу Чжан Чин-туну.

В своих советах Чжан Чин-туну Толстой возвеличивает как раз то, что Ленин назвал «восточной неподвижностью» строя жизни русского и азиатских народов. В «косности» и в «духе терпения» китайского народа Толстой видит его превосходство над «христианскими» народами крупнейших капиталистических стран и, выражая свое отрицательное отношение к предстоящим переменам в государственном и общественном устройстве Китая, призывает китайский «земледельческий» народ совместно с «земледельческим» русским народом «развивать свои духовные силы, а не технические усовершенствования».

Патриархальная косность дореволюционного общественного строя русской жизни, скованной пережитками крепостничества, и явилась той исторической почвой, на которой возникла толстовская религиозная проповедь, философия непротивления и пассивизма, вопреки демократическим идеалам писателя, обращавшаяся против революционно-демократической борьбы масс. Со всей очевидностью это обнаружилось перед лицом революционных событий 1905 г. и проявилось также в целом ряде писем Толстого того времени. Многие из них звучат как противореволюционная проповедь, в то время как рядом мы находим высказывания писателя, свидетельствующие о его горячем и искреннем сочувствии революции.

И недаром многие из прежних последователей Толстого отшатнулись от него в годы революции. Иные, как, например, замечательный критик-демократ В. В. Стасов, упрекали горячо любимого и уважаемого ими писателя в непоследовательности и отказывались понять его демонстративное отстранение от всенародной борьбы с тем, что он так страстно сам ненавидел и гневно обличал; другие, как его последователи И. П. Борунов, А. В. Юшко, М. С. Дудченко, высказывали свои серьезные сомнения в реальности и практическом значении толстовской религиозной проповеди.

Один из самых убежденных когда-то толстовцев, И. М. Трегубов, в дни революции указывал своему учителю, что многие из его прежних единомышленников, «не найдя поддержки своим силам в пассивном христианстве, уходят в ряды борцов, далеких от христианства». «Только вы, Чертков и Бирюков, — пишет Трегубов Толстому, — продолжаете говорить о самосовершенствовании, но зато, кажется, вы одни только останетесь стоять на своем столбу». В ответ на такого рода заявление и упреки Толстой ничего не мог сказать по существу и только предлагал «не спорить» и «искать точки общения», о чем и писал тому же Трегубову.

Однако в письмах к М. С. Дудченко, В. И. Скороходову и H. Е. Фельтону Толстой признавал, что в его учении «есть переводная стрелка с рельсов христианского пути на рельсы революционные», по которым в годы революции «покатились» многие из его прежних последователей. И хотя Толстой и не смог сам перейти по указанию этой стрелки на путь признания последовательной революционной борьбы, он все же до известной степени чувствовал несостоятельность своей религиознонравственной позиции перед лицом совершающихся революционно-политических событий всемирно-исторического значения. Красноречивым свидетельством этого служат следующие признания, сделанные Толстым в письме к А. Ф. Кони: «Всё одно и то же говорю людям, которые не обращают никакого внимания на мои речи...» В письме к И. М. Трегубову Толстой прямо говорит о «безуспешности» своей религиозно-нравственной проповеди.

1905 г. был началом конца «восточной неподвижности», писал В. И. Ленин. Именно поэтому этот год принес с собой исторический конец толстовщине, конец всей той эпохе, которая могла и должна была породить учение Толстого «не как каприз или оригинальничанье, а как идеологию условий жизни, в которых действительно находились миллионы и миллионы в течение известного времени».[44]

В течение более полувека Толстой пристально всматривался и вдумывался в жизнь нищего, бесправного, все более ожесточавшегося, но еще не созревшего для революционного натиска «100-миллионного земледельческого народа». На протяжении нескольких десятилетий Толстой выступал от лица и в защиту этого народа. И не виной, а трагедией великого писателя явилось то, что он не понял и не узнал своего народа, когда тот с оружием в руках сам выступил в 1905 г. в свою защиту, когда стотридцатимиллионная «дремлющая» Россия в течение каких-нибудь нескольких месяцев превратилась «в Россию революционного пролетариата и революционного народа».[45]

### VIII

В письмах 1904—1906 гг. Толстой довольно часто упоминает о своих литературных работах этого времени, указывая на их тесную связь с текущими общественно-политическими событиями.

Иногда Толстой просто отсылает корреспондентов за разъяснением интересующих их вопросов к той или другой из своих публицистических статей, в ряде случаев разъясняет и уточняет уже сказанное им в печати.

Наибольший интерес представляют многократные упоминания и высказывания писателя о его центральном для этого времени, но неосуществленном художественном замысле из эпохи декабристов и Николая I.

Движение декабристов привлекало к себе самое пристальное внимание Толстого на протяжении многих десятков лет.

Несколько раз и на разных этапах своего творческого пути писатель принимался за художественное изображение декабризма, собирал и изучал необходимый для этого исторический материал, встречался с участниками и современниками декабристского движения, но каждый раз по тем или другим причинам оставлял начатое.

Возвращение Толстого в 1904—1905 гг. к давно волновавшему его историческому замыслу органически связано с его раздумьями о путях и судьбах русской революции.

