Лев Николаевич
Толстой

Всем равно

(1910 г.)

Государственное издательство

«Художественная литература»

Москва — 1936

Электронное издание осуществлено

компаниями ABBYY и WEXLER

в рамках краудсорсингового проекта

«Весь Толстой в один клик»

Организаторы проекта:

Государственный музей Л. Н. Толстого

Музей-усадьба «Ясная Поляна»

Компания ABBYY

Подготовлено на основе электронной копии 38-го тома

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого, предоставленной

Российской государственной библиотекой

Электронное издание

90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого

доступно на портале

www.tolstoy.ru

Предисловие и редакционные пояснения к 38-му тому

Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого можно прочитать

в настоящем издании

Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам

report@tolstoy.ru

Предисловие к электронному изданию

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л. Н. Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л. Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером – компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л. Н. Толстого.

Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая

Перепечатка разрешается безвозмездно.

Reproduction libre pour tous les pays.

Л. Н. Толстой

1909 г.

НЕОПУБЛИКОВАННОЕ, НЕОТДЕЛАННОЕ И НЕОКОНЧЕННОЕ

** ВСѢМЪ РАВНО.

Ѣхали въ коляскѣ дѣвочка и мальчикъ изъ одной деревни въ другую. Дѣвочкѣ было пять лѣтъ, мальчику шесть. Они были не родные, а двоюродные, и ихъ матери были родныя сестры. Матери остались въ гостяхъ, a дѣтей съ няней послали Домой. Проѣзжая деревню, въ коляскѣ сломалось колесо, и кучеръ сказалъ, что дальше ѣхать нельзя, что нужно починить, и онъ скоро починитъ.

— Оно и кстати, — сказала няня, — мы такъ долго ѣхали, и у меня дѣтки проголодались, напою ихъ молокомъ съ хлѣбомъ, благо съ нами отпустили.

Дѣло было осенью, на дворѣ было холодно и пошелъ дождь. Няня съ дѣтьми вошла въ первую попавшуюся избу. Изба была черная, топилась безъ трубы. Въ такихъ избахъ, когда ихъ топятъ зимой, отворяютъ дверь, и дымъ идетъ въ дверь до тѣхъ поръ, пока печь совсѣмъ не истопится. Такая была эта изба: грязная, старая, въ полу свѣтились щели. Въ одномъ углу былъ образокъ и подъ образкомъ лавки и столъ и противъ него большая печка.

Дѣти прежде всего увидали въ избѣ своихъ ровесниковъ: босоногую дѣвочку въ одной грязной рубашонкѣ и толстопузаго мальчика, почти голаго. Еще третій ребенокъ, годовалая дѣвочка лежала на конникѣ и заливалась, плакала. Хозяйка утѣшала ее, но бросила, когда вошла няня съ дѣтьми, и стала прибирать для нихъ мѣсто въ переднемъ углу на лавкахъ и отолѣ. Няня принесла изъ коляски мѣшокъ съ блестящимъ замкомъ; крестьянскія дѣти дивились на этотъ замокъ и показывали его другъ другу. Няня достала бутылку термосъ съ теплымъ молокомъ и хлѣбъ и чистую салфетку и разложила на столъ:

— Ну, дѣтки, идите, вы, чай, проголодались.

Но дѣтки не шли. Соня, дѣвочка, уставилась на полуголыхъ крестьянскихъ дѣтокъ и, не отрывая отъ нихъ глазъ, смотрѣла то на того, то на другого. Она никогда не видывала такихъ грязныхъ рубахъ и такихъ голыхъ дѣтей, и дивилась на нихъ. А Петя смотрѣлъ то на нее, то на крестьянскихъ дѣтей и не зналъ, что нужно, смѣяться или удивляться. Особенно пристально смотрѣла Соня на ту дѣвочку на конникѣ, которая громко кричала.

— Отчего она кричитъ? — спросила она.

— Ѣсть хочетъ, — сказала мать.

— Такъ дайте же ей.

— И дала бы, да нѣту.

— Ну, ну, идите же, — говорила няня, занятая раскладкой хлѣба на столѣ. — Идите, идите, — сердито повторила няня.

Дѣти послушались ея и подошли. Няня налила имъ молоко въ стаканчики и подала съ ломтемъ хлѣба, но Соня не стала ѣсть, отодвинула отъ себя стаканъ. То же, посмотрѣвъ на нее, сдѣлалъ и Петя.

