Этой статьей мы открываем цикл статей о взаимотношениях писателей

Сюжет для романа

Галахова Л.В.

Писатели познакомились в Петербурге, куда поручик Толстой приехал из Севастополя по окончании Крымской кампании. Встречались в Париже, Москве, Спасском-Лутовинове, Ясной Поляне, Туле. Отношения между ними складывались так непросто, что литературовед Б. М. Эйхенбаум назвал их «романом».

Тургенев был старше на 10 лет и считался «мэтром» на литературном поприще, человеком европейской культуры и энциклопедических знаний. Толстой же о себе говорил в ту пору: «Армейский поручик, дикарь». Они относились по-разному к людям и искусству. Л. Н. признавался: «Сколько я помучился, когда, полюбив Тургенева, желал полюбить то, что он так высоко ставил. Из всех сил старался и никак не мог». Отстаивая право на личную свободу и независимость, Толстой часто вступал в споры с Тургеневым по вопросам личного и общественного значения, что нашло отражение в дневниковых записях 1856 г.:
«7 февраля. Поссорился с Тургеневым...».
«10 февраля. Обедал у Тургенева, мы снова сходимся».
«12 марта. С Тургеневым я кажется окончательно разошелся».
«5 июля. Приехал Тургенев. Он решительно несообразный, холодный и тяжелый человек, и мне жалко его. Я никогда с ним не сойдусь».
«28 октября. Прочел... Фауста Тургенева. Прелестно».
«10 ноября... прочел все повести Тургенева. Плохо».

Толстой готов был бросить вызов литературным традициям, всем своим предшественникам, даже самому Шекспиру. То, что он не искал покровительства, раздражало Тургенева: «Вам бы все порох да сенокос. Конский пот и орудийный лафет. Да широкое российское пренебрежение к узкой «неистинной» науке... Не маловато ли этого для великого писателя, каковым вы собираетесь, надеюсь, стать?» И все же друзьям Тургенев говорил: «Я его полюбил каким-то странным чувством, похожим на отеческое».

Серьезная ссора между ними едва не закончилась дуэлью в 1861 году. Поводом к ссоре был спор о проблемах воспитания, в частности, о воспитании внебрачной дочери Тургенева Полины, жившей за границей. Толстой посчитал, что ситуация, когда «разряженная девушка» чинит худую одежду бедняков, держит «на коленях грязные, зловонные лохмотья», неискренна и более походит на «театральную сцену». Слова Толстого неожиданно взволновали Тургенева до такой степени, что он утратил самообладание, допустил несвойственную его натуре резкость, и даже, по свидетельству С. А. Толстой, хотел ударить Льва Николаевича. Толстой, по случайности не получивший от Тургенева письмо с извинениями, отправил тому письмо «довольно жесткое, с вызовом». По счастью, дуэль не состоялась.

Тургенев вновь приехал в Ясную Поляну после 17-летнего разрыва в их отношениях в августе, а затем в сентябре 1878 года. Толстой сообщал об этом Н. Н. Страхову: «Тургенев был опять и был так же мил и блестящ; но... немножко как фонтан привозной воды. Все боишься, что скоро выйдет и кончено» (62, 439).

Тургенев был в Ясной Поляне еще дважды – в 1880 и 1881 гг. Шутил, демонстрировал па модного в Париже танца. О последнем его визите Толстой кратко отметил в дневнике: «Тургенев cancan. Грустно» (49, 57)В 1883 г. И. С. Тургенев написал Толстому из Франции: «Пишу же я Вам собственно, чтобы сказать Вам, как я был рад быть Вашим современником, - и чтобы выразить Вам мою последнюю искреннюю просьбу. Друг мой, вернитесь к литературной деятельности!» (Л. Н. Толстой. Переписка с русскими писателями. В 2-х томах. – М.: Художественная литература, 1978. – С. 203). Письмо обрывалось на середине строки: «Не могу больше. Устал...». Известие о его смерти Толстой воспринял с грустью: «О Тургеневе все думаю и ужасно люблю его, жалею и все читаю» (83, 397). Перечитав «Записки охотника», заметил: «Как-то трудно быть писателем после него».