В июне 1904 г. кто-то из реакционных журналистов заявил в «Новом времени», что Толстой потому якобы отказался от мысли написать роман о декабристах, что не нашел в их «фигурах достаточно характерных русских черт, да и вообще достаточной возможности, чтобы можно было из них сделать центр большого эпического создания». Узнав об инсинуации, Толстой решительно опроверг ее в письме к Г. М. Волконскому, внуку декабриста, следующим образом: «Декабристы, больше чем когда-нибудь, занимают меня и возбуждают мое удивление и умиление».[46]

Из письма Толстого к В. В. Стасову становится очевидно, чтó именно занимало и «умиляло» Толстого в годы народной революции в движении дворянских революционеров. «Только что окончил статью о войне, — читаем мы здесь, — и занят Николаем I и вообще деспотизмом, психологией деспотизма, которую хотелось бы художественно изобразить в связи с декабристами».[47]

Несомненно, что тема декабризма вновь встала перед Толстым в связи с событиями русско-японской войны, обнаружившей до конца всю гнусность и мерзость «деспотизма». Этому вопросу в основном и была посвящена упоминаемая Толстым в письме к Стасову «статья о войне» — «Одумайтесь!».

Очевидно, что в развитии мыслей, высказанных в этой статье, Толстой хотел в задуманном историческом произведении не только раскрыть «психологию деспотизма» в лице одного из самых характерных ее носителей, Николая I, но и противопоставить ей также «психологию» первого в истории России революционного выступления против самодержавия и крепостничества.

Однако, воспринимая и оценивая революционный подвиг декабристов с точки зрения своего религиозно-нравственного учения, Толстой хотел видеть в его участниках совсем не революционеров, а носителей «религиозного чувства», «вследствие которого прошлым столетием владельцы крепостных признавали себя виноватыми (перед народом. — Е. К.) и искали средства, несмотря на личный ущерб, даже разорение, избавиться от греха, который тяготил их».[48] Так писал Толстой о декабристах в статье 1905 г. «Великий грех», посвященной обличению помещичьей собственности на землю.

Пробуждение в эксплуататорских классах «религиозного чувства», их «греха» перед народом — это и было то самое, что разумел Толстой под нравственным самоусовершенствованием и наивно считал единственным возможным путем к уничтожению правительственного и всякого рода другого «насилия» над народными массами. Исторический пример такого рода нравственного пробуждения Толстой и видел в движении дворянских революционеров. Игнорируя революционно-политическую программу и активность декабристов, Толстой пытался изобразить их носителями христианского смирения и называл «теми людьми, которые готовы были страдать и страдали сами (не заставляя никого страдать) ради верности тому, что они признавали правдой».[49]

Эта насквозь ложная точка зрения на декабристов Толстого-проповедника помешала Толстому-художнику осуществить столь давно волновавший его исторический замысел.

Обличая «психологию деспотизма», Толстой помимо созданной ранее повести «Хаджи-Мурат» в годы революции пишет рассказ «За что?» и «Посмертные записки старца Федора Кузмича».

Ценный материал, уточняющий самые истоки непримиримого отношения Толстого к самодержавию и ко всякому «насильническому» правительству дает письмо писателя к его биографу П. И. Бирюкову. Толстой свидетельствует здесь, что его «отрицательное отношение к государству и власти» «началось... и установилось в душе давно, при писании «Войны и мира», и было так сильно, что не могло усилиться, а только уяснилось» впоследствии.[50]

Резко отрицательное отношение к царизму и всему буржуазно-крепостническому строю царской России «уяснилось» у Толстого в условиях второй революционной ситуации, сложившейся в стране на рубеже 70—80-х годов. С этого времени и до конца своих дней Толстой по праву мог говорить о себе то, что он с гордостью сказал во время революции в письме к великому князю Николаю Михайловичу, разрывая отношения с этим членом царской фамилии и представителем придворных кругов: «Я человек, отрицающий и осуждающий весь существующий порядок и власть и прямо заявляющий об этом».[51]

Напечатанные в настоящем томе письма Толстого помогают глубже понять благородный облик этого великого человека во всей его сложности и противоречивости.

Е. Купреянова.

## РЕДАКЦИОННЫЕ ПОЯСНЕНИЯ К СЕМЬДЕСЯТ ШЕСТОМУ ТОМУ

В настоящий том включены 329 писем Л. Н. Толстого за вторую половину 1905 г. и 1906 г. По автографам печатаются 164 письма, по подлинникам — 2 письма, по фотокопиям — 1 письмо, по копировальным книгам, представляющим собой точный отпечаток автографа, сделанный на тонкой бумаге при помощи копировальных чернил и пресса, — 33 письма, по рукописным копиям, включенным в копировальную книгу, — 21 письмо, по машинописным копиям, вклеенным в копировальную книгу, — 2 письма, по печатным источникам — 4 письма, по факсимиле — 2 письма. Впервые печатаются 241 письмо.