— Развѣ это правда? — сказала Соня, указывая на женщину.

— Что правда? — спросила няня.

— Что у нея молока нѣтъ, — сказала Соня.

— Кто ее знаетъ, не наше это съ вами дѣло, а вы кушайте.

— Не стану, — сказала Соня.

— Не стану и я, — сказалъ Петя.

— Ей отдай, — сказала Соня, не спуская глазъ съ дѣвочки.

— Ну, будетъ вамъ пустое говорить, — сказала няня, — кушайте, а то простынетъ.

— Не буду кушать, не буду, — вдругъ закричала Соня, — и дома не буду, если ей не дашь.

— Кушайте вы сначала, а останется — и ей дамъ.

— Не стану, пока ей не дашь.

— И я тоже, и я тоже, — повторилъ Петя. Ни за что не буду.

— Пустое это вы затѣяли и пустое говорите, — сказала няня, — развѣ можно всѣхъ уравнять? Кому Богъ далъ, вамъ, вашему папашѣ Богъ далъ.

— Отчего Онъ имъ не далъ? — сказала Соня.

— Не намъ это судить, такъ Богу угодно, — сказала няня, и отлила въ чашку молока и подала бабѣ, чтобы она дала ребенку. Ребенокъ сталъ пить и затихъ, но дѣти не угомонились, и Соня всё не хотѣла ни пить, ни ѣсть.

— Богу угодно, — повторила она. — Зачѣмъ же Ему такъ угодно? Злой Богъ, гадкій Богъ, не буду за это Ему никогда молиться.

— И нехорошо вы говорите, — качая головой, сказала няня, — такъ нехорошо, вотъ я папашѣ скажу.

— И скажи, — сказала Соня, — я теперь рѣшила, всё рѣшила, не нужно и не нужно.

— Чего не нужно? — спросила няня.

— А того, чтобы у однихъ было много, а у другихъ ничего.

— А можетъ-быть, онъ нарочно, — сказалъ Петя.

— Нѣтъ, злой, злой. Не буду ни пить ни ѣсть. Злой Богъ. Не люблю его.

Вдругъ съ печи заговорилъ хриплый голосъ и закашлялся:

— Эхъ, ребятки, ребятки, хорошіе вы ребятки, да неладно говорите.

И опять закашлялся. Дѣти уставились на печку и увидали, что съ нея свѣшивалась сморщенная, въ сѣдыхъ волосахъ, голова, и, покачиваясь, говорила:

— Богъ не злой, ребята, Богъ добрый, ребята, Онъ, ребята, всѣхъ любитъ. А что одни колачи ѣдятъ, а у другихъ хлѣба нѣтъ, это не Онъ установилъ, а люди сдѣлали, а потому сдѣлали, что Его-то забыли. — И опять закашлялся. — Забыли, оттого такъ и сдѣлали. Забыли, что одни живутъ, a другіе маются, а жили бы по-Божьи, у всѣхъ бы всего было.

— А какъ же сдѣлать, чтобы у всѣхъ всего было? — спросила Соня.

— Какъ сдѣлать? — прошамкалъ старикъ. — Сдѣлать, какъ Богъ велить. А Богъ велить пополамъ дѣлить.

— Какъ, какъ? — спросилъ Петя.

— Богъ велить пополамъ дѣлить.

— Велить, пополамъ дѣлить, — повторилъ Петя. — Вырасту большой, такъ и сдѣлаю.

— И я сдѣлаю, — подтвердила Соня.

— Я прежде тебя сказалъ, что сдѣлаю, — сказалъ Петя, — такъ сдѣлаю, чтобы никого бѣдныхъ не было.

— Ну, будетъ, будетъ пустое болтать, — сказала няня, — кушайте послѣднее молоко.

— Не будемъ, не будемъ и не будемъ, — въ одинъ голосъ заговорили дѣти, — а вырастемъ большіе, непремѣнно сдѣлаемъ.

— Ну, молодцы, дѣтки, — сказалъ старикъ и улыбнулся такъ, что только два нижніе зуба были видны, — ужъ мнѣ не видать, какъ сдѣлаете. Хорошо задумали, помогай Богъ.

— Что хотятъ, пусть съ нами дѣлаютъ, — сказала Соня, — а мы сдѣлаемъ.

— Сдѣлаемъ, — подтвердилъ Петя.

— Вотъ и ладно, ладно, — проговорилъ старикъ и засмѣялся и закашлялся. — Видно, уже я оттелева на васъ полюбуюсь, — проговорилъ онъ, когда кашель угомонился, — смотрите же, не забывайте.

— Не забудемъ, — сказали дѣти.

— То-то. Чтобъ вѣрно было.

Кучеръ пришелъ сказать, что колесо сладили, и дѣти уѣхали.

А что будетъ дальше, мы всѣ увидимъ.

28 Авг. 10 г. Кочеты.

ВАРИАНТ «ВСЕМ РАВНО».

Ѣхали кузены съ няней, захватила мятель заѣхали въ избу. Ребенокъ плачетъ, молока нѣтъ, другіе обступили. Няня поитъ дѣтей.

Н. даетъ чай молоко

Дѣти не ѣдятъ

Т. Не могу. М. И я тоже.

Таня отдаетъ свое и Мика тоже. Себѣ оставь. Т. Не хочу. М. И я хотѣлъ сказать.

Н. Всѣхъ не накормишь.

М. A развѣ ихъ мн[ого]?

Хоз. Да всѣ почитай.

Т. Не можетъ быть, всѣ голодны. Я хочу посмотрѣть.

X. Да что, смотри. Вотъ они. (Входитъ баба, за ней ребята].

М. и Т. несмотря на протесты няни, отдаютъ и молоко, и хлѣбъ, и конфе[ты].

Т. Неужели всѣ такъ?

Х. А то какъ же? Гдѣ возьмешь?

М. (Къ нянѣ). Няня, это правда?

Н. Не наше это съ вами дѣло, а вы кушайте.

Т. (энергично). Не буду, не буду, и дома не буду, пока у всѣхъ будетъ.

М. И я тоже.

Н. Всѣхъ нельзя уравн[ять]. Вамъ Богъ далъ.

Т. Отчего же Онъ не далъ имъ?

Н. Это не намъ судить, такъ Богу угодно.

Т. Богу? Зачѣмъ же Ему такъ угодно? (Со слезами). Злой Б[огъ], гадкій Б[огъ]. Но буду ему за это никогда молиться.

М. И я тоже.

Н. (Качаетъ головой). И нехорошо какъ вы говорите. Вотъ я папашѣ скажу.

М. И скажи. Мы рѣшили и все! Не надо.

Н. Чего не надо?

М. А того чтобы у однихъ б[ыло] много, а у другихъ ничего.

Т. И я говорю: коли Б[огъ] такъ сдѣлалъ, такъ злой онъ. Не буду Е[му] молиться. Злой, злой, нехорошій Богъ.

М. А можетъ онъ нарочно.

Т. Нѣтъ, злой.

Ст[арик] съ печки.. Ахъ ребятки, ребятки. Хорошіе вы ребятки, да неладно говорите.

Дѣти удиви[ли]сь, смот[рятъ] старый худой стари[къ]

[Старикъ] Богъ не злой, Б[огъ] добрый, Онъ всѣхъ любитъ. А что одни куличи ѣдятъ, а у другихъ хлѣба нѣтъ, это не Онъ, а люди сдѣлали. — Забыли люди Б[ога], вотъ такъ и сдѣлали. А живи люди по божьи, у всѣхъ бы было.

Т. А какъ же надо[1] сдѣлать, чтобъ у всѣхъ было?

М. Только скажи я такъ и сдѣлаю когда вырас[ту] большой.

Ст. А такъ надо дѣлать чтобы лишняго не брать, а съ нищимъ дѣлиться.

Т. Сдѣлаю, сдѣлаю такъ.

М.[2] Я[3] прежде тебя сказалъ, что сдѣлаю чтобъ никого бѣдныхъ не б[ыло].

Н. Ну будетъ пустое болтать. Кушайте послѣднее молоко.

М. и Т. Не будемъ, не будемъ и не будемъ.

Т. А вырастимъ, со всѣми дѣлиться будемъ.

М. И я. Непремѣнно.

Ст. Ну дѣтки, молодцы. Ужъ мнѣ не видать, какъ жить станете, когда вырастите. А помогай Богъ.

Т. И буду, и буду, и буду. Что хотятъ дѣлаютъ, а я буду. М. И я тоже.

Ст.[4] Я то уже, видно, оттелева на васъ полюбуюсь. Смотрите не забыва[йте].

Т. Не забудемъ.

М. Ни за что.

Комментарии Б. М. Эйхенбаума

ВСЕМ РАВНО.