Тексты 4 писем к С. А. Толстой опубликованы в т. 84 и 35 писем к В. Г. Черткову — в т. 88, писем-статей в редакцию газеты «Слово» («Заметка к воззванию И. М. Трегубова») и «Письмо к китайцу (к китайскому писателю Ку Хун-мину) — в т. 36.

При воспроизведении текста писем Л. Н. Толстого соблюдаются следующие правила.

Текст писем Толстого, как правило, воспроизводится с учетом последних исправлений, сделанных автором. Из зачеркнутого в сноске воспроизводятся лишь наиболее существенные варианты, причем знак сноски ставится при слове, после которого стоит зачеркнутое.

Сохраняются все особенности правописания автора, например различное написание одних и тех же слов («тетенька» и «тетинька»), ударения, поставленные им.

Слова, написанные неполностью, печатаются полностью, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках: «к-ый» — «к[отор]ый»; т. к. — т[ак] к[ак]; б. — б[ыл]. Не дополняются общепринятые сокращения: и т. п., и пр., и др.

Описки (пропуски, перестановки букв, замена одной буквы другой и т. п.) исправляются без оговорок.

На месте не поддающихся прочтению слов в скобках ставится: [1 неразобр.], [2 неразобр.], где цифры обозначают число неразобранных слов.

Скобки автора обозначаются круглыми скобками.

Подчеркнутое автором воспроизводится курсивом.

Сохраняется пунктуация автора, если она не противоречит общепринятым нормам.

Новые абзацы вводятся только в тех местах, где начинается резко отличный по теме и характеру от предыдущего текст, причем каждый раз оговаривается в сноске: Абзац редактора. Знак сноски ставится перед первым словом введенного редактором абзаца.

Письма, публикуемые впервые, а также те, которые ранее печатались неполностью или в переводах на иностранные языки, обозначаются звездочкой.

Все даты по 31 декабря 1917 г. приводятся по старому стилю, а с января 1918 г. по новому стилю.

В редактировании тома принимал участие А. И. Опульский.

В примечаниях приняты условные сокращения:

Б, I, IV — П. И. Бирюков, «Лев Николаевич Толстой. Биография», Гиз, М. — П. 1923.

ГМТ — Государственный музей Л. Н. Толстого в Москве.

ЕСТ — «Ежедневник» С. А. Толстой.

ПТС, I, II — «Письма Л. Н. Толстого, собранные и редактированные П. А. Сергеенко», изд. «Книга», I — 1910, II — 1911.

ТС — «Лев Толстой и В. В. Стасов. Переписка», изд. «Прибой», Л. 1929.

ТТ, 3, 4 — «Толстой и о Толстом. Новые материалы», изд. Толстовского музея, вып. 3, М. 1927.

ЯЗ — Д. П. Маковицкий, «Яснополянские записки».

ТП, 2 — Толстой. «Памятники творчества и жизни», 2, М. 1920.

1

Т. 75, стр. 38.

2

Т. 75, стр. 74—75.

3

Там же, стр. 116—117.

4

Т. 36, стр. 137.

5

Т. 55, стр. 111.

6

Т. 36, стр. 138.

7

Там же, стр. 143.

8

Т. 36, стр. 249.

9

Т. 75, стр. 208.

10

Т. 76, стр. 193.

11

А. М. Горький, Собр. соч., т. 24, Гослитиздат, М. 1953, стр. 53.

12

В. И. Ленин, Сочинения, т. 16, стр. 301.

13

Т. 76, стр. 193—194.

14

Т. 36, стр. 206.

15

Там же, стр. 249—250.

16

Т. 76, стр. 59.

17

В. И. Ленин, Сочинения, т. 10, стр. 294.

18

Там же, т. 23, стр. 231.

19

Т. 76, стр. 45.

20

В. И. Ленин, Сочинения, т. 8, стр. 219.

21

Т. 36, стр. 159.

22

В. И. Ленин, Сочинения, т. 15, стр. 183.

23

Там же, т. 12, стр. 316.

24

В. И. Ленин, Сочинения, т. 9, стр. 282.

25

Там же, т. 23, стр. 231.

26

T. 36, стр. 195.

27

В. И. Ленин, Сочинения, т. 25, стр. 364.

28

Там же, т. 1, стр. 384.

29

Т. 36, стр. 198.

30

T. 36, стр. 195.

31

Там же, стр. 257.

32

Т. 55, стр. 151.

33

T. 76, стр. 5.

34

Там же, стр. 128.

35

В. И. Ленин, Сочинения, т. 17, стр. 96.

36

Т. 76, стр. 168.

37

T. 36, стр. 274.

38

В. И. Ленин, Сочинения, т. 8, стр. 374.

39

T. 36, стр. 249.

40

T. 36, стр. 440.

41

Там же; стр. 199.

42

Т. 55, стр. 313.

43

T. 36, стр. 194.

44

В. И. Ленин, Сочинения, т. 17, стр. 31–32.

45

В. И. Ленин, Сочинения, т. 23, стр. 230.

46

Т. 75, стр. 134.

47

Там же, стр. 103.

48

Т. 36, стр. 228.

49

Т. 36, стр. 228.

50

Т. 76, стр. 114.

51

Там же, стр. 32.