В дневнике А. Б. Гольденвейзера («Вблизи Толстого», т. II, стр. 272) от 30 августа 1910 г. записано: «Александра Львовна была в Телятинках у Чертковых и у нас и рассказала, что Л. Н. здоров, но не работает (кроме корректур). 28-го он рассказал сказочку детям — Танечке Сухотиной и сыну Л. М. Сухотина. Александра Львовна записала ее стенографически, прочла Л. Н — чу, и он поправил. Мальчик морали не понял и спрашивал, почему дети не стали пить молока, а Танечка все поняла». Это, очевидно, та самая «сказочка», о которой есть записи и в Дневнике Толстого: «бодро гулял и думал, сочинял сказочку детям» и еще на тему: Всем равно, и тут же характеры (23 августа): «надо бы было писать сказку детскую — Таничка хорошо рассказала ее» (24 августа). «Сказка для детей не вышла» (26 августа).

Стенограмма этой «сказочки» была напечатана на машинке и исправлена Толстым, но осталась без заглавия. В «Посмертных произведениях» (т. II, М. 1911) она появилась впервые, под заглавием «Рассказ для детей». В «Полном собрании художественных произведений», изданном Гос. Издательством (т. XV, 1930 г.), это заглавие было заменено другим — «Сказочка для детей» (в соответствии с тем, как сам Толстой называет ее в своем Дневнике). Но в Записной книжке Толстого оказалась собственноручная запись этой «сказочки» в диалогической форме (по типу диалогов в «Детской мудрости»), причем из ряда записей в Дневнике и Записных книжек видно, что у Толстого было задумано нечто вроде серии рассказов под общим заглавием: «Всем равно». Толстой пишет: «В «Всем равно» изображать характеры как крестьян, так и богатеев» (т. 58, стр. 209). В другой записи: «В «В[сем] Р[авно]. Как уморили девочку под хлороформом» (т. 58, стр. 209). В записи, предшествующей «сказочке», Толстой дает как бы общую мысль для будущей серии: «Всем равно. Плохо, коли богатым не стыдно, а бедным завидно. Хорошо тогда, когда богатым стыдно, а бедным не завидно» (т. 58, стр. 96 и 207). Там же им намечены «Очерки характеров для «Всем равно» (т. 58, стр. 82, 192—193, 196).

В записи от 21 июля в Дневнике Толстой записывает: «Записал о характерах. Надо попытаться» (т. 58, стр. 82). А. Б. Гольденвейзер в своей книге. «Вблизи Толстого, II, стр. 151, в записи от 21 июля приводит следующий разговор Толстого с В. Г. Чертковым, очевидно относящийся к этому замыслу Толстого: «Я последнее время не могу читать и писать художественные вещи в старой форме, с описаниями природы. Мне просто стыдно становится. Нужно найти какую-нибудь новую форму. Я обдумывал одну работу, а потом спросил себя: чтò же это такое? Ни повесть, ни стихотворение, ни роман. Что же это? Да то самое, чтò нужно. Если жив буду и силы будут, я непременно постараюсь написать». Владимир Григорьевич заметил, что хорошо было бы писать, не стараясь так отделывать, чтобы это не отнимало так много времени и труда. Лев Николаевич возразил: «С этим уж ничего не поделаешь. Все говорят, что вдохновение — пошлое избитое слово, а без него нельзя. Разница между этой линией en haut et en bas [вверх и вниз] — огромная. Как Пушкин сказал: «Пока не требует поэта (вообще человека) к священной жертве Аполлон»... — Бываешь днями настолько выше себя обыкновенного и, наоборот, — гораздо ниже. Это во всех областях». Я сказал, что это особенно сильно в нравственной области. Лев Николаевич прибавил: — я заметил, что эта разница особенно велика у людей, занимающихся искусством».

В рукописном отделении ИРЛИ (Ленинград) хранится та самая машинная копия стенограммы, о которой говорит А. Б. Гольденвейзер (5 листов обыкновенной писчей бумаги 4°). В ней на лл. 3, 4 и 5 имеются поправки рукой Толстого. Заглавия нет, под текстом — машинная дата: «28 авг. 10 г. Кочеты». По этой рукописи[5] мы и печатаем «сказочку», а в вариантах даем текст Записной книжки.

————

ПРЕДИСЛОВИЕ К ТРИДЦАТЬ ВОСЬМОМУ ТОМУ.

В состав тридцать восьмого тома входят последние произведения Толстого, написанные им в 1909—1910 гг. Том заканчивается статьей «Действительное средство», над которой Толстой работал уже после ухода из Ясной поляны — в Оптиной пустыни, за несколько дней до своей смерти (последняя дата — 29 октября 1910 г.).

В настоящий том входят как художественные, так и теоретические произведения Толстого. Художественные произведения были опубликованы после смерти Толстого (в России — в издании A. Л. Толстой, с цензурными купюрами, за границей — в издательстве «Свободное слово» (издатель И. Ладыжников) полностью) — за исключением очерков «Благодарная почва» и «Три дня в деревне», которые появились в печати еще при жизни Толстого. Проверка этих произведений по сохранившимся автографам привела к исправлению многочисленных ошибок, сделанных переписчиками и не замеченных Толстым (см., например, финал комедии «От ней все качества»). Рассказ «Ходынка» печатался до сих пор без последних заключительных строк, автограф которых только теперь был найден в другой рукописи. Среди вариантов, относящихся к произведениям этого отдела, особого внимания заслуживают варианты комедии «От ней все качества», не только дающие картину сложной работы Толстого, но и дополняющие текст комедии очень существенными и интересными деталями.

Что касается статей и статей-писем, входящих во второй отдел тома, то некоторые из них появляются здесь впервые: «О Вехах», «О ругательных письмах», «По поводу статьи Струве», «Письмо в «Русь» с ругательными письмами», «О безумии» и «О социализме». Одни из этих статей не были посланы в печать потому, что Толстой считал их слишком резкими или ненужными, другие остались незаконченными. Остальные статьи печатались частью еще при жизни Толстого, частью — после его смерти (в заграничных изданиях и в 12-м издании сочинений Толстого, 1911 г.). В этих статьях содержатся отклики на все главные события общественной жизни 1909—1910 гг., но особое внимание уделено в них двум темам: вопросу о «неизбежном перевороте», который должен произойти в современном цивилизованном мире (а в связи с этим — вопросу о государстве), и вопросу об интеллигенции, науке, воспитании и пр. Здесь Толстой подводит итоги своим давнишним мыслям, теориям и взглядам. Характерно, что многие из этих статей являются ответами на полученные Толстым письма: отвечая авторам этих писем, Толстой выходил за пределы обыкновенного частного письма и превращал ответ в статью, предназначенную для печати. Таковы, например, статьи: «Письмо революционеру» (Вруцевичу), «Письмо студенту о праве» (Крутику), «О воспитании» (В. Ф. Булгакову), «О науке» (крестьянину Ф. А. Абрамову), «Ответ польской женщине» (имя адресата неизвестно), «О безумии» (выросло из ответа на письмо Р. С. Лабковской). Остальные статьи были вызваны газетными сообщениями, журнальными статьями, книгами, приглашениями на съезды, посещениями корреспондентов и разными событиями этих лет. Отметим, наконец, что в последние годы жизни Толстой неоднократно получал анонимные ругательные письма, наполненные проклятиями и угрозами за его «революционное» и антицерковное учение. Он собирался ответить на них письмом в газеты, но, написав, признал такое выступление излишним.

Ряд подробностей и фактических данных, относящихся к истории писания Толстым входящих в этот том произведений, сообщили H. Н. Гусев, Н. С. Родионов и К. С. Шохор-Троцкий.

Указатель собственных имен составлен М. М. Чистяковой.

А. И. Никифоров.

Б. М. Эйхенбаум.

В. С. Шохор-Троцкая.

РЕДАКЦИОННЫЕ ПОЯСНЕНИЯ К ТРИДЦАТЬ ВОСЬМОМУ ТОМУ.

Тексты произведений, печатавшихся при жизни Толстого, а также тексты посмертных художественных произведений, печатаются по новой орфографии, но с воспроизведением больших букв во всех, без каких-либо исключений, случаях, когда в воспроизводимом тексте Толстого стоит большая буква, и начертаний до-гротовской орфографии в тех случаях, когда эти начертания отражают произношение Толстого и лиц его круга («брычка», «цаловать»).

При воспроизведении текстов статей и незаконченных черновых редакций и вариантов художественных произведений, не печатавшихся при жизни Толстого, соблюдаются следующие правила.

Текст воспроизводится с соблюдением всех особенноотей правописания, которое не унифицируется, т. е. в случаях различного написания одного и того же слова все эти различия воспроизводятся («этаго» и «этого», «тетенька» и «тетинька»).

Слова, не написанные явно по рассеянности, вводятся в прямых скобках, без всякой оговорки.

В местоимении «что» над «о» ставится знак ударения в тех случаях, когда без этого было бы затруднено понимание. Это ударение не оговаривается в сноске.

Ударения (в «что» и других словах), поставленные самим Толстым, воспроизводятся, и это оговаривается в сноске.

Неполно написанные конечные буквы (как, напр., крючок вниз вместо конечного «ъ» или конечных букв «ся» в глагольных формах) воспроизводятся полностью без каких-либо обозначений и оговорок.

Условные сокращения (т. н. абревиатуры») типа «кый» вместо «который», и слова, написанные неполностью, воспроизводятся полностью, причем дополняемые буквы ставятся в прямых скобках: «к[отор]ый», «т[акъ] к[акъ]» — лишь в тех случаях, когда редактор сомневается в чтении.

Слитное написание слов, объясняемое лишь тем, что слова для экономии времени и сил писались без отрыва пера от бумаги, не воспроизводится.

Описки (пропуски букв, перестановки букв, замены одной буквы другой) не воспроизводятся и не оговариваются в сносках, кроме тех случаев, когда редактор сомневается, является ли данное написание опиской.

Слова, написанные явно по рассеянности дважды, воспроизводятся один раз, но это оговаривается в сноске.

После слов, в чтении которых редактор сомневается, ставится знак вопроса в прямых скобках: [?]

На месте не поддающихся прочтению слов ставится: [1 неразобр.] [2 неразобр.], где цыфры обозначают количество неразобранных слов.

Из зачеркнутого в рукописи воспроизводится (в сноске) лишь то, что редактор признает важным в том или другом отношении.

Незачеркнутое явно по рассеянности (или зачеркнутое сухим пером) рассматривается как зачеркнутое и не оговаривается.

Более или менее значительные по размерам места (абзац или несколько абзацев, глава или главы), перечеркнутые одной чертой или двумя чертами крест-на-крест и т. п., воспроизводятся не в сноске, а в самом тексте, и ставятся в ломаных < > скобках; но в отдельных случаях допускается воспроизведение в ломаных скобках в тексте, а не в сноске, и одного или нескольких зачеркнутых слов.

Написанное Толстым в скобках воспроизводится в круглых скобках. Подчеркнутое воспроизводится курсивом, дважды подчеркнутое — курсивом с оговоркой в сноске.

В отношении пунктуации соблюдаются следующие правила: 1) воспроизводятся все точки, знаки восклицательные и вопросительные, тире, двоеточия и многоточия (кроме случаев явно ошибочного написания); 2) из запятых воспроизводятся лишь поставленные согласно с общепринятой пунктуацией; 3) ставятся все знаки препинания в тех местах, где они отсутствуют с точки зрения общепринятой пунктуации, причем отсутствующие тире, двоеточия, кавычки и точки ставятся в самых редких случаях.

При воспроизведении многоточий Толстого ставится столько же точек, сколько стоит у Толстого.

Воспроизводятся все абзацы. Делаются отсутствующие в диалогах абзацы без оговорки в сноске, а в других, самых редких случаях — с оговоркой в сноске: Абзац редактора.

Примечания и переводы иностранных слов и выражений, принадлежащие Толстому и печатаемые в сносках (внизу страницы), печатаются (петитом) без скобок.

Переводы иностранных слов и выражений, принадлежащие редактору, печатаются в прямых скобках.

Пометы: *, **, ***, **** в оглавлении томов, на шмуц-титулах и в тексте, как при названиях произведений, так и при номерах вариантов, означают: * — что печатается впервые, ** — что напечатано после смерти Толстого, *** — что не вошло ни в одно собрание сочинений Толстого и **** — что ранее печаталось со значительными сокращениями и искажениями текста.

Иллюстрации.

Фототипия с фотографического портрета Толстого 1909 г. (размер подлинника) между XI и 1 стр. стр.

Примечания

[1]

Зачеркнуто: жить

[2]

Зач.: И я то[же]

[3]

Зач.: такъ и

[4]

Зач.: Ну

[5]

На обложке, в которой лежит эта рукопись, рукой H. Н. Гусева написано: «Из архива A. Л. Толстой. Рассказ для детей. Ремингтонный список с стенографической записи, сделанной А. Л-ной, с поправками Л. Н-ча».